Страстный февраль

Девушка лежит на массажном столе, чуть прикрыв глаза и отдаваясь во власть умелых и сильных рук своего массажиста. День выдался долгий и насыщенный. Репетиции, съёмки, опять репетиции… Бесконечная карусель жизни популярной певицы — и вот, как награда за труды — вечерний сеанс расслабления с личным массажистом. Свет приглушён, в колонках играет приятная музыка, а она из-под ресниц наблюдает за тем, как работает её Юта, нежно, но уверенно скользя широкими тёплыми ладонями по её телу, которое для него, словно открытая книга.Он точно знает, где прикоснуться и как погладить, чтобы клиент улетел на седьмое небо. Девушка всегда слишком чувственно реагирует на его прикосновения, хоть и понимает, что массаж — это его работа, но ничего не может с собой поделать, едва не мурлыча под тонкими чуткими пальцами парня, и то, что на его сеансах она всегда в одном кружевном белье, почти не скрывающем её хрупкой фигуры, совсем не помогает ей успокоиться. Ей все чаще кажется, что взгляд Юты буквально прожигает её насквозь, даря невесомую ласку вслед за руками, и сдерживаться с каждым разом становится все сложнее. Его красивое лицо выражает полную серьёзность и сосредоточенность, пока он неторопливо разминает и умело расслабляет её уставшие мышцы, но девушке вдруг хочется немного пошалить, чтоб стереть эту сосредоточенную морщинку между красиво изогнутыми бровями вразлет, и она протягивает руку и неожиданно ловит тёплую ладонь массажиста, чуть сжимая длинные чуткие пальцы. Юта вскидывает голову, словно только сейчас выходя из некоего рабочего транса, и удивлённо смотрит на подопечную, а затем, чуть склонив голову к плечу, тихо спрашивает: — Что-то не так? — и девушке кажется, что его мягкий голос едва заметно дрожит, становясь глубже и ещё более хриплым, чем обычно. И она может признаться хотя бы самой себе, что безумно любит этот тяжёлый бархатный голос — ласкающий и чувственный, завораживающий своей глубиной и едва заметной хрипотцой, обволакивающий сознание девушки успокоительным покровом. Их глаза встречаются и девушка мгновенно попадает в плен ласковых тёмных глаз, смотрящих на неё сейчас так внимательно и нежно, что её обнажённая кожа тут же покрывается мурашками, а внизу живота сладко ноет. Во рту отчего-то пересыхает и девушка шепчет едва слышно: — Всё хорошо… — и вся её игривость бесследно испаряется под внимательным и чересчур пронзительным взглядом парня. В комнате словно становится жарче и девушке кажется, что во взгляде Юты сквозит плохо скрываемое желание, которое он всеми силами пытается подавить, помня о профессиональной этике и держа себя в руках. Но именно сейчас девушке безумно хочется, чтобы он послал свои принципы и благородство куда подальше и впервые взглянул на неё, как на девушку, а не пациентку.  — Юта… — выдыхает она едва слышно, на грани вздоха, и он наклоняется к ней ещё ближе, отвечая на зов. «Поцелуй меня…» — умоляют её глаза, но губы, на которые сползает его взгляд, не произносят ни слова.  — Что случилось, милая? У тебя что-то болит? — тихо спрашивает Юта, склоняясь к ней, и в его полуночном взгляде сквозит беспокойство и нарастающая тревога. Девушка едва заметно кивает головой и тревога в глазах напротив становится отчетливей, когда он тихо выдыхает:  — Где? И девушка понимает, что вот он — её шанс. Она берет руку массажиста и тянет её вниз, прижимая к внутренней стороне бедра. Юта всего на мгновенье прикрывает свои гипнотические глаза и едва слышно сглатывает, ощущая под пальцами мягкость атласной кожи, а затем глубоко вздыхает и чуть сильнее надавливает кончиками пальцев на напряжённые мышцы и почти шепчет:  — Здесь? Его рука скользит вверх по бедру подопечной и она прикрывает глаза, борясь с желанием схватить его за запястье, но все же остаётся лежать неподвижно, только её дыхание едва заметно учащается. Тёплые пальцы порхают по светлой коже девушки, не спеша скользят вверх и вниз по бедру, прощупывая мышцы, и Юта мягко произносит:  — Я вижу. Здесь действительно есть проблема, но это поправимо. Я сейчас её устраню, но постарайся расслабиться, ты слишком напряжена. Девушка кивает и пытается сделать то, что он просит, но желание, разбуженное его ласковыми прикосновениями, уже вовсю бурлит в её крови, запуская стайки волнительных мурашек по обнажённой для него коже. Обнажённой только для него одного. Никто ещё никогда не касался её так откровенно и нежно. Никто не смотрел так ласково и с таким нескрываемым обожанием во взгляде, как это делает сейчас Юта. И именно поэтому расслабиться совершенно не получается, и Юта это, конечно же, замечает, как и всегда, чуть хмурится, а затем тихо произносит:  — Ужасный зажим… Сейчас, моя хорошая, я помогу тебе. Доверься мне, хорошо? Девушка кивает и вновь закрывает глаза, не в силах больше выносить этот жгучий ласкающий взгляд. Довериться ему? Она только это и делает, безоговорочно доверяя себя его ласковым рукам. Последние полгода они играют в эту чувственную игру, из которой никто не может выйти победителем.Она слишком стеснительная в сердечных делах, хотя по её сценическим выступлениям этого и не скажешь, а он — слишком профессионал своего дела и не может изменить своей принципиальности, когда дело касается работы.  — Уже лучше? — заботливо интересуется Юта, проводя широкой ладонью вниз к её колену и чуть надавливая, и это прикосновение такое нежное, что девушка с трудом подавляет стон. Тишина затягивается, но она все ещё молчит, боясь не справиться с голосом, а Юта терпеливо ждёт её ответа, легонько поглаживая её по ноге от колена вверх к бедру. Черт, как же это приятно… что же делать? …  — Стой, — внезапно просит она резко осипшим шёпотом и все-таки хватает его за руку, останавливая. — Остановись, пожалуйста… Юта непонимающе хмурится, чуть сжимая её хрупкую руку своей широкой тёплой ладонью, и приглушённо шепчет:  — Что с тобой, Юна?  — Я… Я так больше не могу, — потерянно шепчет девушка и пытается сесть, но даже это удаётся ей не сразу, ведь голова немного кружится, а все тело сладко ломит и тянется к тому, кто сейчас потрясённо смотрит на неё, пытаясь понять, что произошло и что он мог сделать не так. Девушке все же удаётся сесть и она торопливо тянется к халату, висящему на спинке стула, почему-то чувствуя себя полностью обнажённой под серьёзным взглядом своего личного массажиста.Она уже собирается встать и малодушно сбежать, стараясь не встречаться взглядом с Ютой, но он вовремя ловит её за руку и разворачивает к себе, внимательно вглядываясь в испуганные глаза напротив.  — Юна… — тихо выдыхает он, сжимая её плечи и мягко, но настойчиво притягивая к себе, — Давай поговорим. Девушка замирает, как пойманная в силки маленькая птичка, почему-то именно сейчас отчётливо замечая, какой Юта высокий и широкий в плечах. По сравнению с ним она кажется просто Дюймовочкой. Юта внимательно вглядывается в её расширенные глаза, такие тёмные, что он может с лёгкостью видеть в них свое отражение, но девушка почему-то теряется и больше не может смотреть на него, замирая под ласковым внимательным взглядом карих глаз. Дышать становится тяжело, а к глазам почему-то подступают непрошенные слезы и она тихо просит:  — Отпусти меня, пожалуйста. И Юта снова хмурится и неосознанно сжимает её руки чуть сильнее и взволнованно произносит:  — Я чем-то тебя обидел? И Юна снова теряется под его пронзительными глазами, не зная, как объяснить ему, что сходит по нему с ума с их самой первой встречи в этом самом кабинете полгода назад. Она очень устала и не может ему ничего объяснить, чтобы это не выглядело глупо и по — детски, потому снова просит:  — Отпусти меня, пожалуйста, я хочу домой. И замирает, услышав твёрдое и решительное:  — Нет. И это похоже на окончательный приговор, ведь сейчас она чувствует себя как никогда уязвимой и беззащитной перед этим красивым чутким парнем, который настолько благороден, что никогда не позволяет себе ничего лишнего наедине с ней, но упорно не замечает её чувств к нему — таких очевидных, что их не заметил бы только слепой. И эти чувства уже давно очевидны для всех в агенстве, кроме того, кому они предназначены. Юна несмело поднимает на массажиста взгляд и вновь беспомощно утопает в его глазах без надежды на спасение, но ей больше не хочется бороться. Она признается ему сейчас — и будь что будет. Видя её смятение, но все ещё не понимая его причины, Юта наклоняется ещё ближе к её лицу, вглядываясь в глаза девушки, и неосознанно наступает на неё, сжимая её руки выше локтя длинными сильными пальцами, и Юне кажется, что её кожа горит там, где он к ней прикасается.  — С тобой что-то происходит, я ведь вижу, — тихо произносит он, не отпуская её и не позволяя сбежать, — Я уже давно заметил, что ты сама не своя во время наших сеансов. Юна, прошу тебя, расскажи мне, что случилось? Слушая его глубокий бархатный голос, чуть хриплый и взволнованный, Юна прикрывает глаза, собираясь с силами, как перед прыжком в пропасть, а затем едва слышно выдыхает:  — Я… — но дальше этого дело не идёт и нужные слова застряют в горле, никак не желая произноситься. Чувствуя её неуверенность, Юта чуть склоняет голову к плечу и с мягкой улыбкой смотрит на неё:  — Ты?..  — Я… Я просто не могу больше находиться рядом с тобой, — выпаливает Юна на одном дыхании и тут же пугается произнесенных слов. Юта удивлённо вскидывает брови и продолжает вглядываться в её глаза в поисках ответов, которые она не спешит ему давать:  — Почему? — мягко спрашивает он и его голос такой тёплый, словно он разговаривает с маленьким ребёнком, которого боится напугать. Ну вот и все. Теперь ей не отвертеться, ведь он только что загнал её в ловушку, из которой нет иного выхода, кроме как во всем ему признаться. И Юна решается, крепко сжимая кулачки, и встречается взглядом с его тёплыми глазами.  — Я люблю тебя уже давно, а ты… Ты не замечаешь этого и мне… Очень тяжело быть с тобой рядом. А дальше происходит то, чего девушка совсем не ожидает. Пару секунд Юта внимательно смотрит на неё, а затем опускает голову и приглушённо смеётся, рывком прижимая её к себе и не давая отстраниться, когда она начинает возмущённо молотить кулачками по его крепкой груди, скрытой под чёрной футболкой.  — Эй! Что смешного?! — возмущённо шипит Юна, как рассерженная кошка, которой наступили на хвост, не оставляя попыток высвободиться из крепких объятий массажиста. — Почему ты смеёшься надо мной? Юта замирает, переставая смеяться, с лёгкостью перехватывает её руки и прижимает к телу, полностью обездвиживая её, и прижимается лбом ко лбу мечущей молнии глазами девушки:  — Глупышка… — тихо выдыхает он, все ещё улыбаясь и ласково поглаживая её по обнажённым плечам.  — Что? Почему ты… Я не глупая! — Юна все ещё пытается слабо протестовать, но, окутанная с ног до головы теплом его сильного тела, вскоре перестаёт вырываться. А Юта только этого и ждёт, поудобнее перехватывая её сильными руками, прижимает ещё ближе к себе и хрипло шепчет:  — Если бы ты только знала, чего мне стоило сдерживаться все это время, чтобы не взять тебя прямо на этом столе…ты не поверишь, но таких усилий я ещё ни к чему не прикладывал…я так давно схожу по тебе с ума, малышка… Юна потрясённо смотрит на него, боясь поверить, что не ослышалась, а он наклоняется к ней так близко, что теперь они дышат одним воздухом, и нежно очерчивает указательным пальцем контур её приоткрытых мягких губ:  — Моя маленькая девочка… Моя Юна. … А затем все происходит именно так, как девушка столько раз представляла себе в своих несмелых мечтах, тая под ласковыми руками Юты во время их ежевечерних сеансов. Чуть приподнимая её лицо кончиками тёплых пальцев, Юта медленно наклоняется к ней, мягко прижимаясь губами к её приоткрытым губам и уверенно захватывая их в свой сладкий плен. Его руки скользят по её плечам и спине, посылая волны сладостной дрожи по всему телу, и он углубляет поцелуй, делая его тягуче-сладким и невозможно чувственным. Его руки так часто до этого дарили ей наслаждение, но теперь все по — другому, ведь Юте больше не нужно сдерживаться и ограничивать себя рамками приличий. И Юна даже представить себе не могла, какой он на самом деле горячий… Под всей его профессиональной холодностью скрывается такая жгучая страсть, которая просто сбивает с ног в буквальном смысле, и девушка даже не успевает опомниться, как оказывается прижатой к массажному столу сильным тренированным телом Юты и от этой невыносимо приятной тяжести перед глазами всё плывёт и кружится. «Мой… Наконец-то мой…» — шепчет она сама себе и счастливо улыбается, чувствуя, как горячие губы парня медленно спускаются вниз по её шее к ключицам, а уверенные мужские руки стягивают с плеч тонкие бретельки бюстгальтера, покрывая тонкую кожу горячими поцелуями. Юна подставляется под его неторопливые ласки, чувствуя, как все её тело постепенно расслабляется под мягким напором парня, который, кажется, не в силах оторваться от неё ни на минуту. Его тёплые руки скользят по её телу, умелыми ласками срывая с мягких приоткрытых губ девушки приглушённые стоны, которые он тут же заглушает своими губами, хрипло выдыхая в них:  — Ты такая сладкая… И Юна сильнее сжимает его широкие плечи, бездумно водит ладонями по сильным рукам, дарящим ей удовольствие, и ловит губами горячие поцелуи и хриплые выдохи парня, который нависает над хрупкой девушкой, прижимаясь к ней всем телом и зачарованно улыбаясь.  — Красавица … — хрипло шепчет Юта, чуть отстраняясь, и ласково очерчивает пальцами контур её лица.  — Ты тоже очень красивый, — отвечает Юна и ей хочется смеяться от переполняющего её счастья, ведь её личное сумасшествие сейчас так крепко обнимает её и смотрит так невыносимо нежно.  — Но все это немного несправедливо, — игриво дует губки Юна и Юта вопросительно приподнимает бровь:  — Что именно, сладкая?  — Ты уже столько раз видел меня без одежды, а я тебя ещё ни разу, — капризно ворчит Юна и парень приглушённо смеётся и качает головой, отчего тёмная непослушная чёлка падает ему на глаза, делая его похожим на совсем юного мальчишку.  — Поверь, это очень легко исправить. Ты хочешь, чтобы я разделся? Юна хочет улыбнуться, но, попав в плен колдовских глаз напротив, лишь зачарованно замирает и шепчет едва слышно:  — Очень хочу…  — Тогда помоги мне с этим, малышка… Голос Юты хриплый, бархатный и чувственный, рождающий невыносимо сладкое тепло глубоко внутри её тела, и Юна неуверенно тянется к нему, сжимая тонкими пальчиками край чёрной футболки. Юта смотрит ей прямо в глаза — пронзительно, жгуче, до мурашек нежно, и, чувствуя, как дрожат её руки, уверенно накрывает их своими, помогая ей избавить его от такой ненужной сейчас ткани. Юна смотрит на него во все глаза и прикусывает губы, восторженно любуясь его великолепным телом. Её личный доктор и правда просто нечто. Широкая грудь и твёрдый живот с рельефными кубиками пресса как магнитом притягивают её взгляд и она не может отказать себе в удовольствии очертить кончиками слегка подрагивающих пальцев каждую выступающую мышцу. Юта без футболки — просто завораживающее зрелище. Он едва заметно вздрагивает, когда девушка легонько ведёт пальцами по его груди, и чуть прикусывает свои мягкие губы, наблюдая за ней из-под ресниц с лёгкой улыбкой,позволяя ей наслаждаться его телом. Но затем её взгляд спускается ниже, к тёмной дорожке волос, уходящей от пупка вниз, под пояс джинс, что все ещё на нем, и девушка неудержимо краснеет, натыкаясь взглядом на уже весьма заметную выпуклость. Замечая её смущение, Юта слегка улыбается и притягивает её к себе, прижимаясь горячим лбом к её лбу, и успокаивающе шепчет:  — Не бойся… Я буду очень нежным. И Юна верит ему, как и всегда, послушно отдаваясь во власть самых любимых рук. Юта всегда сдерживает свои обещания — и Юна очень скоро в этом убеждается, ведь нежность его прикосновений буквально плавит её тело, заставляя растекаться безвольной лужицей в его крепких объятиях. Будто не в силах остановиться, Юта без остановки гладит, ласкает и целует свою драгоценную малышку, что так доверчиво к нему прижимается, в то время, как с её приоткрытых манящих губ в ответ на его ласки слетают такие чувственные звуки, что у брюнета напрочь сносит крышу. Он любит её уже так давно и вот сейчас, наконец, может подарить ей наслаждение, которого она не испытает больше ни с кем. Они целуются бесконечно долго, медленно и изучающе водят раскрытыми ладонями по полуобнаженным телам друг друга, и парень чувствует, как она дрожит под ним, пытаясь справиться со стремительно накатывающими волнами сладкого желания. Ей так хорошо с ним, как не было ни с кем и никогда и, скорее всего, не будет. С большим трудом оторвавшись от зацелованных им и уже чуть припухших губ Юны, брюнет властно сжимает её тонкую талию, заставляя выгнуться и прогибая под себя, и плавно спускается ленивыми неторопливыми поцелуями вниз по её шее, с улыбкой отмечая, как дыхание девушки все больше сбивается. Она хочет его — он в этом не сомневается и сам едва сдерживается, чтобы не показать ей свою страсть, зная, что сопротивления не последует. Его чуткие тёплые пальцы не спеша скользят по её предплечьям, поднимаясь выше и поглаживая по плечам, а затем медленно спускаются чуть ниже и мягко сжимают грудь сквозь тонкое кружево бюстгальтера. Юна рвано выдыхает и замирает под его рукой, распахивая глаза и встречаясь с его опасно потемневшим взглядом.  — Скажи мне, чего ты хочешь? — хрипло шепчет Юта пересохшими губами и мимолетно скользит по ним языком, и Юна невольно зависает на этой соблазнительной картине.  — Тебя… — ответ может быть только один — и он очевиден. Юта мягко улыбается, ласково поглаживая девушку по щеке, и наклоняется, шепнув ей прямо в губы:  — Ты ни о чем не пожалеешь, обещаю. Юна кивает и притягивает его к себе для очередного головокружительного поцелуя и Юта тихо стонет, словно окончательно признавая свое поражение. Его ладони скользят по её шее и ключицам все ниже, и Юна даже не успевает опомниться, как остаётся перед ним полностью обнажённой. Взгляд парня темнеет ещё больше, становясь откровенно голодным, и он ложится рядом с девушкой и притягивает её к себе, чтобы снова одурманить сладкими тягучими поцелуями и лишить её прелестную головку всех ненужных сейчас мыслей. «Не думай ни о чем… Просто наслаждайся…» — безмолвно шепчут его мягкие губы, и Юна полностью подчиняется ему, позволяя уложить себя на спину и целиком отдаваясь во власть сильных мужских рук. Кожа к коже, губы к губам — и это так прекрасно, что сердце сжимается, а и без того сбившееся дыхание ещё больше перехватывает. Она крепче сжимает его широкие плечи, когда он нависает над ней и спускается горячими поцелуями вниз по её груди, захватывая нежную плоть в плен горячего влажного рта, и улыбается, услышав глухой стон девушки. Она обхватывает руками его голову, притягивая ближе к своей груди, нежно зарывается пальцами в мягкие тёмные волосы, слегка оттягивая, отчего Юта глухо порыкивает, жадно втягивая в рот набухший розовый сосок. Его ладони порхают по рёбрами и животу девушки, спускаясь ниже, и он мягко, но настойчиво разводит её ноги, начиная невесомо поглаживать между ними лёгкими порхающими движениями, и Юне становится так хорошо, что все мысли о приличии напрочь выветриваются из её головы, оставляя лишь слепящее наслаждение. Ей кажется, что горячие мягкие губы парня и подушечки уверенных чутких пальцев буквально везде, принося такое удовольствие, от которого закатываются глаза и поджимаются пальцы на ногах. Юты так много и так мало одновременно и девушка сама не замечает, как с её приоткрытых губ слетает задыхающееся:  — Ещё… Услышав это, Юта лишь улыбается знающей мужской улыбкой и продолжает свои неторопливые чувственные поглаживания, без слов понимая, как и где прикоснуться к девушке, чтобы ей стало хорошо. Склоняется к ней и тихо шепчет в губы, прежде чем накрыть их влажным и развязно-сладким поцелуем:  — Сколько хочешь, дорогая… Тебе достаточно только попросить… Его ладони ненадолго исчезают с её тела и Юна слышит тихий звон ремня и звук расстегивающейся молнии и замирает в предвкушении.  — Посмотри на меня, милая, — мягко приказывает Юта и девушка смотрит во все глаза и не может поверить, что все это обнажённое мужское великолепие теперь принадлежит ей одной. Её затуманенный желанием взгляд медленно скользит по стройному тренированному телу доктора, задерживаясь на широких гордых плечах, сильных руках с изящными кистями и тонкими, как у музыканта, пальцами, спускаясь вниз по крепкой груди и твёрдому рельефному животу к длинным стройным ногам и тому внушительному агрегату, что уже твёрдо стоит между ними, слегка покачиваясь в такт сбитому дыханию парня. Заметив её расфокусированный жадный взгляд, брюнет усмехается одним уголком мягких губ и хрипло выдыхает:  — Нравится? Теперь ты довольна? Юна зачарованно кивает и протягивает к нему руки, больше не желая ждать. Она и так ждала слишком долго.  — Иди ко мне, — слетает с её губ, и Юта подчиняется, вновь нависая над ней, и устраивается между её стройных бёдер, крепко обнимая за талию одной рукой, а другой поглаживая по щеке.  — Расслабься, моя хорошая… — шепчет брюнет, а затем наклоняется к ней и жадно целует, скрадывая губами тихий блаженный стон Юны, когда его крепкие бедра сливаются с её, делая первый плавный толчок. Юна обнимает его за плечи, отвечая на поцелуи парня, которые из нежных и неторопливых превращаются в жадные и горячие по мере того, как его дыхание все больше сбивается. Он плавно двигается в ней, опираясь на руки и скрадывая её тихие сладкие стоны своими губами, и хрипло шепчет в них:  — Тебе хорошо?.. Скажи да… Черт, Юна… Скажи мне…просто скажи… И Юна снова и снова выдыхает это заветное «да» в мягкие губы напротив, что так умело и жадно ласкают её, сводя с ума и не оставляя никаких других вариантов ответа. Его поцелуи трепетные и глубокие, влажные, невыносимо сладкие, а движения внутри неё плавные и ритмичные, постепенно набирающие темп, когда Юта уверенно подводит их обоих к острой грани удовольствия. Юне так хорошо с ним, что хочется кричать во весь голос, но тогда все агентство завтра будет знать, чем они с ним сейчас занимаются, поэтому девушка из последних сил сдерживается, выдыхая сквозь сжатые зубы, и беспомощно стонет, когда по венам растекается томительно — обжигающее тепло, а глубоко внутри её тела тлеет самый настоящий пожар от глубоких и чувственных толчков парня. Она обхватывает стройными ногами его поясницу, прижимаясь ещё ближе, и почти обжигается жаром его смуглой кожи, покрытой лёгкой испариной. Ни на миг не прекращая двигаться, Юта наклоняется к ней, лаская приоткрытыми влажными губами беззащитную шею девушки, оставляя на нежной коже пылающие следы, исступленно целует изящные ключицы и плечи, хрипло выстанывая её имя и собственническое:  — Моя девочка… И Юна невольно замирает каждый раз, когда слышит это, не желая ничего больше, кроме как быть его. Её ладони бездумно блуждают по широкой спине брюнета, чуть царапая горячую кожу ноготками, когда от его глубоких ритмичных толчков перед её глазами начинают сверкать яркие вспышки, и она чувствует, как напрягаются и слегка подрагивают под её пальцами его широкие плечи. Юта ускоряет темп и девушка неосознанно сжимает его внутри, отчего он сдавленно рычит и жарко целует её в шею, чуть прикусывая её зубами и обжигая горячим сбитым шепотом:  — Чёрт, детка, я сейчас… Юна без слов все понимает и чуть приподнимает бедра, прикрыв глаза от тягуче- сладкого наслаждения, что сейчас плавит её кости, двигаясь с ним в одном ритме, и утыкается носом в сильное мужское плечо, чувствуя, как от очередного глубокого толчка её накрывает мощной приливной волной и утягивает в тёмные манящие глубины, где нет никого, кроме них двоих… это притяжение намного сильнее её и ему невозможно сопротивляться, но Юна больше и не пытается.