Кофе с молоком, пожалуйста!

Настоящее время Нотт вышел из Архива. Он специально дождался конца ливня, чтобы завершить работу под стук капель. Освежающий воздух немного бодрил. Август в этом году выдался нежарким, скорее даже осенним. Запах сырой земли смешивался с сигаретным дымом — кто-то курил рядом. Тео повернул голову на запах и заметил Драко, который стоял, оперевшись плечом о ствол старого вяза. — Ты как верный пёс, Малфой, — беззлобно, но с привычной колкостью протянул Нотт. — Вечно бегаешь за хозяйкой, даже когда она выгнала тебя на мороз. Малфой никак не отреагировал. Тео выдохнул — сегодня словесной дуэли не будет, видимо. Друг оказался не в том настроении. Он о чём-то серьёзно задумался. Да так глубоко, что под ногами уже накопилось несколько окурков, а взгляд оставался совершенно отрешённым. — Приятно так, что ты меня ждешь. — Промурчал Нотт ему на ухо, опасно приблизившись. Драко отодвинул его рукой чуть подальше, чтобы не соприкасаться. — Ключи от квартиры у тебя, так что мне пришлось ждать. А не то, что ты подумал в своей извращенной голове. Нотт поклонился в признательной манере. Чувство такта у друга всегда было на высоте. Даже когда они жили в одной комнате в Хогвартсе с Забини, если требовалось подождать, пока соседи предаются прелюбодеяниям, Малфой сидел в кресле с книгой, занимаясь дополнительно или просто охраняя от любопытных глаз. Взамен, двое пускали про него самые замечательные слухи, мол, а вот Драко в тот раз. Хотя множества событий не было. Сейчас он явно ждал из-за того, раз Нотт был не один. Драко чувствовал чье-то присутствие, но решил не мешать. — Пока ты отдыхал от моего общества, мне пришлось много работать. - вздохнул темноволосый парень. Драко засмеялся. Работа и Теодор Нотт — понятия несовместимые. Скорее дементор станет ангелом. — Тео, а как зовут твою работу? Могу поклясться, в последний раз ты нечто подобное говорил, когда трахал секретаршу своего отца, а затем ее сестру, которая "случайно зашла". Нотт улыбнулся и развел руки в сторону, всем видом давая понять, что он не виноват. — Се ля ви, мон Шер. Но в этот раз я влюблен. Она умна, нетривиально шутит и распустилась как цветок после выпуска из Хогвартса. — Теодор произнес все это с такой нежностью в голосе, что Драко невольно признал возможность такого события. Правда, подобное случалось лишь пару раз на его памяти. И то, все заканчивалось через пару месяцев, когда Нотт изменял своей «единственной». — И кто же на этот раз? Пэнси? Джулия? Роза? Астория? — начал наугад перечислять Малфой тех, кого помнил из школы и с кем хотя бы теоретически мог пересекаться неофициальный глава Архива. Тот же категорически качал головой на каждое имя. — Дай подскажу. — подмигнул парень. — Она подружка твоего лучшего «друга». У нее кудрявые волосы и я целовался с ней на четвертом курсе. Сладкий привкус зелья до сих пор ощущается. - Нотт картинно потрогал пальцем свои губы. Более мерзкого зрелища Драко не видел давно, отчего помрачнел. Тео это прочувствовал почти сразу. Глаза у друга стали чуть темнее, ухмылка сменилась на оскал. Что-то подсказывало, сейчас будет гроза. И дело было даже не в том, что гром прозвучал сильнее, чем раньше. Они стояли друг на против друга. Разряды электричества щелкали Теодора по носу. — У этой грязнокровки отшибло память, мон шер. Будь аккуратнее. — Непринужденно постарался ответить Малфой, хлопнув Нотта по плечу. — Погнали домой. Я безумно устал. Из меня выпили кровь эти чертовы вампиры Румынии. Больше они не возвращались к этой теме. Хотя Нотт попытался рассказать какая же классна Гермиона. Искры, сверкавшие при этом, не позволили больше произнести имя девушки. И уж тем более, какие-то подробности их времяпрепровождения. Нотт решил пока избегать этой темы. По какой-то причине, Драко начинал вести себя так, будто он пытался носить его вещи. Пару лет назад, когда они начинали снимать квартиру вместе, разродился жуткий скандал. Притирки были даже хуже, в представлении Нотта, чем рассказы Пенси Паркисон о совместном быте с Джули Мур, когда те встречались. Малфой тогда обнаружил, что одна из его белоснежных рубашек (абсолютно одинаковых по мнению Нотта) была надушена женскими духами (совершенно случайно из-за какой-то богини, с которой переспал Тео пару раз). Сосед по квартире клятвенно божился, что Драко все привиделось. Но после найденных следов помады на внутренней стороне одежды и испачканных черных брюк, все же сдался. В итоге, месяц Теодор Нотт извинялся перед Драко, оплачивал чистку драгоценной рубашки и штанов. А когда стало ясно, что ничего не отстирывается из-за какого-то особого заклинания. Ну чтож, он купил три таких же дизайнерских комплекта, только новых. Малфой почти простил его в тот день. Пока не обнаружил, что кот Нотта нассал в его ботинки. С тех пор у них появились правила, два из которых гласили: 1. Не заводить домашних животных. 2. Не трахать девушек на одну ночь в одежде друга. Даже если это ее единственная эротическая фантазия. Даже если она клянется сделать что-то ЭТАКОЕ. На следующий день после возвращения Малфоя, в министерстве объявили общее собрание, где сообщили про кадровые изменения. Драко выделяли в особое подразделение Аврората на спецзадания. Отдел, которым он руководил, оставался за ним, но скорее превращался в его исследовательский бэк-офис. Гермиона успокоилась. Это была отличная новость. За ней оставалась работа. Можно было продолжать "отбывать срок" и пытаться найти себе занятие по душе. В последний месяц, пока отсутствовал Малфой, она начала изучать демонологию и темные искусства. Все благодаря Нотту, который пускал ее в свои владения. Приходилось терпеть его общество, но тут Гермиона сама себя обманывала. Ей было спокойно. И он хотя бы не врал, что он Теодор Нотт. Изучение происходило самостоятельно, ведь в отделе никто даже не пытался это делать, несмотря на интригующее название. Оливер и вовсе как-то махнул на это рукой, когда Гермиона спросила о легальном допуске до секции. Его можно было понять. Драко ненавидел бумажную работу, поэтому вся она доставалась бедному Оливеру Брауну. Впрочем, их всех в отделе завалили различной бумажной работой. Всех, кроме Гермионы. Браун, заметил, что она неплохо справляется с организацией процессов и… и попросил ее сделать два мероприятия с лекциями. Так, незаметно для себя, Гермиона Грейнджер, стала организатором образовательных митапов по разным темам. Началось всё с лекции «Вампиры в современным мире: проблемы и перспективы». Как оказалось, вместо того, чтобы читать с трибуны доклад самой, можно было найти эксперта. Оливер это быстро согласовал, подтвердив, что опыт важнее, чем формальное закрытие вопроса. Печать на документе (служебная записка на записку записки о служебной надобности) поставлена была громко и четко. Гермиона не без помощи Нотта нашла и вампира и охотника на вампиров, а также очень чахлого профессора с кислым лицом. Все трое на удивление пришли, высказались о своей непростой доле, чуть не подрались (профессор и вампир), посмеялись (в том числе с залом), а затем разошлись. Министерство было в восторге. Мероприятие еще неделю обсуждали даже в туалетах. На вторую тему "Проклятие русалки" пришло еще больше человек. Сидячих мест не хватало, поэтому люди стояли в проходе. Гермиона договорилась с охранниками, чтобы они помогли пронести живую русалку. Та, конечно, половину вечера дулась и не хотела поворачиваться, но как увидела молодого мага в коротких шортиках. Впрочем, эти шортики в тот вечер украли не только ее сердце. Спикер - Эдуардо Инфузио - был известный (в узких кругах) исследователь водяных существ. Получилось динамичное интервью, особенно в той части, когда Эдуардо начал говорить на языке русалки. Девушки утирали слезы от грустного повествования, мужчины округляли глаза, а Кингсли - Министр Магии, пришел в самый кульминационный момент. Русалка согласилась спеть. Впрочем, как появился, так и ушел. Гермиона видела как он показал ей большой палец, мол, молодец. Гермиона действительно себя так ощущала. Во-первых, она знакомилась с множеством новых людей. Во-вторых, обратная связь от митапов была яркой. Такой, что хотелось танцевать и кричать об этом миру. Ее занимало и отвлекало от мыслей о своей довольно скучной жизни. И о Драко, конечно. Точнее, о столь жуткой глупости и нелепости, от которой было обидно. А тут такая новость! Стоило ли говорить, что Гермиона была самой счастливой в зале. На ее лице сияла улыбка так сильно, что щекам стало больно. Малфой младший тем временем произносил речь для своей команды. Девушка услышала только последнюю фразу: — Мисс Грейнджер займется ее подготовкой. Благодарю за внимание. Виновница так и застыла с глупой улыбкой. По плечу ее похлопал Оливер, от чего она и пришла в себя. Он выглядел очень плохо. Видимо, не спал. Под глазами были мешки, сам он сильно осунулся. Трудоголик до мозга костей. Иногда он был похож на домового эльфа, разве что одевался не столь откровенно и предпочитал дорогие бренды. Вот и сейчас Браун стоял в костюме с подтяжками. Он явно пытался подражать стилю Драко, который носил строгий костюм с кобурой. Когда копируешь человека, то вроде как тот должен более лояльно к тебе относиться. Гермионе стало жаль Оливера, ведь Драко не смотрел по сторонам, он всегда видел лишь себя и свои цели. — Оливер, а что я должна сделать? — спросила беспечно девушка. — Организовать международную встречу с короткими докладами. Большая ответственность, поздравляю! — Оливер еще раз похлопал Гермиону по плечу. Это, видимо, должно было ее взбодрить, однако только сильнее пугало. Подробностей не было. Значит, придется общаться с носителем идеи, инициатором данного события - Драко Малфоем. И ее, разумеется это не радовало. Внутренний голос орал, что пора валить. Второй червячок в голове болтал о чем-то романтическом. Чтобы успокоиться, Гермиона решила выйти на улицу. За зданием министерства был маленький закуток, где иногда курили маглы. Небольшой угол в тени, с маленьким стулом, на который кто-то поставил цветок в горшке. Это место обладало магической особенностью: ты всегда мог увидеть звезды, если задерживался до ночи, а летом - проплывающие облака, как будто ты за городом. Гермиона пришла именно сюда, в поисках спокойствия. Она достала сигарету, подожгла со второго раза и затянулась. Оперевшись спиной о стену, девушка медленно сползла на асфальт. Так сидеть было удобнее, хоть и немного пыльно. Платью, конечно, было худо. Впрочем, она планировала на бедра завязать платок, прикрыв грязное пятно от земли. Зато удобно. Огонь горел быстрее, чем обычно. Или же это казалось волшебнице, которая нервничала перед встречей с начальством. Гермиона затянулась и откинула голову назад, выпустив дым. — Грейнджер, ты еще и куришь? — строго произнес знакомый голос. Гермиона повернула голову и медленно открыла глаза. Сверху вниз, держа в руках сигарету, стоял ее самый ненавистный коллега, а также по совместительству начальник. — Мистер Малфой, рада вас приветствовать. Вернулись в добром здравии? — Благодарю, Грейнджер. Вашими молитвами цел и почти невредим. Цели были достигнуты, что, конечно же, обрадует Министра. Пока Малфой говорил, Гермиона встала, отряхиваясь. Она ловко выкинула остаток сигареты, потушив о подошву кроссовок. Туфли ей не нравились - слишком болели после них ноги. Пытка одним словом. — Рада за вас от всей души. До свидания. — прохладно отреагировала на доклад Гермиона, проходя мимо Драко. В голове крутилось лишь «пожалуйста, пожалуйста, пожалуйста». Он схватил ее руку, когда она почти ушла. — Мы не обсудили тот случай, Грейнджер. У тебя есть время сделать это сейчас? — Мистер Малфой, я не понимаю о чем вы? — девушка постаралась ответить как можно более невинно, округлив глаза как учила Джинни. Получалось глупо. Она видела это в зрачках Драко. Его глаза почти смеялись над этим, но он держался. — Нужна ваша консультация. Понимаете, около месяца назад, одна моя сотрудница ввалилась в кабинет к другому моему сотруднику. — начал он. - Так. - серьезно кивнула Гермиона, будто не понимая о ком идет речь. — Она была пьяна и поцеловала этого человека. — продолжал Малфой, сделав шаг вперед и ослабив хватку руки девушки. — Так… — кивнула опять Гермиона. — Вы, как специалист по этике, можете ли подсказать как быть? Увольнять сотрудницу я не планирую, но сексуальное домогательство имело место быть. — Мистер Малфой, я слышала про этот случай. Вашему сотруднику, как рассказывают, очень даже понравилось происходящее. Девушка чувствовала его стояк так же хорошо, как вы сейчас сжимаете мою руку. — Драко сразу же отпустил кисть девушки, но назад не отошел. Более того, они оказались очень близко друг к другу. Гермиона же продолжала кипеть, защищая невидимую себя: — Так что на сексуальные насилие это не тянет. Скорее на сексуальное бессилие. ничего в итоге же не случилось. Тут уже Драко пришел в возбужденное состояние: — Бессилие? - переспросил он. — Конечно. У него явно сексуальное бессилие, если мужчина просто взял и сказал «Не сейчас». — продолжала ходить по тонкому льду Гермиона. Как ей нравилось его бесить. Хоть какое-то наслаждение от прерванного отдыха. — А ты хотела, чтобы мы с тобой занялись сексом прямо на столе с рабочими бумагами и отчетами? — взорвался Драко, — Может еще чтобы все эльфы сбежались на твои стоны или призраки растрепали всем вокруг? — он начал махать руками от бешенства. — Тебе, видимо, вино тогда в голову ударило, раз ты не помнишь как в коридоре шел мой отец и разговаривал с министром. Об этом она, конечно, не думала и не знала. Да, пожалуй, не лучший вариант предстать перед начальством без штанов. Особенно если планировала карьерный взлет. Гермионе стало неловко. — Ладно. Но просить прощения я не буду, Драко. Потому что ты мог хотя бы сообщить про это, а не так резко исчезать в туман на месяц. Малфой явно думал орать, но сдержался. Опять скрыл свою эмоциональную сторону. Вместо этого, он, специально выдохнув, произнес: — А как ты себе это представляешь? Ты испарилась не дав мне и слова произнести. Просто бум! И … — И вот мы тут. Гермиона не хотела признавать свою вспыльчивость. Она была крайне упряма. Малфой отодвинулся в сторону, рукой показывая, чтобы Гермиона проходила. Девушка благодарно кивнула и направилась в офис. Все же, покурить спокойно не удалось, а работа не ждала. Она пыталась себя убедить, что сейчас важнее карьера, а не странные отношения, которые вызывают странное тянущее ощущение в низу живота. Только работа и больше ничего. Ничего не нужно. И никто.