Мой папа - экстрасенс

Ген беседовал с жителями деревни, рассказывал истории и показывал фокусы. Ничего необычного. Но почему-то именно сейчас Сенку решил узнать о нём что-то новое. — Менталист. — Да-да, Сенку-чан? Ишигами открыл было рот, чтобы задать мучащий вопрос, но потом сразу же захлопнул. Не странно ли будет? Обычно люди интересуются подобным ещё в начале общения, а Сенку было как-то не до этого. Его это никогда не интересовало. — Дружочек Сенку, если ты так и будешь молчать, я не смогу тебе ответить. Пока учёный сомневался, Асагири подошёл совсем близко. Сенку чувствовал чужое дыхание, смотрел в хитрые глаза и всё больше терялся. В голове стало совсем пусто. — Не мог бы мне кто помочь?! — послышался чей-то голос со стороны. Ген выпрямился и взглянул в ту сторону, наконец отходя от Ишигами. Это привело учёного в чувства. — Вопрос странный и внезапный, — Сенку резко выдохнул. — Почему ты решил стать менталистом? Ген с изумлением посмотрел на Ишигами. Он столько времени собирался, чтобы спросить это? Серьёзно? — Сенку-чан, не стоило так беспокоиться, — Асагири чуть улыбнулся, успокаивая собеседника. — Хороший вопрос, мне приятно, что ты интересуешься. Сенку неловко потоптался на месте. — Обычно я отвечаю, что мне интересны и люди. Хочу узнать, что творится в их голове. Желаю найти подход к каждому. Но на самом деле, есть другая причина. Кажется, Сенку уловил в последнем предложении… тоску? Ишигами взгянул на менталиста. Тот смотрел куда-то в небо, теряясь в воспоминаниях. На губах была слабая улыбка. Он вспоминал что-то очень хорошее. Что-то, что произошло до окаменения. — Расскажешь? Ген вернулся в реальность. Сенку уже пожалел, что вообще это спросил, но Асагири вдруг засиял: — Знаешь. А с огромным удовольствием! Будешь знать один мой секретик. Ген схватил учёного за рукав и потащил в сторону своего домика. Было в этом что-то… необычное. Тёплое. Только оказавшись внутри, Сенку вдруг осознал, что никогда не заходил сюда. Опять же, не интересовало. У Гена было много всякого. Творческий беспорядок. С потолка свешивались поделки из коряг и листьев, на столе лежала бумага, краски и что-то непонятное. Из камушков в совершенно разных местах были собраны различные фигурки. Во всём этом таилась какая-то история, непонятный поток мысли. Это было искусством. — Ого, — Сенку с интересом рассматривал хаос. — Хоть музей делай. Этим ты тут занимаешься? — А? — Ген на секунду отвлёкся, чтобы понять вопрос, а потом снова вернулся к очищению пространства, чтобы можно было куда-нибудь сесть. — Что-то типа того. Обычно я делаю тут реквизит, но иногда в голову приходит идея, которая превращается вот в это. Один из моих отцов был таким же. — Стой, один из? Ген кивает. — Ты против? — Вовсе нет. — Вот и отлично, — Асагири хлопает в ладоши. — Присаживайся. Чаю заварить? Сенку отрицательно качает головой. Менталист пожимает плечами и наливает в ближайший стакан воду. Рассказ будет долгим, надо промочить горло. — Как ты уже понял, у меня два отца. Ишигами кивнул. Казалось, если он сейчас подаст голос, то вся атмосфера вокруг них разрушится. Он боялся, что Ген перестанет говорить. — Меня взяли из приюта, когда я был ещё совсем маленьким, других родителей я не знал, — Ген снова начал проваливаться в воспоминания. — Один из моих отцов был похож на тебя. Такой же умный и целеустремлённый. Со своими приколами, конечно, но меня это никогда не волновало. Он был учёным НАСА. Постоянно куда-то спешил, что-то изобретал и доказывал. Вдохновение к нему приходило внезапно. Он мог просто сидеть на месте, а потом подорваться и убежать, чтобы не потерять мысль. Таким был Ксено. Сенку чуть не подавился. Разумеется, он мог ошибаться. В НАСА мог быть далеко не один Ксено. Наверное. Но то, как его описал Ген… Учитель Сенку, Ксено Хьюстон Уингфилд, был именно таким. Ишигами бы добавил ещё замашки диктатора и тирана, но не смел вмешиваться в чужой монолог. О семейной жизни Ксено Сенку не знал. Потому что в целом не догадывался о её существовании. Хьюстон ставил себя выше других, редко прислушивался к чужому мнению и явно считал всех вокруг идиотами. Разве могла появиться хоть малейшая мысль, что у этого человека может быть семья? — Второй отец, Стэнли, был военным. Снайпером. Довольно часто он уезжал в командировки, но всё то время, что он был дома, он проводил со мной и Ксено. Сенку знал Стэнли только со слов Ксено. Чёрт возьми, это и правда они! Ген, погружённый в свои мысли, не заметил, как менялось лицо Сенку в момент осознания. — Он был человеком спокойным. Куда спокойнее Ксено. И с хорошей реакцией. Пока учёный мог ругаться на всё и вся, Стэнли просто сидел за столом и ловил летающие по комнате вещи. Идеальная пара, на самом деле. Асагири рассмеялся. Сенку тоже улыбнулся. Кто бы мог подумать, что он узнает так много нового о своём учителе и… друге за один разговор. — Что-то мне кажется, — Ишигами подал голос, когда Ген сделал глоток воды, — что я был знаком с Ксено. — Да? — менталист склонил голову к плечу. — Был у меня один очень вредный учитель. Звали Ксено Хьюстон Уингфилд. — Как тесен мир, — хмыкнул Ген. — А я-то думал, что смогу тебе рассказать что-то новое. — Ты продолжай, — сразу же среагировал Сенку. — Вот о семье этот старик мне никогда не рассказывал. — Оно и неудивительно, — Асагири махнул рукой. — Но я думал, тебе интересен мой путь менталиста. — Интересен. — Тогда это сказка о Стэнли Снайдаре. Ген весело подмигнул, выпил ещё немного воды и начал рассказ.

***

— Ген, доедай. — Не хочу! Маленький мальчик ударил ложкой по столу и надулся. Каша в тарелке будто бы не кончалась. — Ген, если не будешь есть кашу, у тебя не будет энергии, — сказал Ксено. Честно говоря, он тоже был не в восторге и мог понять ребёнка. Только вот, Уингфилд должен быть примером взрослого и умного человека, отказываться от завтрака сейчас будет не рационально. — Я буду сегодня лениться! Мне не нужна энергия! У Ксено дёрнулся глаз. Что, скажите на милость, побудило его взять маленького ребёнка из приюта пять лет назад? Он ведь прекрасно знал, что не любит детей. — Ген. На кухню вошёл второй мужчина. Он оглядел стол, посмотрел на мужа и сына и сразу понял суть происходящего. Решение он нашёл также быстро. — Давай поспорим. Ген нахмурился. Папа Стэнли был хитрым. Очень хитрым. Он не разбрасывался всякими умными словами, не читал лекции. Просто что-то говорил. Почему-то его просьбы хотелось выполнять. — Если сегодня ты проведешь весь день дома и будешь лениться, я больше не заставлю тебя есть кашу. — Стэн! Стэнли поднял одну руку. Ксено нахмурился, но замолчал. Ген широко раскрыл глаза. Редкий случай. Ксено ненавидел, когда его затыкали, перебивали или пытались поспорить. Учёный взрывался, словно большой вулкан. Даже Стэнли обычно себе такого не позволял, просто стойко переживал бурю эмоций. А тут такое… — Если же ты сегодня будешь бегать по улице, общаться с людьми и что-то пробовать, а к концу дня будешь совсем усталый, то больше от каши на завтрак отказываться не будешь. Ребенок чуял подвох. Должно же быть что-то не так. Стэнли говорил очень уверенно. Нет, военный был всегда уверенным, но тут такой важный спор! Он ни капли не боится проиграть? — Хорошо. Спорим. Они пожали друг другу руки. Ген спрыгнул со стула и убежал в комнату, намереваясь целый день сидеть там и лениться. — И что это было? Ксено не знал, стоит ли ему сердиться. В военной тактике и чутье Стэнли был лучшим. Скорее всего, у него был план. И Ксено не нравилось быть непосвещённым в происходящее. — Скоро узнаешь, — Стэнли слегка улыбнулся. — Не бойся, кашу я доем. — Не в этом же проблема… Два часа. Это всё время, на которое хватило Гена. Он планировал учиться делать фокусы, как фокусники в цирке. Ему даже книжку купили! Но там было много букв и было всё как-то непонятно. Нудно. Игрушки тоже быстро надоели. Раскраска сегодня к душе не лежала. Всё не то. А потом он увидел на улице его. Настоящего фокусника! Он давал мастер-класс! Ген не думал ни секунды. Он вылетел из комнаты, прошёл по лестнице на первый этаж, прокрался мимо гостиной и кухни и выбежал во двор. Ксено и Стэнли по дороге ему не встретились. Отлично! Никто и не узнает, что он куда-то уходил. У фокусника собралась целая толпа. Ген прыгал, пытался залезть на дерево, вежливо просил пропустить, но ничего не работало. Он не мог подойти ближе. Пришлось действовать грубо. Он толкался изо всех сил и лез вперёд, лишь бы поближе рассмотреть магию гостя. Там же обнаружились его друзья из садика. Ген потерял счёт времени. В начале он просто наблюдал, потом сам решил попытаться повторить что-то из чудес. Следом сам фокусник начал помогать детям. Результат не приходил долго. Маленькие пальчики очень неумело крутили карты, те постоянно рассыпались. Но Ген не сдавался. Пробовал ещё и ещё. Когда начало темнеть, у него наконец получилось. Фокусник похвалил его, собрал вещи и уехал. Толпа начала расходиться. А на Гена навалилась усталость. Он еле передвигал ноги, когда плёлся домой. Как стоило догадаться, на пороге его ждал Стэнли. — Ну что? Устал? — спросил он с улыбкой. — Не-е-ет, — зевнул Ген. — Тогда, может, ещё прогуляешься? Ребёнок сонно моргнул и качнул головой. Смысл обмана, если его уже раскрыли? Стэнли подхватил Гена на руки и занёс в дом. Помог ему умыться, переодеться и уложил в кровать. Ген отключился мгновенно. В гостиной снайпера уже ждал Ксено с одной поднятой бровью. — И как ты понял, что именно сегодня наш сын соизволит выйти на улицу? Снайдер обнял учёного и хмыкнул: — С утра увидел, как дети дёргают родителей, показывают на часы и конкретное место. Уже в тот момент я понял, что произойдёт что-то интересное. — Ген мог погрузиться в книгу и ничего не услышать, — вставил аргумент Ксено. — Неа. Ты же помнишь, каким он утром скандальным был. Энергия так и била ключом, он бы не усидел. Ксено задумчиво кивнул. Стэнли Снайдер всегда был таким. Внимательным. Подмечающим самые разные детали, которые легко складывались в полную картину. — Теперь у нас есть ребёнок, который очень сильно вымотался, мой отпуск, твой отпуск и целая ночь, — глаза снайпера сверкнули. — Твою мать, Стэнли!