The winner takes it all

Небосвод окрапленный россыпью мелких, тусклых звёздочек в ту ночь казался особенно чуждым, холодным, недосягамым. В который раз устремляя взор высоту, Гримм терялся в ней, тонул в бесконечно черном небесном омуте. Казалось, все вокруг было враждебным: тени вокруг сгущались, скользили меж стоволов деревьев, приобретая человеческие формы. Никогда ещё ночь не была для него такой темной. В те редкие минуты отдыха, когда загнанная и уставшая лошадь останавливалась перевести дух, мужчина устало прижимался к ее шее и гладил, обещая, что ещё немного и ее страдания подойдут к концу,что им осталось проехать совсем ничего и что погоня давно позади, хотя сам прекрасно понимал, что это не так. Его идеальный слух улавливал топот копыт и дикое ржание янычарских коней, блуждающий по лесу, совсем недалеко. Возможно ему и удалось запутать следы, но это давало совсем маленький отрыв, создавало лишь иллюзию преимущества над ними. Шел второй день погони. Юсуф понимал, что не может больше убегать, да и занятие само по себе казалось ему трусливым, вызывало отвращение. Тем не менее сдаться в плен в его представлении—участь ещё более унизительная. Ему некуда было бежать и не на кого надеяться. Оставалось вступить с ними в бой и пасть смертью храбрых, однако время ещё не пришло. Время—единственное чего ему не хватало и было так необходимо сейчас. Лошадь только-только перевела дух, как вдруг послышались голоса всадников. Животное беспокойно топталось на месте,нервно подергивая ушами, готовое вот-вот сорваться с места, будто понимая, что погоня продолжается. Но ее хозяин был равнодушен. Сквозь густую лесную завесу он увидел первые лучи восходящего солнца. Едва ощутив их теплое присутствие Гримм слез с лошади и расплылся в блаженной улыбке, глядя за горизонт. Впервые за долгое время он спокойно сомкнул глаза и прошептал: —Наконец-то рассвет. Гримм подошёл к своему верному скакуну спереди, успокаивающе поглаживая ее по вытянутой, коричневатой мордочке с белыми пятнами и, глядя в ее большие черные глаза, настойчиво произнес. —Скачи отсюда как можно дальше. Где-то по пути должны быть небольшие деревушки. Не хочу, чтобы моя красавица досталась какому-то бесчестному султану. Ну беги. Давай! Янычарских отряд неумолимо приближался и лошадь, почувствовав испуг и тревогу хозяина действительно пустилась во всю прыть. Юсуф достал саблю—в уставших глазах горел неиссякаемый, даже в таких случаях, азарт. И даже увидев какое количество людей его преследовало, он ни на секунду не испугался, в некоторой степени был даже польщён. Окружив его со всех сторон, янычары слезли с коней, но не двинулись с места, чтобы подойти. Юсуф начал подозревать что-то неладное. Тогда он и увидел его. Проклятье свалившееся на его бедовую голову: с него начались все проблемы, на нём все и закончится—султан Селим хан. Он единственный кто посмел подойти, мало того, был настолько самоуверен, что приказал янычарам разойтись ещё дальше. В этот момент Юсуфа и накрыло новое необузданное чувство: дыхание участилось и тело пробило на холодный пот. Былая уверенность и спокойствие сменились на гнев и панику. Холодное, острое, словно заточенный клинок, чувство пробило до костей, жутким комком слиплось в груди и поднялось к горлу, перекрывая воздух.Юсуф был неподвижен, пока шехзаде медленно приближался к нему. Мужчина отчаянно пытался заставить себя хотя бы бежать, но как не старался не мог пошевелиться. Неужто страх сковал все тело? "Позорище. Хуже смерти и придумать нельзя"—сердце бешено стучало и в ушах стоял такой ужасный звон, что перекручивал мысли в голове и отдавался в висках ритмичными ударами сердца. Он чувствовал себя загнанным в угол зверем: безумным, рычащим, готовым разорвать всех в клочья, но таких напуганным и беспомощным. Меж тем султан поравнялся с ним лицом к лицу, с нахальной ухмылочкой глядя ему в глаза. Но Юсуф старательно прятал взгляд. —Давно не виделись, душенька. Как поживаешь?—его тон на удивление спокойный, необычайно повседневный вывел Юсуфа из состояния паники и ненадолго вернул в реальность. —Мм...Я...—жалобно промычал он и тут же осекся, плотно сомкнув губы. Его голос предательски сорвался на непрошеные ноты и неуместные звуки, за что Юсуф ещё долго будет себя проклинать. Мужчина тут же исправился и прокашлявшись, ответил коротко: —Хорошо. Селим не сдержал издевателской улыбки, а затем и вовсе рассмеялся. —Да ты никак боишься меня? А?—он едва касаясь провел по его лицу тыльной стороной ладони, отчего Юсуф задёргался, пытаясь увернуться, чем ещё больше насмешил Селима.—Ха-ха...Точно, боишься. Что такое, Юсуф? Руки ноги не слушаются? Все тело сковало страаахом. Да ты сам от себя такого не ожидал, верно? Юсуф изо всех сил старался пошевелиться, но ничего не мог поделать. Чувство беспощности накрыло его с ног до головы. Он медленно стал опускать голову, теряясь в собственных мыслях, но Селим резко сжал его лицо в руке, поднимая голову вверх. —Успокойся, дорогуша.—Селим показал ему свою вторую, которая была в неественно напряжённом состоянии.—Это не страх. Я всего лишь обездвижил тебя магией. Гримм моментально пришел в себя и невероятным усилием воли попытался дотянуться до колдуна и у него почти это получилось. Селим отошёл от него переставал колдовать. Гримм тут же упал на земь он перенапряжения. —Вы только посмотрите на него. Против меня он и руками и ногами может шевелить. Но перед страхом все одинаково бессильны. —Это не смешно!—почти рыча от злости выкрикнул Гримм. —А, по моему, у кого-то просто страдает чувство юмора. Юсуф поднялся с земли, схватил саблю и кинулся на него, но Селим вновь отбросил его магией. —Успокойся. Ты не в том положении, чтобы дерзить мне. Особенно сейчас.—он оторвал его высоко от земли с помощью магии и начал допрос. —Ты же знаешь, что повел себя некрасиво по отношению к новому султану, то бишь ко мне. Не хочешь сгладить вину? —Не понимаю о чем вы говорите, падишах. Быть может я был недостаточно вежлив с вами? Кстати вы не боитесь, что ваши подданные янычары увидят какие чудеса вы вытворяете?—усмехнулся Гримм, обреченно болтаясь в воздухе, словно тряпичная кукла. —Ты знаешь о чем я, паршивец. Не тяни время. Где Баязед? Мои подданные все равно его найдут, этим они сейчас и занимаются, но ты будь хорошим Гриммом, скажи мне где он. Юсуф довольно рассмеялся, и это очень разозлило Селима. —Не говори, что ты спрятал его. Все видели, что вы бежали вместе. —Само собой видели. На то я и путал следы. Шехзаде Баязед уехал в другом направлении. Там где был сейчас давно уж нет. —Юсуф, ты совершаешь непростиельную ошибку,если думаешь, что я помилую тебя после такого предательства.—сжимая его горло, почти шипел от злости Селим. —Кх..Кх..Я вам не.. служу...И я вас не.. предавал...Кх.. Селим резко выдохнул весь воздух из груди и отпустил Гримма. Тот с грохотом упал на землю, поднимая в воздух пыль. —Верно подмечено. Но теперь,когда Баязеда нет, а я стал падишахом.—он подошёл к нему и слегка приподнял за подбородок—Будь добр. Скажи где мой брат . —Я похож на идиота? Я два дня скакал по лесу не для того, чтобы при встрече выдать вам его местонахождение. Просто признайте, что в этот раз вы проиграли. Не все будет так, как вы хотите. И не всё в этом мире принадлежит вам. Забавно вышло, ваши люди столько дней искали не то, что вам надо. —Пф. Больно нужен мне твой горячо любимый шехзаде. Если б я был уверен, что он уехал навсегда,а не собирает там армию ополченцев,чтобы вернуться и свергнуть меня с престола, я бы вообще не стал его искать. —Если бы вы не пытались его убить, он бы так и сделал. Уехал бы навсегда. —Ха-ха. Какая трогательная наивность. Ты действительно в это веришь или держишь меня за дурачка? Впрочем это неважно. Я уже получил, что хотел Юсуф. Тебя. В следующее мгновение глаза и нос Юсуфа окутал жёлтый порошок, который медленно затуманил разум, размягчил тело. Его потянуло в сон и он потерял сознание. Последнее, что он помнил страшно-угрожающие слова Селима.