Довольно скучный

1. Засосы Джей-Джей, Монреаль       Джей-Джей любил Шейна, но все знали, что капитан «Монреаль Вояджерс» славился своей занудностью. Этого следовало ожидать, полагал он, когда тебя в семнадцать лет нарекают «самородком» Канады. Но не только репутация Шейна отдаляла его от игроков, которые занюхивали дорожки кокаина, злоупотребляли алкоголем и меняли девушек как салфетки. Нет, Шейн Холландер сам предпочитал тренироваться в спортзале или читать книги, что, конечно, вполне нормально, — у Джей-Джея с этим никаких сложностей не возникало. Вообще-то, большую часть времени он даже предпочитал такое поведение Шейна, ведь оно означало, что у их команды был отличный, преданный своему делу капитан.       Однако иногда ему просто хотелось, чтобы Шейн хоть иногда расслаблялся и веселился. Или хотя бы переспал с кем-нибудь.       Джей-Джей действительно не понимал отвращения Шейна к отношениям. Было ясно, что он не из тех, кто ищет секса на одну ночь, хорошо, но, насколько знал Джей-Джей, он даже на свидание не ходил уже много лет.       Возможно, капитан просто не распространялся о своей личной жизни, но они проводили много времени вместе, а Джей-Джей почти никогда не видел его с девушкой или на свиданиях.       Что было немного странно, особенно учитывая то, кем он был. Джей-Джей любил девушек, но даже он видел, что Шейн невероятно привлекателен. И женщины постоянно бросались ему на шею благодаря его статусу капитана команды, дважды выигравшей Кубок Стэнли.       Джей-Джей полагал, что даже то, что он Шейн Холландер, не компенсирует полное отсутствие умения общаться с женщинами.       Поэтому сегодня вечером он был полон решимости вытащить своего капитана на первую попавшуюся вечеринку. Или помочь ему найти кого-нибудь для перепиха. Желательно и то, и другое.       Неважно. Он собирался стать лучшим напарником столетия, нравилось это Шейну или нет.       Он выехал с катка и пожал руку капитану.       — Хорошая игра.       Джей-Джей улыбнулся Шейну в ответ. Он весь вспотел и мышцы ныли от напряжения, но это была приятная боль, как всегда после победы над «Бостонскими медведями». Идя по туннелю, он всё ещё слышал освистывание местной публики. Плевать ему, что они в Бостоне, сегодня он определённо собирался оторваться по полной.       Он последовал за парнями в раздевалку, направился к своему шкафчику и с облегчением снял экипировку.       — Ладно, — начал Комо, перекрикивая общую болтовню. — Кто идёт праздновать?       — Да, блядь! — крикнул Джей-Джей. Несколько парней одобрительно зааплодировали в ответ, и он улыбнулся.       Они уже неделю провели в Бостоне, но свободного времени у них не было. Тренер установил для них строгий режим утренних тренировок, а капитан гонял их на льду, пока они не начинали молить о пощаде. Естественно, Шейна это нисколько не расстраивало, ведь его, казалось, никогда не интересовало ничего, кроме хоккея, но Джей-Джей уже из кожи вон лез — так ему хотелось пойти куда-нибудь расслабиться.       — Шейн? — обратился к нему Хейден.       — Ну же, Холлзи!       Шейн вздохнул, но с трудом сдерживал улыбку.       — Час. Потом я ухожу.       Джей-Джей закатил глаза. Он уже собирался попытаться убедить капитана наконец-то расслабиться хоть на одну ночь, но вид голой кожи Шейна остановил его. Точнее, вид отметин на голой коже Шейна.       Джей-Джей как следует присмотрелся и недоверчиво рассмеялся. Очевидно, Холландер не заметил того, что видели все остальные: он был весь покрыт тёмно-фиолетовыми засосами.       — Не сомневаюсь, что уйдешь, Холлзи. Бурная ночка вчера?       Кто-то тихо присвистнул.       Шейн нахмурился.       — Что ты имеешь в виду?       Джей-Джей указал на его шею, а затем на бёдра, которые были покрыты синяками. Шейн взглянул вниз и тут же покраснел как помидор.       — О боже.       Он мгновенно натянул толстовку и спортивные штаны, чтобы скрыть следы.       — А ты не говорил, что прошлой ночью тебе перепало, Capitaine, — сказал Джей-Джей. — Какой ты скрытный!       — Да ладно, кто она такая?       — Это ерунда, ребята.       Шейн натянул капюшон, чтобы скрыть лицо.       — Не похоже, что ерунда.       — Да уж, на кого-то напали!       — Кто эта девушка? Должно быть, просто тигрица…       — В тихом омуте…       — Ну же, ребята, это личное, — встрял Хейден. — Капитан имеет право на личную жизнь.       — Спасибо, Хейден.       — Только если он согласится потусить дольше, чем час, — добавил Хейден, ухмыляясь.       Шейн застонал.       — Я вас всех ненавижу. *** 2. Я никогда не… Драпо, Монреаль       — Ну же, ребята, будет весело. И нам нужна игра, чтобы выпить перед ней! — Драпо уже чувствовал себя довольно пьяным, если честно, что, вероятно, и послужило причиной его предложения сыграть в эту игру. Никто больше не дошёл до его кондиции, поэтому он был полон решимости напоить всех остальных, иначе его ждала очень долгая и скучная ночь.       Ну, может быть, всех, кроме Шейна. Драпо знал, что никакие уговоры не заставят его капитана выпить больше, чем пару кружек пива, и расслабиться.       — Нам не пятнадцать, Драпо, — закатил глаза Тейлор.       — У меня есть дети, чувак, я не стану играть в «я никогда не…», — сказал Хейден.       Шейн окинул взглядом остальных.       — Что это вообще такое?       — Ладно, теперь мы просто обязаны сыграть! Шейн никогда раньше не играл!       — Чувак, как ты мог никогда раньше в это не играть? Это же подростковая классика!       Шейн лишь пожал плечами, выглядя немного смущённым. Бедняга.       — Слишком занят игрой в хоккей и ничем другим, — насмешливо заметил Комо.       — И это плохо? — вмешался Хейден. — Может, если бы ты больше сосредоточивался на хоккее, то не позволил бы грёбаному Розанову забить нам три раза в прошлом месяце!       Несколько парней рассмеялись и зааплодировали.       Драпо про себя отметил, что Комо ведь, строго говоря, прав, но промолчал, не желая вмешиваться.       — Ладно, мы играем или нет? — спросил Шейн.       — Да, — ответил Драпо, прежде чем кто-либо ещё успел высказать своё несогласие.       Джей-Джей пожал плечами.       — Я согласен. К тому же я хочу посмотреть, как Холлзи напьётся.       — Ха! — рассмеялся Комо. — Не думаю, что Холландер сможет напиться в этой игре.       Шейн нахмурился, словно обиделся, что было совершенно непонятно, ведь он ненавидел напиваться, да и вообще не знал, как устроена эта игра. Ох уж эта его соревновательность.       — Хорошо, давайте начнём.       Шейн кивнул.       — Какие правила?       Джей-Джей разразился радостным воплем. Он тоже был на пути к нужной кондиции, чему Драпо был весьма рад.       — Это такое ребячество, — простонал Хейден.       — Слишком поздно, капитан согласился! — сказал Драпо.       Драпо объяснил правила игры и убедился, что у всех в руках напитки, даже у Шейна. Хотя вряд ли он много выпьет — в этом Комо, вероятно, был прав. Если бы они все не увидели засосы в раздевалке в прошлом месяце, Драпо предположил бы, что, возможно, прошел как минимум год с тех пор, как Холландер с кем-то потрахался. Это было как-то странно. Как парень, похожий на Холландера, обладающий такой славой и богатством, не пользовался предоставленными ему возможностями? Множество женщин в любом городе бросались на всех членов команды, но особенно на капитана. Женщины его, блядь, просто обожали. Но Холландер был странным в этом отношении.       — Я буду первым. Ладно. Я никогда не забивал хет-трик. — Джей-Джей ухмыльнулся и посмотрел на Шейна, жестом предлагая ему выпить.       — Чувак, ты специально нацелился на Шейна, чтобы напоить его? — спросил Хейден.       Джей-Джей пожал плечами с невинным видом.       — Может быть.       Шейн сердито посмотрел на Джей-Джея, отхлебнув пива.       — Правилами это разрешено?       Его проигнорировали. Следующим стал Комо.       — Я никогда не употреблял наркотики.       Никто не выпил.       — Фу! Какая пустая трата раунда.       — Что? Я просто хотел узнать. Серьёзно, никто даже травку не курил…       — Травка, блядь, не считается…       — Эм, считается. Это наркотик…       Драпо перебил их.       — Заткнитесь, ребята, теперь очередь Тейлора.       Тейлор хмыкнул.       — Эм… ​​я никогда… не занимался сексом в машине.       Все выпили, включая Шейна, который покраснел от этого признания.       — Холлзи, чёрт! Я не знал, что ты на это способен, чувак! — засмеялся Драпо, похлопав его по спине.       Шейн лишь пожал плечами, выглядя мучительно застенчивым. Бедняга. Только Холлзи мог стесняться признаться в том, что занимался сексом в машине.       — Твоя очередь, Холландер. — Драпо наклонил голову. — Ты должен придумать что-то, чего ещё не делал.       — Должно быть легко, — пробормотал Комо себе под нос. Драпо не был уверен, услышал ли его Шейн, но, похоже, да, потому что он сжал зубы, хотя ничего и не ответил.       — Я никогда не пропускал тренировки из-за похмелья, — наконец сказал Шейн, самодовольно глядя на них. Все застонали.       — Пошёл ты, Холландер.       Шейн ухмыльнулся, смотря, как все, кроме него самого, выпили. Вероятно, он никогда в жизни не испытывал похмелья, и Драпо ужасно ему завидовал.       Группа на мгновение замолчала. Драпо посмотрел на Хейдена, который, казалось, не понял, что настала его очередь.       — Хейден?       — Ах да, я. Извините. Эм… — Хейден помедлил, задумавшись. — Я никогда не пропускал тренировки ради секса.       Никто не двигался какое-то время. Затем, кто бы мог подумать, Шейн поднял бутылку и выпил.       — Что? — выкрикнул Комо.       — Чувак, когда это было?       — Эм, лучше спросить, с кем?       Джей-Джей цокнул языком, изображая разочарование, но широкую улыбку на его лице было не скрыть.       — Капитан, какой ужасный пример!       Шейн покраснел, но проигнорировал их.       — Кто следующий?       — Ну же, ты должен рассказать нам больше подробностей…       Шейн лишь пожал плечами.       — Это что, прописано в правилах игры?       — Ладно. Держи свои секреты при себе, чувак, — рассмеялся Драпо. — У меня никогда не было телефонного секса.       Шейн выпил.       — Ой, да ладно!       Тейлор наклонился вперед, заинтригованный.       — С кем ты вообще всё это делал?       — Чувак, это была Роуз Лэндри? Чёрт возьми, ты занимался телефонным сексом с Роуз Лэндри?       Шейн промолчал, слегка ухмыляясь.       — Чёрт возьми!       — Холлзи, я никогда ещё никому так не завидовал.       — Это действительно была она?       Шейн пожал плечами.       — Я не стану раскрывать подробности своей личной жизни, ребята.       — Ой, да ладно.       Шейн просто покачал головой.       — Ну же, ребята, теперь мы с ней друзья.       Что ж, Драпо воспринял это как признание. Боже, как же он завидовал. Роуз была сногсшибательной.       — Ладно, ладно. Кто следующий? — спросил Хейден.       Тейлор поднял руку.       — Эм… ​​я никогда не занимался сексом в общественных местах.       Хейден закатил глаза.       — Всё будет завязано на сексе?       Джей-Джей вдруг рассмеялся.       — Конечно, если это поможет напоить капитана! Холландер, putain, где?       Драпо резко крутанул головой. Он даже не смотрел на Холландера, чтобы проверить, будет ли тот пить, потому что ошибочно предположил, что Шейн Холландер никогда не станет заниматься сексом в общественном месте. Что за чертовщина?       Комо фыркнул.       — Ни за что, чувак.       Шейн просто небрежно пожал плечами. К этому моменту он выпил почти четыре бутылки пива, то есть намного больше, чем остальные, что также превышало его обычную норму, так что он уже здорово набрался. Драпо усмехнулся.       Следующие раунды вопросов привели к тому, что Шейн накидался ещё больше.       К тому времени, как снова настала очередь Драпо, он и Шейн, вероятно, были примерно одинаково пьяны, а Драпо готов был признать, что по-настоящему опьянел. Он был уверен, что когда встанет, у него наверняка закружится голова.       — Ребята, думаю, мы и так достаточно знаем друг о друге. Это уже лишняя информация! — сказал Хейден. — Пожалуйста, я не могу этого вынести — мое представление о лучшем друге навсегда испорчено! Я никогда больше не смогу смотреть на него так же, как раньше.       — Заткнись! — Шейн попытался толкнуть Хейдена в плечо, но промахнулся, уткнувшись лицом в руку Драпо. — Где мое следующее пиво?       Джей-Джей загоготал.       — Ты и на это выпьешь, капитан? Ты просто дьявол!       Холландер теперь полностью облокотился на плечо Драпо, поэтому ему пришлось вытянуть шею, чтобы опустить взгляд на Шейна. На его лице была глупая ухмылка.       Хейден притворился, что его тошнит.       — Мне нужно средство для промывания мозгов!       Драпо заржал. Он никак этого не ожидал. 3. Подслушано Будрам, Оттава       Зейн Будрам должен был признать, что до того, как Шейн Холландер присоединился к команде, он много размышлял о том, как складываются его отношения с Ильей.       Илья Розанов был одновременно очень напористым и крайне несерьёзным. Возможно, самым нелепым человеком, которого он когда-либо встречал, но при этом чертовски смешным.       А Холландер… Ну, он был лицом с плаката рекламы имбирного эля. Если верить снятой о нём документалке, его представление о хорошем времяпрепровождении, похоже, заключалось в занятиях йогой и тренировках. Он был, в самом лучшем смысле этого слова, совершенно нормальным, скучным человеком. На льду он был напористым, да, но вот вне его — совсем нет. И в этом не было абсолютно ничего плохого.       Это просто сбивало Буда с толку, потому что казалось совершенно несовместимым с тем, что он знал о Розанове. В представлении этого человека, хорошее времяпрепровождение — это быстрые машины или мотоциклы, ночные клубы до рассвета или хорошая русская водка. Он не мог ни усидеть на месте, ни заткнуться дольше чем на пять минут.       Илья обожал драки на льду, грязные приёмы и выводить соперников из себя. Он использовал любой шанс поиздеваться над другим игроком. А Холландер? Он был известен своим спортивным духом и, соответственно, категорическим отказом вступать в любые столкновения или споры с противником — за исключением того раза со Скоттом Хантером, конечно.       Так что, хоть убейте, Буд не понимал, как они могли так долго состоять в отношениях. Они просто не казались совместимыми.       К несчастью для Буда, даже сама мысль об этом уже обернулась для него плохой кармой, потому что было уже два часа ночи, а они в соседнем номере всё никак не унимались.       Буд плотнее натянул подушку на голову, отчаянно пытаясь заглушить звуки.       Боже, после этого он никогда не сможет смотреть им в глаза. Ему, возможно, придётся покинуть команду. А может, и хоккей в целом.       Всё началось в полночь. Он не обратил внимания на первые звуки приглушённых разговоров и редкие скрипы кровати. Затем послышались звуки, которые Буд предпочел бы не слышать. Но всё же ничего слишком плохого не произошло. Или, по крайней мере, ничего такого, чего он раньше не слышал на выезде со своей командой.       Вообще-то, он даже почувствовал облегчение, когда всё быстро закончилось. Возможно, его даже немного позабавило, как быстро всё произошло. Если бы он только знал, что это лишь начало.       Двадцать минут спустя послышались первые шумы: несколько ударов спинки кровати о стену, другие звуки. Затем их уже было не остановить.       Долгая непрерывная симфония скрипа кровати, стонов и ударов спинки о стену.       Затем, когда Буд уже собирался стукнуть по стене и крикнуть им, чтобы они заткнулись, наступила блаженная тишина.       В тот момент он почти подумывал помолиться Богу, чтобы поблагодарить за то, что всё закончилось.       Но нет, он снова ошибся, потому что не прошло и пяти минут, как всё началось снова — на этот раз ещё громче, чем в прошлый. Они говорили так громко, что Буд почти всё слышал.       — Блядь, — услышал он стон Холландера.       Боже мой, кто-нибудь выведите его на задний двор и пристрелите.       На мгновение воцарилась тишина, и Буд затаил дыхание. Неужели они наконец-то закончили трахаться?       Но не тут-то было.       Вместо этого он услышал, как Розанов сказал:       — Теперь ты сверху.       Звуки стали ещё громче.       Чёрт возьми, как стук от изголовья кровати мог усилиться, когда Холландер был сверху? Это казалось физически невозможным. Даже для двух профессиональных спортсменов это просто нелепо; откуда у них столько выносливости?       Буд снова сердито заёрзал в постели, схватив ещё одну подушку, чтобы лучше заглушить звуки. Он, наверное, задохнётся под всеми этими подушками, но к этому моменту такой вариант развития событий уже не казался ему чем-то плохим. Всё что угодно, лишь бы выбраться из этого ада.       — Ты собираешься кончить для меня, Холландер?       — Заставь меня, Розанов.       Боже, они называли друг друга по фамилиям в постели? Буд истерически рассмеялся.       — Ну же, Шейн, мой…       Снова стоны.       Господи Иисусе, Буд больше никогда не будет считать Шейна Холландера скучным.       — Блядь, Илья…       Затем — долгожданная блаженная тишина.       После пяти минут молчания Буд преисполнился робкой надежды на то, что его мучения наконец-то закончились. Наконец-то он мог спокойно спать. 4. Русский новичок Дмитрий, Оттава       Дмитрий почти не слышал разговоров, которые велись вокруг него в раздевалке. В основном потому, что он был измотан без конца повторяющимися рывками во время тренировки, которые их заставлял делать чёртов Илья Розанов, а также потому, что его английский всё ещё оставлял желать лучшего, и ему приходилось особенно сложно, когда одновременно звучало несколько громких разговоров.       Однако одна фраза привлекла его внимание. Во-первых, потому что она была на русском, а во-вторых, потому что он только что услышал, как Шейн Холландер, самородок канадского хоккея, сказал «трахнуть меня».       — Ты этого не сделаешь, если хочешь трахнуть меня вечером, — сказал Холландер.       Дмитрий поднял глаза, перестав расшнуровывать коньки. Что, чёрт возьми, могло привести к такому заявлению в разговоре?       Он перевёл взгляд на Розанова, который всего секунду назад ухмылялся и дразнил Уайатта. Теперь же его рот был плотно закрыт.       Все остальные члены команды уставились на Розанова.       Уайатт рассмеялся.       — О боже, Роз, я даже не знаю, что он сказал, но ты такой подкаблучник!       — Одно слово мужа, и он замолкает! — воскликнул Буд.       Шуинар вмешался:       — Да, что ты, чёрт возьми, сказал, чтобы так быстро заставить его замолчать, Холлзи?       — Поделитесь с нами своими тайными знаниями, мастер, — добавил Дайкстра, широко улыбаясь и драматично кланяясь Холландеру. — Как заткнуть Роза меньше чем за пять секунд. Это жизненно необходимая информация.       Розанов прищурился.       — Вы все ужасные товарищи по команде. Вам следует быть добрее к своему капитану.       — Ну же! — подначивал Дайкстра. — Ты собираешься поделиться с нами своей мудростью, Холлзи?       При этих словах раздражение Розанова сменилось широкой ухмылкой.       — Да, переведи, Холландер. Скажи им всем то, что сказал мне.       Холландер густо покраснел и сердито уставился на мужа, что вызвало ещё больший смех.       — Ну же, Холлзи, мы хотим знать.       — Тогда учите русский, — процедил Холландер сквозь зубы, явно смущённый.       Буд рассмеялся.       — Нам это не нужно, верно, новичок?       — О боже. — Холландер застонал, закрыв лицо руками. — Я забыл…       Вся команда повернулась к нему, внезапно вспомнив о его существовании. Боже, это последнее, чего он хотел. Все смотрели на него выжидающе, кроме Холландера и Розанова, один из которых качал головой, словно говоря: «Не смей им говорить», а другой лишь ухмылялся, как бы подначивая: «Давай».       — Что сказал Холландер, а, новичок?       — Ну же, расскажи!       Розанов ухмылялся, явно наслаждаясь смущением мужа.       Дмитрий поднял руки вверх.       — Я ничего не слышал.       Парни застонали, подначивая его расколоться, но он не собирался сдаваться, потому что не хотел испортить отношения ни с Холландером, ни с Розановым. К тому же он ни за что не стал бы такое повторять. Он восхищался ими обоими с тех пор, как научился кататься на коньках, и эта информация определенно оказалась для него лишней.       Ему гораздо больше нравилось, когда Холландер был настоящим канадским самородком.