Семь оттенков страсти

      Если кто-то захотел бы описать Шин Юну, то сказал бы, что она — женщина-тайм-менеджмент. И она гордилась тем, что в её жизни всё было расписано до минуты: встречи с инвесторами, обеды с семьёй, визит к косметологу и даже поход в туалет. Всё происходило по строгому расписанию, установленному ритму. Юна никогда нигде не опаздывала, всегда была собранна, а главное — эффективна.       Даже брак с Ким Сынмином — потомственным чеболем — не внёс в её жизнь суматоху. Сынмин был таким же приверженцем стабильности и предсказуемости, как и Юна. И обоих вполне устраивало, что даже секс у них был в строго определенные дни и часы — по вторникам и субботам в 22:30. Они вместе принимали душ, выпивали по бокалу вина... Но со временем появилось ощущение, что заняться сексом надо, как принять лекарство по предписанию врача, а не потому что обоим этого хочется. Дошло до того, что Сынмин приходил в спальню с уже эрегированным членом, а Юна просто позволяла использовать своё тело, потому что напряжение с мужа нужно снять. И только недавно она заметила в шкафу упаковку с виагрой, осознав каким образом Сынмин был в «боевой готовности» к 22:30 по вторникам и субботам. Как давно это продолжалось, а главное, что изменить, Юна не понимала, но даже поговорить об этом ни у одного из них не было времени.       И вот тогда Юна стала ненавидеть свой календарь, но привычка, въевшаяся до мозга костей, не давала нормально вдохнуть. Как-то она всё же попыталась что-то изменить. Они собирались на ужин к родителям Сынмина, у которых была годовщина свадьбы. Юна подошла к мужу на кухне, который зашёл туда попить воды, и обняла сзади, медленно опустив ладонь на его ширинку, тут же почувствовав его отклик. Но Сынмин быстро убрал её руку, освободившись из объятий.       — Что ты делаешь, Юна? Мы спешим к родителям. Наше время в субботу, — хоть и со сбившимся дыханием, поправляя полувставший член, строго сказал он и пошёл обуваться, крикнув уже из прихожей: — Жду в машине.       Поздравить родителей Сынмина с годовщиной приехал и его двоюродный брат, Ян Чонин, со своей женой. Юна удивилась, впервые увидев Джису в закрытой одежде, но с блеском в глазах, которого раньше никогда не видела.       — Дорогая, ты приболела? — спросила её Юна, улучив минутку, когда Чонин с Сынмином пошли поприветствовать прибывших партнёров.       — Я здорова как никогда, — просто ответила Джису. — А, ты, наверное, удивлена моему внешнему виду? — она закатила рукав, показывая линию багрово-фиолетовых синяков по внутренней стороне предплечья.       Юна с ужасом уставилась на довольную подругу:       — Чонин тебя бьёт?       — Нет, что ты, — махнула Джису рукой. — С недавних пор у нас в жизни... Ну... Ты понимаешь? В супружеской... — Видеть на лице Джису смущение тоже было непривычно, но Юна внимала каждому слову. — Всё изменилось после визита к сексологу... Чонин теперь такой... — Джису помахала возле горла ладонью, показывая, что ей жарко просто от воспоминаний, — ...страстный. Мы будто снова полюбили друг друга.       Юна едва смогла скрыть родившуюся в душе зависть. Ей бы хотелось прямо сейчас зажать Сынмина где-то в углу возле ванной или в его комнате, но он снова скажет о расписании и графике. Но тем не менее, Юна взяла адрес клиники: вдруг эти все ограничения в её мозгу, а не в Сынмине...

***

      День и время приёма пришлось согласовывать неоднократно, потому что у Юны было всё запланировано и разбито на приоритеты. И вот наконец удалось найти сорок пять минут на поход к сексологу. В это время была включена дорога до клиники и обратно, поэтому Юна вошла в кабинет без приветствий:       — У меня есть пятнадцать минут, доктор. Думаю, что моя проблема в том, что у нас с мужем всё распланировано: секс по вторникам и субботам после ужина, прелюдия десять минут, оргазм через пятнадцать. Что мне делать? И не забудьте, я спешу, — протараторила Юна, продолжая стоять возле двери, готовая сразу уйти по следующему пункту в расписании.       Она ожидала получить советы или листовку из разряда «Чек-лист из пяти способов как удивить партнёра», но Минхо, стоявший возле рабочего стола, стремительно подошёл к двери и запер её. Он встал рядом, скрестив руки на груди и подняв бровь. Юна недоуменно посмотрела на него, после того как несколько раз нетерпеливо взглянула на изящные наручные часики.       — Что-то не так, доктор? — спросила она, выйдя из лёгкого оцепенения.       — Всё не так, Юна. Ты жалуешься на распланированность, а сама сейчас стоишь чуть ли не с секундомером в руках, готовая мчаться дальше. Ты же сама превратила свою жизнь в конвейер, но желание не приходит по расписанию и ты сама это прекрасно знаешь.       — Я знаю, но как мне...       Минхо не дал договорить, а резким движением приблизился, схватив Юну за талию и притягивая к себе.       — Доктор? Что вы... у меня встреча через... — она пыталась отстраниться, но Минхо бесцеремонно прижал к двери и задрал её строгую юбку-карандаш. — Это же неэтично...       — Неэтично — не выполнить свой врачебный долг, за который ты заплатила, придя ко мне на приём, — прошептал он прямо в губы, забирая обе её руки в свою, а затем поднимая над её головой, прижимая к прохладному дереву двери. — Разве тебе не нужно, чтобы кто-то наконец наплевал на твой график?       Он не стал дожидаться ответа, не стал раздеваться. Одним точным движением руки он расстегнул ширинку, достал из кармана презерватив, раскрыл упаковку зубами и так же точно раскатал его на члене. Дыхание Юны сбилось, пока она наблюдала за его движениями, внизу живота разгорелось пламя желания. Минхо отодвинул кружево её белья и коснулся клитора пальцем. Юна ахнула, а потом замерла от ужаса, ведь в коридоре послышались голоса и казалось, что вот-вот кто-то постучит.       — Если ты издашь хоть звук, то все узнают, чем мы тут занимаемся, — прошептал Минхо ей на ухо, прикусив затем мочку, отчего Юна промычала в его плечо.       Он продолжал стимулировать клитор, целовать её шею, а затем, задрав юбку до талии, закинул ногу Юны на своё бёдро, сразу войдя в неё. Минхо не дал ей даже секунды на размышления и стал быстро двигаться, вколачивая её в дверь.       Замок негромко лязгал от движения, и этот звук сводил Юну с ума. Время неумолимо ускользало, в любой момент их могли застукать, но это только будоражило ещё сильнее. Юна злилась на наглость Минхо, ведь её блузка помялась, идеальная укладка растрепалась, а туфля слетела с ноги, но его губы на её шее и ключицах, руки на ягодицах и член, заполняющий её...       — Ну же, Юна, — прошептал он, и в его интонации нельзя было не услышать усмешку, — посмотри сколько ещё у тебя времени осталось до следующей встречи? Успеешь поправить макияж?       — Заткнитесь... — простонала она, кусая губы от приближающегося оргазма, вжимаясь в Минхо всем телом. — Просто... не останавливайтесь... Да-а-ах... Ещ-щё-х...       Юна кончила, когда Минхо сделал размашистый глубокий толчок, задерживаясь внутри на несколько секунд. Он тоже пришёл к финалу и, дав Юне несколько секунд, чтобы прийти в себя, спокойно отстранился, сразу застегнув ширинку и одёрнув кофту, словно ничего не произошло. И только их тяжёлое дыхание и оттраханный вид Юны в одной туфле, с задранной до талии юбкой и растрёпанными волосами выдавал, что всё же терапия прошла и была успешной.       — Ты опоздала на встречу на три минуты, — равнодушно сказал Минхо, садясь за стол и делая пометки в своём блокноте.       Юна медленно поправила юбку, пригладила волосы и довольно улыбнулась:       — Я отменю встречу, доктор. Мой муж сейчас должен быть дома и у меня к нему появилось срочное, неотложное дело.       Юна надела туфлю и, кивнув на прощание, вышла. А Минхо остался в тишине кабинета, накрыв лицо ладонями, а его плечи содрогнулись от молчаливых рыданий.