МОЙ СВЕТ. ТВОЯ ТЬМА

Он привез её в бар. Сам пристроился за стойкой в углу, медленно потягивая бурбон со льдом. По другую сторону стойки было пусто. Лейла буквально вбежала на своё рабочее место. — Опаздываешь? — весело спросила подругу Кэролайн. — Пришлось немного, — растерянно ответила Лейла. Клаус заметил, что она что-то скрывает и напряг плечи. — Сегодня я вызвала сантехника, — Кэролайн кивнула в его сторону, — он будет пытаться чинить кран и собственное эго. Лейла засмеялась. Она чувствовала, что испытывает Клаус. Это пытка — держать себя на расстоянии, но он привык к боли и к тому, чтобы жить, игнорируя её. — Что на этот раз вы предпочли утаить? — заговорил Клаус, когда отошла Кэролайн. — Да так, ничего особенного, — Лейла была слишком неопытна для лжи, особенно перед первородным. — Ты не боишься меня. Но ты боишься того, что я сделаю, если узнаю правду слишком поздно. Она вздохнула. — Признаю. Ты единственный, кто сможет её защитить, — и она рассказала ему всё, что знала. — Вы нашли Дэбору? — Её там не было. Это либо ловушка, либо она скрыта физически. Как только мы найдём нужный артефакт, чтобы проверить свою теорию, мы продолжим. — Прикрой меня, — тихо сказал он, допил бурбон и поднялся из-за стойки. Через секунду его уже не было в баре. Клаус быстро нашёл место, о котором говорила Лейла. Руины встречали его под бледным лунным светом. Ветви старых деревьев скрипели, сплетаясь над головой, словно предупреждая. Он шагнул внутрь. Прохладный, сырой воздух тут же проник в лёгкие. Тишина тревожила. Фонарь скользнул по стенам. Мох скрывал ритуальные символы, многие почти стёрлись временем. Внизу он заметил две свежие царапины. Древний провёл пальцем по линии и поднёс руку к лицу. Запах — смесь влаги, крови и звериной мускулатуры. «Гибрид», — пронеслось у него в голове. Свет фонаря продолжал исследование. Среди старых текстов Клаус увидел свежую надпись. Древний язык, знакомый ещё с детства. Он прочёл без усилий: «Ты в опасности. Я на твоей стороне. Генри — ключ.» Он понял, что это послание от Дэборы. Клаус сделал шаг назад. — Слишком рано, Тайлер, — сказал он в пустоту. — Ты оставил мне выбор. Город продолжал жить своим ритмом. Первородный вернулся в бар. Кэролайн, казалось, не заметила его отсутствие. Посетителей стало меньше, и она уже готова была уходить. Пара молча села на байк. — Когда ты молчишь, это значит, что кому-то скоро станет плохо, — произнесла ему в спину Кэролайн. Клаус усмехнулся. — Обними меня крепче. Эта ночь обещает быть… занятной. Металл отразил огни улицы, и звук мотора стих за углом. Они остановились в неосвещённом переулке. — Сейчас узнаешь, как мы убивали вечность, — тихо сказал Клаус. — Это лет семьсот назад? — Шшш, слушай. Неподалёку раздавался лёгкий стук каблуков. Сердце женщины билось в ритме шагов, и казалось, можно различить пульсацию каждой вены под кожей. Это была цель — живая и уязвимая. — Слушай внимательно, — тихо сказал Клаус. — Всё должно быть быстро, без лишних движений, без свидетелей и без следов. Жертва остаётся в живых и ни одного вопроса. Не ошибёшься? Кэролайн едва заметно улыбнулась и кивнула, как будто принимала вызов, и растворилась в темноте, как тень. Когда он подошёл к концу улицы, она самодовольно шла ему на встречу. Каждое движение говорило о том, что правила она не просто выполнила — она ими играла. Двое приблизились вплотную. Клаус отрицательно покачал головой, указывая на две маленькие капельки крови на её блузке. — О, — всерьёз расстроилась Кэролайн, — моя любимая рубашка. Но для первого раза неплохо, да? Он пристально смотрел на её губы. Кэролайн подалась к нему буквально на дюйм. Тело предательски среагировало. Она смутилась собственного поведения. Клаус невесомо коснулся её мягкой губы и вытер капельку крови. Дыхание дрогнуло. Он облизнул палец, не отрывая взгляда от Кэролайн. — На троечку, — шёпотом сказал первородный. Кэролайн глотнула, ощущая, как каждое движение Клауса притягивает взгляд. Его мышцы играли под кожей, шаги были выверены — мастерство, отточенное веками, поражало её. Она видела не просто силу, а уверенность, контроль и опасную привлекательность, которые сводили с ума. — Хочешь узнать, как делать это лучше? — тихо спросил Клаус, и в его голосе звучало обещание. — Сегодня я покажу тебе ещё пару приёмов. А потом… попробуешь сама. Её губы едва дрогнули в улыбке, зрачки расширились. Сердце билось быстрее, предвкушая игру, зная, что уроки Клауса будут захватывающими и… бесценными. Рассвет догонял их, отражаясь в металле, на котором они мчали вдаль. Кэролайн украдкой вдыхала запах Майклсона, прикрыв глаза. Стрелка спидометра рванула вверх. Дорога была пуста, воздух бил в грудь так, что дышать приходилось урывками. Кэролайн вцепилась в его куртку, чувствуя, как дорога исчезает под ними. Клаус сбавил скорость только когда ночь окончательно уступила место свету. Погрузившись полностью в свои мысли, Кэролайн переступила порог квартиры. — А когда молчишь ты, — тихо сказал Майклсон, возвращая её слова, — это значит, что плохо станет мне. Она подняла взгляд и пристально смотрела на него: — Хочу понять… почему ты так любишь заставлять меня задыхаться? Клаус замер, и в голове не осталось ни одного слова. В этом молчании, полном иронии и напряжения, между ними висело нечто, что нельзя было разрушить.