Восьмое солнце ведьмы

В Северном крыле замка, под тусклый свет свечи, старая Кирк сидела на холодном каменном полу. Скрестив ноги, она поставила перед собой зеркало на резных ножках. В правой руке держала кинжал, в левой — маленького грызуна, отчаянно борющегося за жизнь. Прошептав несколько слов, она воткнула кинжал. Алая кровь капала на камень, оставляя тихий звонкий след. Откинув тельце, Кирк взяла зеркало и начала вырисовывать магические руны. Через несколько минут надписи вспыхнули ярким алым светом. В отражении возник образ, от которого сердце старухи дрогнуло. Мужчина. Молодой, с густыми кудрями светлых волос, голубые глаза, сверкающие, словно рассвет над морем. Он был безупречен — и в этом совершенстве таилась угроза. — О, мой господин, — прошептала Кирк, склонив голову в поклоне. — Почему так поздно? — его голос звучал мягко, мелодично, почти ангельски, но в каждом слове сквозила власть. — Мы договаривались час назад. Кирк смутилась. — Знаю, мой господин… зеркало иногда даёт сбои, наверное, из-за грозы, что Зевс послал нам. Он усмехнулся, и в этом улыбке была одновременно игривость и ледяная опасность. Даже через отражение Кирк ощущала его силу: в мире, где магия и власть переплетаются, он был мастером игры. — Возможно, оно не приняло плату? — Нет-нет, сегодня это была старая мышь, что я нашла на заднем дворе. Он кивнул, глаза светились, а холодный блеск делал его образ притягательным и опасным одновременно. Даже в зеркальном отражении он выглядел так, будто может заглянуть в душу и прочитать все мысли. — Итак, Кирк… расскажи мне всё, что было сегодня во дворце. И про ведьму. — Его голос стал чуть ниже, тихо завораживая, словно музыка. — Принца короновали, — начала Кирк, — Фокас теперь в шаге от трона. Народ сходил с ума, словно похороны, а не празднование… — Ожидаемо. Фокас простой, почти беспомощный. Легко убрать. Но ведьма… — он на мгновение замолчал, словно ощущая её силу через магию, — как там с книгой? — Она скрывает её заклинания. Даже я не могу найти, когда её нет в комнате. Он усмехнулся, едва заметно наклонив голову, и улыбка его стала холодной и притягательной одновременно. — Конечно. Сильнейшая вещица в мире — и скрывает её от всех. Тупица… и умна. Интересно. Его смех прозвучал тихо, но эхо разнеслось по пустым коридорам замка, и Кирк почувствовала, как лёгкая дрожь пробежала по телу. Не от страха — от притяжения, которое сложно было объяснить. — До связи, Кирк. Завтра в полночь. Не опаздывай. И зеркало почернело. Старуха убрала руны, и снова перед ней было лишь её морщинистое, усталое лицо. Но в памяти остался образ: холодные глаза, идеальные черты, властная грация — мужчина, перед которым чувствовалось и опасение, и странное восхищение. Свеча потухла, и темнота окутала комнату… но в сердце Кирк ещё долго пульсировало чувство, что этот господин — не просто враг. Он — сила, и сила, которая может притянуть даже тех, кто противостоит ей.