Make love, not war

Они целовались долго, останавливались и продолжали снова. Теперь их тела плотно прижались друг к другу, руки Кано блуждали по спине Мерло, залезая ему под футболку. Он уткнулся носом ему в шею, жадно вдыхая запах. — Клёво целуешься, — прошептал Мерло, когда они остановились, чтобы отдышаться. Кано фыркнул, пытаясь восстановить дыхание. — Заткнись, — прошептал он. Теперь, в возникшей паузе, он наконец осознал, что именно происходит. Он лежал на Мерло. Целовался с ним. Не дрался. — Как чувствует себя твоя тяга к насилию? — спросил Мерло, в который раз улыбаясь своей самоуверенной улыбкой. — Сейчас она направлена на тебя, чёртов ублюдок, — ответил Кано, пытаясь звучать агрессивно. Мерло расхохотался и одним резким движением перевернул Кано, оказавшись сверху. — Тогда перейдём ко второй фазе? — спросил он, задирая футболку Кано так, что она закрыла лицо. Кано резко вдохнул, когда прохладный воздух коснулся кожи, и не сразу ответил. От лежал полностью открытый прикосновениям, лишённый возможности видеть и почему-то сопротивляться резко расхотелось. Мерло провёл по его груди рукой, а потом по соску чем-то холодным. Кано шумно втянул воздух. Он не очень понимал, чем именно Мерло его трогает, но прикосновение оказало невероятный эффект. Кровь будто волнами поднималась к лицу и к паху. Он застонал и сразу пожалел об этом. — Нравится... — прошептал Мерло. — Расслабься и не двигайся, а то придётся тебя связать. Кано сглотнул, но спорить не стал. Он и сам не знал, почему ему так понравилась угроза быть связанным. Его тело сейчас не принадлежало ему, следовало приказам Мерло, который продолжил ласкать соски Кано то тёплыми пальцами, то холодным металлом. — Такой чувствительный... — прошептал Мерло. Кано всхлипнул и выгнулся. Он сам не ожидал, что реакция на это будет настолько сильной. Он сжал в руках покрывало, стараясь не двигаться, но было трудно. — Мерло... Это невозможно! — Что невозможно? Кано тяжело дышал. Слова давались с трудом. — Так чувствительно. Я не выдержу... — Попроси, — вкрадчиво прошептал Мерло. Кано сжимал зубы. Все инстинкты кричали: "Нет!", но слова сорвались с губ быстрее, чем он успевал помешать: — Пожалуйста. Пожалуйста! Почти сразу верёвки опутали запястья Кано и зафиксировали руки на изголовье кровати. — Вот теперь ты полностью мой, — прошептал Мерло, в его голосе зазвучали хищные нотки. Он укусил Кано за сосок, а пальцы начали растёгивать его джинсы. Кано застонал: верёвки держали крепко, не позволяя вывернуться, и это усиливало возбуждение. Теперь, связанный, он полностью лежал под властью Мерло, не имея возможности сопротивляться, даже если бы захотел. Голова закружилась. Джинсы поползли вниз, Кано остался в одних трусах и с футболкой, надвинутой на лицо. — Интересно, тебе понравится боль? — спросил Мерло, щекоча живот горячим дыханием. Кано вскинул голову, пытаясь посмотреть на него, но футболка преграждала обзор. Он никогда не думал, что оказаться под кем-то может возбудить так сильно, что с ума можно сойти. Но сейчас он полностью был во власти Мерло, и это... — Попробуй, — хрипло ответил он. Мерло поднял его ноги, обхватив голени, прижав одной рукой к плечу, а свободной рукой шлёпнул Кано по попе. Кожу обожгло. Кано вскрикнул и дёрнулся, пытаясь вывернуться, но верёвки не давали. Шлепок вызвал боль, но удовольствие было гораздо сильнее. А Мерло шлёпал: ритмично, сильно, чередуя ягодицы. — Давай придумаем, за что ты наказан, плохой мальчик? — низким голосом спросил он. Кано подавлял стоны и всхлипы, но его тело выдало слишком много. Он выгибался, дёргался, стараясь как-то уйти от прикосновений, но внутри всё кричало: "Еще!". — Я... я был хамом... — выдохнул он между шлепками. — Ещё каким! — воскликнул Мерло, шлёпая сильнее. Кано вскрикнул, верёвки натянулись до предела и врезались в кожу. Теперь каждый шлепок давался всё труднее. Он всхлипывал, стонал, чувствовал себя жалким и слабым, но, вопреки ожиданиям, это было приятно. Мерло стянул с него трусы. — О, какая красная попка! — воскликнул он, поглаживая Кано по воспалённой коже. Кровь ударила в голову. Кожа горела огнем, но прикосновение руки Мерло было ласкающим. Кано подавил стон. Ему хотелось ещё прикосновений, он сам не знал, как их просить. Всё тело дрожало от желания. Рука Мерло легла Кано на член, палец размазал капельку предъэякулята по головке. — Как же ты возбуждён... Кано прогнулся в спине, он издал жалобный стон. Теперь все ощущения были в несколько раз сильнее. — Прошу... — хрипло выдохнул он. Мерло снял с него футболку, оставляя её вверх на связанных руках, открыл лицо. Он улыбался, смотрел насмешливо, но под этим взглядом Кано почувствовал себя желанным. А потом, не разрывая зрительного контакта, он сел у Кано между ног, наклонился и его язык обвёл головку члена. Кано громко вскрикнул, дёрнул руками, пытаясь прикоснуться, но верёвки крепко держали их на месте. Он смотрел на Мерло, тяжело дышал, не сводя взгляд с его рта. — Мерло, чёртов дьявол, пожалуйста... В этот момент Кано совсем потерял контроль. Нет, девственником он не был. Просто к девятнадцати годам пришёл к мысли, что он скорее асексуал, чем гей. В его прошлом было три парня. Милых, нежных, слабых. Кано выбирал тех, с кем чувствовал себя сильным. Вот только интерес быстро пропадал, желание ослабевало, отношения рассыпались, не успев перейти в фазу серьёзных. А вот теперь Кано был в положении, о котором и подумать не мог, добровольно отданный под контроль другого, не менее сильного, чем он. И к своему ужасу, стыду и восторгу понимал: вот оно. Мерло ласкал его ртом, как будто мучил, немного отступая и грубо набрасываясь, прикусывая крайнюю плоть и страстно заглатывая поглубже. Кано хотелось быть свободным, чтобы схватить Мерло за волосы, контролировать глубину и ритм... Но он не мог. Он сдался, полностью отдался на милость этого жесткого ублюдка, и вскоре испытал самый яркий оргазм в своей жизни. Несколько секунд он лежал оглушённый. Грудь тяжело вздымалась, дыхание было прерывистым и неравномерным. Он прикрыл глаза, пытаясь прийти в себя. — Чёрт... чёрт, какого хера ты со мной сделал... Мерло поцеловал его в губы. Кано ответил на поцелуй, чувствуя головокружение. Всё тело затекло, кожу покалывало, но внутри разливалось приятное тепло. — Ты невозможный мудак, — прошептал он, когда они остановились. — Вот и вся благодарность за отличный минет! — весело воскликнул Мерло, освобождая его руки. Кано усмехнулся, массируя затекшие запястья. Раздражение будто испарилось, на смену ему пришло удовлетворение. Он сел на кровати, потирая ягодицы. — Ты просто чёртов садист. — А ты — чёртов мазохист! И Мерло весело рассмеялся. Сейчас он казался ещё красивее. Щёки покраснели, волосы пребывали в полном хаосе. Кано фыркнул, отвёл взгляд. Это была правда, но он не собирался её озвучивать. — Заткнись, придурок. Он быстро оделся, чувсвуя острое желание побыть в одиночестве и всё осмыслить. — Уже уходишь? — притворно удивился Мерло. — А я планировал позаботиться о тебе, обнять, намазать попку и запястья. Кано усмехнулся в ответ на эту очевидную провокацию. — Я способен сам о себе позаботиться. Он встал с кровати и, стараясь не смотреть на Мерло, направился к двери. — Au revoir, mon amour! — бросил ему Мерло на прощание. За его издевательскую улыбку Кано снова захотел его ударить. Кано схватил дверную ручку, но, не удержавшись, всё-таки обернулся и бросил последний взгляд на Мерло. — Иди в задницу, придурок. — В следующий раз — с большим удовольствием. Только не забудь использовать клизму. Кано с грохотом захлопнул дверь. Он злился. На себя, на своё тело, но больше всего на Мерло. Чёртова ухмылка... Даже сейчас захотелось вернуться и ударить ублюдка с размаху по лицу. Но ещё больше ему вдруг захотелось, чтобы Мерло его связал снова и касался тела губами. Кано застонал. Теперь он ничего не понимал. Кано ушёл в парк, подальше от людей, сел на лавочку, немного влажную от растаявшего снега. Он сидел, бездумно глядя вверх сквозь голые кроны деревьев. С чего всё началось? Какого чёрта он вообще сцепился с этим самодовольным придурком? Он достал телефон, голосовое от сестры. — Может, тебе к психологу сходить? Кано не сразу осознал, что она имеет в виду, потом вспомнил сообщение, отправленное пару часов назад. Всё сложилось. Его, видимо, услушал Мерло. Это было сообщение, с которого всё началось. — Не нужно, всё нормально, — быстро произнёс Кано в ответ. Потом решил признаться: — Я нашёл парня для драки... Только ничего не получилось... и мы... Короче, мы переспали. Он переслушал уже отправленное голосовое. Оно сразу отметилось как прослушанное. Кано представил, как Бекки сейчас смеётся и тоже улыбнулся. — Ну ты даёшь! Рада за вас, — раздался веселые голос сестры. — Я догадывалась, что это может произойти. — В смысле догадывалась? — спросил Кано вслух, но на сообщение не ответил, убрал телефон в карман. Он понял, что ни о чём не жалеет. Было тревожно думать, как они встретятся завтра на учёбе. Мерло по прежнему бесил. Вот только драться больше не хотелось. Щебетали ранние птички, пахло мокрой землёй, ветер был не по зимнему тёплым, солнце уже ощутимо грело. Кано улыбнулся. В жизнь возвращались краски.