Make love, not war

В комнате Мерло было также, как в прошлый раз. Гирлянды, фигурки, интимный полумрак. Теперь это казалось очень милым и уютным. Едва дверь позади закрылась, Кано развернул Мерло к себе лицом и притянул к себе за талию, запуская руки ему под рубашку. — Ты так меня заводишь, — прошептал Кано, целуя его в шею. — Но мне нужно в ванную. — Буду ждать, — хрипло ответил Мерло. Кано поцелуями спустился ещё ниже, пробуя кожу, чувствуя, как Мерло тихо постанывает. Кано отстранился, стараясь успокоиться. — Чёрт, сейчас кончу уже от твоих стонов, — он погладил его грудь. — Подожди меня. Он развернулся и направился в ванную, чтобы подготовиться. Он очень волновался. Ванная была одна на четыре общажные комнаты, к счастью, сейчас тут никого не было. Кано запер дверь на крючок, быстро разделся, включил свет и осмотрел себя в зеркало. Он ещё вчера побрил себе всё, что только мог, и проверял, насколько всё идеально. Мерло уже видел его голым, но сейчас хотелось выглядеть особенно безупречно. Кано сел на корточки, смазал палец и вставил внутрь. Резкое движение принесло боль. Он старался успокоиться, но мысли разбегались. Он представил, как будет чувствовать член Мерло внутри, каково это будет на самом деле, и согнув руку, проник поглубже. Вынул палец, осмотрел, всё чисто. Он сел, прижавшись спиной к холодному кафелю. Боги, это только начало. Кано закрыл глаза и попытался успокоиться, перевести дыхание. Всё же решил принять душ, вытерся своей рубашкой, в комнату вернулся с голым торсом. Мерло, уже полураздетый, встал навстречу и обнял. Кано прильнул к нему, пряча лицо в шее. — Я волнуюсь, — произнёс он, чувствуя, что твердеет ещё больше, стоит их голым телам прижаться друг к другу. — Я тоже, — признался Мерло. — Но это даже хорошо. — Я знаю. Это значит, что мы влюблены. Мерло поцеловал его жарко и сладко, покинул губы, начал целовать его ключицы, шею, грудь… Кано отвечал тем же, целуя куда придётся. Страсть разгоралась, хотелось быстрее оказаться в его власти. Мерло потянул его на кровать, уложил, навис сверху. — Уверен? — спросил он. Кано посмотрел в его горящие глаза. — Да… Да! Я хочу, чтобы ты был моим. Я хочу принадлежать тебе, чувствовать тебя внутри. Я буду под тобой, как ты захочешь, послушным, нежным. Но будь осторожен, пожалуйста. Можно медленно? — Буду очень медленным и осторожным. И он продолжил целовать его грудь, постепенно спускаясь ниже. Кано стонал, сдерживаться было выше его сил, и собственные звуки его очень смущали. Кано чувствовал губы и язык, прикосновения пальцев, которые переместились ему на бёдра и уже стягивали джинсы. Лежать так, под ним, быть полностью открытым было особенно горячо. Кано обнял Мерло рукой за плечо, другую запустил в волосы. — Не нужно прелюдий, я уже возбуждён до предела. — Ты уверен? Прямо сейчас? — Да, да, да, возьми меня. У Кано нестерпимо сводило от этой ласки, от лёгкого прикосновения. Кожа покрывалась мурашками, тело подавалось навстречу, казалось, каждая клетка хотела быть ещё ближе к губам и пальцам Мерло. Кано посмотрел на него снизу вверх, подавшись ближе к его руке. — Пожалуйста, возьми меня. Сейчас же. Я не могу больше… Мерло приподнял его колени, раздвигая ноги, и коснулся пальцем ануса. — Какой ты нетерпеливый. Не нужно спешить, а то будет больно. — О, боги… Кано запрокинул голову. Он хотел быть нежным, медленным, но вместо этого подавался навстречу руке, желая больше, глубже, сильнее. — Пожалуйста, я больше не могу… Я не могу дольше ждать. Смазанный палец осторожно проник внутрь на фалангу. — Господи, не будь так медлителен… — Хочешь больше пальцев? — Хочу твой член, — Кано схватил его за руку, пристально смотря в глаза. — Я хочу, чтобы ты поскорее вошёл внутрь. Я хочу слышать тебя, чувствовать… Мерло сдался, окончательно разделся, налил в ладонь побольше смазки и растёр по члену. Вторжение началось. Оно было болезненным, но не мучительным. Кано стонал, но восторг от происходящего затмевал боль. Мерло был очень осторожен. Каждое движение было новым откровением, огнём, который жёг его изнутри. Казалось, мир начал сужаться до них двоих, до их тел и дыханий. Кано сжимал спину Мерло, подавался навстречу, чувствуя, что ещё немного — и он не выдержит. Что не выдержит, он не мог бы сформулировать. Он вообще сейчас не мог ничего формулировать, сознание плыло среди сладкой боли и блаженства. Взгляд стал расплывчатым, кровь стучала в ушах. Кано видел лицо над собой, глаза, полные страсти и желания… Мерло позволил ему привыкнуть и начал быстрее двигаться. — Сегодня я хочу быть очень нежным с тобой, Кано. Мой Кано. Где-то на заднем плане сознания мелькала мысль, что он слишком громко стонет, но контролировать себя у Кано не получалось. Для него сейчас имел значение только Мерло и нарастающее удовольствие. — Будь со мной… — с мольбой в голосе прошептал он. — Счастлив быть с тобой, — сквозь сбитое дыхание ответил Мерло. Он прижался своей щекой к его щеке, стараясь унять накатывающие волны, которые мешали дышать. Каждое движение приближало блаженство, но этого было недостаточно. — Быстрее, быстрее, я почти, — скулил Кано. Мерло ускорился. Его лицо покрылось испариной, зрачки расширились. — Начнёшь кончать, целуй меня. Кано прильнул к его губам, целуя жадно, почти отчаянно. Он не знал, как ещё выразить все те чувства, которые сейчас били через край. Мало, мало, этого мало. Он сжался сильнее, не давая ему отвести взгляд. Он так давно этого ждал, так долго боялся признаться себе, боялся позволить… Вот, наконец-то свершившаяся мечта, что в реальности гораздо лучше фантазий… Сперма толчками выплёскивалась между ними. Мерло замедлился. — Твоё лицо во время блаженства… Незабываемо. Мне выйти? Кано тяжело дышал, после оргазма всё тело стало ватным. От накатившего блаженства мысли не хотели складываться в слова. Он замотал головой. — Не вздумай. Ты ещё должен кончить внутрь. Мерло издал немного безумный смешок и ускорился. Он кончил совсем вскоре, но Кано эти секунды казались мучительно странными. Тело хотело покоя. Почувствовав в себе до боли горячую сперму, Кано зажмурился, чувствуя тепло, расползающееся внутри. Он обнимал Мерло крепко, не позволяя отстраниться. Ему хотелось, чтобы он остался внутри как можно дольше. Кано тяжело дышал, голова кружилась, мир немного плыл перед глазами. — О боже, я… — он сделал глубокий вдох. — Это… это потрясающе. Господи, никогда раньше это не было настолько горячо… — Это было волшебно. У меня ещё никогда не было так… Кано посмотрел на него, все ещё стараясь перевести дыхание. Его волосы были спутаны, щёки горели, губы припухли от поцелуев — он выглядел абсолютно развратно. Он гладил Мерло по груди, его кожа ощущалась особенно нежной, а тело было безумно красивым под мягким светом гирлянды. — Можно, я останусь? Кано кивнул, не в силах встать. Он лег на спину и прикрыл глаза, наслаждаясь приятной слабостью во всем теле. Слишком много чувств, слишком много эмоций. — Я бы очень этого хотел. Мерло сел на кровать, начал натягивать джинсы. — Я в ванну и вернусь. Кано глубоко вдохнул. В комнате всё ещё пахло их потом и любовью. Кровать была особенно мягкой. Хотелось спать. Телефон, оставшийся на тумбочке зажёгся. Кано потянулся, прочитал сообщение от сестры: «У тебя всё хорошо? Ты куда-то пропал». Кано улыбнулся и записал голосовое: — Бекки, привет. За эти три дня многое произошло. Я понял, что я не асексуал, перестал скрывать ориентацию, мне больше не хочется драться… Ответ пришёл очень быстро: — Познакомишь нас? — Обязательно.