Сдвиг

Стоя перед рекой Орегона, только переместившись,  Уэнсдей задавалась вопросом: а стоило вообще в это ввязываться? Кто-то скорее всего бы разобрался с этой «аномалией», а она тратит свои силы. Но на кону была жизнь не только простых людей, но и её друзей. Медиум глубоко вздохнула, глядя на свое отражение в воде. На улице ещё даже не начался рассвет, и было довольно холодно. Аддамс переместилась на несколько недель назад, в тот день, когда к ней домой заявилась Бьянка, настаивая поехать в Нью Йорк.  К сожалению, при ней была лишь небольшая сумка, в которой лежал блокнот с ручкой , пару пластырей , банковская карточка, паспорт..и кепка. Брюнетка понятия не имела, когда собирается возвращаться назад, и это нервировало.  Сейчас она направлялась прямо в аэропорт. Интуиция подсказывает, что в этих странных событиях замешана та несуразная блондинка. Угнав свой же мопед, что стоял возле её дома, Уэнсдей направилась в сторону аэропорта. По ощущениям, прошлые Барклай и Аддамс уже должны были уехать, а это значило только то, что нужно торопиться.  Дорога до места назначения заняла около двадцати минут. За это время медик уже успела достаточно замерзнуть и устать давить на газ.  Поставив мотоцикл за стену от входа аэропорта, брюнетка поспешила внутрь. Пройдя мимо охранников, что немного шокировано  бросили на неё взгляд , Уэнсдей  надела кепку на голову, чтобы та немного прикрыла ее лицо. оглядев толпу, она уставилась на такую картину: —Всмысле перевес? Я ведь все взвешивала дома! И куда мне теперь девать мои вещи?! Я не могу их оставить здесь! —тревожно, блондинка спрашивала у девушки на регистрации.  Переведя взгляд направо, Уэнсдей увидела себя. Себя, пронзающую взглядом восклицающую девушку. Окинув взглядом «прошлую» себя, медиум увидела как Бьянка с права окликает её, но та не слышит.  Так странно наблюдать за этим. Будто смотришь фильм с участием тебя, только вот сейчас его можно изменить.  Прокручивая свой план, что был придуман ещё несколько дней назад раз за разом, брюнетка решительно направилась к стойке регистрации. Толпы людей, семей и даже одиночек сливали Уэнсдей в толпе. Аэропорт пропах смесью дезинфицирующих средств, кофе и парфюма. Голоса людей сливались лишь в шум на фоне.

***

Пройдя через паспортный контроль и проверку багажа, Аддамс в спешке стала бродить по аэропорту и искать блондинку. Она просматривала каждую комнату ожидания на посадку, надеясь, что та ещё не уехала. Выдохшись, Уэнсдей остановилась и слегка отдышалась. «Не успела. Все придется начинать сначала.»— пронесся поток мыслей в её голове. Но повернув голову вправо, она увидела её. Легкую, ничего не подозревающую девушку. Она сидела в одном наушнике и глядела в экран телефона, напевая какую-ту попсовую песню под нос.  Но что было проблемой для Уэнсдей, так это забрать блондинку для узнавания информации. Аддамс никогда не знакомилась по своей воле, и делать это сейчас желания не было..но это было обязательно. Здесь, в аэропорту нельзя было проявлять никакой агрессии, иначе это может закончиться плохо. Оставалось лишь общаться. Это настоящее испытание для брюнетки, но на кону жизнь многих людей. Медленно подойдя к голубоглазой, Уэнсдей села на свободное место рядом. Она поерзала, но показывала ледяное спокойствие, все ещё прокручивая варианты ответов в голове.  Думая что сказать, брюнетка кинула взгляд на пол и увидела там небольшую сумку, что стояла облокотившись об сиденья. Из неё выпал маленький амулет, напоминающий дешевую бижутерию из простого магазина.  Вот он, момент. Наклонившись и подняв безделушку, медиум произнесла вслух: — У вас выпало. Блондинка, оторвавшись от телефона, сняла наушник и вопросительно посмотрела на Аддамс.  — Выкатилось из сумки. — рассматривая розовый камешек , что уже казался не совсем дешевой безделушкой, констатировала Уэнсдей.  — Вам следует быть более внимательной к вещам. Если вы уроните какую-либо вещь ещё раз, его подберет кто-то менее честный, чем я. — с легкой усмешкой договорила брюнетка.  — Ох! спасибо вам большое, я бы возможно и забыла его, если бы не вы.  — Откуда у вас это ? Я разбираюсь в драгоценных камнях и если я не ошибаюсь, этот перестал продаваться лет так двадцать назад. — задумчиво спросила медиум. —Да.. это так, семейная реликвия, понимаете..Точно, мне же надо идти на посадку! — Ваш рейс был задержан на несколько часов. Вам некуда торопиться.  — Оу.. я и сама не услышала. А вы тоже летите в Финляндию? Я люблю это место. Часто туда летаю. Кстати, как вас зовут? Я Энид Синклер! — закончив свой длинный монолог, блондинка улыбнулась.  — Уэнсдей. Уэнсдей Аддамс.  — «Уэнсдей» это как среда? Какое забавное имя! А фамилию.. я ее где то слышала. Ничего не ответив, девушки просидели так пять минут, пока брюнетка не сказала:  — Предлагаю выпить кофе. Пройдетесь со мной?  Встав, девушки побрели вдоль аэропорта, ища небольшое кафе. Так как Уэнсдей уже поднадоело находиться так близко к этому разноцветному месиву, она решила действовать. Проходя мимо коридора, что вел в туалет, медиум закрыв рот рукой блондинке, затолкала её в проход. Держа девушку на достаточной дистанции, но при этом приставив нож к горлу ( который она с трудом пронесла через проверку) , брюнетка прорычала: — Расскажи мне все, что тебе известно о перемещениях. Крикнешь что-либо, убью. Блондинка только осознав что произошло, попыталась аккуратно вырваться из хватки медиума. Почувствовав, что нож начал сильнее давить на горло, Синклер испуганным голосом промычала. — Я ничего не знаю, отпусти меня!  — Не ври мне. Расскажи. Все. Что знаешь. — Нет, нет, нет… я ничего не знала и не знаю… Я понятия не имею, о чем ты. — глаза Энид стали бегать по потолку, но в тот же момент наполнились ужасом.   Уэнсдей, заметив перемену в поведении голубоглазой обернулась, все ещё держа нож возле горла. К её ужасу, потолок «плыл» и далекие голоса в аэропорту начали смешиваться в один громкий гул.  Потеряв бдительность, медиум обнаружила что рука блондинки перехватила нож из её рук, и кричала ей в лицо:  — Смотри на меня, не отводи взгляд! Какого цвета мои глаза? — когти оборотня выскочили наружу, держа за голову брюнетку и слегка трясся ее.  Аддамс, будто загипнотизированная, решила последовать совету Синклер. Почувствовав , будто земля уходит из под ног, к ней пришло осознание: Теперь беда не избежна. Она попала в энергетическую петлю к этому оборотню, с которой придется выбираться. «Какое же это всё таки дерьмо» — не успев об этом подумать, двух девушек кинуло на пол.  Провалявшись на земле несколько секунд, брюнетка резко встала. Блондинка все ещё лежала на земле. Уэнсдей поняла, что находится в каком то безлюдном переулке. На улице было трудно понять, какое сейчас время суток, но было ещё немного темно, возможно это было раннее утро. Тело ломило от холода и боли. Оглядевшись, она увидела туман, окутывающий город. Асфальт был мокрым и неприятным от недавнего дождя.  Услышав кряхтение за своей спиной, медиум обернулась. Волосы оборотня взъерошились и встали дыбом. Лицо её было искажено большим  недовольством. Блондинка постепенно вставала на ноги. — Черт.. Держась за поясницу, голубоглазая полностью выпрямилась и с возмущением начала: — Я так давно хотела в эту поездку, а теперь из-за тебя мне нужно будет ждать неизвестно сколько! А мои вещи.. мой багаж остался там!  — Мы не переходили на «ты».   — Да мне плевать! Я мечтала полететь туда, а ты мне все обломала!  — Если бы все рассказала, ничего бы не произошло.  — Мне и часа не хватило б чтобы все рассказать, мы бы все равно оказались здесь! — переходя на рык, обвиняла Энид.  — Тогда в чем моя проблема?  — В том, я теперь снова неизвестно где!  — Не нужно было врать. Ты ведь знаешь многое о перемещениях во времени, не так ли?  — Я не врала тебе. Я абсолютно ничего не знаю про них.  Помолчав, Уэнсдей смотрела на оборотня как на больную.  — Но ты ведь здесь.  Ещё больше выходя из себя, Энид пригладила свои волосы и подняла свою миниатюрную сумочку, повесив её на плечо. — Не знаю как ты, но я иду искать ночлег. Возможно, мы тут надолго.  — Не знаю как ты, но я могу перенестись в настоящее уже сегодня.  — Даже если ты сейчас уйдешь, рано или поздно ты опять окажешься здесь. Уэнсдей, —процедила Синклер сквозь зубы — ты уже в петле. И хочется тебе этого или нет, ты останешься в ней. Не поверя словам блондинки, Аддамс пошла вперед, не оглядываясь. Выйдя из переулка она все поняла. Биг-Бен. Лондон. Только вот не понятно, какой год. Людей на улице толком не было, поэтому трудно распознать, какая сейчас культура и мода. Подойдя а водоему возле башни, Уэнсдей аккуратно перелезла через ограждение. Сегодня она толком ничего не узнала. Но ничего, у неё ведь ещё есть время, не так ли? Очень хотелось в это верить. Посмотрев в воду, Аддамс увидела свое отражение. Вода была грязной , совершенно не хотелось отпускать туда даже свою ногу. Где то сзади шла Энид, но это уже не имело значения. Сосредоточившись на дыхании, Уэнсдей начала перемещение.  Переместилась она, слава богу, в Нью Йорк, недалеко от съемной квартиры. Встав с места, брюнетка почувствовала себя довольно паршиво. Пройдясь вдоль набережной, видя «пустых» людей, которые исчезали на ходу Уэнсдей поняла, что это явно не последняя встреча с оборотнем. Поймав такси, медиум с трудом старалась не заснуть в машине.  По приезду выйдя из машины, она вдохнула свежий воздух. На улице до сих пор шел дождь, морозный воздух окутывал тело.  Зайдя в квартиру брюнетка ощутила расслабленность, потому что во-первых, Барклай была не дома, а во-вторых, наконец то можно было поспать. Не включая свет и снимая лишь обувь , Уэнсдей упала на кровать без сил. Ложась в позу покойника и не укрываясь одеялом, она кинула взгляд на пасмурный вид за окном. Высокие здания простирались по всему городу. 

***

Проснувшись, но ещё не открыв глаз, Уэнсдей обжог мороз. Неприятный и осенний, её пробрало холодом до костей. Открыв глаза и резко сев, по спине пробежал холодок. Это не её квартира. Вскочив с кровати, ребра заныли: будь это не побочные эффекты, она бы подумала, что её убивают. В помещении пахло старыми книгами и имбирем. Мягкий, теплый свет освещал небольшую комнату. В углу комнаты стоял стол, возле которого красовался книжный стеллаж. Осмотрев свою одежду в зеркале напротив кровати, Аддамс опешила: даже не удосужилась снять сумку.  И тут, со стороны двери донесся звук. Глухой, но слышный стук разнесся по комнате. Обернувшись, брюнетка различила открывающуюся дверь.  За дверью стояла Энид. Уже расчесанная и в теплом свитере. В руках она держала чашку, в которой предположительно было кофе. Усмехнувшись, она лишь двинулась в комнату, ставя одну руку в бок.  — Доброго утра, соня. — Синклер отпила немного жидкости из чашки.  — Ты похитила меня? — Нет, глупышка. Извини конечно за такое неожиданное появление, но выгляни в окно. Прямо за тобой.  Презрительно смотря на оборотня, Аддамс задернула белую штору. За окном красовался Лондон. Тот, из которого она вчера так легко сбежала. Её глаза расширились и не поворачиваясь к Энид, брюнетка лишь прошипела. — Почему так происходит?  — Честно, я и сама не знаю. Утром я решила полюбоваться дождливым и грустным видом, но знаешь что я увидела? Ты попросту лежала спящей на земле. Я совершенно не поняла, что происходит, но я занесла тебя домой, ведь ты вся посинела. — выпалила Синклер. — Я ведь сказала тебе, что так просто ты не сбежишь. Вздохнув, блондинка села на стул возле письменного стола. Поставив чашку с кофе, она взяла книгу с черной обложкой со стеллажа. Будто на автомате открыв нужную страницу, голубоглазая повернулась к медиуму и ткнула пальцем в строку.  — Вот, посмотри. «..Оказавшийся человек во временной петле не сможет выбраться из неё, лишь перепрыгнув в свое время.» Уэнсдей лишь смотрела на неё с презрением, и выстраивала план выхода из цикла. Весь этот план казался абсурдным, ведь о временных петлях брюнетке было мало что известно.  — И что теперь делать? — пробормотала себе под нос темноволосая.  — Просто ждать. Если мы будем ждать по отдельности, возможно нас занесет в разные эпохи. Но есть вероятность.. то что мы в одной петле. Вспомнить бы ещё закономерность, в какое время мы попадаем в следующий раз.. Не став слушать голубоглазую, Уэнсдей встав с кровати, поправила сумку на плече и направилась к двери.  — Как ты сняла квартиру?  Энид лишь улыбнулась. — Это моя. Я уже была здесь пару раз, скитаясь по улицам, нашла её. Она была в хорошем состоянии. Я навела здесь немного уюта, и вуаля. — блондинка раскинула руки.  Аддамс повела бровью, но ничего не сказав, вышла за дверь комнаты, ища входную. Перед выходом на улицу брюнетка обернулась и проговорила в пустоту, зная что блондинка услышит. — Встретимся в центральной библиотеке. Когда начнет темнеть.  *** Идя по холодным и затуманенным улицам Лондона, медиум размышляла о событиях произошедших за эту странную неделю. О том, что теперь ей похоже придется спасать не только людей, но и себя тоже. Грустно, однако.  А ещё мучил вопрос: Где же остановиться на ночь?  Идти снова в квартиру к блондинке было бы ужасно. Ночевать на улице более унизительно. Здешних денег у Аддамс не имелось, а отбивать у кого то квартиру не очень хотелось.  Но ведь судьба всегда подкидывает свои сюрпризы, не так ли? Или же это не совпадение? Уэнсдей никогда ее верила в судьбу. По ее мнению, каждый человек следует своему пути, и все ошибки что он совершает, остаются при нем. Совпадения повторяются более одного раза? Это явно не совпадения. Уголок Уэнсдей слега дернулся, когда в пару метрах от неё она увидела кудрявого парня в очках. Юджин. Один из тех, ради которого и начался этот сюр. Они обязаны друг другу многим, но для брюнетки Оттингер был как второй брат.  Лицо пчеловода было искажено не радостью встречи, не удивлением и даже не злостью. Это была чистой воды тревога.  Уэнсдей остановилась, ожидая пока парень подойдет ближе. — Ну вот скажи мне, зачем ты в это влезла?! — не поздоровавшись, выпалил кудрявый.  — Почему ты здесь, Юджин? — начиная идти вперед плечом к плечу парнишки, брюнетка не скрывала своего любопытства.  — Ответь на мой вопрос! Уэнсдей, ты совершенно не понимаешь серьезности ситуации! Ты.. и понятия не имеешь что может произойти. — Я лишь пытаюсь спасти людей. Сейчас я в некой неприятности, из которой скоро выйду.  — Ты что.. ещё и в петле? — уже с раздраженностью в голосе парировал Оттингер. — Если ты пришел сюда меня учить, тебе не по адресу. Но если ты пришел мне помочь, есть один вариант.. — Аддамс, ты относишься ко всему так просто, будто от этого не зависит твоя жизнь!  — Зависит. И поэтому, я здесь. — невозмутимо смотря вперед, медиум ровно шла. — Не тебе меня учить правилам времени.  — Как раз так и мне! Я опытней тебя в этом.  — Ты не умер лишь потому, что нарушал правила. Почему я не могу сделать того же? — Уэнсдей задала вопрос, который крутился у неё уже довольно долго.  Юджин резко остановился. Его лицо побледнело, а глаза стали пустыми, но не такими как были у Бьянки, а какими то..грустными.  — Ходили слухи, что тебя прокляли. — продолжала давить брюнетка.  Боковым зрением Аддамс заметила то что краски мира начали расплываться. Сначала они лишь смешались, но вскоре начали кружиться с большой скоростью, напоминая эпицентр торнадо.— Юджин?  — Ты совсем не ценишь то, что имеешь. — голос пчеловода дрогнул. — Я бы все отдал ради того, чтобы стало как раньше.  — Что ты имеешь ввиду? — подняв бровь, брюнетка продолжала осматриваться вокруг.  — Все думали.. что меня прокляли! Да лучше б было и так! Я.. я слишком много перемещался, и я думал что побочные эффекты просто убьют меня, но это не так. В один день я проснулся.. и просто ничего не чувствовал. — голос Юджина стал более громким. — Мне показалось, что я обрел новую силу! Хотя это.. постепенно начало уничтожать меня. С каждым перемещениям, я потихоньку все забывал. Я забыл практически все! — Оттингер перешел на крик, а его глаза стали влажными. — Я забыл лица всех, я уже не помню никого из Невермора кроме тебя! Лишь.. крупинки воспоминаний. Не могу представить, какие на вкус были мои любимые панкейки, или.. голос моих мам. Я помню все лишь небольшими обрывками! Понимаешь, Уэнсдей, я просто оболочка! Просто пустышка не имеющая никакого значения, у которой нет ни будущего, ни прошлого, я существую только  здесь и сейчас! Представляешь.. я не помню, сколько у меня было ульев.  — Семьдесят два. — робко и с едва заметным шоком ответила Уэнсдей.  Краски вокруг снова начали становиться нормальными. «Торнадо» постепенно стал успокаиваться, а в уголках глаз Юджина остался лишь влажный след.  — Не знаю почему я так пытаюсь уберечь тебя, но чувствую, что так надо. — с грустной улыбкой пробормотал кудрявый. — У меня есть ночлег для тебя. Оставайся сколько хочешь. Я если что, там не живу.

***

Сидя в запыленной, но уютной квартире медиум читала книгу. Стрелка показывала ровно пять часов вечера. Да, уже потихоньку начинало темнеть, и пора бы уже собираться.. но эта атмосфера сейчас..она была спокойной и не опасной. Впервые за несколько дней можно было расслабиться и забыть обо всем, смотря на дождь за окном даже не зная, какой сейчас год. Библиотека находилась в нескольких минутах ходьбы от дома, поэтому особо не торопясь, Уэнсдей начала собираться.  Накинув черное пальто и взяв зонт Юджина, она вышла. Идя по туманным и влажным улицам Лондона, брюнетка вспоминала выходные в Неверморе. То, как Йоко очередной раз тараторила про тон насколько ей нравится Дивина или про то, как она пыталась убить Аякса за его желание сунуть нос куда не надо.  Невермор, далекое будущее.  Сидя в полумраке в комнате Уэнсдей, две девушки болтали друг с другом. До выпуска из академии оставалось пару месяцев, и не говоря об этом в слух, медиум понимала, что эти школьные времена были не такими уж и противными. На идеально застеленной кровати рядом сидел вещь, как Йоко Танака сидя на полу возле постели  Аддамс рисовала что-то в своем блокноте. За окном лил дождь уже как несколько дней, поэтому почти никто не выходил на улицу. Тяжелые капли с ритмичным стуком барабанили по крыше. Впервые диалог двух друзей был не серьезным, не по делу, а просто общение, ведь каждая из них понимала, что скоро такой возможности не будет. Танака дискутировала обо всем, о чем можно, но медиум просто слушала и не особо вникала в суть ее монолога.  — Знаешь, — вампирша крутила в руках ручку, изучая свой набросок на листе, как будто это была карта сокровищ. — Иногда мне кажется, что если я заткнусь хоть на минуту, мир просто схлопнется от скуки. Или я сам. Уэнсдей не шевелилась. Она смотрела в окно, где сумерки медленно съедали очертания деревьев. Прошло секунд десять — достаточно, чтобы обычный человек решил, что его проигнорировали. — Не схлопнется, — наконец отозвалась она. Голос звучал глухо, но уверенно. — Просто в нем станет чуть тише. А тишина — это хорошо, Йоко.  Танака криво усмехнулась, собираясь выдать очередную колкость про готические принципы, назвав Аддамс «мисс очевидностью», но вдруг осеклась . Посмотрела на спокойный профиль подруги и вместо шутки просто выдохнула: — Тишина пугает. В ней слишком много правды. — с настоящей, а не наигранной усталостью пробормотала Йоко.  — Зато правда не требует сценария, — Уэнсдей едва заметно дернула уголком губ. — так редко, что это стоило тысячи слов. — Слушай свою тишину. В ней тебе не нужно быть смешной.  — Это как мой стиль жизни, понимаешь? Мне нравится это, но иногда утомляет.   — Но ты понимаешь, что мне все равно на твои шутки.  — Но я понимаю..

***

Садясь за стол возле множества книжных шкафов , Энид увидела, что брюнетка уже была здесь. Возле неё лежал лишь её блокнот с чистой страницей и ручка, ни одной книги. Оборотень сняла слегка мокрую шубу, повесив её на стул. В сумке у блондинки уже лежало пару книг, которые она целенаправленно взяла пока искала Уэнсдей. Та в свою очередь, будто выжидая пока Синклер сама завяжет разговор, хмуро уставилась на неё.  — У меня на лице что-то? — указав пальцем на свое лицо, шепотом произнесла голубоглазая.  — Нет.  — Тогда чего ты так пялишься?  Аддамс, ещё более угрюмо прожигая взглядом оборотная, немного подождав, уставшим голосом заговорила. — Я позвала тебя для того, чтобы узнать, что происходит. Я думала, что я лишь устраню проблему и смогу вернуться назад. А теперь меня затянуло сюда.  — Пфф.. Ты думаешь я знаю? Я лишь знаю то, что это временная петля из которой понятия не имею как выбраться, а ещё я знаю то,  куда мы попадем в следующий раз!  Замолчав, девушки просто молча сидели друг напротив друга, иногда поглядывая на окно.  В читальном зале было так тихо, что звук перелистываемой страницы казался сухим треском ломающейся ветки. За высокими окнами лишь иногда виднелся свет фонарей в  холодный вечер. Пахло пылью и старым деревом.  Отвлекшись от темноты с окна, Уэнсдей начала уверенно что-то записывать в блокнот.  Первой тишину нарушила Энид, с слегка раздраженным лицом гряда на брюнетку.  —Эй, — прошелестела она , и этот звук был похож на змеиное шипение. — Ты уверена, что ты не одна из этих стеллажей? Я вот смотрю на тебя уже пять минут и подозреваю, что у тебя внутри вместо крови — типографская краска, а вместо эмоций — черно-белые картинки. Уэнсдей даже не вздрогнула. Ее ручка продолжала выводить ровные строчки. Она только чуть прищурила глаза, вчитываясь в мелкий шрифт. — В отличие от тебя, я бы не сидела  сложа руки и не ждала бы, пока что-то решиться само-собой. — тихо отозвалась медиум. — Сложа руки?! — Энид хмыкнула, упирая руки на стол. Она посмотрев прямо в глаза Аддамс, к не слышно зарычав — Слушай , «Чудо женщина». Я перепробовала всё. Я специально ходила возле разных аномалий — меня не выбрасывало обратно. Я пыталась сжечь эту чертову петлю во  время перемещения — пламя гаснет, не успев разгореться. Я здесь везде живу, понимаешь? А ты... ты просто очередная временная путешественница, которая еще не поняла, что выхода нет.   — Выход есть всегда, — Аддамс выдержала паузу, не отводя взгляда. Ее невозмутимость явно бесила Энид. — Просто ты перестала  его искать, как только обнаружила заначку вина в подсобке.  Энид осеклась. С одной стороны она и была согласна с Уэнсдей, но с другой, эта вся «игра» её бесила.  — И что ты предлагаешь делать?  — Для начала расскажи, как все началось.