По ту сторону протокола

Пролог Они вышли из школы вместе, хотя обычно так не делали. Снег у обочины уже был серым, втоптанным — февраль в Петербурге никогда не старался выглядеть аккуратно. Воздух пах влажным асфальтом и чем-то металлическим. Днём было светло, но к вечеру город начинал медленно закрываться, будто втягивал плечи. — Ты точно маме написала? — спросила та, что постарше. — Написала, — ответила вторая. — Она на работе. Всё равно не ответит сразу. Рюкзаки тянули плечи вниз. Обе устали — не физически, а как устают подростки к концу длинного дня, когда слишком много мыслей и ни одной, за которую хочется зацепиться. Они шли молча. Это молчание не было тяжёлым — просто привычным. Так молчат люди, которые знают друг друга достаточно хорошо, чтобы не заполнять паузы. Машина стояла чуть в стороне, не у самой школы. Ничего примечательного — тёмная, чистая, без наклеек. В городе таких сотни. Она не выделялась, и именно поэтому взгляд за неё не цеплялся. Одна из девочек замедлила шаг. — Слушай… — начала она и осеклась. — Что? — Ничего. Показалось. Вторая обернулась, посмотрела на дорогу, на остановку, где толпились люди, на окно аптеки, в котором отражалось небо. Всё было как всегда. Слишком как всегда. Дверца машины открылась не сразу. Человек за рулём что-то сказал — негромко, буднично. Слова утонули в шуме улицы, в скрипе снега под ногами прохожих. Решение было принято за секунду. Даже не решение — движение. Шаг вперёд. Потом ещё один. Камера на углу здания не работала. Позже скажут — сбой питания. Ничего необычного. Такое бывает. Машина тронулась плавно, без рывка. Никто не закричал. Никто не побежал следом. Школа осталась за спиной, как остаются все места, из которых уходят, не зная, что это — в последний раз. Вечером в электронных дневниках отметят отсутствие. Ночью телефоны будут недоступны. Утром начнутся звонки. Но пока город жил своей жизнью, и две девочки просто исчезли из него — так тихо, как будто их никогда здесь и не было.