Пᴏд ʍᴀᴄᴋᴏй ᴨᴩиᴧичий

Рассвет едва коснулся особняков, когда в кабинете Риккардо Бароне разыгралась сцена, способная навсегда изменить судьбу его семьи. Герцогиня Кейн сидела на диване напротив хозяина дома. Её поза выражала абсолютное, почти пугающее спокойствие. Риккардо же, напротив, походил на загнанного в угол зверя, чье раздражение вот-вот должно было перерасти в открытый гнев. - Ваша Светлость, - он тяжело откашлялся, пытаясь вернуть себе хотя бы видимость авторитета, - ваш визит в столь ранний час… безусловно, честь. Но предложение забрать мою дочь… это более чем эксцентрично. Нова - взрослая женщина, способная распоряжаться собой, но она - Бароне. Что скажет свет, если она бросит отчий дом ради… этого? Веспер Кейн скрестила руки на груди. - Свет скажет то, что я позволю ему сказать. Сейчас же за вашими спинами шепчутся лишь о том, что Нова - засидевшаяся дева, обременяющая ваш бюджет. Я же предлагаю ей статус, который станет для неё надежным щитом. - Статус компаньонки? - Риккардо вскочил, задев краем стола тяжелую чернильницу. - Моя дочь не нуждается в жалованье! Веспер усмехнулась. Когда она снова заговорила, её голос стал суровее, заставляя его бессознательно опуститься обратно в кресло. - Отныне это дело герцогского дома. Оставьте слова о гувернантках для своих служанок. Если вы не расслышали, я повторю: речь идет о научном сотрудничестве. Всему Лондону известно, что библиотека Кейнов - это сокровищница греческих манускриптов. Мне необходим рядом человек с безупречным умом и вкусом. Ваша дочь владеет языками и питает страсть к знаниям. Она переедет ко мне не как прислуга, а как хранительница коллекции, правая рука в делах просвещения. Риккардо глубоко вздохнул, пытаясь переварить услышанное. - Хранительница… звучит благородно, пусть и в высшей степени необычно. - Мы объявим, что она помогает мне в подготовке труда по истории античности, который я обещала представить свету. Под моим покровительством Нова станет одной из самых уважаемых женщин. Вы же получите мою поддержку в палате лордов. Культурное меценатство всегда в цене, Риккардо. Я получу достойное общество, а вы - политический вес. Барон посмотрел на неё исподлобья. - А что будет, если я откажусь? - спросил он с плохо скрытой раздражительностью. - В таком случае я вспомню о некоторых ваших векселях, Риккардо, которые волею случая оказались в моих руках. Репутация - вещь хрупкая. Вы ведь не хотите, чтобы к обеду в клубах шептались о вашей полной финансовой несостоятельности? Бароне заметно побледнел. Его пальцы, лежавшие на подлокотниках, мелко задрожали. - Спешу напомнить, - Веспер встала, и её безупречная осанка подчеркивала его поражение, - что мне также известны ваши неподписанные договоры о долгах, сделанных специально к свадьбе младшей дочери. Любопытно получается: приданое у мисс Амалии было роскошным, в то время как на ваших счетах не осталось и монеты для достойного существования. Риккардо опустил голову. Он не ожидал, что герцогиня осведомлена о его постыдных тайнах настолько подробно. Веспер окинула его брезгливым взглядом. - Считаю вопрос решенным. Помните, Бароне, я не терплю, когда мне приходится повторять дважды.

***

Нова видела десятый сон, прижимая к себе подушку и смутно видя во сне серые глаза, когда дверь её спальни распахнулась с грохотом. - Вставай! Вставай же ты! - Сиена нависла над сестрой, тряся её за плечи. - Ваша Светлость здесь! Она заперлась с отцом в кабинете, и я клянусь, они говорят о тебе. Нова недовольно зарычала, пытаясь натянуть одеяло. Голова после вчерашних свадебных возлияний гудела. - Ну и пусть говорят… - сонно пробормотала она, пытаясь отпихнуть сестру ногой. - Ты время видела? Дай поспать, я вчера выпила больше, чем весит весь наш род Бароне. - Да какая к чёрту выпивка! - Сиена не унималась, буквально стягивая сестру за ноги с кровати. В этот момент в комнату вбежала перепуганная камеристка Шарлотта с округлившимися глазами. - Дамы, простите! Но барон… он что-то разбил в кабинете! Сиена затрясла Нову с удвоенной силой. - Слышишь? Отец в ярости, герцогиня здесь, а ты спишь! Слово «герцогиня» подействовало лучше любого ушата ледяной воды. Сон испарился мгновенно. Не раздумывая ни секунды, игнорируя тот факт, что на ней лишь тонкая, почти прозрачная шелковая ночная рубашка, Нова вылетела из комнаты. - Хоть бы халат накинула, позорище! - донесся до неё отчаянный крик Сиены, но сестра уже неслась по коридору, едва не сшибая вазы.

***

Внизу воцарилась гробовая тишина. Слуги замерли вдоль стен, вытянувшись в струнку, когда двери кабинета отворились и оттуда вышла герцогиня. Мария-Луиза, впопыхах застегивая пуговицы на утреннем платье, выбежала ей навстречу, лепеча на ходу. - Ох, Ваша Светлость! Простите, умоляю, мы совершенно не были готовы к такому раннему визиту. Проходите в гостиную, чай уже подан, свежайшие бриоши… только не сердитесь! Уже в гостиной, разливая кипяток так, что серебряное ситечко мелко стучало о край фарфора, баронесса решилась на осторожный вопрос. - По какому же поводу вы почтили нас своим присутствием? В этот момент в зал буквально влетела Нова. Растрепанная, запыхавшаяся, с босыми ногами и в одной лишь сорочке, которая в свете утреннего солнца предательски просвечивала. Она замерла, тяжело дыша и глядя на Веспер так, словно та была небесным явлением. Мария-Луиза едва не лишилась чувств. - Нова! - прошипела она, краснея до самых ушей. - Перед герцогиней... в исподнем?! Уйди с глаз, бесстыдница, я сейчас в обморок упаду! Ваша Светлость, простите её, она... она в бреду после свадьбы! Но Кейн даже не шелохнулась. Она медленно, с нескрываемым интересом, скользнула взглядом по заспанному лицу девушки, задержавшись на её ключицах и тонких бретельках рубашки. На губах Веспер заиграла едва заметная ухмылка. Она невозмутимо отпила глоток чая. - Мисс Бароне, - голос Веспер прозвучал властно, заставляя Марию-Луизу мгновенно замолкнуть. - Я обсудила ваше будущее с бароном. Мы пришли к единогласному выводу, что ваши таланты в этом доме пропадают впустую. Нова моргнула, пытаясь осознать реальность происходящего. - О чем вы говорите, Ваша Светлость? - выдавила из себя Мария-Луиза. Веспер поднялась, расправляя складки своего платья. - Благодарю за чай, баронесса. А теперь распорядитесь, чтобы сундуки вашей дочери были собраны к вечеру. Мой экипаж прибудет за ней ровно в шесть. Она перевела взгляд на онемевшую Нову и подошла к ней так близко, что Нова почувствовала аромат миндаля. - Отныне вы будете жить в моем поместье, - произнесла Веспер, и в её глазах на миг вспыхнуло то самое пламя, которое они обе пытались потушить. - Моя библиотека нуждается в ваших знаниях. Я официально приглашаю вас разделить со мной бремя управления моим собранием манускриптов. Веспер едва коснулась плеча девушки. - Поторапливайтесь с вещами, - шепнула герцогиня. - Вы же знаете, как я не люблю долго ждать.

***

Приезд Новы в поместье Кейн напоминал триумфальное шествие. Слуги, привыкшие к ледяному спокойствию своей хозяйки, были в замешательстве: Ваша Светлость лично отдала приказ почитать мисс Бароне как вторую хозяйку дома. Девушку буквально засыпали вопросами о температуре воды для ванны, выборе эфирных масел и времени утреннего чая, пока Веспер не вышла в холл, прекращая этот балаган одним властным жестом. - Довольно, - отрезала герцогиня, и на её губах расцвела та редкая, мягкая улыбка, которая предназначалась только Нове. - Отнесите вещи в покои. Но имейте в виду: в поместье сейчас слишком зябко, а мисс Бароне плохо переносит холод. Посему спать она будет в моей спальне. Не беспокойте нас без крайней надобности. Свободны. Когда ошеломленные слуги скрылись, Веспер взяла Нову за руку, переплетая их пальцы. - Вам не кажется, что нам пора скрыться от лишних глаз? Как только двери захлопнулись спальни, вся сдержанность Веспер испарилась. Она прижала Нову к себе, и в мгновение ока они оказались на огромной кровати под балдахином. Веспер возвышалась над ней, покрывая её шею жаркими, требовательными поцелуями. - Постойте… - выдохнула девушка. - Это хитрый план, Ваша Светлость. Но прежде, чем мы перейдем к делу… введите меня в курс дела. Какие манускрипты? Какой язык нужен для перевода? Веспер рассмеялась, запуская пальцы в волосы девушки и притягивая её лицо к своему. - Неужели вы думали, что я заставлю свою любимую работать в пыльной библиотеке сутками? Это был лишь предлог, чтобы выкрасть вас из того дома. Сейчас вы должны только расслабляться и получать удовольствие. Я обеспечу вам ту жизнь, о которой вы мечтали. - Вы опасная женщина, - прошептала Нова, касаясь губами её подбородка. - Заставить моего отца замолчать… это искусство. - Ради вас я готова на большее, - отозвалась герцогиня. - Если бы он не согласился, я бы выкрала вас ночью. Нова почувствовала, как румянец заливает щеки. - Всё это время вы дарили удовольствие мне… теперь я хочу сделать то же самое для вас. Одежда летела на пол, открывая взгляду подрагивающие от нетерпения тела. Воздух наполнился звуками прерывистого дыхания и шуршанием шелковых простыней. Веспер обхватила Нову за талию, её ладони властно сжались на бедрах, а Нова впилась в её губы глубоким поцелуем, одновременно спускаясь пальцами к самому сокровенному. Герцогиня, всегда контролирующая и сдержанная, тяжело дышала под пальцами Новы, выгибаясь навстречу каждому прикосновению. Их тела переплетались в бешеном ритме, где не было места титулам или приличиям. Нова ласкала её с той страстью, которую копила долгие дни разлуки, доводя Веспер до исступления, до того момента, когда та, сорвавшись на хриплый стон, вцепилась ногтями в плечи девушки. Спустя время они лежали в обнимку, Нова уткнулась носом в шею Веспер. - Можно нам не выходить из спальни и заниматься этим сутками напролет? - прошептала девушка. - У молодоженов есть медовый месяц, а у нас будет медовая жизнь. Я успею изучить и предоставить вам все виды удовольствия сполна. Поверьте, это было лишь вступление. Нова лукаво усмехнулась, чувствуя, как силы возвращаются к ней вместе с новым приливом желания. Она приподнялась, глядя в затуманенные глаза. - Если честно, я не так уж сильно устала... Может тогда... продолжим с новыми силами? Герцогиня рассмеялась, перехватила инициативу, снова нависая над девушкой и блокируя её руки над головой. - Ох, вы - моё самое прекрасное проклятие. Как я могу отказать, когда вы так смотрите на меня? Они снова накинулись друг на друга, ведомые лишь своими чувствами и жаждой обладания, которая, казалось, никогда не будет утолена до конца.

***

Три года пролетели как один затяжной, яркий сон. Загородное поместье Бароне в этот вечер казалось островком абсолютного спокойствия. В беседке, увитой диким виноградом, Сиена и Амалия склонились друг к другу, делясь секретами, как в далеком детстве. - У нас с Джоном прекрасная брачная жизнь, - Амалия весело блеснула глазами, отставляя чашку. - Но мы хотим пожить для себя. Планы на детей, конечно, имеются, но мы не торопимся. Любовь действительно берет свое, Сиена, нам не хочется расставаться ни на секунду, хотя у него сейчас полно дел в парламенте. Старшая накрыла ладонь младшей своей. - Я так рада, что ты счастлива. Мне не хватало твоего задора. - А как дела с Оливером? - тихо спросила Амалия. - Я давно не заезжала к вам, так соскучилась по Арлин и Томасу. Сиена задумчиво помешала ложечкой чай. - Несколько лет я держала его на расстоянии. Выдавала приказы, указывала, что он имеет право делать, а что нет… Но за всё это время он не посмел даже повысить на меня голос, не то, что поднять руку. Мое сердце начало болеть от этой его преданности. Недавно я сказала ему, что простила его еще три года назад, просто мне нужно было время. Теперь мы собираем то, что сломали, по крупицам. Так что… я действительно счастлива. Их разговор прервал хруст гравия. Маттео бережно поддерживал жену под руку к беседке - Оникс была уже на приличном сроке, ожидая второго ребенка. - Уложили моего непослушного племянничка? - со смехом спросила Сиена. - Оуэн совсем от рук отбился, - проворчал Маттео, помогая Оникс устроиться в кресле. - Вот тебе и будущий барон, а какой наглый малый! - Весь в отца, - подмигнула Сиена. Амалия тут же приложила ладони к животу Оникс, сияя от восторга. - Как думаешь, девочка или мальчик? - Еще одного наглеца я не выдержу! - рассмеялась Оникс. - Но главное, чтобы здоровый был. - Совсем без меня загрустили? Не ожидали? - раздался вдруг до боли знакомый голос. Все обернулись. По тропинке к ним шла Нова с сумочкой в руках. Маттео сорвался с места, подбежал к сестре и, подхватив её, закружил в воздухе. - Откуда ты взялась?! Ты же должна быть в Ирландии, или я что-то перепутал? - Это всё Амалия, - Нова потрепала брата по волосам, когда он наконец поставил её на землю. - Она предупредила меня о вашей встрече, а я как раз закончила дела в Дублине. Как я могла такое пропустить? Она влетела в беседку, обнимая Оникс так крепко, что та даже ойкнула. - Как я по тебе скучала! - шептала Нова. - Ох, мне тебя не хватало, - призналась подруга. - Ты так помогала мне с Оуэном, а этот год без тебя был просто каторгой! Нова, смеясь, перецеловала сестер и с заговорщицким видом достала из сумки бутылку темного стекла с иностранной этикеткой. - Везла с особым трепетом! Всё боялась, что разобью по пути. Оникс, тебе нельзя - для тебя особый чай, - она шутливо погрозила пальцем, на что подруга закатила глаза. - Вы правда думали, что это всё? - Нова окинула родных лукавым взглядом. - Кареты с кучерами уже отправились к домам каждого из вас. Там подарки: ирландский фарфор, заграничные шелка, чайницы… А для племянников - шкатулки с античными росписями. - Ты точно на отдых уезжала, а не как купец на ярмарку? - усмехнулся Маттео. - Я не могла приехать к вам с пустыми руками, и ты это прекрасно знаешь, - Нова самодовольно вскинула подбородок, занимая свое законное место за столом.

***

Ночь в поместье Бароне сгустилась, но в беседке было жарко от вина, воспоминаний и близости родных душ. Сиена не сводила восхищенного взгляда с Новы. - Ты стала другой, - произнесла она. - В тебе появилась та самая тихая сила, которую не купишь за титулы. Твой сборник цитат... Оливер говорит, что в его клубе джентльмены зачитывают твои переводы манускриптов вслух. Ты теперь - гордость нашей семьи. Амалия придвинулась ближе. - Но расскажи подробнее об Ирландии! Целый год... Ваша Светлость ведь доверила тебе не только свою библиотеку, но и впустила в свой дом. Как ты ладила с её семьей? Как прошел твой отдых? Нова прикрыла глаза, и реальность беседки мгновенно стерлась. Перед внутренним взором возникли склоны, омываемые соленой пеной Атлантики.

***

Этот год в Ирландии был пронизан нежностью, о которой Нова боялась даже мечтать. Она помнила знакомство с матерью Веспер - женщиной статной, сдержанной. Но больше всего сердце Новы согревали дети любимой. Мэйв сразу прикипела к ней, стала для неё проводником по самым потаенным уголкам страны, показывая старые руины и скалистые обрывы, искренне считая Нову своей близкой подругой. Риан, напротив, окружал её интеллектуальной заботой. Вечерами они неспешно прогуливались по саду, и он читал Нове произведения современников, обсуждая с ней политические взгляды, а каждое утро, прежде чем отправиться на учебу, заносил ей в комнату новые тома, предвкушая их будущие дискуссии. Для Веспер этот год стал временем исцеления. Она наконец-то смогла наладить отношения с родными, и то, что начиналось как вынужденное перемирие, переросло в глубокую привязанность. Она часто шептала Нове, что именно её теплота и мягкость сотворили это чудо, объединив семью под одной крышей без ссор и обид. Но за этим внешним покоем скрывалась их общая, пылающая страсть. Театры Ирландии видели не только спектакли, но и то, как две женщины уединялись в темных, пустых комнатах за кулисами, отдаваясь друг другу без остатка. Они находили моменты везде: поцелуи за тяжелыми шторками в примерочных модисток, мимолетные касания в тени парковых аллей. А по ночам, когда дом затихал, они лежали в объятиях друг друга, обсуждая прошедший день и понимая, что за эти три года их любовь превратилась в нечто незыблемое. Они шептали слова верности, обещая, что их маленькое, личное счастье никогда не закончится.

***

Девушка вздрогнула, возвращаясь в реальность. - Нова... ты молчишь уже минуту, - Амалия удивленно вскинула брови. - Смотришь в одну точку. Тебе что, совсем не понравилось путешествие? Сестра перевела на неё затуманенный взгляд. - Это было по-настоящему замечательно. Никто не стал её больше расспрашивать, видя эту мечтательную улыбку. Маттео, почувствовав, что момент настал, медленно поднялся, держа бокал. - Я хочу сказать то, что сдерживал внутри уже несколько лет, - произнес он. - За эти годы я понял одно: семья - самое важное. Пусть наша жизнь была полна сюрпризов, порой совсем не сладких. Пусть наши споры казались точкой в общении, а секреты возводили стены... Знайте, я люблю вас. Но больше всего хочу, чтобы такие вечера не прекращались. Спасибо, что вы есть в моей жизни. Без вас я - никто. Сестры встали одновременно, подошли к Маттео, заключая его в общее, тесное объятие - такое же крепкое и искреннее, как в самые счастливые дни их детства. Оникс, не выдержав, расплакалась. - Вечно ты доводишь нас до слез! - прошептала она, утирая щеки. - Ужас, я становлюсь слишком сентиментальной. Маттео с нежностью поцеловал жену в щеку, и над столом раздался мелодичный звон хрусталя. Это было обещание, что каждую неделю они будут собираться здесь, в этой беседке, чтобы пить чай, смеяться и чувствовать, что в целом мире нет никого дороже тех, кто сейчас сидит за этим столом.

***

Вернувшись в поместье, Нова почувствовала, как само здание обволакивает её уютом. Это место давно перестало быть для неё просто «библиотекой» - оно стало её истинным домом. В зале с камином мягко потрескивали поленья. Перед огнем в кресле сидела Веспер. Её волосы рассыпались по плечам, прикрывая ключицы и глубокий разрез домашнего платья. В одной руке она держала бокал виски, а в другой - тлеющую сигарету, тонкая струйка дыма от которой медленно поднималась к потолку. Нова, ступая совершенно бесшумно по мягкому ковру, подошла сзади и ладонями закрыла ей глаза. - Угадай, кто пришел? - Домой вернулась самая прекрасная девушка на свете. Нова обошла кресло и опустилась на колени перед Веспер, положив голову ей на бедра. - Встреча прошла чудесно, - поделилась девушка, прикрыв глаза. - Мы договорились видеться чаще. Всё встало на свои места. Веспер нежно провела рукой по её волосам, перебирая каштановые пряди. - Я искренне рада за тебя, милая. Тебе нужно было это примирение. Нова приподнялась, складывая руки на её коленях и глядя снизу вверх с нескрываемым любопытством. - А чем занималась ты, пока меня не было? Неужели всё время провела с этим бокалом? Кейн поставила виски на столик, потушила сигарету и поднялась. Она подошла к старинному шкафу, достала оттуда небольшую бархатную шкатулку и вернулась к Нове. - Я приготовила для тебя небольшой подарок, - сказала она, протягивая коробочку. - Что это? Веспер кончиками пальцев коснулась её щеки. - Я до сих пор вспоминаю тот подарок, который ты сделала мне несколько лет назад. И помню, что с ним произошло. Твоё кольцо уплыло по течению реки в ту ночь, когда мы чуть не потеряли друг друга. Моё же до сих пор лежит в ящике стола... как напоминание о боли. Настало время это изменить, открывай. Внутри, на атласной подушечке, сияло кольцо из чистейшего золота. В его центре красовался редкий камень бирюзы с тонкими, едва заметными серыми вкраплениями. - Боже, Вес... не стоило, - прошептала Нова, чувствуя, как в горле встает ком. - Я ведь и так всегда рядом. Мне достаточно просто смотреть в твои глаза. Герцогиня вновь коснулась её волос. - Пусть оно всегда будет с тобой. Я вложила в него иной смысл. Мы обе знаем, что в обществе нет такого понятия, как союз между двумя дамами. Мы не можем обменяться клятвами в церкви или носить титул «жен в браке». Но с этого мгновения мы будем знать: мы не просто подруги и не просто компаньонки. Мы - семья, самая настоящая и самая крепкая, какую только видел этот мир. Веспер достала кольцо и надела его на палец Новы. Девушка, не сдержав слез счастья, бросилась в её объятия. Поцелуй, последовавший за этим, был не таким, как в минуты страсти. Он был трепетным, глубоким и обещающим вечность.

***

В Лондоне еще много лет будут проводить шумные свадьбы, будут меняться «бриллианты сезона», а строгие принципы общества будут диктовать свои правила. Но пока они вместе, пока они дорожат друг другом, никакая сила не сможет разрушить их мир. Любовь детей семьи Бароне с годами станет лишь глубже, их еженедельные посиделки - теплее, а Маттео всегда будет готов защитить своих сестер от любых невзгод. А тайна, скрытая за высокими стенами поместья Кейн, - любовь двух женщин, о которой обществу не дано узнать, - станет их главной силой. Свет видит лишь маски приличий, холодную вежливость и безупречные манеры. И никто из них никогда не догадается, что под этими масками кроется самое драгоценное, что есть на земле: тихая, верная и всепобеждающая правда их сердец. Только в этой правде они были по-настоящему свободны.