Девчонка что надо

До сих пор Алиса в некотором роде использовала тот же метод, что возвела в абсолют Вероника — в её мире можно было быть красивой девушкой, но при этом не особенно замечать мужчин. Нет, конечно, ей уступали место в метро, иногда предлагали помочь с сумками… Ведяева это понимала и принимала. Однако у неё никогда не возникало интереса к мужчинам. Она никогда не думала о них. А ещё она никогда не знала и не чувствовала настоящей страсти. Когда кто-то смотрит на тебя и прямо-таки мечтает сорвать одежду, повалить прямо на пол и… Это чувство оказалось очень трудно забыть. Оно постоянно всплывало у Алисы в голове. Это была странная смесь: сочетание страха, смущения и невероятное желание испытать его ещё раз. Не со стороны Антона Быкова, конечно. Но со стороны именно мужчины. Это было довольно странно: визуально парни Алисе вот вообще не нравились, она была ценительницей красоты именно женской. Однако когда Ведяева пыталась направить своё буйство чувств в эту сторону, представить, как девушка смотрит на неё таким взглядом, как поддаётся ощущениям, срывает одежду… Всё это ни капельки не отзывалось внутри. А вот когда в воображении это с ней делал мужчина — тут да. Алиса так возбуждалась, что прямо места себе не находила. Она долго не решалась ни с кем этого обсудить, слишком уж интимная была тема. А когда дошло до предела, пришла за советом именно к Марине. Веронике на мысли даже не намекнула, боясь непредсказуемых последствий. — Ну, милая, это совершенно нормальное женское чувство, — заметила Марина. — Тебя тянет к мужчинам, тебе хочется с ними… Да чего там! Скажем прямо: хочется с ними трахаться. Это, знаешь ли, базовый женский инстинкт. С его помощью природа нас многие поколения размножаться заставляла. — Но я же не могу размножаться! — заметила Алиса. — А что, думаешь женщины сейчас сексом только ради зачатия занимаются? — ухмыльнулась Марина. — Я всё-таки не могу так просто этого принять, — призналась Ведяева. — Ну, то есть я вроде бы девушка, но… Это же так стыдно. Унизительно. То, что они со мной… то, что я представляю. — Милая моя, это неизбежно. Если, конечно, ты хочешь психическое здоровье сохранить, да и физическое тоже. Тебе нужна разрядка, а то… В общем, привычный способ тебе гормоны немножко заблокировали, да? — Впервые об этом так пожалела! — вдруг вырвалось у Алисы. — Тебе просто придётся принять это. Принять и найти себе молодого человека. — Я подумаю над этим. — Кстати, раз уж об этом речь зашла… Позволь мне поговорить с тобой кое о чём. Поделиться женской мудростью! «А у меня есть выбор?» — хотела было спросить Алиса, но всё-таки сдержалась. И не зря, ибо небольшая лекция вышла весьма интересной. Марина объяснила, как она видит отношения женщины к сексу. Дескать, есть по её мнению две стратегии: ты или используешь секс, или наслаждаешься им. Если решишь использовать, придётся строго контролировать свои желания. Такие девушки, если они симпатичны, заставляют парней ради них в лепёшку расшибиться, гребут лопатами подарки, а в отношениях практикуют отказ от секса в качестве наказания, даже если им самим очень хочется. Довольно полезный способ добиться своего. Немного грязный, но действенный. Другой же путь — принять тот факт, что секс — это просто потребность и источник величайшего удовольствия. Что секс нужен тебе не меньше чем парням, а может даже и больше. Тут, правда, тоже можно перегнуть палку и стать совсем уж какой-то куртизанкой, однако если не доходить до крайностей, жизнь станет очень хорошей и приятной. И не важно, будешь ли ты менять партнёров или с одним будешь столь откровенна в желаниях. Этот путь не сделает тебя богаче и успешнее, но даст больше психологического здоровья и радостей жизни. — Интересно, а с Вероникой вы тоже это всё обсуждали? — поинтересовалась Алиса в конце наставлений. — Конечно нет! — с испугом возмутилась Марина. — Я представить себе боюсь, что она там себе навоображать может. Нет, с ней я только насчёт предохранения немножко поговорила. И о том, что беременность — это совсем не то, чего ей нужно в таком возрасте. Разговор закончился, желания не ушли. Да и куда они денутся? Это теперь было что-то вроде голода… Но к счастью, голод тоже можно удовлетворить разными путями. Алиса давно уже поняла, что её приборчик стал бесполезен, но к счастью, она кое-что знала о мужской анатомии. Ну, не с самого начала знала… Почитала. И потому, дабы удовлетворить свои потребности, она вовсе даже не парня себе искать стала, но просто пошла в секс-шоп и купила там пару игрушек. А конкретно вибратор для анальной стимуляции и средних размеров фаллос с липучкой. Ну и конечно же смазку, куда же без неё? Ей, как ни странно, немного помогли рекомендации от продавщицы. Выбирая что купить, Алисе волей-неволей пришлось спрашивать советы: она ведь в таких вещах совсем не разбиралась. И прямо на ходу она придумала легенду: мол, это для моего парня, мы хотим немножко жизнь разнообразить, так что дайте то, что подойдёт именно для стимуляции простаты. Продавщица, женщина явно широких взглядов, такое намерение одобрила, хороший товар подобрала и заодно снабдила покупательницу советами по использованию. Ну и под горячую руку впарила тот самый фаллос: ах, ну как же вы ему покупаете, а про себя забыли? Алиса купила его больше из вежливости. Конечно Ведяева хорошо помыла свои покупки, продезинфицировала. И вот однажды, оставшись днём дома одна, она решила использовать сии причуды по назначению. Взяла и то и то, на всякий случай. Положила с собой на кровати, посмотрела… И тут же отложила фаллос в сторону. Даже отчего-то решила пояснить ему: — Нет, тебя я не выдержу… Это будет страшно! Зато вибратор, совсем небольшой и аккуратный, выглядел куда безопаснее. Наверное фаллос стоило хотя бы потому купить, чтобы на его фоне вторая игрушка поменьше смотрелась. Алиса смазала всё что нужно, вставила его… И это было на удивление не больно. Скорее чуть дискомфортно. Включила. Стало очень… странно. Немного приятно, но странно. Пришлось изрядно постараться, чтобы найти для него нужное положение. Зато уж когда нашла… Хорошо, что в квартире в этот момент никого не было, потому что крики сдержать было совершенно нереально. Алиса извивалась, вопила, стонала. А потом, вдруг, кончила. Хотя это было ни капельки не похоже на то, что было в качестве парня. Однако это была так необходимая ей разрядка. Мысли о всяких непотребствах на время отступили. А потом пришли вновь. И снова она взяла с собой в кровать и вибратор и фаллос. Последний стал чем-то вроде символа, амулета на удачу. Потом был третий раз, после которого Алиса в полной мере осознала: нет, ей никогда не стать девушкой, которая строго держит себя в руках и подавляет желания. Зато вот той, что наслаждается… В конечном счёте настал день, а точнее ночь, когда она не смогла удержаться. Было уже два часа, все спали, а её мучила жажда плотских наслаждений. Она закрыла дверь на замок, достала свои игрушки, и всё было почти привычно… Однако отчего-то этот раз оказался круче других. Сильно круче даже самого первого. В какой-то момент Алиса поняла, что просто не может сдержать крика… И тут же, не думая, заткнула себе рот тем, что первое попалось под руку. Она использовала как кляп искусственный фаллос. Так она и кончила, особенно бурным оргазмом: с членом во рту. «Нет, так дело не пойдёт, надо с этим что-то делать», — думала девушка, стоя в ванной и украдкой отмывая свои игрушки. — «Мне нужно… Наверное, мне реально нужен парень. Мужчина». Отчего-то теперь эта мысль показалась ни капельки не противной. Нет, мелькнула было мысль, что член… А что член? Алиса тут же напомнила себе, что она только что держала его реалистичную копию во рту, и это было… Ну, ничего так. Приятным дополнением к основному процессу. Так стоит бояться настоящего? «Нет, мне точно надо найти себе парня. Хватит этих игрушек! Я с ними точно весь дом на уши подниму!» Однако намерение найти себе парня — это далеко не то же самое, что поиск этого самого парня. Тут Алиса была, с одной стороны, в довольно выгодном положении: красота была хорошим подспорьем. Если бы её целью было просто пойти с кем-то на свидание, это было бы раз плюнуть! Однако ей нужен был секс. В первую очередь секс. И тут возникала некоторая… неприятность. Пришлось долго думать. Много думать. Тяжело. А пока Алиса думала, случилось событие, которое сильно отвлекло её от возможных поисков. Дело было в том, что сильно раньше своей сестрички-подружки парня себе нашла Вероника. И если бы только нашла… Нет, понятное дело, у девушки и до этого были отношения. Паша сам был, в некотором роде, одним из таких отношений, и он совершенно точно знал, что был не единственным и не первым. Другой вопрос: сколько? Далеко ли заходили? Кто они были? С этой странной девушкой ведь не угадаешь, что правда, а что не совсем. Однако этот новый парень оказался особенно ушлым. Настолько, что просто взял и похитил свою любимую из родительского дома. Нет, он был не с Кавказа, что славен подобными традициями. Это был обычный сибирский парень, можно даже сказать — мужик. Ему было двадцать шесть лет. А ничего больше ни Алиса, ни родители девушки так и не узнали, никто даже и не видел этого красавца. Просто однажды утром Вероника не вышла из комнаты. Ну и казалось бы, не вышла и не вышла, может проспала? Но нет, Марина словно что-то почувствовала и сразу забежала в комнату дочери. Комнату, которая немножко опустела. Пропал её ноут, пропали кое-какие книжки. В шкафу одежды чуть поубавилось. Зато там прибавилась ещё одна вещь — подвешенная на верёвочке за вешалку прощальная записка. В которой Вероника уведомляла родителей, что она отправляется со своим любимым, дабы исполнить свою давнюю мечту: жить тихой сельской жизнью в милом деревенском домике недалеко от леса. — Давняя мечта? — не удержалась Алиса от сарказма. — Наверняка её парень постарался. Сукин… — она чуть не раскричалась, однако стоило Ведяевой положить ей руку на плечо, женщина немного успокоилась. — Ну, его тоже можно пожалеть. Ох как он с ней намучается! — вместо криков проговорила Марина. — Мы не будем в полицию идти или что-то такое? — А смысл? — пожала плечами Быкова. — Мы даже понятия не имеем, куда она поехала. А пока её найдут, ей уже восемнадцать исполнится. — Эм… простите, но я прямо спрошу: а она вообще… адекватная? В смысле, дееспособная? Формально. — Совершенно дееспособная, — вздохнула Марина и отправилась собираться на работу. Она показалась Алисе какой-то очень бесчувственной в этой ситуации. Даже Антон Быков, уж на что холодный мужчина, места себе не находил и даже, кажется, собирался ехать дочь искать в неизвестном направлении, но жена его успокоила. Какой смысл? Они наверняка уже в каком-нибудь поезде едут на восток. Да чего там, даже Алиса, хотя родственницей не была, очень сильно переживала и даже немного поплакала днём, когда доставала из сушилки вещи Вероники. А мама её — ни сном ни духом. Правда, ночью она всё-таки пришла поговорить. И пришла не одна: с ней была компания из очень хорошего итальянского вина и двух хрустальных бокалов. — Наверное, я тебе той ещё ехидной кажусь? — спросила Марина, когда бутылка наполовину опустела. — Почему ехидной? — Алиса даже не могла вспомнить, как выглядит этот странный зверёк, только то, что она довольно маленькая. — А, это из советского фильма. Не смотрела? Не бери в голову! Короче, ты считаешь меня плохой матерью. Бездушной, жестокой… — Бездушная — мелькала в голове утром, — призналась Алиса, из-за вина не успевшая вовремя прикусить язык. — Да я и сама себе удивляюсь, — призналась Марина. — Но я ведь всегда знала: что-то такое наверняка произойдёт. Это Антон себя надеждами тешил, что она нормального парня себе найдёт, семью заведёт… — Может, ещё и заведёт, — попыталась найти толику позитива Ведяева. — Кто знает… Хотя, может, ты и права. Сибиряк этот ещё не худший вариант. Я-то боялась, что она с каким-нибудь байкером убежит или в секту попадёт. — Остаётся только верить, что этот парень действительно хороший человек. — Хороший-то может и хороший, но сколько сможет ли терпеть её… — Странности. — Да, странности! — покачала головой Марина. — И что она сделает, если с ним не сложится? Позвонит нам? Или решит, что она всю жизнь мечтала жить в Китае? — Так… вы и вправду ничего не будете с этим делать? — спросила Алиса. — Вот прямо совсем? Может, есть какие-то идеи… — Ну, вообще-то идеи есть. Правда, не такие, как ты думаешь. — А какие? — Алиса… — Да? — Знаю, я тебе сейчас вообще последней тварью покажусь… Но ты бы не хотела стать моей дочерью? — спросила Марина, стараясь звучать самой трезвой в мире женщиной. — Действительно стать! Конечно, формально удочерить я тебя не смогу, но… Во всём остальном. — А что это за остальное? — не поняла Алиса. — Я хочу, чтобы ты взяла мою фамилию. Я хочу, чтобы ты называла меня мамой. Я хочу… Я хочу, чтобы ты стала для меня родной. — Антон ваш наверняка будет против! — заметила Алиса. — Про Антона пока забудь. Я хочу твой ответ услышать. Ты согласна? Немного хмельная, а не пила всерьёз она, в общем-то, никогда, Алиса вдруг вспомнила то, о чём вспоминать не любила. Вспомнила, как пару месяцев назад решила, что всё-таки должна объясниться с родителями. Как приехала в свой родной дом детства, и как отец закрыл перед её носом дверь. Не потому что не узнал, нет. Будь это незнакомка, он бы хотя бы спросил: вам чего? Нет, просто взял и закрыл. И мать, стоявшая чуть позади, отлично это видела. Не самое приятное воспоминание. Нет, Алиса совсем не ожидала, что родители примут её выбор или бросятся обниматься. Это было бы слишком наивно. Однако она думала, что они хотя бы какое-то участие проявят. Начнут уговаривать вернуться к прежней жизни. Ну, на худой конец скажут: когда наиграешься, возвращайся. Тоже не самое приятное, но хотя бы не полный игнор. С тех пор Алиса немало думала над тем, как именно растили Пашу Ведяева родители. Что они никогда с ним особенно не нянчились, не пытались лезть в его жизнь. А потом, при первой возможности, выкинули в свободное плавание. Снабдив, конечно, хорошей лодкой, они ведь не упыри-душегубы. Однако девушке вдруг стало как-то с особой остротой понятно, что всё, вообще всё, что делали для неё родители, было продиктовано чувством долга, а ни разу не любовью к своему ребёнку. В этом смысле даже Марина, которая хотя бы была реально заинтересована в Алисе, пусть и по своим странным причинам, уже стала ближе к слову «мама», чем мама настоящая. — Я согласна, — заявила, наконец, Алиса. — Только насчёт фамилии… — Тебе не нравится Быкова? — Да нет… но вдруг я замуж выйду и фамилию мужа возьму? Вы расстроитесь? — Чтобы тебе выйти замуж, милая моя, сперва нужно сделать операцию, которой ты как огня боишься. Нет, документы можно и… — А может, я уже хочу её! — заявила вдруг Алиса. Заявила и сама себе поразилась. Как легко было это сказать! А с другой стороны, почему бы и нет? Чего она теряет? Её приборчик всё равно уже давно бесполезный, а вот если его переделать, глядишь, что-то там и выйдет дельное. — Скажешь это на трезвую голову — мигом всё сделаем! — заявила Марина. Алиса же от этих новостей прямо так и ухватилась за пах. — Да нет, не тут, дурочка! Просто я начну искать… Процесс запущу, понимаешь? Конечно, на трезвую голову всё видится немного иначе. И потому, проснувшись утром, Алиса немного пожалела о сказанных словах. Правда, больше о своём согласии стать для Марины её новой дочкой. Было в этом что-то нездоровое, да и к тому же теперь, в полном и здравом уме, родная мама не казалась Алисе такой уж злодейкой. Впрочем, отменять своё слово пока ещё Ведяева тоже не стала. Марине это было важно, так почему нет? Тем более что маме, какой бы она там ни была, здесь и сейчас точно никакая Алиса не требовалась. А вот Быковой — да. Что же до операции, то тут соображения не изменились вовсе. Наступил ровно тот момент, которого боялся Паша Ведяев. Он захотел сделать это. Захотел сам. Ибо, как ни крути, жить так будет намного проще. Даже чисто поиск парня в разы легче станет. Поэтому, встретив утром Марину на кухне, пока туда ещё не пришёл Антон, Алиса повторила: — Я хочу операцию. Поможете мне? — Конечно помогу, — ответила Марина. — Для моей новой дочки мне ничего не жалко! Это так странно было слышать… Но Алиса знала, что она привыкнет. В конце концов, это даже в чём-то приятно, когда тебя дочкой зовут. Для операции им пришлось ехать далеко, в другую страну. Там вообще вышла целая история и с операцией, и сменой документов. Сочетание странных правил, дуболомной бюрократии и откровенной коррупции, что помогала данные препятствия обойти. Куда проще оказалась сделать операцию в заграничной клинике, а потом просто поставить государство перед фактом: я девушка, и сами решайте, что с этим делать! Ну а чтобы решение было правильным и сильно не затягивалось, Марина Быкова щедро смазала колёса бюрократической машины вечно зелёной смазкой. Так её самозванная дочь получила новый документ. Документ на имя Быковой Алисы Антоновны. Марина настаивала, чтобы девушка взяла даже соответствующее отчество. Сказала, что это очень важно, но Алиса осталась при мнении, что Быкова это она для острастки мужа сделала. А то кто знает, чего там у него опять всколыхнётся, когда с ним уже прямо совсем-совсем девушка жить начнёт под одной крышей. А так эта девушка как бы немножко ему дочь, хотя сам Быков, конечно, этого не признавал. Впрочем, никаких помех мужчина чинить также не стал. Антон, кажется, считал это способом жены справиться с горем, и отчасти это было правдой. Однако для него самого существовала лишь одна дочка. Нельзя сказать, что операция или смена паспорта резко что-то изменили в жизни Алисы. Она всё также убиралась в доме, ходила за покупками, готовила. Даже о поиске парня не шло речи, пока шло окончательное заживление. Зато она была очень даже довольна результатом. Трудно было судить, какие там она может дать ощущения, однако внешне выглядело вполне мило. А потом Марина вдруг спросила у Алисы: — Скажи, ты довольна своей жизнью? — В смысле? — удивилась та. Теперь они ночами сидели не в комнате девушки, а на кухне. Антон крепко спал, и не было причин думать, что кто-то их будет подслушивать. Можно было говорить в нормальных тонах. — Ну, понимаешь, ты ведь фактически сейчас ведёшь жизнь домохозяйки. Тебя это устраивает? Нет, не подумай, если это то, что тебе нравится, это совсем неплохо… — Да я как-то и не задумывалась, — с удивлением ответила Алиса. — Всё просто идёт как идёт. Наверное, я счастлива. Но не могу сказать, что очень люблю стирать или мыть полы. — Я просто хотела предложить тебе всё-таки закончить образование. — Вернуться в Унитарный? — Нет, в какой-нибудь другой, получше. Можно даже заочно. Что думаешь? — Марина так и воззрилась на дочку в ожидании ответа. — Даже не знаю… Нет, заочно точно не хочу! — довольно быстро решила она. — Если учиться, то учиться, а не вид делать. — А на дневной? Не хочешь пожить беззаботной жизнью настоящей студентки? — Даже не знаю… А кто будет вместо меня убираться и готовить? — Ну, готовить-то у тебя времени хватит, а для уборки можем нанять домработницу, — резонно заметила Марина, заставив новую дочь вспомнить, что ту свою работу она получила в том числе потому, что обычную прислугу не брали в этот дом из-за Вероники. — Ладно, я попробую учиться. Только давайте вы не будете пока никого брать, ладно? Может, я всё-таки справлюсь… — Алис, а зачем? — удивилась Марина. — Ты не обязана мыть полы. Вообще-то это довольно абсурдно, что я до сих пор тебе зарплату плачу, не находишь? — Немного, — признала девушка. — Но я всё-таки хочу попробовать, может справлюсь. — Ну, если тебе это так важно… Алиса и сама не знала, зачем попросила об этом. Видимо, уборка стала для неё чем-то реально важным, чем-то, что она не хотела отдавать какой-то там уборщице. Впрочем, запариваться с этим девушка не стала. Со временем она всё лучше училась принимать свои желания такими, какие они есть, без лишних вопросов. Хотя случилось всё далеко не сразу. Лишь спустя несколько месяцев Алиса Быкова, рождённая в мире как Паша Ведяев, поступила в свой новый институт. Поступила сразу на второй курс, который вообще-то уже успела закончить. Но зато без всякой вечнозелёной смазки со стороны своей новой матушки. Весёлая и беззаботная жизнь, полная гулянок, приключений и всяческих половых излишеств — это то, чего в своё время ожидал пересмотревший западных фильмов Ведяев, поступая в свой первый институт. Конечно, ничего подобного он там не нашёл. И конечно же Алиса Быкова также не обнаружила студенческую жизнь ни особенно весёлой, ни слишком уж беззаботной. Правда она-то ничего такого себе и не думала и вполне осознавала, на что подписывается. Но некоторые аспекты она всё-таки не понимала. Она догадывалась, что парни будут к ней подкатывать. Но таковых оказалось куда меньше, чем Быкова себе думала. Видимо, многие просто не решались, считая слишком красивой. Что не нравилось многим девчонкам из группы. Алиса не могла ничего доказать, но готова была поклясться, что про неё сразу же начали распускать самые нелепые слухи. Даже подозревала двух девушек… Но ничего с этим не делала. В том числе потому, что эти самые слухи её не так чтобы и сильно-то волновали. Как и Паша Ведяев в свои ранние годы, Алиса Быкова приходила в институт не столько общаться, сколько учиться. Впрочем, от внимания со стороны парней она тоже не отказывалась. И именно среди студентов старших курсов выбрала себе первого в жизни молодого человека. Бойфренда, говоря на заграничный манер. Его звали Миша, и Алиса даже как-то и не поняла, почему решила встречаться именно с ним. Просто во время очередного подката ей вдруг стало интереснее обычного. Хотя парень этот, так-то, не особенно и отличался от других. Среднего роста, крепко сложенный, но не сказать чтобы спортивный. Как потом выяснилось, у него даже особого хобби не было, если не считать копание в старенькой машине, что досталась Мише от отца и вечно ломалась. Лицо довольно заурядное, даже скучное, одет опрятно, но без всякого чувства вкуса. В общем, парень и парень. Таких много. Но что-то Алису в нём всё-таки привлекло. Они встречались несколько месяцев, и именно с ним у Быковой состоялись первые близости. Первый раз, когда она, всё ещё не до конца готовая к настоящему сексу, решилась немного помочь парню сперва рукой, а потом, как-то слишком уж увлёкшись процессом, ещё и ротиком. Ну и конечно, до настоящего дела тоже дошло. Правда тут всё вышло… необычно. Миша явно решил, что ему досталась какая-то дефектная девчонка, помешанная на анальном сексе. И это была чистая правда, Алиса даже бы не стала злиться, заяви он подобное в открытую. Созданная хирургами киска не была совсем уж бесчувственной, но всё-таки ни о какой яркости ощущений там речи даже и не шло. Зато когда она попросила трахнуть её в задницу… Вот это было просто нечто! Парень, безмерно счастливый от такого предложения, возбудился до крайности и постарался на славу. Первый раз вышел немного безумным и очень болезненным. Всё-таки настоящий мужской прибор никак не сравнить с вибратором. Зато и наслаждение было на другом уровне. Даже чисто физически. А уж если о моральном аспекте говорить, так тут совсем: чувство чужого тела внутри твоего, ощущение, что кто-то тобой овладевает… Это случилось на той же самой кровати, на которой она практиковалась с вибратором. Только в этот раз она даже и не подумала сдерживать крики. Стонала и умоляла, чтобы Миша вставил ей поглубже и трахал пожёстче. Впрочем, это было так… на эмоциях. На деле же парня об этом не нужно было даже просить. Расстались они легко, без скандалов. Просто в какой-то момент стало понятно, что они не особенно хорошо сходятся в постели. Нет, первый раз был просто волшебным, да и следующие немногим хуже. Однако Миша был больше по классике, а Алисе, по очевидным причинам, хотелось именно анального секса. Не сошлись. Расстались. Пошли дальше. Бывает. Грустно, но жить можно. Не то чтобы у них там какая-то невероятная любовь была друг к другу. Потом были другие парни. Два парня. С ними Алиса встречалась совсем недолго, и ничем особенным они не отметились ни в постели, ни в отношениях. А вот следующий, четвёртый по счёту, стал чем-то особенным. Очень особенным! Его звали Дэн. На самом деле Денис, но такие ребята, как он, редко пользуются привычными именами, всё больше предпочитая прозвища. А был этот самый Дэн довольно необычным студентом-неформалом. Не из тех, кого наблюдал в своё время ещё Паша: с длинными волосами, в косухах или футболках с эмблемами музыкальных групп. Нет, этот тип был совсем другого сорта и выглядел очень особенным. Алиса вряд ли бы сказала, что он понравился ей с первого взгляда, однако внимание привлёк безусловно. Её будто током ударило при первой их встрече — пробрало от увиденного. Дэн не носил длинных волос. У него вообще была довольно странная стрижка: одна половина головы абсолютно лысая, другая с короткой, но очень замысловатой стрижкой, закрывающей левое ухо. Бледный как смерть от природы, он немного усугублял эту бледность макияжем: чёрная помада, чёрные тени. Пара серебристых серёжек на левой брови и десяток гвоздиков в левом ухе. Парень явно обожал пирсинг и ни капельки этого не стеснялся. И главное, вряд ли бы кто-то рискнул предъявить ему: мол, косметика для девчонок. Чего-чего, а мужественности в Дэне было даже с избытком: рост под два метра, широченные плечи, да и в качалку он явно захаживал. Одевался, правда, почти так же, как Паша до встречи с Вероникой — как полный оборванец. Только на нём это всё почему-то очень неплохо смотрелось. Столкнувшись с ним пару раз возле деканата, куда Дэна периодически вызывали для воспитательной беседы, Алиса никак не могла выкинуть его из головы. Постоянно думала о нём, размышляла о чуточку пошлых вещах. Например, о том, не будут ли его серёжки в брови мешаться во время секса. И нет ли у него пирсинга в других, более интимных местах? Нельзя, правда, сказать, что Быкова о нём прямо-таки мечтала. Даже близко нет. Но думала очень много. А потом вдруг она увидела этого парня с его подружкой — довольно заурядной и серой девчонкой, которая к тому же в этот момент закатывала бедному Дэну настоящую истерику из-за какой-то мелочи. И вот тут интерес Алисы перерос в настоящие чувства. Правда, она совершенно не понимала, как к нему подступиться. Хотя тот факт, что Дэн не искал таких же мрачно-брутальных барышень, как он сам, сильно обнадёживал. — Я просто не знаю, как действовать! — пожаловалась Алиса своей новой матушке. — У него ведь уже есть девушка. Мне что, просто подойти и спросить: а не хочешь со мной встречаться вместо неё? — А как ты к другим парням подходила? — Так в том-то и дело! — возмутилась Алиса. — Они сами подкатывали. Мне было достаточно просто «да» сказать, и всё. А тут… Я прямо не знаю! А вдруг у них всё серьёзно? Но она такая… мерзкая. Он заслуживает лучшего. — И ты решила его спасти… — ухмыльнулась старшая Быкова. — Марин, ну не надо… Мне правда хочется быть с ним! — Если хочется, так просто подойди и скажи ему об этом. — Вот так прямо и сказать? — удивилась Алиса. — Нет, ну вот прямо — это перебор. Только не жди, что он тонкие намёки поймёт — мальчишки в таких вещах редкостные дураки. Скажи… Ну, например: твоей девушке так повезло, я ей прямо завидую! Честно говоря, я уже и сама подзабыла, как такие вещи делаются, — призналась Марина. — Столько лет в браке уже. В целом именно так Алиса и поступила. Подошла к Дэну, завела разговор… И довольно быстро поняла, что дело тут не особенно перспективное. Столь брутальный и зловещий парень оказался на редкость верным в отношениях. Каким-то своим уже совершенно женским чутьём Алиса поняла, что от девушки своей он никогда не уйдёт. Бросит — держаться не будет, но сам не уйдёт. И это открытие вдруг сделало Дэна настолько ценной добычей, что за неё реально стоило побороться. Алиса начала крутиться рядом с ним, набиваться в друзья. Она позволяла себе лёгкий флирт, который Дэн даже и не воспринимал таковым: например, просила потрогать его пирсинг на лице или кокетливо смеялась при его шутках, слегка и очень женственно прикасаясь к его плечу. Это было прикольно само по себе, но был ещё тайный умысел. Алиса делала всё это исключительно тогда, когда его истеричка могла «случайно» заметить такой подкат. Что, ожидаемо, приводило к настоящим скандалам. Наверное, будь Дэн действительно влюблён в неё, если бы очень ценил эти отношения, он бы просто прогнал Алису и перестал с ней общаться. Однако как ни крути, он был парнем, и внимание красивой девушки ему льстило. Что совершенно ожидаемо злило его фурию всё сильнее и сильнее. В конечном счёте она всё-таки его бросила. Видимо в расчёте, что он сам приползёт к ней извиняться, пообещает себе глаза выколоть, чтобы других девушек не видеть. Не получилось. Дэн очень легко пережил это расставание, благо Алиса была готова поддержать друга. А в нужный момент проявить симпатию чуть иначе. В этот раз Дэн всё-таки правильно понял её намерения. Понял и сам пригласил потусить с ним после универа. Это было началом отношений. Это была победа! Вскоре Алиса узнала ответы на многие свои мучавшие вопросы. Например то, что весь пирсинг у Дэна был строго на голове и то, что в постели с ним эти штуки особенно не мешали. А ещё она узнала, что в постели её новый парень — вообще какой-то зверь. Он не отличался большими размерами — всё было средне и заурядно, однако при этом Дэн обладал каким-то совершенно безумным либидо. И ему было всё равно, куда именно трахать свою новую девушку: он просто принял как факт, что ей нравится именно анальный секс. Впрочем, с этим мрачным животным ей волей-неволей приходилось использовать и то, что подарили ей за хорошие деньги пластические хирурги. Таких долгих марафонов, какие порой устраивал парень, её попка в одиночку бы просто не выдержала. Впрочем, со временем она попросту устала от этого безумия! Нет, Дэн был очень неплохим парнем, но… В нём, помимо внешности и безумного либидо высшего уровня, на самом деле не было ничего интересного. Он даже нормальную светскую беседу поддержать не мог, даже в компании самых пропитых и прокуренных неформалов казался молчаливым дуболомом. В общем, в какой-то момент Алиса поняла, что отношения пора заканчивать. Больше того, столь уникальный опыт заставил её несколько пересмотреть свои приоритеты. Секс уже не казался чем-то настолько волшебным, и потому девушка решила, что не будет больше встречаться с кем попало. Только с действительно достойным и интересным парнем. Или мужчиной. Она вдруг поняла, что совершенно напрасно смотрит только на студентов. И именно среди этих самых зрелых парней она и нашла свою следующую пару.