За стенами дворца

Дверь в королевский зал распахнулась резко и без стука. Несколько советников и писцов, стоявших перед королём с разложенными на столе свитками, одновременно вздрогнули. Они обернулись к входу и, увидев Майлза, тут же склонились в поклоне. Он вошёл уверенно, не замедляя шага. Плащ тихо скользнул по полу, когда он остановился у стола. Майлз ничего не сказал. Он лишь медленно перевёл взгляд на придворных. Одного этого взгляда оказалось достаточно. Холодного, тяжёлого, не терпящего возражений. Советники переглянулись между собой, быстро собрали свитки и бумаги и один за другим поспешно поклонились королю. — Ваше Величество… — пробормотал один из них. Но правитель уже понял, что происходит. Он лишь устало махнул рукой, позволяя им удалиться. Через несколько секунд двери снова закрылись. В комнате остались только двое. Король медленно поднял взгляд на вошедшего сына. — Ты мог хотя бы постучать, — сухо произнёс он. Но в его голосе не было настоящего упрёка. Скорее усталость. Майлз слегка усмехнулся и сделал ещё несколько шагов вперёд. — Я решил не тратить время на церемонии, — спокойно ответил он. Принц остановился напротив стола, опёршись ладонью о его край, и внимательно посмотрел на короля. В комнате повисла короткая, тяжёлая пауза. — Значит… — наконец сказал правитель, медленно складывая руки. — Ты всё-таки вернулся. Майлз лишь слегка наклонил голову. — Как видите. Майлз остановился у стола и на мгновение внимательно посмотрел на отца, будто оценивая его настроение. Но уже через секунду в его лице появилось оживление — то самое, которое появлялось у него всегда, когда речь заходила о походах и победах. — Отец, Вы даже не представляете, как всё прошло, — начал он быстро, почти с азартом. — Запад оказался куда слабее, чем мы думали. Их силы были разрозненны, а знать больше занята своими распрями, чем обороной земель. Я действовал быстро — пока они ещё не поняли, что происходит. Он сделал шаг вдоль стола, будто заново переживая всё произошедшее. — Сначала мы заняли приграничные крепости. Без большого сопротивления. Затем я отправил людей дальше под видом переговорщиков и союзников. Они впустили нас сами. А когда поняли, что происходит, было уже поздно. Король слушал его молча, но лицо его становилось всё мрачнее. Наконец он резко поднял руку, прерывая поток слов. — Довольно. — Голос его прозвучал холодно и жёстко. Майлз остановился. Правитель медленно поднялся из-за стола. — Ты действовал совершенно не по плану, — строго сказал он. — Я отправлял тебя не завоёвывать Запад. Твоя задача была заставить его зависеть от короны. Не уничтожать его власть. Он пристально посмотрел на сына. — Объяснись. В комнате повисла тяжёлая тишина. Но Майлз, казалось, совсем не смутился. Напротив, на его лице появилась лёгкая, уверенная улыбка. Он спокойно сложил руки за спиной и ответил уже более размеренным тоном: — Именно это я и сделал, отец. Только… быстрее и надёжнее. Король нахмурился. — Что ты имеешь в виду? Майлз чуть наклонил голову, словно объясняя очевидную вещь. — Их власть держалась на одном доме. На герцоге и его наследниках. Пока они живы — Запад рано или поздно поднял бы мятеж. Мы бы получили вечную проблему. — Он сделал небольшую паузу. — Поэтому я решил эту проблему сразу. Правитель медленно сузил глаза. — Что ты сделал, Майлз? Принц ответил совершенно спокойно: — Под прикрытием переговоров я приказал устранить всех наследников герцогства. Один за другим. Никто из них не пережил этой недели. Он произнёс это так буднично, словно говорил о военном манёвре. — А сам герцог… — продолжил Майлз. — Он уже в пути. Король молчал. — Его везут сюда, в Турмэрик, — закончил Майлз. — И когда он прибудет, у него будет только один выбор: признать вашу власть окончательно. Майлз слегка развёл руками. — Видите, отец? Запад теперь действительно наш. Некоторое время после этого они ещё продолжали говорить о Западе. Король задавал короткие, точные вопросы — о гарнизонах, о лордах, о том, как отреагировала местная знать. Майлз отвечал спокойно и уверенно, будто уже заранее продумал все возможные сомнения. Он рассказывал, какие крепости уже перешли под контроль короны, какие семьи поспешили присягнуть, а какие ещё придётся убедить. Постепенно напряжение в голосе короля стало чуть слабее, но полностью не исчезло. Наконец он откинулся на спинку кресла и внимательно посмотрел на сына. — Скажи мне лучше другое, — произнёс он медленно. — Ты хоть представляешь, что происходило во дворце, пока тебя не было? Майлз чуть приподнял бровь. — Представляю. Король нахмурился. — Неужели? Майлз едва заметно усмехнулся. — Дворец — не крепость на границе, отец. Здесь новости распространяются быстрее ветра. Он сделал несколько шагов вдоль стола, словно перебирая события в памяти. — С чего начать? — спокойно произнёс он. — С разоблачения предателя при дворе? Правитель внимательно следил за его реакцией. Майлз продолжил, словно перечислял пункты отчёта: — Или со смерти Бориса. Он произнёс это ровно, без особых эмоций. — Хотя, возможно, Вас больше беспокоит другое… — добавил он, бросив короткий взгляд на отца. — Сорванная свадьба. В комнате повисла короткая пауза. Затем Майлз тихо усмехнулся. — Или же побег Майка. Король медленно выпрямился. — Значит, ты всё знаешь. — Разумеется, — спокойно ответил Майлз. Он остановился напротив стола и посмотрел прямо на короля. — Вопрос только в том, что из этого беспокоит Вас больше всего? Правитель некоторое время смотрел на сына молча. Лицо его медленно становилось всё более мрачным. — Значит, ты знаешь всё… — произнёс он тихо. — И всё же говоришь об этом так спокойно. Он выпрямился в кресле и внимательно посмотрел на Майлза. — Неужели тебе всё равно? — спросил он холодно. — Твой старший брат мёртв. Твой младший брат сбежал из дворца, как мальчишка. — Он сделал короткую паузу. — И тебя это совершенно не волнует? Майлз некоторое время молчал. Он отвёл взгляд в сторону, словно обдумывая вопрос, затем снова посмотрел на короля. — Если честно, отец… — спокойно произнёс он. — Сейчас я думаю о совершенно другом. Правитель нахмурился. — Вот как. — Да, — продолжил Майлз так же ровно. — Меня куда больше занимает то, что происходит с Западом и что мы будем делать дальше. Это важнее. Король медленно сузил глаза. — Значит, судьба твоих братьев тебя не касается? Майлз пожал плечами. — Борис уже мёртв. Беспокоиться об этом поздно. — Он слегка наклонил голову. — А Майк… — Он усмехнулся едва заметно. — Если он решил бегать по королевству в поисках своей невесты, то это его выбор. В комнате стало холодно тихо. Затем Майлз добавил уже почти небрежно: — К тому же, отец… будем честны. Король внимательно посмотрел на него. Майлз выдержал этот взгляд и сказал спокойно: — Вам ведь тоже нет особого дела до ваших сыновей. Несколько секунд никто не говорил ни слова. Воздух между ними словно стал тяжелее. Майлз не отвёл взгляда. Он будто специально проверял реакцию короля на свои слова. Тот некоторое время молчал после слов сына. Воздух в комнате стал тяжёлым, словно между ними повисло что-то невысказанное. Но Майлз, кажется, вовсе не собирался продолжать эту тему. Он легко выпрямился и сделал несколько шагов вдоль стола, будто разговор о братьях для него уже был закрыт. — Впрочем… — спокойно произнёс он. — Это всё не так важно. Правитель прищурился, наблюдая за сыном. — Тогда что же важно, по-твоему? Майлз остановился и снова посмотрел на него. Теперь в его взгляде появилась странная уверенность, почти довольство. — Когда герцога привезут в Турмэрик… — медленно начал он, — я собираюсь сделать Вам подарок. Король нахмурился. — Подарок? — Именно. — Майлз чуть улыбнулся, но улыбка эта была слишком загадочной, чтобы её можно было назвать доброжелательной. — Думаю, он Вас заинтересует. Правитель некоторое время смотрел на него, явно ожидая продолжения. — И что же это за подарок? — наконец спросил он. Но Майлз лишь слегка покачал головой. — Пусть это останется сюрпризом. Он развернулся, собираясь уходить, и уже у самой двери остановился. — Скажу только одно, отец… — произнёс он спокойно, не оборачиваясь. — После этого у Вас не останется никаких сомнений в том, что Запад действительно принадлежит нам. На мгновение он всё-таки повернул голову через плечо. И его улыбка стала чуть шире. — Уверен, Вам понравится. С этими словами Майлз открыл дверь и вышел, оставив короля одного в комнате с вопросом, на который пока не было ответа.

***

Дверь в покои Катрин распахнулась без стука. Служанки, которые в этот момент помогали ей разбирать одежду и укладывать ленты на столике, испуганно вздрогнули. Все сразу обернулись к входу. На пороге стоял Майлз. Он вошёл так уверенно, словно эти комнаты принадлежали ему. Служанки тут же склонили головы. Майлз даже не посмотрел на них по-настоящему, лишь коротко скользнул взглядом и холодно произнёс: — Оставьте нас. Это прозвучало не как просьба. Как приказ. Служанки поспешно поклонились ещё раз и почти бегом покинули комнату. Через несколько секунд дверь закрылась и в покоях стало тихо. Катрин стояла у стола, напряжённо сжимая пальцы в складках платья. Она не ожидала увидеть его так скоро. После того, что произошло в галерее, одно лишь его присутствие заставляло сердце биться быстрее. Майлз между тем спокойно прошёл в комнату. На его лице появилась лёгкая улыбка — спокойная, почти беззаботная. Будто несколько часов назад ничего не произошло. Он медленно приблизился к Катрин. Шаг за шагом. Девушка невольно выпрямилась, стараясь держаться достойно, хотя внутри всё сжималось от тревоги. Майлз остановился совсем рядом. Он молча посмотрел на неё. Сначала на лицо. Потом взгляд медленно скользнул ниже: по плечам, по рукавам платья, по талии. Он словно осматривал её целиком. С головы до ног. Катрин почувствовала, как от этого взгляда становится неуютно. Она хотела нарушить тишину. — Зачем Вы… — начала она. Но договорить не успела. Майлз тихо усмехнулся. — Забавно, — произнёс он спокойно. Он чуть наклонил голову, продолжая рассматривать её. — Южные девушки куда привлекательнее тебя. Слова прозвучали почти небрежно. Будто это было просто случайное замечание. Но взгляд Майлза внимательно следил за её реакцией. Катрин сжала пальцы в складках платья так сильно, что побелели костяшки. Слова Майлза задели её сильнее, чем она хотела показать. Она чувствовала, как внутри поднимается смесь обиды, злости и растерянности. Сначала пощёчина в галерее, затем эти холодные слова… И теперь он стоял перед ней так спокойно, будто всё происходящее было совершенно обычным. Она сделала небольшой шаг вперёд, стараясь держать спину прямо. — Зачем Вы говорите мне всё это? — спросила она тихо, но уже твёрже. Майлз молчал. Его взгляд по-прежнему внимательно скользил по её лицу, словно он наблюдал не за словами, а за её реакцией. Катрин глубоко вдохнула. — Зачем Вы унижаете меня? — добавила она. На мгновение в комнате воцарилась тишина. Майлз чуть склонил голову, и на его губах появилась едва заметная улыбка — холодная, почти насмешливая. Катрин уже собиралась продолжить, но он резко поднял руку. — Замолчи. Слово прозвучало негромко, но в нём было столько власти, что Катрин мгновенно оборвала фразу. Майлз сделал шаг ближе. Теперь между ними почти не осталось расстояния. — И слушай меня внимательно, — произнёс он медленно. Его голос стал другим — больше не насмешливым, а холодным и строгим. — В ближайшее время ты никуда не выходишь из этих покоев. Катрин нахмурилась, но не перебила. — Никаких прогулок по дворцу, — продолжил Майлз. — Никаких разговоров с придворными. Никаких тайных встреч. — Он сделал небольшую паузу, будто позволяя ей осмыслить сказанное. — Особенно тайных встреч. Катрин невольно отвела взгляд. Майлз заметил это и едва заметно усмехнулся. Затем он снова медленно и внимательно посмотрел на неё. Его взгляд снова прошёлся по её платью, по волосам, по лицу. — И ещё одно, — добавил он. Катрин снова подняла глаза. — Приведи себя в порядок. Она не сразу поняла смысл этих слов. Майлз чуть наклонил голову, словно оценивая её. — Платья, украшения, причёска… Всё должно быть безупречно. — Он сделал шаг назад, давая ей пространство, но взгляд его оставался внимательным. — Потому что в ближайшее время тебе придётся выглядеть восхитительно. В комнате снова повисла тишина. Катрин всё ещё не понимала, к чему он ведёт. Она осторожно подняла взгляд. — Для чего? — тихо спросила она. Майлз некоторое время смотрел на неё молча. Затем на его лице снова появилась лёгкая улыбка. Но в этот раз она была ещё более загадочной. — Очень скоро ты узнаешь, — спокойно сказал он. И в его голосе было что-то такое, что заставило Катрин почувствовать новую тревогу. Майлз больше ничего не сказал. Он лишь коротко посмотрел на Катрин, словно убедился, что она услышала каждое его слово, затем спокойно развернулся и направился к выходу. Дверь открылась и так же тихо закрылась за ним. Катрин осталась одна. Несколько минут в комнате царила тишина. Девушка всё ещё стояла на том же месте, пытаясь понять, что именно только что произошло. Слова Майлза не выходили у неё из головы. «Никуда не выходить… выглядеть восхитительно…» Чем больше она думала об этом, тем сильнее внутри росло беспокойство. Но прошло не больше получаса, как тишина в покоях резко закончилась. Дверь снова открылась. На этот раз внутрь вошли незнакомые люди. Две женщины, которых Катрин никогда раньше не видела, и несколько слуг. А за их спинами, прямо у двери, встали двое стражников. Катрин сразу заметила их. Они заняли место по обе стороны двери, словно не просто охраняли покои… а сторожили её. Женщины тем временем уже начали двигаться по комнате. Они открывали сундуки, перебирали платья, осматривали украшения. Никто из них не поклонился. Никто не представился. Никто даже не посмотрел на неё по-настоящему. Катрин нахмурилась. — Где мои служанки? — спросила она. Никто не ответил. Одна из женщин просто продолжала перебирать ткани, словно Катрин вообще ничего не сказала. — Я задала вопрос, — произнесла девушка уже строже. Но снова — тишина. Женщины продолжали заниматься своими делами, не обращая на неё никакого внимания. Их лица были холодными и безразличными. Они не улыбались. Не разговаривали между собой. Они обращались с ней не как с госпожой… а словно она была частью мебели в этой комнате. Это унижение начало злить Катрин. — Где мои служанки? — повторила она, уже повышая голос. Никакого ответа. Катрин почувствовала, как внутри начинает закипать раздражение. — Я требую объяснений! — резко сказала она. Но и это не подействовало. Женщины продолжали работать, будто её слова не имели никакого значения. Тогда Катрин резко шагнула вперёд. — Немедленно позовите короля! — приказала она. На этот раз одна из женщин всё-таки повернулась к ней. Это была высокая, строгая женщина лет сорока. Лицо её было суровым, а взгляд холодным. Она несколько секунд молча смотрела на Катрин. Затем вдруг подошла ближе. Катрин даже не успела ничего сказать. Женщина резко ударила её по щеке. Звук пощёчины громко прозвучал в комнате. Катрин отшатнулась от неожиданности. Щека сразу запылала. — Будешь вести себя спокойно, — холодно сказала женщина. — И будешь делать то, что тебе скажут. — Её голос был резким и безжалостным. — Иначе будет хуже. Катрин застыла. Она смотрела на неё широко раскрытыми глазами, не веря в происходящее. Стражники у двери даже не пошевелились. Никто не возразил. Никто не остановил эту женщину. И в этот момент Катрин окончательно поняла одну страшную вещь. То, что происходило сейчас… было приказом Майлза. И от этой мысли ей стало по-настоящему страшно.

***

Уилл сидел в своей комнате уже долгое время, почти не двигаясь. Он опустился на край кровати, сцепив пальцы в замок, и смотрел куда-то в пол, будто пытался собрать мысли. Но мысли не собирались. Они только снова и снова возвращались к одному и тому же. К галерее. К голосу Майлза. К тому, как его пальцы держали его за подбородок. К тому короткому поцелую. Уилл резко провёл ладонью по лицу, будто хотел стереть эти воспоминания. Он боялся даже лишний раз шевельнуться. Слова Майлза всё ещё звучали в голове: «Ступай к себе в комнату… и никуда больше». И Уилл послушался. Он действительно пришёл к себе. И с тех пор не вышел ни на шаг. Прошло уже достаточно времени. Он прекрасно понимал, что сейчас по расписанию у него должен быть урок. Урок с Ричардом. Обычно Уилл никогда не пропускал занятия. Но сегодня он просто не смог заставить себя выйти из комнаты. Ему казалось, что стоит только выйти в коридор — и он снова столкнётся с Майлзом. А этой встречи он сейчас боялся больше всего. В комнате стояла тяжёлая тишина. И вдруг её нарушил стук в дверь. Уилл вздрогнул так резко, будто его окликнули во сне. Стук повторился. Уилл не ответил. Он просто сидел, глядя на дверь, не решаясь ни подойти, ни сказать хоть слово. Через несколько секунд дверь открылась сама. — Уилл? В комнату вошёл Ричи. Он явно не собирался ждать приглашения. Закрыв за собой дверь, он сразу посмотрел на наставника. И с порога нахмурился. — Почему ты ещё здесь? В его голосе звучало искреннее недоумение. Он сделал несколько шагов по комнате и остановился перед Уиллом. — У нас урок уже начался, если ты вдруг забыл. Ричард скрестил руки на груди, внимательно рассматривая его. — Обычно ты приходишь раньше меня. — Он чуть наклонил голову. — Так что происходит? Уилл некоторое время молчал. Он сидел на краю кровати, не поднимая глаз, и только сильнее сжимал пальцы. Ричи терпеливо ждал, хотя на его лице всё ещё читалось недоумение. Наконец Уилл тихо выдохнул. — Я… не могу выйти. Ричард нахмурился. — Что значит «не можешь»? Уилл поднял взгляд, но встретиться с глазами друга смог лишь на мгновение. — Принц Майлз… — тихо начал он. — Он приказал мне идти в свою комнату. — Уилл сглотнул. — Если я выйду… он будет недоволен. В комнате на секунду повисла тишина. Ричард внимательно посмотрел на него, словно пытаясь понять, насколько серьёзно тот воспринимает этот приказ. — И поэтому ты решил просто сидеть здесь весь день? — спросил он наконец. Уилл опустил глаза. — Я… не знаю, что он имел в виду, — тихо признался он. — Но я не хочу злить его ещё больше. Ричард тяжело вздохнул. Он несколько секунд молча смотрел на Уилла, затем неожиданно пожал плечами. — Ну хорошо. Уилл удивлённо поднял голову. — Если тебе нельзя выходить… — спокойно продолжил Ричард, — значит, мы просто перенесём урок сюда. Он оглядел комнату, будто уже прикидывая, где можно устроиться. — В конце концов, знания не требуют конкретной комнаты. — На губах его появилась лёгкая улыбка. — А я не собираюсь отменять занятие только потому, что ты решил запереться у себя. Ричи подошёл ближе, взял со стола один из лежавших там свитков и развернул его. — Так что… — сказал он, усаживаясь на ближайший стул, — сегодня будем учиться здесь. Уилл некоторое время смотрел на него, будто не веря, что всё может быть так просто. Затем на его лице впервые за долгое время появилось слабое облегчение. — Спасибо, — тихо сказал он. Ричард лишь махнул рукой. Присутствие принца неожиданно сделало комнату менее пустой и пугающей. Тревога, которая сжимала Уилла всё утро, постепенно начала ослабевать. Пока Ричард был рядом, страх казался уже не таким сильным. Принц разложил свитки на столе и начал слушать очередной отрывок, как делал это десятки раз прежде. Его голос звучал спокойно и ровно, он указывал на строки, задавал вопросы, просил Уилла повторить сложные места. Со стороны всё выглядело как обычный урок. Но на самом деле Ричард почти не слышал собственных слов. Его внимание всё время возвращалось к Уиллу. Он замечал каждую мелочь: как тот слегка склоняет голову, читая строки; как шевелятся его губы, когда он тихо повторяет слова; как пальцы осторожно держат перо, будто он боится поставить лишнюю кляксу. Иногда Уилл, задумавшись, прикусывал край губы, и Ричард ловил себя на том, что смотрит именно туда. Он быстро отводил взгляд обратно к свиткам, делая вид, что ничего не произошло. Но через несколько минут всё повторялось. Эти мысли давно появлялись у него, и каждый раз он пытался их прогнать. Иногда ему становилось неловко от самого себя. Иногда он злился, считая подобные размышления неправильными. А иногда… Иногда он позволял этим мыслям зайти чуть дальше. Представлял, как было бы просто протянуть руку, коснуться плеча Уилла, притянуть его ближе. От этой картинки Ричард резко выпрямился на стуле и снова уставился в свиток. — Прочитай ещё раз последнюю строку, я не запомнил, — попросил он, стараясь звучать обычным тоном. Уилл послушно наклонился над свитком и тихо начал читать. Ричард снова посмотрел на него. На этот раз слишком долго. В комнате стояла тишина, только тихий голос Уилла и шорох бумаги. И вдруг Ричард понял, что почти не думает. Он просто смотрит. И в следующий момент, сам толком не понимая зачем, он резко поднялся со стула. Уилл даже не успел закончить фразу. Ричард наклонился и быстро, почти неловко коснулся его губ своими. Это было совсем коротко. Почти мгновение. Словно лёгкий, растерянный поцелуй. И так же быстро Ричард отстранился, будто сам испугался того, что сделал. Уилл отдёрнулся так резко, будто прикоснулся к огню. Он сразу отстранился, почти вскочив со своего места. Глаза его широко раскрылись от неожиданности, дыхание сбилось. — Ваше Высочество… — тихо выдохнул он, не понимая, что только что произошло. Ричард тоже замер. Секунду назад всё случилось так быстро, что он сам едва осознал собственный поступок. Теперь же реальность накрыла его целиком. Он только что поцеловал Уилла. И Уилл явно не ожидал этого. Ричард провёл рукой по волосам, нервно выдыхая. На мгновение ему стало по-настоящему страшно. Он вдруг ясно понял, что мог разрушить то немногое спокойствие, что у них было. Но вместе с этим пришло и другое чувство. Он больше не мог делать вид, что ничего не происходит. Слишком долго он держал это в себе. Слишком долго притворялся, что его мысли ничего не значат. Ричард медленно поднял взгляд на Уилла. Тот всё ещё смотрел на него с растерянностью, будто пытался понять, было ли это случайностью. — Прости… — тихо сказал Ричард. Он сделал шаг назад, словно давая Уиллу пространство. Но потом остановился. И покачал головой. — Нет… — произнёс он уже честнее. — Я не должен извиняться за это. — Он глубоко вдохнул, словно собираясь с силами. — Я давно хотел это сделать. В комнате стало тихо. Ричард посмотрел прямо на Уилла. — Я пытался не думать об этом, — продолжил он. — Пытался убедить себя, что это просто глупые мысли. — Он тихо усмехнулся, но в этой усмешке было больше нервов, чем веселья. — Но, кажется, у меня плохо получилось. Ричард сделал ещё один осторожный шаг вперёд. — Уилл… — сказал он уже совсем тихо. На мгновение он замолчал, словно эти слова было труднее произнести, чем всё остальное. — Я люблю тебя. Сказав это, он наконец остановился. Теперь всё зависело только от реакции Уилла. Тот стоял неподвижно, будто слова Ричарда на мгновение лишили его способности двигаться. Он смотрел на него, и в его взгляде была растерянность, почти боль. — Принц… — тихо произнёс он. Обращение прозвучало мягко, но в нём чувствовалось напряжение. Уилл провёл рукой по лбу, словно пытаясь собраться с мыслями. Слова Ричарда явно застали его врасплох. Он не ожидал этого. Никогда. Несколько секунд он просто молчал, затем медленно покачал головой. — Вы… не понимаете, что говорите, — еле слышно сказал он. Ричард нахмурился, но не перебил. Уилл сделал шаг назад, будто пытаясь сохранить между ними расстояние. — Вы очень дороги мне, — продолжил он осторожно. — Правда дороги. — Он поднял взгляд на Ричарда. — Но не так. Слова дались ему трудно. — Я люблю Вас… — добавил Уилл. — Но как ученика. Или как брата. Или как близкого друга. — Он на мгновение замолчал. — Но не как мужчину. Ричард ничего не сказал, только смотрел на него. Уилл тяжело вздохнул. — Ваше Высочество, Вы ещё совсем молоды, — мягче продолжил он. — Вы умны, у Вас впереди вся жизнь. Он попытался улыбнуться, но улыбка вышла печальной. — Однажды у Вас будет жена. Красивая, знатная, достойная. — Уилл опустил взгляд. — Та, которую Вы действительно будете любить. Он снова посмотрел на Ричарда. — То, что Вы сейчас чувствуете, — это просто привязанность. Или благодарность. — Уилл сделал ещё шаг назад. — Но это не любовь. Тишина после слов Уилла была тяжёлой и почти болезненной. Ричи стоял неподвижно, словно каждое сказанное слово ударяло его сильнее, чем он ожидал. Его лицо на мгновение стало пустым, будто он пытался переварить услышанное. Уилл уже хотел сказать что-то ещё, возможно, мягче, осторожнее, но не успел. Ричард резко шагнул вперёд. И прежде чем Уилл понял, что происходит, принц обнял его. Крепко. Так неожиданно, что наставник на секунду растерялся и даже не сразу попытался освободиться. — Нет… — тихо, почти отчаянно сказал Ричард, прижимая его к себе. — Нет, Уилл… это не так. Его голос дрогнул. Он уткнулся лбом в плечо Уилла, словно боялся, что, если отпустит, тот просто уйдёт. — Это не привязанность. — Он покачал головой, будто спорил не только с Уиллом, но и со всем, что только что услышал. — Я знаю разницу. — Руки его сжались сильнее. — Я думал об этом слишком долго, чтобы ошибаться. Уилл осторожно попытался отстраниться. — Принц Ричард… Но тот только сильнее прижал его к себе. — Пожалуйста, не говори, что это просто благодарность, — тихо сказал он. — Не говори, что это пройдёт. Он наконец поднял голову и посмотрел Уиллу в лицо. В его глазах было столько искренности, что от этого взгляда становилось трудно дышать. — Я знаю, что чувствую. — Он говорил уже почти шёпотом. — Мне не нужна никакая другая… никакая жена, никакая красавица. Ричард покачал головой. — Мне нужен ты. Он на мгновение замолчал, словно собираясь с последними силами, затем посмотрел прямо в глаза Уиллу. — Попробуй… полюбить меня. В его словах не было приказа. Только просьба. Почти мольба. Уилл чувствовал, как напряжены его руки, как быстро он дышит. — Пожалуйста… — снова тихо сказал Ричард. — Не отталкивай меня так сразу. Он снова прижал Уилла ближе, будто пытаясь доказать этим прикосновением искренность своих слов. Наставник растерянно смотрел на него, не зная, что ответить. Он чувствовал вину, тревогу и растерянность одновременно. — Принц… — начал он мягко. Но тот не дал ему договорить. Словно боясь услышать окончательный отказ, Ричард вдруг снова потянулся к нему. И прежде чем Уилл успел отстраниться, он вновь прижался губами к его губам. Поцелуй был отчаянным, почти болезненным: в нём было больше мольбы, чем нежности. Но в тот же самый момент дверь комнаты резко распахнулась. Без стука. На пороге стоял Майлз. Он остановился, не входя дальше. Несколько секунд он просто смотрел на происходящее. Ричард всё ещё держал Уилла. И только после этого второй резко отстранился, будто наконец понял, что они не одни. В комнате повисла тяжёлая, почти ледяная тишина. Майлз стоял на пороге всего несколько секунд. Но этих секунд хватило, чтобы в комнате стало холодно. Затем он медленно вошёл внутрь. Дверь за его спиной тихо закрылась. Он не сказал ни слова. Его взгляд был направлен прямо на Ричарда. Младший принц тоже уже выпрямился. Он больше не держал Уилла, но стоял перед ним так, будто всё ещё закрывал его собой. И хотя Майлз был выше и старше, Ричард смотрел на него с упрямой прямотой. Пусть и снизу. Но всё равно свысока. Несколько долгих секунд они просто смотрели друг на друга. Уилл чувствовал, как в груди начинает нарастать страх. Майлз наконец заговорил. Голос его был удивительно спокойным. — Выйди. Он сказал это так просто, будто речь шла о самой обычной вещи. Но взгляд его оставался холодным. Ричард даже не пошевелился. — Нет, — коротко ответил он. Уилл вздрогнул. Он повернул голову к Ричарду, явно не ожидая такого ответа. Майлз же лишь слегка наклонил голову, словно проверяя, правильно ли услышал. — Что ты сказал? — Я сказал нет, — повторил Ричард уже увереннее. В комнате стало тихо. Уилл чувствовал, как напряжение между ними становится почти осязаемым. Майлз некоторое время просто смотрел на Ричарда. На его лице не появилось ни злости, ни раздражения. Это было куда хуже. Затем он медленно повернул голову к двери. — Стража. Дверь открылась почти сразу. В комнату вошли двое стражников. — Выведите младшего принца, — спокойно приказал Майлз. Стражники на мгновение замешкались, но всё же поклонились. Они подошли к Ричарду. — Ваше Высочество… — осторожно начал один из них. Ричард резко шагнул назад. — Не смейте ко мне прикасаться. Но стражники переглянулись. Приказ уже был отдан. Один из них всё же взял Ричарда за руку, пытаясь мягко, но настойчиво повести его к двери. Ричард вырвался. — Отпустите! Уилл сделал шаг вперёд, сердце его бешено колотилось. Но он тут же остановился. Его взгляд метнулся к Майлзу. Тот стоял совершенно спокойно. Наблюдал. И именно этот холодный, внимательный взгляд заставил Уилла замереть. Страх словно сковал его. Он хотел что-то сказать. Остановить происходящее. Но слова так и не вышли из его горла. В итоге стражники всё же вывели Ричарда из комнаты. Дверь закрылась, и Уилл остался наедине с Майлзом. Шаги Ричарда ещё какое-то мгновение были слышны в коридоре, затем всё стихло. Уилл стоял посреди комнаты, не решаясь даже поднять голову. Он чувствовал на себе взгляд Майлза. Тяжёлый. Неподвижный. Принц не двигался. Он стоял у двери, словно раздумывая, войти ли дальше или уйти сразу. Но затем медленно сделал несколько шагов вперёд. Уилл невольно сжался. Каждый шаг Майлза звучал слишком отчётливо в тишине комнаты. Он остановился совсем рядом. Теперь между ними было всего несколько шагов. Уилл осторожно поднял глаза. И тут же пожалел об этом. Майлз смотрел на него так внимательно, что от этого взгляда становилось трудно дышать. В нём не было ни крика, ни ярости. Только холодная, тяжёлая тишина. Будто он пытался что-то понять. Или решить. Прошло несколько долгих секунд. Уилл чувствовал, как напряжение становится невыносимым. Он ожидал чего угодно — гнева, приказа, обвинений. Но Майлз молчал. Его взгляд на мгновение скользнул по губам Уилла — к тем самым губам, к которым только что прикасался Ричард. Затем снова поднялся к его глазам. Казалось, Майлз собирается что-то сказать. Он даже чуть приоткрыл губы. Но слова так и не прозвучали. Вместо этого он медленно отвернулся. Развернулся и направился к двери. Уилл растерянно смотрел ему вслед. Дверь открылась. Майлз вышел, не сказав ни слова. Но почти сразу же в коридоре послышались короткие распоряжения. Через мгновение у двери комнаты уже стояли двое стражников. Они заняли место по обе стороны входа. Когда Уилл осторожно сделал шаг к двери и приоткрыл её, один из них сразу поднял руку, преграждая путь. — Прошу прощения, милорд, — сказал он сухо. — Вам приказано оставаться в комнате. Уилл замер. — Приказано… кем? — тихо спросил он, хотя и так знал ответ. Стражник опустил взгляд. Дверь медленно закрылась. Уилл теперь тоже оказался под стражей.

***

Ричард отчаянно пытался вырваться из рук стражников, его сердце билось так, что казалось, сейчас выскочит из груди. — Отпустите меня! — кричал он, стараясь вырваться. — Я должен вернуться к Уиллу! Он в опасности! Стражники сжимали его крепко, но пытались вести себя максимально сдержанно. — Успокойтесь, Ваше Высочество, — спокойно говорил один из них, стараясь удержать Ричарда. — Мы действуем по приказу принца Майлза, всё под контролем. Но Ричард не слышал их. Он видел лишь комнату Уилла и не мог перестать думать о том, что Майлз может причинить ему боль. Его пальцы дрожали, он пытался сорваться, но стражники держали его слишком крепко. Прошло несколько минут, когда внезапно в комнату ворвались новые люди. Ричард моргнул от неожиданности, он никогда раньше их не видел. С ними была сила, которой стражники не могли противостоять. — Прекратите сопротивление, — сказал один из вошедших, голос был жёсткий, без намёка на колебание. — Приказ Принца. Стражники замерли, и Ричард почувствовал, как его буквально вырывают из рук. Он пытался сопротивляться, вырываться, кричать, но силы были не равны. — Вы не понимаете, — кричал он, дёргаясь. — Уилл там! Я не могу оставить его! — Приказ ясен, — сухо сказал один из новых людей. — Подчиняйтесь. Ричи почувствовал, как его с силой тянут по лестнице. Он отчаянно пытался обернуться, чтобы увидеть хотя бы дверь комнаты Уилла, но каждый шаг отдалял его от любимого. — Уилл! — кричал он, но его голос уже не достигал комнаты. Стражники и новые люди двигались быстро и жёстко, будто каждый шаг был рассчитан. — Отпустите меня! — повторял Ричард, но это было бесполезно. Вскоре он оказался в своей комнате на верхнем этаже. Дверь захлопнулась за ним с глухим ударом, а его тело ещё долго дрожало от адреналина и ужаса. Он опёрся спиной о дверь, тяжело дыша. Его пальцы до сих пор дрожали, а в голове гремели слова Уилла и мысли о том, что Майлз сейчас может делать с ним. Ричард почти сразу бросился к двери. Он распахнул её резко, с такой силой, что створка ударилась о стену. Но едва он сделал шаг в коридор, дорогу ему тут же преградили те двое людей, которых привели вместе с ним. Они стояли неподвижно. Не как обычная дворцовая стража. Их лица были холодными и чужими. — Пропустите, — резко сказал Ричард, пытаясь пройти мимо. Один из них просто выставил руку, упираясь ладонью в грудь принца и отталкивая его обратно в комнату. — Ваше Высочество… — произнёс он без всякого уважения в голосе. — Вам приказано оставаться здесь. Ричард нахмурился. — Я не давал такого приказа. — И не должны, — сухо ответил второй. — Вскоре Вы вообще приказы отдавать не сможете… Ричард, будто не слыша, резко шагнул вперёд. — Вы не понимаете, — сказал он, голос его стал громче. — Уилл сейчас с Майлзом. Вы знаете, что это значит? Никто из них даже не шелохнулся. — Возможно, ему нужна помощь, — продолжал Ричард уже почти с отчаянием. — Если с ним что-то случится… Он попытался снова выйти. На этот раз его грубо толкнули назад. Так сильно, что он едва удержался на ногах. Первый из стражников посмотрел на него тяжёлым взглядом. — Вам бы лучше сейчас переживать за себя, Ваше Высочество. Эти слова прозвучали тихо. Но в них было что-то холодное. Нехорошее. Ричард замер. — Что это должно значить? — медленно спросил он. Стражник усмехнулся уголком губ. — Ничего. — В этой усмешке не было ничего успокаивающего. — Просто совет. Ричард смотрел на них несколько секунд. И впервые за всё время почувствовал странное, неприятное чувство. Щелчок замка прозвучал слишком громко в пустой комнате. Ричард медленно отошёл от двери. Комната вдруг показалась слишком тихой. Он сделал несколько шагов, провёл рукой по волосам, пытаясь успокоить дыхание. Но внутри росло странное, неприятное чувство — холодное и липкое, словно предчувствие. Он остановился. Мысль пришла неожиданно. «А что, если страж прав?» Ричард нахмурился. «Если Майлз смог так просто приказать запереть его… запереть Уилла… Если его приказы выполняются без вопросов… значит ли это, что он действительно может сделать что угодно? Даже с принцем». Эта мысль неприятно кольнула. Ричард медленно повернулся к двери. В коридоре тихо переговаривались стражники. Он осторожно подошёл ближе, стараясь ступать тихо, и остановился у самой двери. Голоса были приглушённые, но различимые. — Думаешь, он правда это сделает? — спросил один. Другой тихо усмехнулся. — А ты сомневаешься? Короткая пауза. — Он всегда добивается того, чего хочет. Ричард нахмурился сильнее и ещё ближе склонился к двери. — Всё равно… — продолжил первый. — Это ведь принц. — Был принцем, — равнодушно ответил второй, — пока не стал проблемой. У Ричарда холодок пробежал по спине. — Говорят, Майлз давно хотел избавиться от него, — добавил первый голос. — Слишком много болтает… слишком часто мешает. Второй хмыкнул. — А сегодня он ещё и полез туда, куда не следовало. — Думаешь, всё случится сегодня? — Скорее всего. Короткая пауза. Затем один из них сказал почти лениво: — Когда всё закончится, скажут, что это был несчастный случай. Ричард отшатнулся от двери, будто его ударили. Сердце забилось быстрее. «Несчастный случай». Он стоял посреди комнаты, пытаясь осмыслить услышанное. Это могло быть ложью. Могло быть попыткой напугать его. Но почему-то внутри всё сжималось от ощущения, что это правда. Ричард медленно опустился на край стола. Теперь впервые за всё время ему стало по-настоящему страшно. Мысли путались. Слишком много всего произошло за одно утро. Ещё недавно он злился, кричал, пытался вырваться… а теперь в голове снова и снова звучали слова стражников. «Когда всё закончится, скажут, что это был несчастный случай». Ричард резко выдохнул. Нет. Это бред. Они просто хотят его напугать. Он поднялся и прошёлся по комнате, но шаги выходили неровными. Мысль упрямо возвращалась. Он остановился у окна. Сколько себя помнил, Майлз всегда смотрел на него свысока. И если брат действительно решил избавиться от него… Ричард сжал кулаки. Мысли становились всё тяжелее. Если стражники говорили правду… Если это не просто угрозы… значит, ждать нельзя. Он медленно выпрямился. В голове вдруг всплыла одна мысль. Проход в саду. Тот самый, о котором когда-то рассказывал Уилл… тот, через который сбежали Джейн и Дастин. Если его действительно собираются убить, он не станет сидеть и ждать. Он сбежит. А потом вернётся. Вернётся и разберётся со всем. С этой мыслью Ричард резко подошёл к столу и взял перо. Чернила слегка дрожали на кончике пера — пальцы всё ещё не слушались. Он развернул лист. Несколько секунд просто смотрел на пустую бумагу. Потом начал писать. Сначала слова выходили быстрыми, почти резкими. Он написал Уиллу, что это ещё не конец. Что он обязательно вернётся. Что всё произошедшее сегодня ничего не меняет. Строки ложились одна за другой. Он писал, что будет ждать. Ждать, когда Уилл однажды сможет ответить на его чувства. Но рука вдруг остановилась. Ричард замер. В памяти неожиданно всплыли слова Уилла. «Лучшее качество в человеке — честность». Он тихо выдохнул. Чернила медленно стекали с пера на бумагу. Если это действительно может быть его последнее письмо… Значит он не имеет права лгать. Ричард опустил взгляд на лист. И начал писать снова. Но теперь медленнее. Гораздо осторожнее. Строки становились длиннее. Иногда он останавливался, будто сомневаясь… затем продолжал. На его лице мелькнула тень: то ли боль, то ли решимость. Потому что теперь он писал правду. Ту правду, которую не говорил никому. Ту, что могла изменить многое. И когда письмо было закончено, Ричард долго смотрел на него, будто сам до конца не верил в написанное. — Надеюсь… ты поймёшь, — тихо прошептал он. После этого Ричард подошёл к двери. Голоса стражников всё ещё слышались в коридоре. Выйти через дверь было невозможно. Тогда он повернулся к окну. Лёгкая усмешка мелькнула на его лице. Если было что-то, в чём он действительно был хорош, — так это в лазании. Он распахнул окно. Холодный воздух ударил в лицо. Ричи осторожно перелез через подоконник, нащупал выступ в каменной стене и начал медленно спускаться вниз. Камень был холодным и скользким, но руки двигались уверенно. Он уже делал это раньше, и не раз. Ни один стражник у двери даже не подозревал, что в эту самую минуту принц Ричард исчезает из своей комнаты. Когда его ноги коснулись земли, он на мгновение замер, прислушиваясь. Вокруг было тихо. Стража стояла у дверей верхнего этажа, и никто не ожидал, что принц может оказаться снаружи. Ричи быстро выпрямился и, стараясь выглядеть как можно спокойнее, направился вдоль стены дворца к окнам нижнего этажа. К окну Уилла. Сердце всё ещё колотилось, но теперь уже не только от страха. Он остановился под знакомым окном и тихо постучал по стеклу. Один раз. Потом ещё. Несколько секунд ничего не происходило. Затем занавеска чуть дрогнула. В окне показалось лицо Уилла. Ричард заметил, как тот сначала удивился, потом буквально застыл. Уилл быстро распахнул окно. — Ричард?! — прошептал он, не веря своим глазам. — Как Вы… Он уже собирался впустить его внутрь, но Ричард не дал ему договорить. Принц ловко забрался на подоконник, опираясь одной рукой о раму. И в следующее мгновение притянул Уилла к себе. Резко. Не оставляя времени на слова. Его губы накрыли губы Уилла. Поцелуй был жадным и отчаянным, будто Ричард боялся, что другого шанса уже не будет. Его пальцы крепко держали Уилла за ворот рубашки, притягивая ближе. На этот раз всё ощущалось совсем не таким, как раньше. Глубже. Требовательнее. Ричард приоткрыл губы и настойчиво углубил поцелуй, на мгновение коснувшись чужого языка, будто пытаясь запомнить это ощущение. В нём было слишком много всего сразу: желание, отчаяние, прощание. Уилл даже не успел толком отреагировать. Поцелуй длился всего несколько секунд. Но этих секунд хватило, чтобы дыхание сбилось. Ричард резко отстранился. Глаза его блеснули странным светом — решимостью… и чем-то ещё. Он быстро сунул сложенное письмо в руки Уиллу. — Прочитай, — тихо сказал он. И прежде чем Уилл успел что-то ответить… Ричард уже спрыгнул с подоконника. Он мягко приземлился на землю, почти бесшумно. Затем сразу развернулся и побежал. Через несколько секунд его фигура растворилась в темноте сада. А Уилл так и остался стоять у окна. С письмом в руках.