Побитая мартышка и злопамянтный павлин.

Утром Арманда разбудил лишний шум, словно обезумевшая обезьяна бегала из стороны в сторону. В принципе, так и оказалось… Му Сычэн рылся во всех возможных шкафчиках, выбрасывая вещи наружу, не соизволив сложить их на место вновь. Потрёпанные волосы добавляли особую неряшливость, поэтому Арманд, не в силах сдержаться, выпустил лёгкий смешок. В его сторону метнули острый взгляд прищуренных, но заспавшихся глаз. — Над чем ты смеёшься, идиот? — Му Сычэн сложил руки на груди и ядовито усмехнулся. — Так и делай добро дальше. Капризные принцессы всегда останутся таковыми! — Ты кого принцессой назвал, обезьяна? В воздухе заискрились вспышки молний. Но, не успев и рта раскрыть, у Му Сычэна зазвонил телефон. — Му Сычэн! Где ты? Почему ты вновь опаздываешь?! — раздался девичий голос. — Ой, брось! Дай мне ещё пару минут… — Му Сычэн зажал телефон к плечу, возвращаясь к хаотичным поискам, забыв про Арманда. — Я найду рубашку, тц, блин, где же она… и сразу же побегу к тебе! То есть к вам! Он сбросил звонок. Арманд молча уставился на чёрную рубашку, небрежно закинутую на кондиционер, и также молча посмотрел на Му Сычэна, чьё лицо вспыхнуло красным. Да уж, обезьяна и в человеческой форме останется обезьяной. — Нашёл! — Му Сычэн радостно подпрыгнул, сжав в руках теперь уже мятую рубашку, и, не постыдившись, начал переодеваться. Арманд: — … Меня не существует? На самом деле у Му Сычэна была встреча выпускников, звонившей же оказалась его одноклассница, их бывшая староста Юань Цинцин. Вид у Му Сычэна был довольно потрёпанный, но всё спасало красивое лицо. К счастью, Арманда это не особо касается, поэтому он с удовольствием вновь разлёгся на матрасе. В него прилетел носок Му Сычэна. Ладно, ему не особо-то и хотелось спать. Каким бы раздражительным ни был Му Сычэн, Арманд не планировал надрывать свои голосовые связки с утра пораньше. — Обезьяна, твой носо… — в него прилетел ещё один. — Можешь оставить себе как трофей там, я не знаю! — крикнул ему напоследок Му Сычэн, в спешке выбегая из комнаты. «Му Сычэн!!! Вот же гребёная обезьяна!!!» *** Дверь с громким звуком захлопнулась. Му Сычэн выбежал так быстро, что в комнате ещё несколько секунд дрожала ручка. Арманд остался в доме совершенно один, не считая носков, валявшихся у его ног. Джорджия ещё утром уехал по своим делам, как и все основные участники бродячего цирка. Комната с разбросанными вещами и ненужным хламом осталась прежней, только на этот раз без Му Сычэна она показалась слишком большой. Арманд раздражённо хлопнул себя по лбу. На тумбочке лежали наушники в виде обезьяны и телефон, который, скорее всего, Му Сычэн благополучно забыл. На полу были разбросаны фантики от конфет, упаковки от разных чипсов, сухариков и прочей вредной стряпни, которую Арманд на дух не переносил. В углу комнаты был аккуратно оставлен скейтборд, а из шкафчика вываливалась тонна одежды. Но больше всего Арманда удивила фотография в рамке, также стоявшая рядом с наушниками и телефоном. На фотографии изображён бродячий цирк вместе с капитаном Лу и Фан. Они все сидели за большим семейным столом, посередине которого был поставлен дымящийся горшок. Му Сычэн улыбался ярче всех, сделав жест «виктори», он выглядел довольно счастливым. Его улыбка не была ядовитой, самодовольной или насмешливой, к которой Арманд привык. Эта улыбка была мягкой и в какой-то степени нежной. Словно люди вокруг него приносили такое счастье, что он был готов взорваться от процветания. Арманд… Он видел эту улыбку, не так ли? Воспоминания нахлынули с лихвой. *** Арманд пришёл на пустую площадку, куда вихрь Му Сычэна когда-то унес его. Площадка была заброшенной и унылой, но, поднимая взгляд, можно было увидеть яркое ночное небо. Когда Арманд тихо подошёл сзади, Му Сычэн сидел на маленьком холме, глядя на звёзды. В одной руке он держал бутылку с алкоголем, в другой же — пакет с чипсами. Если Му Сычэн никогда не уходил с пустыми руками, то и с такими же он не приходил. Его глаза становились мягче под лунным светом, а уголки рта были лишь немного приподняты. Он неотрывно смотрел на звёзды, будто находясь в другом измерении. Арманд присел рядом. Му Сычэн, не глядя на него, бросил пакет с чипсами и лениво поздоровался. — Что-то случилось? — не удержавшись, спросил Арманд. Он с первого раза сумел разглядеть некое уныние в ярко-красных глазах Му Сычэна. Тот на мгновение замер, следом усмехнувшись. За усмешкой пробежало еле слышное хихиканье, а после Му Сычэн рассмеялся во весь голос. Арманд: — ??? Он резко повернул голову и мягко глядел на Арманда, что вздрогнул от неожиданности. Тон его голоса звучал игриво, а былая грусть рассеялась во взгляде. — Спасибо, что отпустил меня и был со мной. Арманду показалось, что его сердце забилось слишком быстро. Он сжал губы в тонкую линию и кивнул. Улыбка Му Сычэна расплылась ещё сильнее. — Ой, ты смущаешься, что ли? Он весело хихикнул и вновь перевёл взгляд на звёзды. — Правда, спасибо. — Выражение его лица потеряло детскую забавность и стало вновь серьёзным. — Думаю, без тебя я бы умер от скукоты, хаха. Арманд всё время молчал. Тёплая ладонь Му Сычэна почувствовала чужое прикосновение. Му Сычэн не стал расспрашивать и без того оледеневшего Арманда, более того, он даже голову не повернул. Лишь кончики ушей едва заметно покраснели. Арманд рвано выдохнул, когда его руку сжали в ответ. *** Дверь тихо щёлкнула. Потом — ударилась о стену. — Да бл… — Му Сычэн ввалился в комнату неряшливой походкой, от него едва ли можно было уловить запах алкоголя. Он, фыркнув, стягивая кроссовки ногой о ногу, так и замер в этой нелепой позе. Его комната блестела. Аккуратно сложенная одежда в шкафу, фантики, выброшенные в мусорное ведро рядом с дверью, и стол, что был вытерт. На стуле висели его обезьяньи наушники, нетронутый телефон — на тумбочке, и даже носки! Му Сычэн ахнул. Носки были сложены и убраны в ящик! Да такой чистоты ещё со времён первых дней в этой комнате не видать. Му Сычэн стоял, не двигаясь, лишь медленно моргая. На его кровати сидел Арманд с идеально ровной осанкой, словно его посадили туда насильно. — Пф, вылитая Золушка! — Му Сычэн расхохотался, держась за живот, пока не заметил в руках Арманда одну вещицу. Арманд неподвижно смотрел на семейную фотографию в рамке, сделанную в доме Лу Ичжаня и Фан Дянь. Му Сычэн прищурился. — Положи её. Она мне дорога. И Арманд действительно оставил её, не проронив ни слова. Му Сычэну даже на секунду стало страшно. Ну то есть не страшно, ведь как сам бог Му мог испугаться чьего-то молчания? Пфф, правильно — никак. Арманд неожиданно плюхнулся на кровать Му Сычэна, раскинув руки в сторону. Не успев возмутиться, Му Сычэна потянули следом. Арманд сжал его ладонь, и уголки его губ дрогнули. Он вновь сумел почувствовать это тепло. Му Сычэн: — … ???????? Было бы славно засыпать Арманда вопросами, но в этот момент Му Сычэн почувствовал раздражительное чувство дежавю, поэтому он сдержал язык за зубами. Комната погрузилась в густую тишину, нарушаемую лишь тихим гулом кондиционера и редким шорохом простыней. На этот раз на кровати Му Сычэна лежали они оба. Му Сычэн лежал неподвижно, словно не дыша. Он незаметно поглядывал за Армандом, который от усталости сразу же уснул, как только его голова коснулась подушки. Позже — на руку Арманда, что нежно держала его ладонь. Его дыхание участилось, прежде чем он сумел переплести их пальцы. Да уж, им следует поговорить ещё о многом