Викодин

Бакуго застыл, немо сверля взглядом скомканные, изуродованные останки блистера. Пластик хрустнул в его пальцах ещё раз - тихо, почти жалобно. Тишина в комнате меркла в тяжёлом дыхании двух парней, разделяющих совершенно разные эмоции. Изуку почувствовал, как под кожей - в висках и в горле - тяжело застучала кровь. Как запульсировали кончики пальцев, всё ещё помнящие форму жизненно необходимых таблеток. -Эт-то… -Он подавился воздухом, нервно заметавшись взглядом: лицо Бакуго - блистер - снова лицо. -Не то, что ты думаешь… Но слова прозвучали слишком жалко. Даже для него самого. Бакуго медленно поднял глаза. -А что я думаю? - И протянул это до жути спокойным голосом. О, нет. Спокойным он не был. Он был ледяным. И внимательный взгляд алых глаз уже отмечал эту слишком длинную паузу... Он видел, как Изуку лихорадочно перебирает варианты в своей голове. Как судорожно ищет формулировку... Как сухие, искусанные губы приоткрываются - и снова смыкаются. Мог ли Деку найти подходящие слова? Да хоть какие-то... Но проблема была в том, что каждое из них звучало бы как ложь. -Т-то, что я хотел принять больше?…- Неуверенно смел предположить Мидория. -Это не так! Всё на месте, я же говорил, что больше не буду! Динамит опустил голову, взглядом пересчитывая таблетки в практически пустой упаковке. Для этого пальцы медленно развернули смятый блистер. Пластик тихо потрескивал, выпрямляясь и измываясь над душой одного вязко сглотнувшего парня. Тем временем алый взор тяжело скользнул по ячейкам - одна, вторая, третья… Что ж.. -Тогда какого хрена ты их прятал? -…Не знаю! Я испугался. Ты себя видел со стороны?! -Да не пизди! Ты хотел сожрать их сейчас, да? И обосрался, потому что я пришел. Это ведь так, да? Слова ударили без пощады. И хуже всего то, что они были правдой. Изуку вдруг замолчал, сомкнув губы в бледные нити. -Смотри мне в глаза. -Прорычал блондин, встряхивая друга за плечи. Он всё ещё сидел на нём всем телом, тяжёлым весом прижимая к полу, и не оставляя ни малейшей возможности вывернуться или отползти: коленом фиксировал бедро, ладонью - плечо. Он всё ещё пытался добиться банальной правды - признания чёртовой проблемы. -Это. Было. Так? -Сквозь зубы процедил Динамит. -…Нет, не так. Но прозвучавший ответ бьёт в самое уязвимое место…Чёрт бы его побрал. -Ты врешь. -Нет.. Пальцы героя резко смыкаются на запястьях Мидории, грубо втискивая их в пол. Кожа под хваткой мгновенно загорается. -Да признайся ты! Он пытается вывернуть ему руки, надавить сильнее, заставить посмотреть прямо, заставить произнести это вслух... Но Изуку с упрямством сопротивляется, дёргается всем телом, резко подаётся тазом вперёд, надеясь сбросить его с себя. -Отпусти! Деку сопротивлялся и кричал. Цеплялся едва успевшей освободиться ладонью за локоть Бакуго. Царапал его отросшими ногтями, пока не умудрился вывернуться вбок. Но Катцуки тоже сильный. Ему не нужно было использовать причуду, чтобы одержать лидерство в подобной схватке. И он не давал Изуку ни секунды передышки: стоило тому подняться на ноги, как его тут же хватали за торс и валили обратно. -Врешь! -Да не вру я! Периодически выкрикивали они впопыхах. Парни задели стол - что-то глухо слетело с него, ударившись об пол. Их борьба вышла неловкой и до невозможности глупой: Изуку извивался, а Бакуго давил коленом, пытаясь добиться невесть чего. -Хватит дёргаться! Просто признайся! -Да ничего я не хотел! В конце концов, когда прошло слишком много времени, а в результате они получили лишь поднявшееся давление, оба парня утихли. Так и остались лежать растянутыми звездой на полу, пытаясь отдышаться. Молча пялились в потолок, молча понимали, что проблема была, вот только…Один из них крайне отчаянно пытался от этого увильнуть, а второй крайне отчаянно хотел это доказать. -Ты едешь со мной. -Что?.. -Домой. Ты едешь со мной домой, собирайся. -Чего?.. -Ты что, глухой?! -Всё же несдержанно выкрикивает Бакуго, вскинув кулак. Тот прилетел по груди квакнувшего Изуку, сложившегося пополам за долю мгновений. -Я сказал: побудешь у меня. Как только тётя Инко вернется из командировки, пойдешь домой. -А…Эм..А как же тётя Мицуки и дядя Масару?…Неудоб-.. -Они в гостях. Послезавтра приедут. Хватит трепаться, собирай свои шмотки и пошли.

***

Мог ли он предположить ещё два часа назад, что окажется сегодня в гостях?... Да ещё и не абы у кого, а у Бакуго Катцуки?... Что-то как-то особенно не по себе. Мидория не мог объяснить это чувство, но волнение усилилось с невероятной прогрессией, вынуждая его раз за разом испытывать мелкие колики по всему организму. С этим чувством он уже был знаком. Вот-вот начнёт болеть голова, его замутит, начнёт выламывать суставы и кости. Блять, ему нужны таблетки. Ему чертовски нужны таблетки. Он не имел ни малейшего желания испытывать эту боль прямо сейчас. Ни сейчас, ни через час, ни завтра...Нынешняя дозировка не помогала! Она просто не помогала, почему его никто не слышал и не понимал?! Ему же больно! А лекарства должны были унять эту боль! В этом и есть его предназначение! Так почему он не мог принять столько, сколько ему было нужно?! Изуку лихорадочно соглашался с собственным бредом, пока пальцы, мельком дрожа, шарились по дебрям заначек. В голове пульсировала только одна мысль: еще немного - и тишина наконец наступит. Он уже не осознавал, сколько таблеток выдавливал, не видел предупреждающих надписей - перед ним только спасительные белые кругляшки, которые обещали избавление от хаоса. И вот в ладони вновь заветные четыре ампулы. Ничего с них не будет. Тогда же не было, верно? Вот и сейчас не будет… Дыхание ненароком сбивается, и в страхе непонятно чего он спешно забрасывает в рот целую горсть, как…Одним разрушительным мгновением дверь с режущим грохотом впечатывается в стену. -ДЕКУ, МРАЗЬ, НЕТ! -Следом раздается хриплый крик, наполненный чистым гневом. Бакуго налетел на него, подобно стихийному бедствию. Сшиб с ног, впечатывая в пол, и прежде чем Изуку успел сглотнуть, в его рот грубо и совершенно бесцеремонно вонзились чужие пальцы. -КХ?! -Брюнет распахнул глаза, по-животному вцепившись в запястья Динамита. Но Катцуки и сам действовал на инстинктах, а его голос срывался на гортанное рычание. -Выплюнь! Выплюнь сейчас же, ублюдок! Сдавливая его грудь коленями, блондин стискивал и его челюсть, даже не ощущая боли от плотно сжавшихся вокруг фаланг зубов. Изуку отчаянно сопротивлялся. Он мычал, кряхтел, впиваясь ногтями в запястья, локти и предплечья Бакуго, всё пытаясь оттолкнуть…Кого? Своё единственное спасение? Едва ли осознавая, что так и было. Бакуго казался врагом. Врагом, желающим причинить ему боль. Из глаз брызнули слезы, смешиваясь с подступившей к горлу тошнотой. Его тело выгибалось дугой, сознание мутилось от нехватки воздуха и рвотных позывов, но Бакуго был неумолим. Его пальцы царапали нёбо, вызывая судорожные спазмы. Они вылавливали наркотик до тех пор, пока Изуку не стошнило едва ли не желчью вместе с ещё не успевшими раствориться таблетками. Но Катцуки даже не поморщился. Он продолжал удерживать одноклассника, просто придавив его собственным весом. -…Долбаеб… -Прорычал герой, и в его голосе сквозь ярость пробивался первобытный ужас. -Какой же я долбаеб, что поверил тебе! Мидория обмяк, рыдая навзрыд и содрогаясь от остаточных рвотных позывов. Его ангельское терпение окончательно разбилось о суровую реальность зависимости. И осознавать это было тошнотворнее всего. Больно. Ему ведь так больно! -Н-н-ет…Всё ноет…Мне плохо, Каччан. Мне нужны таблетки…Нужны! - Сквозь слезы твердил бледный юноша, извиваясь под грузом разбитого о реальность Динамита. Тяжело. Тяжело смотреть, как этот человек, заслуживший поклона всего мира, просто погибал. Растворялся на глазах, заживо гнил…Но у тебя не было даже возможности на жалость. -Нихуя. Ты просто знатно подсел, Деку. У тебя ломка. -Н-нет..! Мне так же больно, как и тогда! Это был даже не разговор. Изуку не слышал его или просто не хотел слышать. А Бакуго пытался не слышать, но впитывал в себя каждый хныкающий звук. Это было ужасно. Ужасно - поднимать Мидорию за шкирку, заламывать ему руки и швырять в ванную. Ужасно - закрывать дверь перед его носом. Ужасно - чувствовать спиной, как он впивается в эту дверь тельцем, шуршит по деревянной поверхности ногтями, хрипло захлёбываясь в болезненных стонах. «Больно! Мне очень больно!» Катцуки хотелось уйти, но дверь в ванную не закрывалась снаружи. Ему пришлось подпереть её собственным телом. «П-плохо…Голова…Тошнит. У меня сейчас сердце выпрыгнет...Пожалуйста! Ну пож-жалуйста!» Катцуки хотелось закрыть уши руками, но он боялся в какой-то момент не услышишь ни звука… «Предатель! Ты ни черта не друг! Ты всегда хотел, чтобы мне было больно! Всегда хотел!» В дверь что-то влетело, с грохотом падая на кафель. А потом ещё и ещё, смешиваясь с шумным дыханием и отчаянными криками. Динамит невольно дёргал плечами на каждый удар. Он не дрожал от взрывов - но безудержно содрогался от всхлипов Изуку, сжимая руки на груди. Нет, скорее обнимая себя, царапая себе локти, чтобы удержаться от чего-то более кошмарного. Широко раскрытые глаза с ужасом глядели вперед - в пустоту, в никуда…В пространство, где нет крика Деку, проклинающего его и обвиняющего во всём. Уже через пять минут он умолк, тихо извиняясь. Уже через пять минут он прижимался лбом к двери, жалобно прося его выпустить. «Я в норме…Извини, Каччан…Правда, выпусти, пожалуйста…Тут холодно. И мне п-правда не хорошо...Каччан?…» Но когда он не услышал реакции: «БЛЯТЬ! НУ ТЫ И МУДАК! ТЫ РЕАЛЬНО УБЛЮДОК!» Всё началось сначала. Каждый вскрик Изуку впивался под кожу раскалённой иглой, выворачивая суставы и разрывая сердце на куски. А может...Открыть дверь? Хотя бы просто, чтобы обнять и успокоить... Мысль обожгла изнутри, но он тут же вышвырнул её за шкирку. Нет. Нельзя. Адреналин превратил кровь в кипяток, кончики пальцев уже мелко дрожали, но Динамит просто врос в пол. Просто врос и стиснул зубы так, что челюсть свело судорогой. Сидеть. Не сметь дергаться. Даже если эти звуки за спиной ломали его самого, крошили рёбра в труху - плевать. Он выдержит. Любой ценой. Но эта беспомощность...Вот оно, самое ненавистное чувство в жизни. Хотелось орать до хрипоты, крушить стены, но он лишь крепче сжал кулаки, продолжая считать прошедшие минуты этого кошмара. Кошмара, что выжигал на его душе клеймо, которое уже не сойдёт никогда. -Изуку...Потерпи ещё немного.. -Беззвучно сорвалось с его губ в никуда. Мидория не услышит. Он уже ничего не услышит.