HELMBOUND

За окном во всю светило солнце, город дышал полной грудью. Баннеры, длиною в сотни этажей, днем были тусклыми. Полицейские летающие экипажи нервировали жителей верхних этажей. Одна из них, внезапно включившая сирену вырвала Шарля из сладкого сна.  Шарль, восстановив силы только к полудню, подскочил на кровати от резкого звука, испытывая прилив тревоги. Для Леклера это было триггером всю сознательную жизнь. У Шарля время от времени в квартире проводились обыски: Вивьен настаивала, объясняя это тем, что таким образом у Шарля возрастает мотивация побеждать.  На самом деле, Шарля подобные мероприятия только тяготили. Не то, чтобы у него могли найти что-то, просто он чувствовал себя под постоянным колпаком. Возможно, именно из-за усталости от постоянного контроля, он решился на роковой шаг. И пожалел об этом.  Может, Вивьен действительно права? Шарль без контроля неуправляемый и опасный индивид, от которого можно ожидать чего угодно? Он действительно был падок на эмоции, и часто совершал ошибки на трассе, только из-за своей неустойчивой психики. А недавнее рискованное поведение лишь подтверждало его неадекватность. Не показывая ничего на публике, он пытался уносить все с собой в маленькую квартиру, в которой громил мебель от досады, ненависти к себе и миру. Часами крича в подушку, или напиваясь до беспамятства сидел под включенным душем и ревел.  Вивьен часто находила Шарля в таком состоянии, и после нескольких подобных инцидентов поставила контроль алкоголя в его импланты. Теперь, когда Шарль перешагивал черту со спиртным, Вивьен сразу же поступал сигнал, и за ним выезжала бригада охраны.  Шарлю закрыли доступ в несколько его любимых клубов, его охрана была слишком старательной, и причиняла вред не только Шарлю, но и простым отдыхающим, просто случайно попавшим под руку.  В похмельные утра, Шарль ждал с визитом к себе Вивьен, обычно это длилось часа три. Она показывала все файлы с камер видеонаблюдений, тыкала Леклера в его пьяные выходки как котенка, и выставляла счет, который Шарль должен был закрывать хорошими результатами на гонках.  Шарль всю жизнь мечтал о гонках, но представлял он их себе совсем по-другому. Из Леклера для прессы рисовали человека, которого Шарль даже не знал. Статный, из богатой семьи, с большой родословной, самородок и талант. Холодный, вежливый, без вредных привычек. Такой образ нужен был гонкам - милый принц, который не трахается до свадьбы, не подрезает никого на трассе, едет чисто и по правилам.  А Шарль любил выдавливать с трассы. Он обожал обескураженные лица соперников после финиша, которые рвались к нему с кулаками. Они злились, потому что Шарль был лучше. Потому что, если бы не эти 67 процентов, он бы оставил всех сзади в клубах пыли и грязи. Шарля бы видели только на старте гонки. Никто бы не смог его догнать. И об этом знали. Но реальность очень больно била по щекам. За каждый грязный обгон, которые случались очень редко, Вивьен по рации холодным, пронизывающим до костей тоном, оповещала его, что после гонки она устроит разбор полетов. И Шарль знал, что хвалить его там никто не будет. За все четыре года, пока он гонял, он не услышал ни одной похвалы от своего спонсора. Вивьен всегда было мало. Начиная с ней разговоры о том, что машина просто не слушается Шарля, Вивьен отмахивалась фразой, которая выворачивала Шарля наизнанку от чувства несправедливости: «Плохому танцору, ma cherie».  Плохой танцор? Да кто угодно, но только не он. В паддоке водились гении автоспорта, которые газ от тормоза не могли отличить, только из-за большой совместимостью с машиной, они как-то доезжали до финиша. И Шарль обгонял пилотов с восемьюдесятью процентами. Со своими 67!  Мечта превратилась в ад. Выбраться из этого могло помочь только чемпионство. Шарль смог бы диктовать свои условия, он бы принес Вивьен столько денег, сколько она бы за всю жизнь не смогла бы потратить.  Машина Джей Пи была билетом в жизнь. Но, видимо Шарль сильно нагрешил в предыдущей жизни. И вместо машины мечты, он получил мертвого чемпиона в голове.  — Ты сам себя в клетку загнал, — тихо сказал Макс, выводя Шарля из нелегких мыслей. Он сидел у окна, и ковырял пальцы.  — Хватить лезть в мои мысли.  — Ты слишком громко занимаешься самобичеванием.  Шарль резко поднял голову. — Это ты меня учить будешь? Ты, который умер на элементарном повороте? Макс мгновенно напрягся. Пауза повисла тяжёлая, как бетонная плита. Шарль понял, что ляпнул лишнего.  — Я хотя бы умер, делая то, что любил. — А я живу, делая это, и всё равно чувствую себя мёртвым. — Нам пора отправляться к Джей Пи, - Шарль нехотя поднял глаза на Макса. — Он убьет меня, - заныл Шарль. — Очень может быть, но другого варианта нет, - увидев страх в глазах Шарля, Макс закатил глаза и продолжил,  — Да все будет нормально, если будешь говорить, что я скажу. Давай одевайся.  Шарль упал на кровать закрывая лицо одеялом. Какую глупость он вчера натворил, как ему вообще в голову пришло вырубать Джей Пи? Как он мог угрожать незнакомому человеку пулей? В какой момент его жизнь свернула настолько не туда? У Шарля свело скулы, стыд разрядами воспоминаний проносился по телу Шарля. Он сжал одеяло, не желая больше никогда из под него вылезать.  — Я угрожал ему пистолетом, - Шарль привел аргумент в пользу того, чтобы ни в коем случае не идти к Джей Пи.  — Да, это было тупо. — Спасибо за поддержку. — Я не твой психотерапевт. — Ты мой паразит. Макс замер. — Повтори. Шарль откинул одеяло. — Паразит. Ты поселился в моей голове и требуешь условий. Воздух в комнате накалился. Шарль услышал, как у Макса заскрипели зубы от злости, да и сам Шарль был не в самом лучшем расположении духа.  Еще чуть-чуть и они бы набросились друг на друга с кулаками, наплевав на вчерашние договоренности.  Раздался спасительный дверной звонок и Шарль подскочил от неожиданности. Макс обернулся на дверь. На экране у двери показалось недовольное лицо Кими. Шарль выдохнул и скинул с себя одеяло. Макс кашлянул, и только сейчас Шарль понял, что вчера заснул в одном полотенце, которое за сон, естественно скаталось. Шарль, мгновенно наливающийся краской, закутался полностью в одеяло, и избегая контакта с Максом, направился к двери. Кими зашел внутрь, принеся с собой запах женских знакомых духов и уличной прохлады. Не поздоровавшись, он скинул ботинки, и прошел внутрь квартиры, усевшись на стул.  — Будешь должен, - буркнул Кими в сторону Шарля. Шарль слегка улыбнулся, хоть у кого-то все шло по плану. У него получилось успокоить Вивьен. Шарль двинулся в сторону Кими, с желанием обнять того, но Райкконен остановил его. — Стоять, не все так просто, сядь, - скомандовал старший товарищ. Шарль послушно сел на кровать рядом с Максом. Чуть соприкоснувшись плечами, оба сразу же постарались отсесть друг от друга подальше.  — Она дает тебе сутки. Через сутки ты должен ей будешь предоставить новый контракт.  — Сутки?! Был срок до следующего викенда! - у Шарля опустились руки. Кими пожал плечами.  — Блять, и что делать?! - взревел Шарль, Макс покосился на Шарля, отметив, что тот в первый раз выругался.  — Она дала тебе шанс. Когда я только к ней зашел, она была готова уже сажать тебя, - в своем спокойном стиле ответил Кими.  Шарль застонал и накрыл одеялом голову.  — В смысле сажать? - Макс ткнул Шарля в плечо, мягкое одеяло чуть смягчило резкое движение, - Ты че, в розыске?  — Ну ты же лезешь в мои мысли, мог и это посмотреть! - рявкнул в сторону Макса Шарль. — Я стараюсь этим не заниматься. Противно, — ответил на дерзость Макс.  Шарль вздохнул. Они в одном теле, в одной голове. Макс имеет право знать о его прошлом.  — До того, как я стал участвовать в чемпионате, - Шарль говорил это не снимая одеяла, словно боясь увидеть реакцию Макса, - я угонял тачки, долгая история, но суть в том, что если я перестану гонять, или мои результаты станут хуже, или просто не улучшатся, мой спонсор закроет меня. И после отсидки, я никогда не смогу снова сесть за руль. Макс застонал. Угораздило же ему делить тело с без пяти минут уголовником. Шарль почувствовал, как кровь приливает к ушам. Ему было стыдно. Всегда было стыдно за тот период своей жизни. Он ненавидел себя за то, что из-за своих убеждений и погоней за легкими деньгами, вписался в самое гиблое дело своей жизни.   — Тогда нам точно нужно к Джей Пи, - через несколько секунд молчания сказал Макс.  Одеяло тут же слетело с головы Шарля, волосы на голове еще больше растрепались. — А смысл? Машину мне все равно никто не отдаст, про тебя он скорее всего не знает, иначе бы уже что-то предпринимал. Легче всего просто дождаться полиции и спокойно отсидеть свой срок - Шарль не видел выхода из этой ситуации. — Так терять, я так понимаю, нечего? Тебя так и так вышвырнут. А я не очень хочу сидеть в голове у зека, я ничего такого не совершал, - холодное спокойствие Макса выводило из себя. — И что я ему скажу? Можно пожалуйста гонять на машине Ферстаппена? Можно, Джей Пи, ты будешь моим инженером? Он не хотел со мной говорить до того, как я на него пистолет наставил, а после того, как я его вырубил, он, конечно же, горит желанием со мной сотрудничать! Какая машина? Меня из того гаража вперед ногами унесут!  — Да хватит истерить! - прикрикнул Макс, унимая Шарля - Я вылезал и не из такой жопы. Будешь говорить то, что я тебе скажу, и все будет нормально. — Это самоубийство. — Самоубийство - это сидеть и ничего не делать, - и Макс был чертовски прав.  Кими, наблюдавший, как Шарль разговаривает с воздухом, терпеливо ждал, когда это закончится. — Ладно, может, если Джей Пи меня пристрелит, это не самый плохой вариант. Все равно, без гонок я не вижу жизни - нехотя согласился Шарль. — Макс, верни его обратно живым, - внезапно обратился Кими, - Я понимаю, он малолетний придурок, но все равно не заслужил того, что на него свалилось. Макс взглянул на Кими, потом на Шарля. — Хорошо, верну тебе долг за чемпионство, - Макс сказал это так, будто Кими не должен был этого слышать. И Шарль решил промолчать.  *** Шарль подошел к выбору одежды более ответственно: так чтобы не выделятся в трущобах, и так, если его труп найдут, чтобы он хотя бы выглядел презентабельно.  Остановившись на безразмерной черной толстовке, абсолютно новой и еще ни разу не ношенной, Шарль про себя подумал, что это идеальный вариант. Путь предстоял долгий, поэтому обувь Шарль выбрал не самую красивую, зато самую удобную, разношенную годами.  На самом деле, все эти долгие сборы, были лишь предлогом для того, чтобы оттянуть момент, которого Шарль боялся как огня. — Ты тянешь время, — заныл Макс. — Я не боюсь. — Врёшь. — А ты не боишься? Макс замолчал. — Я уже один раз умер. В этом не было бравады. Только факт. Шарль застегнул толстовку. — Если меня пристрелят, это на твоей совести. — Если тебя пристрелят, я исчезну вместе с тобой, гений. Шарль скривился. — Вот это меня и бесит. Но голос уже не был злым. За последние пару дней, он уже устал боятся, и страх перешел в непонятное, тянущее в груди чувство. У Шарля были потухшие глаза, больше не излучающие той уверенности и стойкости, которая всегда была его верной спутницей. Даже находясь на самом дне, Шарль всегда верил в лучшее. Но так низко он не был еще никогда.  Когда его поймали с той злополучной машиной, Шарлю нечего было терять. Он еще не прочувствовал гонки, не знал, что это такое - жить делом, которым горишь всей душой. Было ли ему тогда страшно? Да, но не так, как сейчас. Почувствовав непередаваемое чувство соперничества, вдохнув этот разогретый резиной воздух, Шарль боялся не почувствовать это вновь.  Он боялся больше никогда не почувствовать горечь поражения и радость редких подиумов.  В погоне за мечтой, Шарль сам вогнал себя в ловушку. Кто знает, если бы он не пошел за лучшей жизнью к Джей Пи, может и проездил спокойно еще лет пять.  Шарль потряс головой. Нет, это были не его мысли. Он всегда мечтал только об одном - быть первым.  Несмотря ни на что. Он обещал это себе в день смерти отца. Шарль мог предать кого угодно - друзей, соратников, спонсоров, но он не мог предать себя. Свою мечту.  И даже если в погоне за ней, он получит пулю в лоб, то значит он все делал правильно. Гоняясь за чемпионским титулом люди жертвовали очень многим: семьей, репутацией, а в некоторых случаях и жизнью.  Даже если Шарль погибнет не на трассе, он все равно погибнет в борьбе.  С такими мыслями он покинул квартиру. Выйдя из парадной своего дома, он было направился пешком, обратно к трущобам, но его остановила рука Макса: — Погоди, я знаю короткий путь. Шарль опешил, негодование в груди начинало неприятно покалывать: — В смысле, короткий путь?  И ты молчал, пока я перся через все трущобы? - Шарль уставился на Макса, но тот оставался несгибаемо спокойным.  — Ну, я тебя тогда еще не знал, можно ли тебе доверять. — А сейчас ты мне вдруг начал доверять?  — Нет, просто хочется провести в дороге с тобой поменьше времени, - Макс направился в противоположную от ожидаемой Шарлем сторону.  У Шарля опустилась челюсть от таких заявлений. То есть, пока Шарль, весь избитый, мокрый и дрожащий от холода, перся к узкому проему, в существование которого не особо верил, Макс шел рядом, прекрасно зная о другом коротком пути? Шарль шумно выдохнул, пытаясь успокоить нервы. Макс, пройдя метров десять, оглянулся: — Ты так и будешь там стоять? - раздраженно окрикнул Шарля Ферстаппен.  — Если выживем, я тебя придушу. — Попробуй. Но в этом «попробуй» уже не было злобы. Скорее привычная колкость. Шарль потер глаза, и проследовал за Максом.  *** Уже через полчаса они шли по знакомому питлейну трассы трущоб. Путь до него пролегал по внешнем балконам квартала «С».  По дороге им не встретился ни единый полицейский отряд, лишь редкие прохожие, не обращавшие на Шарля никакого внимания, проносились мимо.  Они даже нашли лифт, который спокойно поднял их на верхний этаж. Внутри Шарля кипело негодование, вытесняя страх перед судьбоносной встречей.  Он чувствовал себя последним идиотом, которого обманули как ребенка. Да даже не обманули, а просто не посчитали нужным оповестить о коротком пути.  Макс резко остановился, выбивая Шарля из внутреннего нескончаемого ворчания.  — Джей Пи там, - он указал на открытые двери гаража, - Он никогда не уходил из гаража, не закрыв двери.  — Круто, значит казнь будет быстрой, - прошипел Шарль. — Успокойся, главное слушай меня. — Да что-то доверия к тебе ноль, знаешь ли, - огрызнулся в ответ Леклер, и медленно подошел к открытым воротам гаража.  Шарль воровато оглядел пространство. На месте, где Шарль оставил лежать Джей Пи, последнего не оказалось. А машина, которую Шарль бросил на прямой, снова стояла на своем месте.  Макс зашел в гараж более решительно, но пройдя пару шагов во внутрь, резко остановился.  Леклер нагнал его, и пытаясь проследить за взглядом Макса, наткнулся на фотографию, которую не заметил в первый визит. На фотографии были двое: маленький белобрысый мальчик, и молодой парень, лет двадцати пяти с бритой головой, выдающимся носом и знакомыми глазами. Мальчик сидел в детском карте, а парень держал мальчика за плечо. В руке у мальчика был картонный, видимо самодельный кубок. Шарль обернулся на Макса, и заметил, как того начинает потряхивать.  — Хватило наглости вернутся? - знакомый механический тон раздался сзади.  Шарль зажмурился и обернулся. Закатное солнце било в глаза, и Шарль смог разглядеть только силуэт, стоящий в дверях. Но даже этого хватило, чтобы понять, Джей Пи был здесь.  — О, Джей Пи, здравствуй! - неловко поздоровался с инженером Шарль, косясь на Макса. Как только знакомое имя прорезало воздух, Макс обернулся, пытаясь разглядеть своего инженера.  Джей Пи переступил порог своего гаража, и подошел к Шарлю, выдерживая дистанцию. Теперь, когда свет перестал так бить по глазам, Шарль смог разглядеть инженера. Глаза Джей Пи были полны тихой ярости. В руках он сжимал свой пистолет. Шарль, чувствуя как к горлу подступает паника, оглянулся на Макса, но тот не подавая признаков жизни, уставился на старого друга, явно не узнавая его.  Шарль легонько дернул Макса за рукав, и Джей Пи мигом поднял на Леклера пистолет: — Двинешься еще раз, я выстрелю. Без предупредительного, - механический голос звучал жутко и убедительно, поэтому Шарль замер на месте.  Руки Леклера сами поползли вверх, в знак полного повиновения.  — Мне интересно, как ты объяснишь мне, как тебе в голову пришло залезать в мои архивы, угрожать мне в моей же операционной моим пистолетом, и им же вырубить меня в моем гараже. А после самовольно залезть в машину, про которую я тебя предупреждал, - Джей Пи хрипел от злости, - Я нашел её. Посередине трассы. А еще рядом с ней я увидел лужу блевоты. Значит, твой тест-драйв прошел не так гладко, как ты этого ожидал, избалованный идиот. Слова у Шарля встали в глотке комом. Ему было невыносимо стыдно смотреть в глаза инженеру, который даже под дулом пистолета, пытался уберечь Шарля от фатальной ошибки.  Джей Пи был прав. Во всем. У Шарля не было оправданий. Вся надежда была на Макса.  Но тот все так же оставался безмолвным. Почему именно сейчас?  Почему Макс не затыкался, когда это мешало, но когда нужно… «Да пошел он, сам разберусь».  — Я, правда, могу все объяснить, - Шарль нервно сглотнул, начиная действовать самостоятельно, - Я понимаю, вчера я натворил лютую дичь, я ходил по грани. Действовал, не отдавая себе никакого отчета. Я не знаю, что на меня нашло, но если ты позволишь, я попытаюсь тебе все объяснить.  Джей Пи пристально смотрел Шарлю в глаза. — С чего бы мне тебе верить? Откуда я могу знать, что ты пришел сюда пустой, и не собираешься вальнуть меня на месте? - прищурился Джей Пи. — Я правда пустой. Можешь обыскать, я даже настаиваю. Я пришел с миром. И возможно, я понял, что было не так с твоей машиной, - конечно Шарль не знал, что конкретно было не так с машиной, но все же Макс в голове появился именно из-за нее. Если это не было корнем проблемы, то хотя бы побочным эффектом. Джей Пи, не убирая пистолета, прошелся свободной рукой по карманам Шарля, убеждаясь в словах Леклера. После, инженер пистолетом указал Леклеру на два стула в дальнем углу гаража. Шарль, все еще с поднятыми руками, направился к ним, и только сев, положил руки на колени, демонстрируя свои благие намерения. Джей Пи устроился напротив. Он опустил пистолет, но все еще держал его в руках. Шарль покосился на Макса. Тот все еще стоял посередине гаража, не шелохнувшись.  «Putain de merde,» - прокомментировал про себя Шарль Макса.  — Ну и что же не так с моей машиной? - с долей сарказма спросил Джей Пи. Шарль вздохнул, формулируя мысль. — Что же в ней может быть такого, до чего я не додумался за четыре года, а ты понял за один заезд? - не дав начать Шарлю, неприятно уколол Джей Пи.  — В мой мозг из твоей машины кое-что загрузилось. Сначала я подумал, что это вирус, если честно, я до сих пор так считаю, но в моей голове теперь находится Макс Ферстаппен, - Джей Пи поднял брови, явно пока не доверяя Шарлю. Леклер в подробностях пересказал все события той ночи, дополняя все информацией, которую рассказал ему Боттас. Вкратце, коряво, он попытался объяснить теорию Валлтери.  Но с каждым сказанным словом, Шарль чувствовал, что никак не может сдвинуть с мертвой точки недоверие инженера.  Закончив свой долгий рассказ, который Джей Пи не смел прерывать, хотя явно при этом высказывал сомнения одними глазами, Шарль в последний раз с надеждой взглянул на Макса, который все так же стоял посередине гаража. Шарль опустил голову: — Я понимаю, у тебя нет никаких причин мне верить, но Макс сказал, что только ты можешь знать, что находилось в твоей машине.  —У тебя на лицо все приметы шизофрении, парень, это не по адресу, - наконец отозвался Джей Пи, - Ты просто обычный псих, - последнее он сказал с ноткой горечи в голосе.  Шарль не знал, что на это ответить. Он и сам не был уверен в том, что здоров. И то, что сказал Джей Пи больше походило на правду, чем все фантастические доводы Боттаса.  — Скажи ему: «Боксы, через тридцать секунд», - Макс наконец очнулся от долгого молчания, Шарль поднял на него голову, и не узнал Ферстаппена. Тот стоял абсолютно подавленный, но все же нашедший в себе силы кивнуть Леклеру, в качестве разрешения говорить. — Кхм.. Боксы через тридцать секунд, - неуверенно пробормотал Шарль. В глазах Джей Пи исчез тот самодовольный сарказм, уступая место страху, и прежде чем он успел что-то сказать, Макс тихо продолжил, и Шарль мгновенно передал его слова: — Это я, Макс. Я внутри, я здесь, все что тебе сейчас рассказал Леклер чистая правда. Не знаю, как, но я теперь в голове у этого придурка. Джей Пи, это правда я!  Джей Пи откинулся на стул, скрещивая руки на груди, пытаясь выстроить последнюю границу: — Ты не можешь знать про боксы в тридцати секундах. Никто не знал. Кто ты такой?  —Да, блять, Джей Пи, не тупи! Это я! - Шарль внезапно почувствовал, как немеют пальцы, ими в разы сложнее управлять, Макс оказался рядом, что Шарль чувствовал тепло, источаемое его телом. Леклер, сам не зная, что он делает, схватил инженера за свободную руку, - Чем тебе это доказать? Помнишь, как только мы с тобой встретились, ты носил идиотские усы? Помнишь, когда мне было восемь лет, ты сделал для меня первый карт, он был оранжевого цвета, и на нем заедала педаль тормоза? Помнишь, как я влетел в первое ограждение, даже не выехав с питлейна? Ты тогда так перепугался, что запретил приближаться к карту, пока в итоге не починил его. А у меня осталась гематома от ремня. Помнишь, как я в первый раз выиграл в гонке, и притащил в этот гараж половину пелетона без твоего ведома. Я тогда первый раз в жизни напился. Облевал тебе половину инструментов, а механик Фетталя подрезал у тебя чертежи моих новых имплантов. Помнишь? Ты тогда еще на меня обиделся, и не разговаривал пару дней? Джей Пи, это я. Джей Пи в ужасе смотрел на Шарля, не до конца понимая, находится ли он в реальности, или нынче шизофрения передается воздушно-капельным путем.  Это были их личные, совместные воспоминания с Максом. Их не могло быть в гоночных архивах, занесенных в голову Шарля.  История Макса была переписана корпоратами. А настоящая - стерта со всех серверов, уничтожена из любых источников информации. Она жила только в памяти Джей Пи. Остался он единственный, кто помнил, каким Макс был до того, как стал чемпионом.  — Пошел вон. Ты не имеешь права дотрагиваться до памяти о Максе. Ты понятия не имеешь, о чем говоришь, - Джей Пи приподнялся со стула. Над ухом Шарля раздался раздраженный вздох. — Я смотрю, ты не поменялся, чуть что, так сразу в ракушку, - Шарль говорил не своими словами, - И с каких пор ты начал свято чтить память об усопших?  Макс говорил язвительно, но без злобы. Так обычно подкалывают друг друга старые друзья.  — Ты, старый пень, закопался в своих чертежах и забыл, как на улице пахнет. Сколько тебя помню, ты всегда убегал от реальности, прячась за своими формулами! И после моей смерти вместо того, чтобы начать жить нормально, ты решил, что будешь чтить мою память, занявшись затворничеством? И что у тебя с рожей? С каких это пор ты переметнулся на сторону имплантированных?    Джей Пи застыл на месте. Он слышал, как чужой человек говорит самыми родными словами. Сердце ныло от того, насколько хотело, чтобы весь этот бред оказался правдой, что Макс каким-то образом выжил. Но рациональная часть сознания все никак не могла принять то, что перед ним стоял его самый дорогой друг.  Пусть в другой оболочке, но все, все что говорил Шарль, Джей Пи уже слышал, и не раз. Это были те же интонации, те же словесные обороты. Шарль ставил паузы там, где бы Макс их выдержал. И подчеркивал те слова, которые всегда выделял Макс.  — Что с тобой стало, старик? - тон Макса сменился с раздраженного на обеспокоенный. Джей Пи, теряя последние остатки здравого разума, улыбнулся одними глазами. Леклер чувствовал себя настолько лишним в этом легендарном воссоединении, что ему хотелось растворится в воздухе, и дать побыть наедине старым друзьям. К сожалению, это было невозможным. Джей Пи наконец поднял глаза, смотря явно не на Шарля, а вглядываясь вглубь его сознания, пытаясь найти в нем того самого Макса: — Все это время, ты был внутри машины? - Джей Пи сказал это тихо, в голосе послышался необъятный груз вины. — Я откуда знаю, я помню только как отрубился в тачке, а очнулся уже не в своем теле, - Макс пытался сохранять чувство юмора даже в такой трагичной ситуации, - Мы сюда шли с предположением, что ты можешь об этом знать. Джей Пи потряс головой и помрачнел. Шарль был готов поклясться, что слышит как у инженера сейчас скрипели мозги. Джей Пи ринулся к ящикам с чертежами, нервно перебирая их, выглядело это так, будто бы он не искал ничего конкретного, а просто больше не выдерживал держать на себе знакомый взгляд: — Предположение Вальттери ,конечно , интересное, но мне кажется, оно мало связано с реальностью. Это не может быть на генетическом уровне, мои технологии просто не позволят вместить в себя такой огромный код, - он выдохнул, перед тем как выдвинуть неутешительный, в первую очередь, для себя, вердикт, - Я не могу утверждать, что у тебя, Шарль, в голове реальный человек. Это может быть набор из его воспоминаний, грубо говоря, как жесткий диск. Но это не значит, что это настоящий человек. Это программа, вирус. Вирус, который очень хорошо мимикрирнует. А мимикрирнует он лишь потому, что хочет выжить любой ценой.  Макс напрягся. Джей Пи понесло не в ту сторону, которую он ожидал. Он ждал объятий, слез перенесенной разлуки, пусть недолгой для Макса, но, бесконечной для Джей Пи.  Старый друг нес бред - даже Шарль понимал, что Макс не вирус. Как он мог им быть, если он помнил, что еще вчера был живым. В его самосознании ничего не поменялось, просто тело пропало.  — Я думаю, я смогу удалить его, - сказал Джей Пи, находя подходящий чертеж, как бы инженер не пытался сохранять спокойствие, в голосе слышались горькие ноты, - Это будет непросто, и я не обещаю что пройдет все гладко. Операция сложная, без побочных эффектов не обойтись.  Шарль почувствовал шанс на возвращение в нормальную, привычную жизнь.  — А сколько операция будет длится? - аккуратно спросил Шарль, мысленно соглашаясь на эту авантюру. Макс тут же подпрыгнул.  — Ты обалдел?! Мы же уже выяснили, что я реальный! — А мне что делать с этой информацией? Я же не буду делить с тобой мозг до старости. - Шарль сказал это про себя. Вот сейчас, он действительно почувствовал реальную угрозу для жизни. Макс понял: угрозами он ничего не добьется.  — Джей Пи ошибается, не дай ему этого сделать, я серьезно. Вы совершите убийство, - Макс с мольбой посмотрел на Шарля, но тот хладнокровно отодвинул его от себя. — Я думаю, где-то часов двенадцать я с тобой провожусь, на полное восстановление тебе понадобится неделя, но я склоняюсь к бОльшим срокам, - пробормотал Джей Пи, стараясь уйти от мыслей о нравственной стороны вопроса. «Нет, не пойдет. Мне через трое суток нужно быть на гонке. А через сутки я должен предоставить Вивьен новый контракт. Putain de merde, как все не вовремя..», - подумал Шарль. Макс, словно услышав мысли Шарля, снова образовался прямо перед лицом Леклера. — Так, тебе через сутки нужен новый контракт и новая машина, да? Шарль вопросительно посмотрел на Макса, тот продолжил незамедлительно.  — Я помогу тебе выиграть. — Обещаешь? — Клянусь. — Ты уже один раз умер, твои клятвы так себе работают. Макс болезненно усмехнулся. — Справедливо. Пауза. — Пожалуйста. Это «пожалуйста» было тихим. Почти детским. И что-то в Шарле сломалось. Он не мог так холоднокровно избавиться от него. Макс все же был человеком.  — Ладно. Шарль выдержал паузу.  — И что ты предлагаешь делать?  Макс замолчал, оглядывая пространство. Зацепившись взглядом за злополучную машину, он выпалил: — Мы угоним мою машину. Шарль издал нервный смешок.  — Ты головой думаешь? Как это нам поможет, машина не сможет участвовать в гонке без инженера, - Шарль помотал головой. — Так, давай решать проблемы по мере их поступления. Я разберусь со всем, и через три дня ты будешь на стартовой решетке, даю слово! - Шарль видел, как Макса трясло от перевозбуждения. План был не без изъянов. Если говорить честно, план был дерьмовым.  Но предложение Джей Пи удалять Макса сейчас, означало просрать все возможности для участия в чемпионате.  А если Шарль не будет участвовать - он поедет в места не столь отдаленные. И карьера закончится, толком не начавшись. В положении Леклера, выбор был действительно небольшой. А план Макса давал хотя бы призрачные надежды на спасение.  — А что делать с Джей Пи? - выразил последнее сомнение Шарль.  — Так, послушай, - протараторил засиявший Макс, - Джей Пи мой давний друг, как только он узнает, что я реальный, он поймет, почему мы сделали именно так. В конце концов, я с ним сам потом поговорю. — Сам - это так, как сейчас произошло? - припомнил долгое бездействие Макса Шарль. — Не каждый день видишь, как друг превратился в безжизненную оболочку.  Шарль поёрзал на стуле, принимая решение, как вдруг его прервал Джей Пи, находящийся уже в проеме дверей гаража: — Операцию сделаем здесь, слишком рискованно вести тебя ко мне в кабинет, я принесу оттуда все нужные инструменты и мы начнем. А ты, сиди здесь и никуда не уходи, - Джей Пи скрылся за дверьми гаража. Это был их шанс. Макс испуганными глазами смотрел на Шарля, ожидая от того финального решения. Леклер поднял на него глаза, и увидел, как Макс одними губами прошептал: «Пожалуйста». Здравый смысл сломался. Шарль резко поднялся со стула и быстрыми шагами дошел до машины, он открыл дверь, и быстро сел внутрь. Все движения не имели пауз, были быстрыми и резкими. Если бы Шарль задумался хоть на долю секунды - он бы точно передумал. Как только Шарль оказался в машине, пытаясь блокировать страх перед ней, и отгоняя от себя мысли о том, что может произойти тоже самое, что произошло в первый заезд, он резким движением вытащил из запястья кабель и соединился с машиной.  Автомобиль заревел, а Макс оказался рядом, на пассажирском сидении.  Шарль сделал пару глубоких вдохов, и не давая сомнениям влезть в голову, газанул, вылетая на полной скорости из гаража. Вырулив, он дал газ на полную, выезжая с длинного питлейна. Шарль, почувствовав скорость, наконец-то задышал полной грудью.  Да, эта машина была нужна ему. Да, Шарль наконец-то сделал правильный выбор.  Машина виляла, уходя от кусков строительного мусора на питлейне. Автомобиль послушно и полностью подчинился воли Шарля. Он не сопротивлялся при поворотах, колеса уходили только туда, куда и хотел Шарль.  — Так, а куда ехать-то? - внезапный логичный вопрос, которым они почему-то не задались, перед тем как угнать машину, повис в воздухе. — Ээ, я надеюсь, этот выезд не заварили, сворачивай по гравию налево, - неуверенно сказал Макс. — Что?! Ты не знаешь куда ехать?! Putain, зачем я вообще тебя слушал, - на стрессе Шарль машинально поехал в том направлении, которое указал Макс.  — Да все будет нормально, доверься мне! - отмахнулся Макс, явно нервничая. Машина, цепляясь днищем за куски гравия, которые беспощадно царапали её идеальное крыло, неслась на полной скорости в неизвестность. Вдалеке, где-то между седьмым и восьмым поворотом Макс заметил небольшие ворота. — Да, все правильно! Единственный въезд на трассу! Он выведет нас прямо в квартал «Б», я помню его!  Шарль выдохнул с облегчением, ворота он тоже заметил, и не смотря, что они неслись и так с предельной скоростью, попытался выжать еще пару километров из новопреобретенной машины.  Но чем ближе они приближались, тем отчетливее стала прорисовываться местность.  — Putain! - взревел Шарль. Перед воротами была навалена куча строительного мусора. — Не сбавляй скорость, - отозвался Макс рядом, Шарль посмотрел на того, как на психа. — Если мы не разобьемся, то машине точно пиздец! - панически выкрикнул Шарль. — Я сказал, не сбавляй скорость! - Макс повторил это уже более угрожающе. Препятствие приближалось с каждой секундой, и за момент до столкновения, Шарль зажмурился. Удар пришелся не слабым.  Леклера кинуло к торпеде, но успев уткнуться руками в руль, он смог удержаться в кресле.  Машина, прорываясь сквозь доски, ломая их пополам, создала целую бурю из щепок. Наконец, преодолев забор, разрушив его до основания, автомобиль вырулил на спиралеобразную закрытую дорогу, уходящую вниз.  Шарль стабилизировал машину, и уводя колеса право, чуть сбавил скорость. Машина, под весом гравитации, неслась вниз. Адреналин от столкновения на полной скорости, потихоньку стихал. Сердце стало стучать реже, налаживая ритм. Шарль выдохнул: — Когда спустимся, куда дальше?  Но от Макса не последовало ответа. Шарль обернулся на пассажирское, и увидел, как тот сидит, сосредоточено следя за дорогой.   — Але?! - привлек к себе внимание Шарль. — А? Да, - Макс затряс головой. — Куда едем? - Шарль понял, что Макс не слышал вопрос. — Я не знаю, - честно признался Макс, - Если честно, я не надеялся, что мы сможем выехать с трассы. Глаза Шарля округлились, он набрал воздух в легкие, чтобы высказать все, что он думает о безрассудстве Макса, но в последний момент передумал, выдав ёмкое:  — Ты псих. — Ты тоже. И вдруг Шарль рассмеялся. Громко и заразительно, так, что Макс слегка улыбнулся.  — Поедем к Кими, - выдал единственный вариант Шарль. — Хороший план. — Единственный план. Машина, преодолев множество пролетов, наконец выехала из крытого спуска, и как только оказалась на земле, с визгом унеслась прочь от трущоб.  И рядом, на пассажирском, больше не сидел враг. Сидел соучастник.