Мой папа - экстрасенс

Сенку задумчиво кивнул. Он сам часто пытался предугадать будущее, но выходило так себе. Обычно всё шло по самому худшему сценарию. — А как это связано с ментализмом? Всё это логично и понятно. Местами, конечно, абсолютно ненаучно, но с этим можно смириться. — Ты сказки хоть когда-нибудь читал или у тебя только энциклопедии были? — Ген чуть надулся. — Иногда можно поверить в магию. — Менталист, — Сенку потёр переносицу. — Я не считаю все твои психологические трюки наукой и никак не могу найти причину, по которой ты заинтересовался ей. Ген цыкнул и закатил глаза. Ишигами с ужасом понял, что теперь в его поведении можно заметить черты Хьюстона. — Если серьёзно, то мне просто хотелось сделать его. Стэнли всегда был далеко впереди. Мне захотелось… прочитать его. — Прочитать? Асагири кивнул и начал теребить рукав. Нервничал? — Ксено был эмоциональным. Я знал, что он умный. Но по нему видно, когда он что-то задумал, даже если старается это скрыть. А Стэнли… Его понимал только Ксено. — Это нормально, — Сенку положил руку на плечо Гена. — Супруги понимают друг друга гораздо лучше. — Так-то оно так, — менталист кивнул. — Но, возможно, если бы я раньше начал понимать отца, то мог бы избежать дурных поступков в пубертат. Ишигами скривился. Ну да, конечно. Время, когда гормоны ударяют в голову, подросток срывается, чувствует себя самым умным и творит всякую ерунду. — В те годы я уже стал популярен в некоторых кругах. Как иллюзионист. Считал, что хорошо читаю людей. Думал, что Стэнли всегда само спокойствие. И даже не подозревал, что тот беспокоится за меня чуть ли не больше, чем Ксено. — Попал в передрягу? — догадался Сенку. — А как же!

***

Асагири Ген, иллюзионист и взрослый человек. Через полгода ему будет уже шестнадцать! И ему не нужен родительский контроль и забота. Он всё может сам. — Мелкий! Стэнли опять заводит одну и ту же песню. Чем-то не понравился военному его новый почитатель. Но это не стоит паники! Асагири хорошо читал людей. У его фаната было одно лишь восхищение, что он сделает своему кумиру? И сам Снайдер… Просто предупреждал. Ксено мог кричать ругать, беситься, пытаться договориться, проще говоря, старательно показывал своё мнение. Военный наоборот. Держал свои мысли при себе. Поэтому и предупреждения его Ген пропускал мимо ушей. Было бы это хоть сколько-то важно, не был бы Стэнли спокойным. Логично же! — Пап, отстань уже! Я прекрасно со всем справлюсь! — отозвался Асагири, поправляя макияж. — У тебя мало опыта. Ты не знаешь чем это может обернуться. Ген возмущённо обернулся. Это у него мало опыта?! Он уже какое-то время звезда! Со всеми сталкерами разбирался сам, а тут нравоучения! — А ты меня не учи! Купите с Ксено билеты, полетите в отпуск. Можете вы меня оставить?! — Знаешь, ты прав, — внезапно признал Стэнли. Хьюстон, который подошёл только к концу беседы, застыл. — Стэн? — Дорогой, давай-ка обговорим наш отпуск. Снайдер качнул головой в сторону Гена. Ксено чуть нахмурился, подумал и внезапно улыбнулся. Асагири сразу же напрягся. Чего они такие радостные? — Действительно. Думаю, несколько дней мои коллеги смогут прожить без моих поправок. Пойдем, Стэн. Подросток остался один. Минута ему потребовалась на полное осознание произошедшего. Кажется, ему везёт. Стэнли и Ксено свалили из дома на следующий же день. И в начале всё действительно было хорошо. Ген ездил на съёмки, разговаривал с фанатами отвечал на вопросы, тратил деньги… а потом вернулся домой и осознал, что надо бы приготовить ужин. День был тяжёлый, хватило Асагири на пару бутербродов. Утром он осилил яичницу. Потом задумался. Пересчитал деньги, просмотрел продукты, которые имелись, зашёл в магазин. Цены были… ужасающими. Тогда к нему пришло осознание. Разумеется, он пожаловался об этом фанатам. Его самый главный почитатель даже предложил самостоятельно готовить Асагири еду! — Это очаровательно, — Ген улыбнулся во все тридцать два зуба. — Вижу, тебе самому хочется мне помочь? Юноша активно закивал. По какой-то моде, во лбу у него была красная точка, а сами одежды имели длинные расписные рукава. Очень необычно. И в этот день он действительно был особенно блестящим. Узоры на его одеждах отражали свет, точка во лбу будто светилась, а глаза передавали искренний восторг. Не чудо ли? Асагири без лишних мыслей выдал свой адрес.

***

— Почему мне кажется, что это было ошибкой? — хмыкнул Сенку. — О, тебе не кажется, — Ген подмигнул. — Возможно, так бы я и кончился, но мои родители, на самом деле, никуда тогда не уехали. Просто сняли соседний дом, а сами всем сказали, что улетели в Японию. — Почему в Японию? И опять учёный получает снисходительный взгляд. Судя по историям, Асагири научился этому у Стэнли. — Как думаешь, где ещё у папы Ксено есть очень талантливый ученик? Старик постоянно сравнивал тебя с коллегами. Они в этих сравнениях были идиотами, к слову. — Хм! — Сенку гордо задрал нос. — Ты, так-то, тоже, но в меньшей степени. — Говорит тот, кто в науке не разбирается от слова совсем. — Но-но! — Ген поднял вверх указательный палец. — Зато я куда лучше в переговорах! И даже в физической подготовке. — Сказал сын военного, — хмыкнул Ишигами. Оба слегка посмеялись. Ген немного помолчал, собираясь с мыслями. Во всех этих историях он был таким наивным, что становилось попросту стыдно. И теперь он раскрывает эту свою сторону перед самым умным человеком, которого он знал. Ксено бы за такие мысли влепил сыну подзатыльник.

***

Фанат в первый же день узнал, что Асагири живёт один. Стеснялся Ген тогда рассказывать о своей семье. Они не последние люди в Америке, не дай боже все его заслуги припишут к деньгам и известности Снайдера и Уингфилда. Это обернулось грустными событиями. На второй день юноша пришёл к кумиру рано. Очень рано. Запер двери и окна и прокрался в спальню к Гену. Тому повезло, что из-за дурного предчувствия, он сам встал раньше обычного, но как-то не особо помогло, когда опасность нависла над головой с ножом. — Чего ты хочешь? Ген говорил спокойно, стараясь успокоить бешено стучащее в груди сердце. Стэнли всегда говорил, что паника и спешка приводят к ошибкам, которые могут стоить жизни. Окно в комнате Асагири было открыто, но Ген не стал бы прыгать вниз. С его физической подготовкой он быстрее сломает ноги. Или вообще до окна не добежит. Глаза вторженца горели маниакальным огнём. Точка во лбу сияла алым. А потом она внезапно съехала влево. Это было так странно, что на пару секунд Ген успокоился. И этого хватило, чтобы полностью взять себя в руки. На столе зазвонил телефон. Асагири спокойно перевёл взгляд на вторженца. Вряд ли тот будет рад, если Ген сам потянется за ним. Он оказался прав. Фанат сам взял чужой телефон, посмотрел на номер и… подавился воздухом. — Почему тебе звонит Ксено Хьюстон Уингфилд?! Это разве не один из крутейших учёных и профессоров?! — Аа… — Ген сам не знал, почему отец решил связаться с ним так вовремя. — Без понятия. Но если я не отвечу, скоро меня придут искать. Могу я ответить? Юноша нахмурился. Сомнения были, но в чём неправ был Ген? Такая важная шишка звонит, оставить без ответа… Верх наглости! — Поставь на громкую. «Потом за ним сталкерить будешь?» — чуть не прокомментировал Асагири, но успел прикусить язык. Что-то его на шуточки Стэнли понесло. Интересно, к чему бы это? — Будь вежлив и спокоен, чтобы у него и мысли не возникло о всей ситуации. — Я не уверен, что это не породит куда больше сомнений, — хмыкнул Ген. Спокойствие от Гена... Обычно, это означало, что Асагири что-то натворил и пытается взять всё под контроль, пока никто ничего не заметил. Его палец опустился на кнопку. Он принял звонок. Несколько секунд была тишина, а потом послышался вполне бодрый голос учёного: — Надеюсь, ты на громкой связи. И фанат, и Ген дёрнулись. Что-то подсказывало Асагири, что жопа ему будет вовсе не от чужого человека с ножом в его доме. — Так вот. Уважаемый Джордж Линг, юноша двадцати лет, нарушивший несколько статей, советую прямо сейчас воткнуть нож в стол и убрать руки за голову, иначе снайпер, который находится рядом со мной, прострелит тебе голову. Он уже готов. На фоне послышался щелчок. Ген узнал в звуке снайперку Стэнли, которую тот чистит и проверяет дома. — Так вот, почему у него две красные точки во лбу, — наконец осознал Асагири. Глаза фаната расширились. Руки, как и ноги, задрожали. Нож еле держался в пальцах. Это был чистейший ужас. — Это блеф! — взвизгнул вторженец. — Ага, — голос Ксено был скучающим, но Ген улавливал в нём ноты ярости. — А я знаю о происхощем с помощью чего? Телепатии? Если так хочется, можешь проверить, блефую ли я. Только эта проверка обернётся тебе жизнью. — А, — фанат немного замялся. — А что помешало выстрелить прямо сейчас? — Слушай ты. Твой мелкий мозг может представить сумму, за которую был куплен ковёр, который ты сейчас пачкаешь своими грязными ногами? Не уверен, что получится без проблем отстирать потом всю кровь и ошмётки внутреннего содержания головы одного самоубийцы. Ксено бесился всё больше. Ген полагал, что Стэнли от выстрела останавливает всё тот же ковёр. С лица фаната ушли все краски. Казалось, что он умрёт на месте. Где-то уже слышались сирены. Кто-то успел вызвать полицию? — Выходи. Живо. Делать было нечего. Мало кто решился бы проверить наличие снайперки. У выхода из дома фаната уже поджидали копы. Юношу было… не жалко, нет. Скорее, Ген понимал, какого это. Ощущать, что час расплаты близко. Потому что по тропинке к дому шли Стэнли и Ксено. Снайдер, когда увидел на пороге Гена, вручил винтовку Хьюстону, от чего тот чуть не упал, и бросился к сыну. Схватил лицо, покрутил голову, проверил на наличие ран. Только тогда Асагири по-настоящему понял, как Стэнли за него переживает. В чужих золотых глазах было столько тревоги, любви и беспокойства, что сам Ген не сдержал слёз. Он рыдал от страха, от облегчения, от радости, что родители вернулись. Рядом послышались хлопки. — Рад, что ты остался цел, — каждый новый хлопок был всё жёстче. Ген сглотнул. Снайдер сжал плечи сына и снова посмотрел в его лицо. И всё стало ясно.

***

Ген замолчал. Сенку подождал немного, но продолжения всё не было. Тогда он не удержался: — Что ясно-то? — А тебе цензурно? — В смысле? Асагири тяжело вздохнул: — Да жопа была. Знаешь, физическое насилие никогда особо не было в почёте, но в тот день родители решили сделать исключение. Ишигами посмотрел так, словно ему рассказали что-то действительно нереальное: — Тебя что, били? — Лучше бы били. Ген потёр переносицу. Восхитительные были деньки. — Это было начало моей спортивной карьеры. Сенку склонил голову к плечу, всё ещё до конца не осознавая, о чём шла речь. Вот вроде такой умный… Ах да, точно. Он же умный. Такой фигни он не совершал. — Да курсы военной подготовки меня заставили проходить!