По ту сторону протокола

Мария Сергеевна сидела за столом, когда в дверь коротко постучали — не официально, а почти привычно. — Можно? — раздался голос Платонова. — Заходи, — сказала она, не поднимая головы. Он вошёл быстро, но без суеты. Куртку уже снял — значит, приехал не только что. В руках — папка и планшет. Он посмотрел на неё внимательно. — Ты не обедала, — сказал он вместо приветствия. — Не начинай, — спокойно ответила она. Он усмехнулся едва заметно и положил папку перед ней. — Я по первому дому, — сказал он. — Проверили соседей, камеры по двору, и заодно подняли семейную историю. Мария Сергеевна подняла глаза. — И? Он не сел сразу. Прошёлся по кабинету, будто собираясь с мыслями. — Машина, — сказал он. — Камера на углу всё-таки зацепила. Качество так себе, но силуэт есть. Тёмный седан. Номера не читаются. Но приезжал регулярно. — В одно и то же время? — уточнила она. — Почти, — кивнул Платонов. — После школы. Иногда вечером. Она кивнула. — И ещё, — добавил он, уже серьёзнее. — Отец. Мария Сергеевна замерла. — Что с ним? Платонов сел напротив. — Формально — отец, — сказал он. — В свидетельстве о рождении записан он. Но биологически — нет. Она молча смотрела на него. — Девочку удочерили, когда ей было три месяца, — продолжил он. — Официально всё чисто. Брак зарегистрирован заранее. Он — отец по документам. Мария Сергеевна медленно откинулась на спинку стула. — Мать говорила, что он «всегда был рядом», — сказала она тихо. — Формально — да, — ответил Платонов. — Фактически — вопрос. Он открыл планшет и повернул к ней. — Соседи говорят, что в последние месяцы в семье часто были скандалы. Громкие. Но официальных вызовов нет. — Конечно нет, — сказала она. Платонов смотрел на неё внимательно. — Ты тоже это чувствуешь? — спросил он. — Что именно? — Что история слишком аккуратная. Мария Сергеевна кивнула. — Мать говорит правильные слова, — сказала она. — Слишком правильные. И при этом боится не только «дяди Саши». — Ты думаешь, отец знал? — спросил Платонов. Она не ответила сразу. — Я думаю, — сказала она медленно, — что в этой семье контроль был нормой. И если в неё вошёл ещё один взрослый, он либо был удобен, либо опасен. Платонов чуть наклонился вперёд. — Есть ещё один момент, — сказал он. — Отец последние полгода официально работал по сменам. Но по данным с пропускной системы — часто отсутствовал. — Где был? — спросила она. — Пока неясно, — ответил он. — Но совпадения по времени с приездами машины есть. В кабинете стало тихо. Мария Сергеевна смотрела в одну точку. — То есть либо он не знал, — сказала она. — Либо знал слишком много. — Или, — тихо добавил Платонов, — знал, но не контролировал. Она перевела взгляд на него. — А если контролировал? — спросила она. Платонов выдержал паузу. — Тогда это уже не «дядя Саша», — сказал он. — Тогда это система. Мария Сергеевна закрыла папку. — Пока рано, — сказала она. — Мы не строим версии без доказательств. — Конечно, — кивнул он. — Но проверять будем глубже. Он поднялся. — Я подниму его прошлые контакты, — сказал он. — Старые места работы, круг общения. И посмотрю, не пересекается ли он со второй семьёй. Мария Сергеевна посмотрела на него внимательно. — Осторожно, — сказала она. — Если он чист, мы не имеем права… — Я знаю, — мягко перебил он. — Я аккуратно. Он задержался у двери. — Маш, — сказал он уже тише. — Если это окажется не один человек, ты готова? Она посмотрела на него спокойно. — Я готова к тому, что правда будет хуже, чем кажется, — сказала она. Он кивнул и вышел. Мария Сергеевна осталась одна. Теперь у неё было: «Дядя Саша». Тёмная машина. Отец, который не биологический отец. Скандалы. Пропуски по работе. И ощущение, что кто-то слишком долго чувствовал себя абсолютно безопасно. Когда Платонов вышел, в кабинете снова стало тихо. Мария Сергеевна не стала сразу открывать папку по первой семье. Она потянулась к другой — к той, что лежала чуть в стороне. Второй девочки. Та, о которой всё время говорили меньше. Она перелистнула несколько страниц. Адрес другой. Состав семьи другой. Социальная картина — менее благополучная. Но возраст — тот же. Пятнадцать. Она остановилась на распечатке школьной характеристики. Первая девочка — «успеваемость стабильная, замкнутая в последнее время». Вторая — «прогулы участились, интерес к учёбе снизился, общается с ограниченным кругом лиц». Мария Сергеевна медленно подняла голову. Ограниченный круг лиц. Она перелистнула дальше. Вторая девочка последние полгода посещала дополнительные занятия… по математике. Она замерла. Не потому что это было странно само по себе. А потому что совпадение стало слишком аккуратным. Первая девочка — тоже упоминала «помощь с учёбой». Вторая — официально посещала «дополнительные занятия». — Нет… — тихо сказала Мария Сергеевна. Она взяла телефон. — Платонов, вернись, — сказала она, когда он ответил. Через минуту он снова стоял в дверях. — Что? — спросил он. Она развернула к нему папку. — Вторая девочка. Дополнительные занятия по математике. Платонов нахмурился. — Репетитор? — Формально — да, — ответила она. — Некий частный преподаватель. Фамилии в деле пока нет. В школе сказали, что мать занималась этим самостоятельно. Платонов подошёл ближе. — Ты думаешь, это тот же человек? — Я думаю, — сказала она спокойно, — что мы слишком быстро начали крутиться вокруг первой семьи. Он кивнул медленно. — То есть вторая — не фон. — Вторая может быть началом, — сказала Мария Сергеевна. Она быстро пролистнула дальше. — Смотри, — добавила она. — Вторая девочка начала прогуливать занятия именно после того, как «репетитор» появился регулярно. А первая — начала замыкаться примерно в то же время. Платонов скрестил руки. — Если это один человек, — сказал он, — он выбирал девочек из одной школы. — Или из одного круга, — поправила она. В кабинете стало тихо. — Тогда отец первой может вообще быть ни при чём, — сказал Платонов. — Может, — согласилась она. — Он может быть просто отвратительным отцом. Или удобным фоном. Платонов усмехнулся краешком губ. — Иногда фон — самое опасное. — Иногда, — ответила она. — Но сейчас нам нельзя поддаваться очевидности. Она закрыла папки и положила их рядом. — Проверяем репетитора, — сказала она. — Официальные списки. Частные объявления. Кто работал со школьниками по математике в этом районе последние полгода. — И камеры рядом со школой, — добавил Платонов. — И расписание обеих девочек, — сказала она. — Нужно понять, пересекались ли они по времени. Платонов уже доставал телефон. — Если это не отец, — сказал он, — и не случайный «дядя Саша»… — Тогда это человек, — спокойно закончила она, — который чувствует себя уверенно. И давно. Он посмотрел на неё внимательно. — Ты же понимаешь, — сказал он тихо, — что мы можем выйти совсем не туда, куда думаем? Мария Сергеевна кивнула. — Поэтому и идём туда, где меньше эмоций, — сказала она. — Во вторую папку. Она взяла её снова. Вторая девочка. Та, о которой почти забыли. И, возможно, именно она держала ключ.