МОЙ СВЕТ. ТВОЯ ТЬМА

Клаус сутки бродил по городу и безостановочно пил. Алкоголь не спасал — лишь заполнял вакуум внутри, не давая ему почувствовать что-либо настоящее. Он никого не хотел видеть. Может быть, Кэролайн. Только чтобы терзать себя, наблюдая её нечеловечность. Когда снова стемнело, Майклсон вернулся в клуб. Та же музыка, танцпол, неоновый свет заполняли пространство. Клаус шёл по залу, и мир отступал. Он пил виски, разбрасывая пустые бутылки. Он смеялся громко — но смех этот был пустой. Маска. Кэролайн сегодня здесь не было. Он стоял в центре зала и кричал, раскинув руки в стороны: — Света нет! Его не было и не будет. Я жил до неё и буду жить после. Мой хаос будет преследовать вас. Клаус выбирал жертву за жертвой. Ледяной взгляд. Улыбка — игра. Кровавые капли стекали по его рукам, по лицу. Нет цели, нет морали. Сплошная чёрная пустота. Когда рассвет начинал едва касаться города, Клаус собрал оставшихся в живых в особняк. Дом Майклсонов встретил гостей лёгкой музыкой и морем выпивки. Клаус вел их как кукловод: бои под внушением, насилие ради забавы. Он расставлял людей, как шахматные фигуры. Смех, крики, удары — это была его новая игра. Элайджа, Ребекка и Кол вошли в дом. Они смотрели с осуждением. — Семья! — крикнул Клаус. — Как вам моя afterparty? Ребекка закатила глаза и ушла наверх. — О, отлично, — бросил Кол, оглядывая разгром. — Только отремонтировали гостиную. Клаус смотрел на старшего Майклсона с раздражением. — Не надо мне делать мозги! — крикнул он. — Клаус, мы пришли домой. Хотелось бы немного порядка, — спокойно, но твёрдо сказал Элайджа. Клаус пил кровь с запястья девушки. И никак не реагировал. — Марсель обеспокоен твоим поведением. Ты нарушил правила города. Затрачено много ресурсов, чтобы это уладить. Клаус бросил запястье и поймал первого попавшегося парня. Он осушил его вмиг. — Я почти закончил, — с кровавой ухмылкой проговорил он. — Это не конец, — тихо сказал Элайджа, — это не ты. — Я — тьма, брат. Самая чёрная, опасная и безнадёжная! — Клаус орал, словно мир вокруг мог услышать его отчаяние. — Бегите, пока не поздно! — Хватит кормить своих демонов! Прими ответственность! — Элайджа сделал шаг вперёд, повышая голос. Клаус швырнул в брата бутылку с остатками выпивки. Тот красиво увернулся. — Чёрт… — тихо выдохнул Кол. — Ты хоть раз мог бы просто… поговорить? — и испарился за дверью. — А ты попробуй меня остановить, — оскалился Клаус, приглашая к бою старшего брата. Элайджа рванул вперёд, воткнув деревянный обломок в ногу гибрида. Клаус вырвал его и отбросил. Они рухнули на пол, стены сотрясались. Клаус хохотал, каждый его удар был смесью ярости и боли: — Мой свет покинул меня. Она больше не часть этого мира! — Ты никак не можешь понять, что свет не в ней, а в тебе! — Элайджа блокировал удар. — Она лишь отражала тебя. Клаус поднял его за костюм и отбросил в стену. Но Элайджа встал почти мгновенно, словно призрак. — Нет ничего абсолютного. Как в твоей тьме есть луч света, так и в её солнце есть пятно тени. Клаус опрокинул диван. — Тьма поглотила её! — Так стань ей ориентиром! Клаус тяжело дышал. Кажется, он наконец был готов слушать. — Я не могу, — он прижался к стене спиной и скатился вниз. — Ты сильнее всех нас, брат, — Элайджа говорил уже тише, пытаясь отдышаться. Он присел рядом. — Но ты привык направлять свою силу на разрушение. Это легко. Хватит ли её, чтобы созидать? Клаус посмотрел на брата, дрожь прошла по всему телу. В этот момент он впервые почувствовал, что Элайджа говорит не просто словами, а истиной, которую невозможно игнорировать.