Грани внутри

Ты быстро выпрямляешься, пытаясь скрыть волнение, но не сводишь с него глаз, внимательно наблюдая за тем, как он подходит к тебе. Ты откидываешься на спинку дивана и смотришь на него, пока он пристраивается рядом, положив колено на твое бедро, а руку — на спинку дивана рядом с твоей головой. Другой рукой он приподнимает твой подбородок, нежно поглаживая большим пальцем челюсть. — Мне правда очень жаль, — бормочет он, стирая большим пальцем остатки твоего блеска для губ и поднося испачканный палец к губам, чтобы облизать его. Ты хмуришься от его слов, сглатываешь, пытаясь унять волнение, и спрашиваешь: — Что именно жаль? Несколько секунд вокруг царит тишина, прежде чем он снова заговаривает. -Что я испорчу твой красивый макияж. Это последние слова, которые слетают с его губ, прежде чем он наклоняется к тебе и прижимается своими пухлыми губами к твоим. Палец, который до этого лежал у тебя на подбородке, скользит вниз по твоей челюсти к шее, и он нежно обхватывает твоё горло, притягивая твоё лицо к себе. Ты уже готова ответить на поцелуй, но он резко отстраняется, его лицо по-прежнему в сантиметре от твоего, и он смотрит на твои губы. — Ты прекрасна, — бормочет он, откидывается на спинку дивана, подтягивает тебя к себе за талию и жестом показывает, чтобы ты села к нему на колени. Ты почти смущенно задираешь юбку, закидываешь ногу ему на бедро и забираешься к нему на колени. Он откидывает голову назад и смотрит на тебя, зажав пухлую нижнюю губу между зубами и крепко сжимая твои бедра. Сокджин позволяет твоим рукам блуждать по его груди, ощупывая каждый изгиб и мышцу, пока ты смотришь на него из-под прикрытых век, а твои руки поднимаются к его лицу. Ты прижимаешься к нему всем телом, твои губы мягко касаются его пухлых губ в страстном поцелуе. Его руки крепче сжимают твои бедра, пальцы впиваются в ткань юбки, и ты вскрикиваешь ему в рот. Это дает ему возможность проникнуть языком в твой рот, что он и делает. На вкус он как томатный соус с базиликом. Ты обнимаешь его за шею, пытаясь притянуть еще ближе, и прижимаешься грудью к его груди. Его руки скользят по твоим бедрам, слегка сжимая их. Его язык танцует с твоим, голова наклоняется в сторону, чтобы сократить оставшееся между вами расстояние. Твои бедра непроизвольно вздрагивают и прижимаются к его паху, из твоей груди вырывается тихий стон. В его груди раздается низкое рычание, и Джин толкается бедрами в твою промежность, отвечая взаимностью. Его эрекция твердеет под твоим телом, и у тебя во рту пересыхает при мысли о его огромном члене. Ты хочешь его попробовать. Ты очень, очень хочешь его попробовать. Ты отстраняешься от его губ, глубоко вдыхаешь и говоришь: — Черт, я хочу отсосать тебе. Он поднимает на тебя взгляд, и на его лице появляется непроницаемое выражение. Ты не можешь удержаться и смотришь на его пухлые губы, ожидая ответа и стараясь не обращать внимания на неприятное ощущение от прилипших к промежности трусиков. — Больше не будем ходить вокруг да около, да? — дерзкая ухмылка кривит его губы, когда Джин еще глубже усаживается на диване и сдвигает бедра, чтобы ты могла слезть с его колен. Ты опускаешься перед ним на колени, и от прикосновения к холодной плитке по твоему телу пробегает дрожь. Ты медленно поднимаешь руки по его ноге, нежно сжимая нежную кожу, когда доходишь до бедра. — Сними с меня штаны. Его слова полны такого высокомерия, что ты не можешь удержаться и сразу же тянешься к его ремню, быстро расстегивая его. Твой взгляд скользит по его фигуре, ты смотришь на него сквозь густые ресницы, и он уже смотрит на тебя в ответ, положив руку тебе на голову. Он приподнимается на диване, чтобы помочь тебе стянуть с него штаны, и тут же обхватывает себя рукой через боксеры, а другой рукой приподнимает твой подбородок. — Ты такая красивая. От его комплимента ты прикусываешь нижнюю губу, в животе у тебя сжимается. Ты засовываешь пальцы под край его боксеров и медленно стягиваешь их, с предвкушением наблюдая, как из-под них выглядывает его член. Какого хрена? Ты широко раскрываешь глаза, глядя на его эрекцию. Член все еще твердеет и уже больше любого другого, который ты когда-либо видела. По его темному стволу тянутся крупные вены, а головка так и манит к себе. Сокджин усмехается, видя твою реакцию, и обхватывает рукой основание члена, постанывая от прикосновения. Ты переводишь взгляд на предэякулят, стекающий с головки, и чуть не пускаешь слюни прямо на его брюки. — Как, черт возьми, он вообще куда-то поместится? — бормочешь ты, впервые за все время глядя Джину в лицо, и видишь самодовольную ухмылку на его великолепных губах. — Ты же справишься, — шутит он, — правда? Ой. Что ж, теперь тебе придётся справиться. Он кладет вторую руку тебе на затылок и водит кончиком члена по твоим губам, покрывая их своей смазкой. Ты продолжаешь смотреть на него, не отрывая взгляда, и стараешься сделать как можно более невинный взгляд. — Просто дважды постучи по моему бедру, если будет слишком неприятно, — добавляет он с искренним выражением лица. Ты киваешь в ответ и кладешь руки ему на бедра, мысленно готовясь к тому, что завтра утром у тебя будут сорваны голосовые связки. — А теперь перестань смотреть на меня этими невинными глазками и открой свой прелестный ротик, как хорошая девочка. Ты ни секунды не колеблешься, услышав его слова, и почти сразу же приоткрываешь губы, чтобы взять его член в рот. Ты опускаешь голову, обхватываешь губами головку и нежно посасываешь её. Стон, вырвавшийся из его груди, говорит о том, что ему это нравится, и ты прижимаешься языком к его щели и крутишь им, собирая соленую смазку. Его рука напрягается на твоей голове, а бедра неожиданно двигаются, заставляя тебя подавиться. Ты не вынимаешь член изо рта, но поднимаешь на него взгляд и видишь, как он смущенно и виновато улыбается. Ты ворчишь и снова опускаешь голову, твоя слюна стекает по его стволу, пока ты стараешься взять в рот как можно больше. — Блядь, — шепчет Сокджин, нежно поглаживая тебя по волосам. Ты хватаешься за основание члена обеими руками и позволяешь слюне стекать по пальцам, чтобы смазать их и обхватить ту часть, до которой не достаешь. Ты начинаешь заглатывать член глубже, но не успеваешь добраться и до половины, как головка упирается тебе в горло, и из глаз вот-вот брызнут слезы. — Черт, ты такая красивая с моим членом во рту, — стонет Джин, запрокидывая голову на спинку дивана. Его грудь резко вздымается и опускается, пока он пытается отдышаться. Ты мычишь в ответ, наблюдая за тем, как напрягаются и подрагивают его бедра, словно он сдерживает желание толкнуться тебе в рот. Ты медленно вынимаешь член, не отрывая его от своих губ, и продолжаешь дрочить. — Я позволю тебе трахнуть меня в рот, но если я дважды постучу по твоему бедру, ты должен остановиться, хорошо? Сокджин резко открывает глаза, тихо ругается, кивает и встает на ноги. Он сбрасывает пиджак и бросает его куда-то на диван, а ты встаешь, задираешь юбку и садишься на корточки перед ним, потому что колени уже начали болеть. Он встает между твоих раздвинутых бедер, кладет руки тебе на голову и медленно вводит член обратно в твой рот. Ты поднимаешь руки к его голым ногам и впиваешься ногтями в его теплую кожу, пока он начинает двигаться в твоем теплом, влажном рту. Ты пытаешься сдержать слезы, но это не помогает: каждый толчок приходится на заднюю стенку горла, и ты вот-вот начнешь задыхаться. Слезы начинают катиться из глаз, но ты не хочешь его останавливать. То, как он двигается в твоем рту, запрокинув голову и издавая тихие стоны, заставляет тебя продолжать, быть причиной его удовольствия. — Черт, можно я кончу тебе на грудь? — спрашивает Сокджин между стонами, его движения становятся еще более резкими. Ты дважды стучишь по его бедру, и он тут же вынимает член из твоего рта и хватает тебя за подбородок, чтобы ты подняла голову. Он обеспокоенно хмурится, глядя на тебя, но ты просто отталкиваешь его руку. Ты поднимаешь руку и начинаешь расстегивать шелковую блузку, успешно снимаешь ее, отбрасываешь в сторону и за несколько секунд расстегиваешь бюстгальтер. Ему не нужно повторять дважды. Он рычит, возвращая руку на твое лицо, заставляя посмотрела на него. Твой макияж, несомненно, размазался по всему лицу, но тебе все равно, ведь Сокджин смотрит на тебя так, словно ты самое прекрасное создание, которое он когда-либо видел. Он продолжает мастурбировать другой рукой, приближаясь к разрядке. Ты медленно отодвигаешься к дивану, ложишься головой на край подушки и притягиваешь Сокджина к себе, чтобы он встал между твоих раздвинутых ног. Ты опираешься верхней частью спины на диван, позволяя силе тяжести сделать свое дело, и берешь его член в руку, направляя головку себе на грудь. Ты поднимаешь глаза и встречаешься с ним взглядом, а затем начинаешь двигать рукой, наблюдая за тем, как он смотрит на тебя с таким нескрываемым вожделением, что твои бесполезные трусики уже не служат преградой, потому что ты почти уверена, что начала течь прямо сквозь ткань. — Черт, — Сокджин делает паузу, глубоко вдохнув, — ты такая чертовски красивая. С твоих губ срывается непроизвольный стон в ответ на эту похвалу, но ты продолжаешь ласкать его, желая только одного — чтобы он кончил тебе на грудь. — Ты тоже красивый, — говоришь ты с застенчивой улыбкой, не сводя с него глаз. — Я знаю, — стонет он, и от его ответа ты хихикаешь. По крайней мере, он забавный. Его член дергается в твоей руке, и не успеваешь ты опомниться, как белые струйки теплой спермы начинают покрывать твою грудь и соски. Он стонет, выкрикивая ругательства, и кончает тебе на грудь, не сводя с тебя глаз и запоминая это зрелище. Ты развалилась на подушках дивана, грудь перепачкана слюной и спермой, макияж растекся по лицу, волосы растрепаны. Ты моргаешь, глядя на него из-под полуопущенных век, и наконец отпускаешь его член, напоследок сжимая основание. — Черт, не смотри на меня так, — ворчит он, тяжело дыша и вытирая пот со лба тыльной стороной ладони. Дьявол будто лично вкладывает слова в твой рот, и ты ухмыляешься. — Как? — Как будто хочешь, чтобы я тебя уничтожил. Его грубые слова снова бьют тебя под дых, но ты не можешь не хотеть, чтобы он осуществил свои слова. — Но я хочу, — отвечаешь ты, вытирая слюну с подбородка тыльной стороной ладони. — Да, конечно, — бормочет он, расстегивая рубашку и проводя рукой по волосам, от чего они еще больше растрепываются. Сокджин наклоняется, поднимает тебя на ноги, без труда стягивает с тебя юбку и швыряет ее в сторону. Он садится на диван, широко расставив ноги, и тянет тебя к себе, чтобы ты села между его ног. Ты хочешь снять трусики, но он останавливает тебя, похлопывая по месту между своих бедер и жестом показывая, чтобы ты повернулась к нему спиной. Ты удивленно смотришь на него, а потом пристраиваешься между его ног и прижимаешься спиной к его груди, как он и хотел. Его рука скользит по твоей талии к бедру, вызывая тысячи мурашек под кожей. Он легонько похлопывает тебя по бедру, бормоча что-то о том, что ты должна раскрыться для него, и ты подчиняешься. Другой рукой он раздвигает твои ноги, просунув ладонь под колено и приподняв его, а другой рукой медленно водит по твоей покрытой одеждой промежности, описывая круги. Ты вздыхаешь от этих прикосновений, наконец-то получая хоть какое-то внимание, и с твоих губ срывается тихий стон. — Черт, ты так возбудилась, пока мне отсасывала? — его голос звучит прямо у тебя над ухом, и от его близости у тебя почти кружится голова. Это единственное объяснение тому, что комната вокруг тебя словно вращается. И его слова тоже правдивы. Поцелуи тебя заводили, но когда он взял инициативу в свои руки, ты просто истекала желанием. Ты мычишь в ответ, подаваясь бедрами навстречу его руке, и опускаешь взгляд на свою грудь, все еще покрытую его спермой. — Оставь так, ты такая красивая, — должно быть, Сокджин заметил, как ты разглядываешь сперму на своей груди, но ты быстро киваешь, уверяя его, что не торопишься её вытирать. Он медленно стягивает с тебя трусики, замечая, как они прилипают к твоим складкам, и довольно мычит, отодвигая твоё белье в сторону. Ты опускаешь взгляд и внимательно наблюдаешь за тем, как он без труда просовывает пальцы между половых губ, уже покрытых твоей смазкой. Он вынимает пальцы, чтобы ты могла их рассмотреть. — Блядь, — шепчет Сокджин. Ты откидываешься голову назад, уткнувшись лицом в его шею, и тихо постанываешь, тяжело дыша. Его губы нежно целуют тебя в шею, а пальцы скользят по клитору, опускаясь к промежности и входу, чтобы слегка подразнить. Тебе понадобится вся возможная подготовка, потому что его член, несомненно, заставит тебя снова почувствовать себя так, будто ты занимаешься сексом впервые. Ты нетерпеливо двигаешь бедрами навстречу его пальцам, но Джин лишь усмехается, собирая твою смазку на пальцы и размазывая её по лобку. — Ты такая нетерпеливая, красотка, — в его прекрасном голосе слышится насмешка. Ты лишь мычишь в ответ, прежде чем произнести слова: — Вставь их в меня. С его губ срывается хриплый смешок, после чего Сокджин вводит в тебя средний и безымянный пальцы и тут же сгибает их. Он смотрит на тебя с кривой ухмылкой на губах, а ты извиваешься под ним, двигая бедрами, как только его пальцы касаются точки G. Он тихо шикает на тебя и начинает трахать тебя пальцами, прижимая ладонь к твоему клитору под таким углом, что в ушах у тебя звенит от хлюпанья твоего влажного влагалища. Ты мотаешь головой, умоляешь, плачешь, делаешь все, чтобы дать ему понять, что хочешь кончить, прямо сейчас, прямо здесь, на его пальцах. — Послушай, как это звучит, — бормочет он, касаясь губами твоего уха, и продолжает время от времени сгибать пальцы. Он смотрит на тебя краем глаза, наслаждаясь тем, как ты извиваешься под ним. — Я хочу попробовать на вкус. Это все, что Сокджин говорит, прежде чем поднять тебя и бросить на диван рядом с собой. Ты ахаешь от неожиданной силы, с которой он это делает, и от того, как он подтаскивает тебя к краю дивана, раздвинув твои ноги. Он опускается на колени между твоих бедер и облизывает губы при виде блестящий половых губ. — Ты только посмотри на это, — шепчет он, раздвигая твои складки. К счастью, он, не теряя времени, прижимается ртом к клитору, плотно обхватывает его языком и слизывает все следы твоего возбуждения, причиной которого является только он. Из твоего горла вырывается жалкий всхлип, ноги дергаются, тело извивается под ним, но он лишь усмехается. — Я еще ничего не сделал, а ты уже извиваешься, — но тут его улыбка исчезает, а на красивом лице появляется мрачное выражение. — Лежи смирно, — требует он низким голосом, не сводя глаз с твоего тела. Сокджин прижимает твои бедра к дивану, а его язык неистово ласкает твой бедный клитор. Ты плачешь и стонешь под ним, твои бедра дрожат, а пальцы сжимают подушки, которыми завален диван. — Блядь, — стонешь ты, когда он погружает в тебя язык, прижимается носом к клитору и продолжает дразнить тебя, проникая в тебя своим влажным языком. Ты можешь только стонать и выкрикивать его имя, теребя его идеально уложенные волосы, но Сокджин, похоже, не возражает. — Это тело, — бормочет он, качая головой. — Кажется, я никогда не смогу тобой насытиться, — он снова набрасывается на тебя, жадно и агрессивно поглощая тебя, как будто никогда не ел. — Черт, я сейчас кончу, — всхлипываешь ты, дергая бедрами и сжимая их, но он продолжает прижимать тебя к дивану, не давая вырваться из его хватки. Твои предостережения, похоже, только раззадоривают его. Его движения точны и размеренны, он не отрывает рот от клитора. — Я уже снова возбудился, — как ни в чем не бывало говорит он, отстраняясь от тебя. Ты думаешь, что он дразнится, но эта мысль улетучивается, когда он внезапно обхватывает твои бедра сзади и прижимает твои колени к торсу, чтобы раскрыть тебя еще шире. Если бы эта поза не была такой неловкой, то одного его взгляда на твою промежность было бы достаточно, чтобы заставить тебя нервничать. — Что? — тихо спрашиваешь ты, глядя на него сверху вниз. Твоя грудь все еще вздымается и опускается от удовольствия, которое ты только что испытала. Он несколько секунд смотрит тебе в глаза с непроницаемым выражением, а затем переводит взгляд на твою промежность, такую раскрытую и доступную для него. — Просто любуюсь твоим телом. Разве нельзя? Ты прикусываешь нижнюю губу, не сводя глаз с его движений в предвкушении. Но он лишь усмехается про себя, снова придвигается к твоей промежности и начинает лизать, посасывать и ласкать её, как будто не ел несколько дней. Черт возьми, как же он хорош. С чего бы кому-то от него избавляться? Ты едва не вздрагиваешь, когда Сокджин слегка выдыхает, издавая звук, похожий на короткий смешок. Его дыхание обволакивает твою промежность, и ты смотришь на него, и он смотрит на тебя в ответ. — Ну, спасибо. — он встает, вытирает рот тыльной стороной ладони и сбрасывает с себя остатки одежды. — Но меня никто не бросал. Ты хмуришь брови. О чем он говорит? Подожди. Ты правда сказала это вслух? Блядь. Дура ты набитая! — Что значит, тебя никто не бросал? — бормочешь ты, наблюдая, как он зубами рвёт упаковку с презервативом и медленно надевает его на свой огромный член, несколько раз проверяя, как он растягивается. — Да, я соврал, — невозмутимо говорит он, закидывает твою ногу себе на плечо и тянет тебя к краю дивана, а сам остаётся на коленях перед тобой. — Ты соврал? Как ты мог соврать? Я же видела, как ты сидел там один… — Да, насчёт этого… — Сокджин медленно начинает входить в тебя, внимательно следя за твоим лицом, чтобы не пропустить ни малейшего признака сожаления или неготовности. Но ты просто зажмуриваешься от боли. Он невероятно большой, и у тебя уже в глазах двоится из-за того, как сильно ты зажмуриваешься, но Джин очень осторожен, явно опытен в этом деле. Он что, решил вывалить на тебя эту чушь, пока входит в тебя, чтобы ты об этом забыла? Что ж, это работает. Но какого блин хрена? Ты ничего не можешь с собой поделать: твои зубы впиваются в нижнюю губу, а глаза наконец открываются, когда он входит в тебя полностью. Твои стенки горят от растяжения, и в эти мгновения ты явно не в восторге от происходящего. Несколько прядей его волос прилипли ко лбу от пота, но он не теряет концентрации и двигается медленно и размеренно. — Ты в порядке? — Да… кажется, да, — шепчешь ты в ответ, не в силах собраться с мыслями. Сейчас ты не можешь думать ни о чем другом. Он медленно кивает. — Ты сейчас сломаешь мой гребаный член, куколка. Расслабься, — шепчет он, протягивая руку, чтобы погладить твои нахмуренные брови. Черт, он такой сексуальный. Ты совсем его не знаешь. — Ну, явно у меня там никогда не было ничего такого большого, — язвительно замечаешь ты, слегка напрягаясь и изо всех сил стараясь расслабиться, но, конечно, это легче сказать, чем сделать. — Я тоже никогда не трахал никого с такой тугой вагиной, — усмехается он, придвигаясь к тебе чуть ближе, но не двигаясь с места. — Дай я тебя поцелую. Ты смотришь в его большие карие глаза, опускаешь взгляд на его губы, а потом снова поднимаешь глаза к его лицу. — Просто дыши. Ты справишься, принцесса. Посмотри на себя, ты такая красивая подо мной. — он наклоняется еще ниже и прижимается губами к твоим. Если он пытается отвлечь тебя от мыслей о том, что его член разрывает тебя пополам, то у него это получается. Потому что целоваться с Сокджином — это что-то невероятное. Его губы такие пухлые и мягкие, что ты могла бы целовать их часами. Интересно, какими они будут после долгих поцелуев? Насколько опухшими и красными? Он нежно целует тебя, продолжая ласкать клитор большим пальцем, а ты изо всех сил стараешься не сжиматься вокруг его члена, потому что боишься, что он просто выскользнет из тебя. — Двигайся, — требуешь ты после нескольких мгновений поцелуев, обхватывая его ногами за талию и прижимая к себе, скрестив ступни у него за спиной. Он медленно, очень медленно начинает выходить из тебя, оставляя головку члена внутри, а затем снова входит. Ты постанываешь от этого проникновения, в горле пересыхает от издаваемых тобой звуков. — Ш-ш-ш, ты отлично справляешься. Такая молодец, — шепчет Сокджин тебе в губы, размеренно входя в тебя. Ох, что же случилось в твоей жизни, что этот занудный интерн сейчас говорит тебе такое во время секса? — Быстрее, — бормочешь ты, когда он отстраняется от твоих губ и прижимается лбом к твоему лбу. — Я тебя слышу, — усмехается он, ускоряя темп и двигаясь в тебе в восхитительном ритме. — Блядь, — стонешь ты, наслаждаясь ощущением наполненности. — Черт, ты… ты что-то говорил о том, что… что лгал мне? Сокджин смотрит тебе в глаза, нахмурив брови, словно пытаясь сдержать стон. — Да, я солгал тебе, принцесса. Прости. Из твоего бедного горла вырывается крик, когда он внезапно начинает резко двигаться в тебе, входя в тебя с такой силой, что у тебя глаза закатываются. Он делает это, чтобы ты не задавала ему вопросов? — Черт, ты испачкаешь пол, красавица, — Сокджин говорит это с таким нахальством в голосе, что тебе хочется ударить его по лицу, но он так чертовски хорош, что у тебя нет другого выбора, кроме как проглотить этот комментарий. Ты наблюдаешь, как он тянется за бумажными полотенцами, которые ты положила на журнальный столик, и вытирает ими сперму с твоей груди, чтобы не испачкать диван. По крайней мере, он предусмотрителен, думаешь ты. Ты откидываешься на подушки, постанывая, пока он вколачивается в тебя, его член трётся о каждый сантиметр твоих влажных стенок. Слезы льются из твоих глаз от всех ощущений, пронизывающих твое тело, ты поднимаешь руку, чтобы оградить внешний мир от своей громкости, но Сокджин оказывается быстрее и отводит твою руку ото рта — Дай мне услышать, как красиво я заставляю тебя звучать, — он просто продолжает трахать тебя, следя за тем, чтобы одна твоя нога оставалась прижатой к его торсу, а другая перекинутой через его плечо. Он намеренно трахает тебя под таким углом, чтобы влажное хлюпанье было намного громче и вызывало смущение. — Только послушай, — шепчет он с насмешкой на лице и дьявольским изгибом в уголках губ. — Заткнись, — хнычешь ты, и щеки у тебя горят от смущения. — Не думай, что я… — восклицаешь ты. — Я забыла, что ты сказал, что солгал мне. Сокджин просто хмыкает в ответ и немного откидывается назад, обхватывая твои ноги сзади под колени и прижимая их к груди, продолжая прижиматься к тебе бедрами, растягивая тебя так резко, но в то же время так чертовски приятно. — Если ты задашь правильные вопросы, я обещаю, что отвечу честно, — его прерывистое дыхание выдает его беспечность, но ты слишком измучена, чтобы обращать на это внимание. Фу. Для него это что, игра? Ты прерывисто вздыхаешь. — Тебя продинамили или нет? — спрашиваешь ты, надеясь, что Сокджин даст тебе разъяснения, которые ты ждешь, несмотря на то, что он уже сказал тебе, что солгал по этому поводу. — Нет, — отвечает он, впиваясь зубами в свою пухлую нижнюю губу, когда ты сжимаешь его член. Тебе удается спросить сквозь стоны: — Так она все-таки появилась? Он качает головой, не отрывая глаз от того, как его член входит и выходит из твоего тела. Сокджин резко выходит из тебя и переворачивает тебя за талию, сильно вдавливая твоё лицо, живот и грудь в подушки дивана, и, не теряя времени, снова входит в тебя. — Блядь! — ты кричишь, упираясь коленями в пол, и изо рта у тебя практически текут слюни на диван, когда он притягивает твои руки к себе и сгибает их в локтях, чтобы прижать к пояснице, удерживая тебя в клетке своего тела, и у тебя нет другого выбора, кроме как принять это. И ты бы не хотела, чтобы все было по-другому. — Нет, — мычит он в ответ, его бедра без устали врезаются в твою задницу, и он не может отвести взгляда от её соблазнительного изгиба. Какого черта? В его словах нет никакого смысла. Если она не появилась, это значит, что его бросили, не так ли? Подождите. Тебя накрывает осознание. — А ты… — ты замолкаешь, пытаясь перевести дыхание. — У тебя вообще было свидание? Он мурлычет в ответ, пока трахает тебя, одной рукой прижимая твои руки к своей груди, а другую опуская вниз, чтобы сжать нежную кожу на заднице. — Не было. А? У тебя вырывается непроизвольный всхлип, вызывая у него дерзкий смешок. Ублюдок. — Тогда, — начинаешь ты, — что ты там делал? Сокджин просто сидел за столом. Он даже еще ничего не заказал. Какого черта он там был? После твоего вопроса он с громким чмоканьем облизывает зубы и некоторое время молчит. — Я владелец ресторана. Что? Ты повторяешь за ним: — Ты владелец ресторана? Этот ресторан очень модный и дорогой, почему он работал в такой компании, как ваша, если у него был такой ресторан? — Ну, ресторан моего отца, — Сокджин отпускает твои руки, чтобы обхватить тебя за бедра, и прижимает тебя к себе. — Я скоро унаследую его. Черт возьми. Это объясняет его дорогую машину. Следующие несколько мгновений наполнены стонами, тяжелым дыханием и шлепками по коже. Его пальцы впиваются в твою кожу, крепко сжимая, как будто ты можешь выскользнуть из его пальцев. Твоя собственная рука опускается и начинает тереть клитор, прикусывая нижнюю губу, когда ты зажмуриваешь глаза. — Черт, — хнычешь ты, когда приближается твой оргазм. — Ты собираешься кончить? — шепчет Джин, слегка ускоряя темп своих движений. Ты быстро киваешь головой, все еще уткнувшись лицом в диван, и будет очень забавно смывать свой макияж со этого дивана. — Тогда давай, детка, кончай, — подбадривает он, и его рука опускается на твою задницу в жестком шлепке, заставляя тебя дернуться вперед от удара. Ругательства продолжают слетать с его губ, и ты изо всех сил пытаешься составить связное предложение. Но затем мир перестает вращаться, и у тебя звонит телефон. Вот чёрт! Ты медленно протягиваешь руку и поворачиваешь экран к себе, с твоих губ срываются проклятия. Сокджин спрашивает: — Кто это? Блядь. — Тэхён. Он, наверное, хочет знать, нормально ли я добралась домой. Я просто напишу ему… — Возьми трубку, — говорит он, не останавливаясь. На самом деле, его бедра прижимаются к твоим еще сильнее. Ублюдок. Ты визжишь: — Я не собираюсь брать трубку, пока… Сокджин перебивает тебя. — Пока я тебя трахаю? — К тебе это не имеет никакого отношения. Просто… ты знаешь. Дело не в том, кто меня трахает, а в том, что трахают. Страстный смешок слетает с его губ, и он постепенно замедляет темп, чувственно прижимаясь к тебе бедрами. — Давай, возьми трубку. С твоих губ срывается тихий раздраженный вздох, когда ты принимаешь вызов и подносишь трубку к уху. — Алло? — Эй, ты где? — Я… — бормочешь ты, качая головой и изо всех сил стараясь не обращать внимания на то, как кончик члена Сокджина нежно бьет шейку матки при каждом толчке. — Я дома. — Хорошо. Ничего, если я зайду? У тебя глаза чуть не вылезают из орбит. — Что? Нет. Ты не можешь приехать ко мне. — Хм? Почему? — Потому что, — ты делаешь паузу и смотришь через плечо в глаза Сокджина с выражением на лице, которое только тешит его чертово эго. — Просто потому что, ладно? — Но ты… — Тэхён замолкает. — Ой. Я понял, в чем дело, — говорит он, и ты практически слышишь в его голосе самодовольную ухмылку. — Пока, Тэхён. — Спорю, ты уже узнала насколько большой член у Сокджина… Ты быстро нажимаешь на красную кнопку отбоя, прежде чем отбросить телефон в сторону, готовая услышать комментарии и вопросы Сокджина по поводу телефонного звонка, но он ничего не говорит. Вместо этого он снова набирает темп, трахая тебя именно так, как ему, кажется, нравится. Он кладет руки тебе на плечи и продолжает трахать тебя до изнеможения, заставляя тебя выгибать спину и терзать горло от того, как он долбит твоё бедное тело. Последовательные толчки и его тихий шепот о том, какая ты умница — это то, что доводит тебя до предела, всё твое тело содрогается и безвольно падает на диван, пока он продолжает трахать тебя до самого оргазма. Ты жалобно вскрикиваешь под ним, сжимаешься вокруг него, вся комната кружится, когда его большой член входит и выходит из тебя. — Черт, ты такая чертовски горячая, — бормочет он, раздвигая твои ягодицы, не отрывая взгляда от того, как он двигается внутри тебя. — Можно я кончу на тебя еще раз?» Блядь. Он может окончить куда захочет. — Да, — хнычешь ты от перевозбуждения, у тебя не хватает энергии или нахальства закатить глаза в ответ на его дерзкий смешок. Ублюдок. — Ты так добра ко мне, — шепчет он, прижимаясь бедрами к твоей заднице, когда сам пытается достичь оргазма. Это не занимает много времени, и Сокджин полностью выходит из тебя, срывает презерватив, направляя член на твою задницу и покрывая ягодицы тёплой спермой. — Черт, — стонет он, наблюдая, как ты прогибаешься в спине и подставляешь ему ягодицы, оглядываясь на него через плечо. — Черт, ты меня доконаешь. Ты просто мычишь в ответ, все еще витая в облаках от оргазма, пока он размазывает капли по твоей нежной коже. После того, как Сокджин приходит в себя, он сосредотачивается на том, чтобы перевести дыхание, пока снова не тянется за рулоном бумажных полотенец. Он спокойно вытирает тебя, медленно и аккуратно, стараясь не пропустить ни капли, прежде чем приступить к беспорядку, который ты устроила на полу. Он осторожно помогает тебе натянуть трусики, а к тому моменту, когда ты снова оказываешься на диване, он уже полностью одет. Стоя перед тобой, он бережно вытирает остатки косметики с твоего лица бумажными полотенцами, но это почти не помогает. — Мне нравится, какое у тебя потрясающее лицо, — комментирует он, скользя большим пальцем по твоему подбородку. На твоём лице появляется лёгкое недовольство, но Сокджин лишь тихо усмехается. Затем наклоняется и нежно касается твоих губ своими. Он берёт тебя за локти, помогая подняться, и спрашивает, как пройти в твою комнату. После того, как он аккуратно помогает тебе раздеться, он садится рядом, чтобы убедиться, что тебе удобно, и мягко помогает лечь в постель. Слышится щёлчок дверной ручки, и ты внезапно останавливаешь его, выкрикивая его имя. Он оборачивается и смотрит на тебя через плечо. — Ты можешь просто остаться. Уже действительно поздно. Сокджин пристально смотрит на тебя, затем с хитрой улыбкой качает головой: — Один оргазм — и я остаюсь на ночь? Интересно, сколько времени тебе понадобится, чтобы влюбиться в меня. Ты преувеличенно закатываешь глаза и, обиженно повернувшись на бок, отвечая ему холодным взглядом. — Тогда не оставайся. Я просто пыталась быть вежливой. Его тихий, дерзкий смех разрывает тишину, и тебе кажется, что Сокджин — единственный человек на Земле, который сейчас рядом с тобой. Скоро ты чувствуешь, как матрас прогибается под его весом, а мягкое дыхание касается твоей шеи. Ты пытаешься заснуть, но каждое его движение, каждый звук не даёт тебе расслабиться. Сердце бьётся быстрее, дыхание замирает, а мысли ускользают, пока ты тихо лежишь рядом с ним, ощущая его присутствие каждым сантиметром кожи. *** Тихий звон металла будит тебя ото сна. Медленно открывая глаза, ты замечаешь его фигуру в углу комнаты: он застёгивает ремень перед зеркалом, полностью сосредоточенный на себе. Ты медленно садишься на кровати, протирая заспанные глаза. — Почему ты солгал мне? — хрипло спрашиваешь ты, на этот раз прямо, без всяких обходных путей. Сокджин мельком смотрит на тебя через зеркало, слегка удивлённый, что ты проснулась. Потом его взгляд снова возвращается к себе, и с лёгким оттенком безразличия он пожимает плечами: — Почему ты была добра ко мне, когда никто другой не был? Ты невольно хмуришься. Какой странный вопрос. — Потому что я порядочный человек? — отвечаешь ты, стараясь придать голосу обычную интонацию. Джин наклоняет голову набок, внимательно слушая, и несколько секунд молча наблюдает за тобой через зеркало. — А я нет, — он поворачивается к тебе лицом. — Это отвечает на твой вопрос, милая? — произносит он с лёгкой дерзостью и высокомерием, будто ему действительно всё равно. Ты лениво смотришь на него через зеркало, и в голове всплывают образы зануды Сокджина с работы. Кажется, перед тобой совсем другой человек. У тебя мелькает мысль: а не злой ли это двойник? Он медленно приближается, и ты автоматически садишься прямее. Его присутствие всё так же заставляет сердце биться чаще. Ты скользишь взглядом по его телу, останавливаясь на его лице сквозь густые ресницы. — Я оставил свой номер. Позвони мне, когда понадоблюсь, — говорит он, кивая в сторону тумбочки. Ты видишь розовый стикер с его номером, именем и подмигивающим смайликом. Когда ты поднимаешь взгляд, он мягко гладит тебя по голове, затем наклоняется и нежно целует в губы. — Или когда захочешь меня, — шепчет он с улыбкой, проводя большим пальцем по твоей нижней губе, — я не осуждаю. Он выпрямляется, забирает бумажник и ключи. Неужели на этом все закончится? — Подожди! — окликаешь ты его. Сокджин приподнимает бровь, рассеянно засовывая бумажник и ключи в карманы. — Я просто… Мне вести себя так, будто ничего не произошло? Завтра на работе? — спрашиваешь ты, стараясь скрыть дрожь в голосе. — Как будто ты не показал мне своё истинное лицо? Он будет вести себя так, будто ничего не произошло? Он останется тем же Сокджином, которого ты всегда знала? Будет ли у него каждый раз свой особый взгляд, когда он будет смотреть на тебя? Нельзя ли просто рассказать об этом другим? Почему ему так комфортно показывать тебе такие личные вещи о себе? Его тёмные глаза ещё мгновение пристально смотрят на тебя. Ты чувствуешь, как этот взгляд пронизывает тебя насквозь, как лёгкий ожог, оставляя странное, болезненное тепло. На его губах играет едва заметная ухмылка, и тебе кажется, что перед тобой стоит сам дьявол. Затем Сокджин просто пожимает плечами и направляется к двери, не оборачиваясь. — В любом случае, тебе никто не поверит, — бросает он через плечо. И с этими словами выходит, оставляя тебя одну с событиями последних двенадцати часов и с тем странным, но волнующим ощущением, что всё только начинается.