All That Hyunho

So clumsy – Хён!!! – в голосе подопечного столько ужаса, что Минхо подскакивает моментально. Приходится ворваться к нему в смежный номер, а затем ванную, благо, болван не закрыл дверь. – Хван Хёнджин, – строго говорит Минхо, увидев, из-за чего орёт мужчина, стоящий в душевой кабинке, – это просто таракан. – Если просто таракан, то и убей его! – Я твой телохранитель, а не наёмный убийца! – Тогда позвони менеджеру Яну! Минхо закатывает глаза и наступает на букашку. – Фу-у! – доносится из кабинки. Минхо тщательно держит строгую мину, на самом деле изучая красивое тренированное тело, покрытое капельками воды. Минхо надеется, что на лице написано только горькое разочарование, а не вся его повёрнутость на своём нанимателе. Хёнджин виновато улыбается. Соблазнительно, просто кошмар. Сколько дней он мечтает прикоснуться к этому телу. Ну, вот. Теперь хочется влезть в кабинку и сделать много грязных вещей с этим чистеньким виноватым человеком. Минхо недовольно морщит лоб. Разворачивается и идёт в общую кухню, стараясь не наступать на ногу, к тапку которой прилип труп таракана. Глупый Хван Хёнджин. Снова затронул кучу струн в душе Минхо. Зато теперь есть образ, чтобы устроить себе перед сном свидание с кулаком. Минхо находит пару резиновых перчаток, берёт гору салфеток и брезгливо вытирает тапок. Хёнджин приходит к нему закутанный в подарочный чёрный халат, на груди и спине которого выведено золотым  нитками "HYUNJIN". Американские спонсоры самые заботливые, думает Минхо, представляя, как он распахивает полы этого халата и падает на колени... – Тебе надо поспать, – говорит Минхо. Хёнджин делает капризное лицо. – И ты туда же. Я тебя в смежный номер поселил, чтобы ты не висел над душой как менеджеры. – Можешь не спать, – кивает Минхо, – но марш в кровать немедленно. Хёнджин меняется в лице, задумывается. Знали бы все его фанаты, какая он иногда растерянная душечка, ни за что не рисовали бы его больше соблазнительным мерзавцем. На следующий день Минхо дежурит у выхода со сцены, слушая рёв толпы и голос своего подопечного. Вот он. Звук, который сводит с ума толпы поклонниц. Или это то, как самая желанная рок-звезда в мире извлекает этот звук. Хван Хёнджин взмокший в свете софитов делает невозможно сексуальное движение тазом, протирая ширинкой гитару, и перебирает струны быстрее. Сладкий голос льётся из колонок, заставляя все сердца слушателей зайтись в восторге, а все трусы на этом концерте - намокнуть. Фанаты истерично визжат и плачут. Минхо аж жмурится от децибелов гитарного риффа и криков толпы с безнадёжно размазанной тушью. Эмоции, слёзы, мокрые трусы и пот к концу выступления пропитывают воздух горьким запахом настоящего чистого рока. Серьёзно, если бы они все знали, какой Хван Хёнджин на самом деле неуклюжий дурачок. Он как Супермен, думает Минхо, пока смотрит как придурок чуть не наворачивается на выходе со сцены. Приходится подхватить его под локоть и аккуратно помочь спуститься, чтобы звезда не разбила себе дорогущую морду. Как и Супермен Хван Хёнджин на сцене - всемогущий бог. И как Кларка Кента его невозможно сопоставить со сценическим образом, он совсем другой человек. Потому что стоит адреналину от выступления перестать ебашить в красивую голову, он становится сплошным несчастьем. Он боится насекомых, отекает от пива и постоянно бьётся обо всё подряд головой. Минхо уверен, что если бы там были мозги, у него было бы сотрясение.  Минхо уже и кроличью лапку покупал. И к шаманке тайно обращался, чтобы облегчила ему работу. И это всё за каких-то недолгих три месяца службы телохранителем. Но Хёнджин упорно наступает в самые глубокие лужи, случайно оставляет вещи в неудобных местах. Даже у машины спускает колесо в самый неподходящий момент. Он простужается от растаявшего мороженого и давится, поперхнувшись водой в бутылке. Хорошо, что у него нет аллергии на что-нибудь смешное типа собственных волос. Жалко было бы сбривать его красивые длинные звёздные патлы. Минхо при подписании контракта был готов защищать его от бешеных фанаток, но как его защитить от самого себя? – Хён, – обращается скромно только что рвавшая сцену в клочья рок-звезда. Его мягким голосом выходит просяще, и Минхо это нравится, – мы можем внепланово заехать поужинать в одно место? И Ли Минхо – самый серьёзный сотрудник своей компании, самый ответственный телохранитель с огромным послужным списком, которому доверили, вероятно, самую дорогую жизнь в шоубизе – не может отказать. За это его награждают самой миленькой улыбкой. Лицо Хёнджина светлеет, он довольно растягивает красивые губы. Как будто он подросток, и ему разрешили потусить с друзьями до утра. Ну, душечка же! Когда он так делает, Минхо иногда ловит себя на агрессивной мысли, что ему очень хочется прижать такую душечку к полу и овладеть им. Тур по Америкам подходит к концу, парню надо выдохнуть. Например, заехать в одно нетоповое место с американским барбекю, о котором Хёнджин мечтал с момента планирования гастролей. Минхо и сам не против попробовать местное мясо. Они ведь в Мичигане. Тут только лес да тишина. Что может пойти не так? Не так идёт всё. Хёнджин страшными угрозами разбить очередную гитару с дорогущим перламутровым покрытием и заплакать выканючил у менеджеров найм простенькой машины и свободный вечер. Пригнали, конечно же, что-то совсем не простенькое. Минхо выводит подопечного к служебному выходу переодетым почти под арабского шейха, чтобы не нарваться на караулящих круглосуточно у отеля фанаток. Сам тоже маскируется. Эти ненормальные научились распознавать его за три месяца, и теперь приходится надевать несколько слоёв одежды и носить на лице долбаную медицинскую маску. Хёнджин стоит, растерянно и восхищённо глядя на сверхблестящий двухместный спорткар цвета электрического василька больше годный для перевозки какого-нибудь Стива Тайлера, чем для тайной поездки пожрать. Минхо открывает рот. Он пытается не выдать радости от такой машины на вечер и строго посмотреть на Хёнджина. Но это же ёбаный британский "Лотус Элис" – крошка, на которую Минхо ещё копить и копить. Пресвятые драконы, почему Хван Хёнджин такой нелепый? Почему всегда что-то с ним не так? И почему в этот раз Минхо всё это так нравится? От радости хочется усадить его в этот ярко-синий спорткар и увезти трахаться на одинокий пляж до самого рассвета... Минхо, соберись блять. – Это... не незаметный седан. Взгляд Хёнджина под накидкой резко гаснет. Минхо становится неуютно от того, как он говорит: – Я знаю, хён... Минхо и так постоянно говорит ему быть осторожнее и раздражается от его неуклюжести. Ну, что он в самом деле как строгая нянька? Он подходит к машине и проводит рукой по сверкающей дверце с пассажирской стороны. – Поехали, – говорит Минхо, открывая перед Хёнджином дверь. Тот снова улыбается и радостно грузится в "Лотус". Через несколько минут Хёнджин снимает свой прикид и снова становится неловкой, но соблазнительной пантерой. Он стаскивает с Минхо кепку и криво надевает её на себя. Крошка "Элис" такая лёгкая, что по дороге почти летит. Минхо сам не замечает, как нежно большим пальцем поглаживает оплётку на руле. Зато Хёнджин замечает: – Нравится? Минхо кивает, слегка подгоняя лошадок двигателя лёгким нажимом на педаль. Как мягко. – Через пару перекрёстков будет поворот налево к заправке, – говорит Хёнджин. Он смотрит на карту в телефоне, и вот тут Минхо бы задуматься на секунду, кого он слушает. Но "Элис" такая послушная и Хёнджин рядом такой довольный, что вырвался. Когда дорога становится разбитой и грязной, приходится снизить скорость и ехать очень осторожно. Говорят, главная обязательная черта рок-звезды – уверенность.  Минхо смотрит на заброшенную заправочную станцию с древними бензоколонками из прошлого века и вздыхает. Слишком уверенно Хёнджин заявил о повороте. Разумеется, тут закрыто. Не могло быть иначе. Следующая заправка находится ровно-ровно на расстоянии, которое обещает продержаться "Элис" на остатках топлива, если ехать очень медленно. В итоге на месте они будут только через пару часов. А там, возможно и ресторан, о котором мечтал Хёнджин, закроется. Нет, зная удачу Хван Хёнджина - точно закроется. – Надо ехать обратно. Хёнджин, кажется, ничуть не расстроен. – Глупости, хён. Давай я позвоню, чтобы нам привезли бензин сюда? Минхо слушает его разговор по телефону и не очень понимает, зачем бедовая звезда с предовольным лицом идёт к заброшенному магазинчику при заправке. Но плетётся за ним. Дверь, ожидаемо, закрыта. Хёнджин, как будто знает, что делает, поднимает с земли камушек и швыряет в стеклянное окно двери. Минхо оглядывается по сторонам, а потом строго смотрит на него. – Что такого? – говорит Хёнджин. – Здесь всё равно никого, кроме нас. Бензин привезут только через час.  Он заходит в магазинчик и осматривает пустые полки. – Как зомби-апокалипсис, да? Минхо следит, как он передвигается между пустыми полками. Как между декорациями. Он ни разу не споткнулся. Какой молодец. Хёнджин бросает на Минхо взгляды. Короткие, скромные. Потом чуть более долгие. Высовывает язык и улыбается. Он такой довольный. Минхо читает все эти взгляды и движения тела. Это не сложно. Соблазняющую версию своего подопечного Минхо тоже уже видел. Хван Хёнджин хочет воспользоваться временем наедине вот так? Кажется, все влажные мечты Минхо сбываются. Хёнджин наклоняется над стойкой продавца, упирается в неё руками и смотрит через плечо. Взгляд такой откровенный, что Минхо невольно чувствует шевеление с штанах. – Что бы ты сделал со мной, если бы нам оставалось жить всего час? Черта, которую стирает Хёнджин этим вопросом, испаряется с лёгкостью, как будто так и надо. Поэтому стесняться больше нет смысла. Минхо смотрит открыто, без улыбки: – Выебал бы тебя. Придушил немного твоим шипастым чокером и выебал бы. Хёнджин улыбается. И опускает руку вниз, расстёгивает ширинку. Минхо усмехается: – Ты серьёзно? Надо бы остановить его. Но если совсем честно, Минхо не видит причин останавливать. Он хочет посмотреть. Хёнджин отворачивается и запрокидывает голову. Минхо не видно, но он уверен, что его бедовая рок-звезда высовывает язык, пока дрочит, представляя их секс во время зомби-апокалипсиса. Хёнджин оборачивается снова: – Не хочешь мне помочь? – Сейчас? – А когда ещё? – спрашивает Хёнджин на выдохе. Действительно. Минхо подходит к нему и разворачивает к себе, подхватывает под задницу и усаживает на стойку кассира. Он сплёвывает на руку и туго прихватывает член своего подопечного. Хёнджин хватается за его плечи и стонет совершенно развратно: – М-мм... Я так хотел... с тобой... Хотел? Минхо задевает подушечками пальцев под уздечкой, и Хёнджин шипит. Красивый, как мечта. Развратная горячая мечта. Минхо остервенело водит кулаком по члену, торопя разрядку. Хёнджин запрокидывает голову, открывая длинную шею с мягко проступающим кадыком. Минхо наклоняется и проходится языком по нему. Хёнджин хрипло выдыхает, цепляясь за плечи Минхо крепче. – Ещё... чуть-чуть... Хёнджин напряжённо вытягивает свои длинные ноги, зажимая Минхо между ними. Как же красиво эти ноги будут смотреться на его плечах. Когда он кончает, Минхо думает, что так и представлял себе его во время оргазма, как он морщит лицо и весь дрожит, но при этом не теряет своей привлекательности. Хёнджин обмякает и откидывается назад на руки. Греховно красивый. Довольный. – Наконец-то, – хихикает он, пока Минхо вытирает руку о свою безразмерную маскировочную толстовку, – хён ужасно непонятливый. Минхо подтаскивает его к себе за лямку майки, целует. Охренительно. Губы Хёнджина такие мягкие, что можно сойти с ума. – Я непонятливый? Хёнджин озорно кивает. Волосы красиво падают на лицо. – Я уже чего только не делал, чтобы остаться с тобой наедине. В лужу наступал после концерта, чтобы ты меня переодеваться увёл и трахнул в гримёрке. Врал, что приболел, чтобы ты посидел со мной и, может, в доктора захотел поиграть, – Хёнджин качает головой, – я постоянно оступаюсь и натыкаюсь на всё подряд, чтобы ты снова и снова подбегал и подхватывал меня своими красивыми руками. Я даже в душ тебя позвал, а ты – непробиваемый сухарь. Минхо смотрит на него недоверчиво: – То есть ты проколол шину моей машины, чтобы потрахаться со мной в ней? – Нет. Это само получилось. Я не настолько отчаялся. Минхо разводит руками: – Ты увёз меня на пустырь в чужой стране на лучшем спорткаре, который можно взять напрокат. Кажется, ты настолько отчаялся. – Видишь? Вот об этом я и говорю, – Хёнджин водит длинным красивым пальцем перед его носом, – чего только не сделаешь, чтобы до тебя дошло, что я ужасно хочу тебя, – он снова мило улыбается, закидывая руки на плечи Минхо. – Как можно быть таким нелепым? Минхо бросает взгляд вниз, возбуждение Хёнджина никуда не уходит.  Грязный похотливый мерзавец. Таким его рисуют фанаты - истинный бэд бой, посланник демонов страсти. Минхо видел. Он усмехается и качает головой.  – Твои способности коварного соблазнителя - вот, что нелепо. Хёнджин приподнимает бровь: – Ты передумаешь говорить мне такие вещи, когда залезешь в меня и увидишь, как я хорошо подготовился и как на самом деле удачно сложился мой план. Минхо мгновенно затыкается. Он подтягивает Хёнджина к себе ближе и впивается в манящие губы. Поцелуй кружит голову. Действительно, отличный план.  Пока Минхо трахает Хёнджина на полу заброшенного магазина, он где-то на фоне крутит мысль, а действительно ли тот сделал звонок, чтобы им помогли отсюда уехать.