ястреб и лисица

Лондон засыпало снегом. Февраль выдался злым: ветер срывал с деревьев последние листья, а небо сыпало на город крупными хлопьями, которые тут же превращались в серую кашу под колесами машин. Пик сидел за рулем своего черного Cadillac Escalade, барабаня пальцами по рулю и прожигая взглядом дорогу впереди. — Прекрати психовать, — спокойно сказала Эмма с пассажирского сиденья. — Никуда твоя пробка не денется. — Я не психую, — рявкнул Пик, хотя именно этим он и занимался. Эмма закатила глаза. Она знала брата двадцать девять лет. Когда он начинал так сжимать руль, что кожа скрипела, лучше было заткнуться и смотреть в окно. Но Эмма не умела долго молчать. — Слушай, я понимаю, что тебе не терпится разорвать контракты и послать тех двух истеричек куда подальше, но сначала завези меня в магазин. Я обещала Льву купить ту дурацкую игрушку, а без меня ты купишь что попало. — Я не дебил, — буркнул Пик, но скорость не прибавил. Снег валил стеной. Дорога впереди стояла. В зеркале заднего вида мелькали красные огни стоп-сигналов. А прямо перед ними, метрах в пятнадцати, тускло загорелась аварийка на черном BMW 9 серии. — О, смотри, какая красивая, — Эмма кивнула на машину впереди. — Черная девятка. Для омег же вроде позиционируется? Нежная такая... Пик фыркнул. — Тачку и бабу нельзя судить по обертке. Под капотом может быть зверь. — Как ты романтичен, прям заслушаться можно, — хмыкнула Эмма. В этот момент аварийка на BMW замигала активнее. Пик видел, как черный седан начал аккуратно сдавать назад. Водитель явно собирался освободить место. А потом Пик услышал вой сирены. Из-за поворота, прямо по встречной полосе, несясь сквозь снежную стену, вылетела скорая. За ней — полицейский автомобиль с мигалками. Они пытались пробиться сквозь пробку, но дорога была забита. — Твою мать, — выдохнул Пик. БМВ перед ним продолжал сдавать. Пик крутанул руль, тоже включил заднюю передачу и начал аккуратно сдавать назад, освобождая коридор. В зеркало он видел, что сзади тоже кто-то уступает. Все пытались дать дорогу скорой. Но снег валил. Видимость была хреновая. А расстояние между Cadillac и BMW сокращалось быстрее, чем хотелось бы. — Пик, тормози! — крикнула Эмма. Поздно. Глухой удар. Хруст пластика. Машины соприкоснулись бамперами — аккуратно, будто поцеловались в щеку. Cadillac клюнул носом, БМВ качнуло вперед. — Бля-я-ядь, — протянул Пик, выкручивая руль и останавливаясь. Скорая тем временем проскочила. Но недалеко. В двадцати метрах впереди, на перекрестке, который они пытались расчистить, творился ад. Какая-то машина, не пропустившая скорую, вылетела на перекресток, и скорая врезалась в нее боком. Удар был чудовищный. Белая машина перевернулась и замерла на боку. Вторая легковушка тоже перевернулась, из-под капота повалил дым, а через секунду вспыхнул огонь. — Господи, — Эмма прижала ладонь ко рту. — Пик, там пожар! — Далеко, — коротко бросил Пик, оценивая расстояние. — Там уже полиция, они справятся. У нас своя проблема. Он вышел из машины. Снег тут же залепил лицо. Из БМВ тоже выбрался водитель. Пик ожидал увидеть какого-нибудь напыщенного омегу в норковой шубе, который начнет визжать и топать ногами. Он увидел рыжие волосы, запушенные снегом, и знакомые лисьи глаза, которые сейчас метали молнии. — Ты совсем охренел?! — заорал Вару, прожигая Пика взглядом. — Я аварийку включил за полминуты до того, как начал сдавать! Ты слепой или просто рукожопый?! Пик моргнул. Из всех людей в Лондоне он должен был стукнуть именно этого рыжего нахала. — Я тебя пропускал, придурок! — рявкнул он в ответ. — Скорая ехала! Я назад сдавал! — А глаза тебе зачем?! Надо было смотреть, куда едешь, а не на скорую пялиться! — Вару ткнул пальцем в сторону дыма и огня. — Вон, смотри, что творится! А я теперь с помятым бампером! — Твой бампер — царапина! — Пик шагнул ближе, и Вару пришлось задрать голову, чтобы смотреть на него. — У меня машина вообще-то тоже пострадала! — Ой, бедненький, — Вару сложил руки на груди. — Купишь новую, Ботрящев. У тебя же денег куры не клюют. Пик скрипнул зубами. Этот омега выводил его из себя за пять секунд быстрее, чем кто-либо другой. — Ты вообще куда прешься в такую погоду? — рявкнул он. — На маникюр, педикюр и лазерную эпиляцию! — Вару гордо вскинул подбородок. — Я, в отличие от некоторых, слежу за собой. А ты куда? — Сестру в магазин везу! — Пик махнул рукой в сторону Cadillac, где Эмма уже вылезла и с интересом наблюдала за перепалкой. — О, привет, Эмма, — Вару вдруг переключился и помахал ей рукой. — Красивое пальто! — Спасибо, — растерянно ответила Эмма. — Ты с ней знаком?! — Пик чуть не задохнулся от возмущения. — Виделись на балу, — Вару пожал плечами. — А ты, видимо, не в курсе, потому что занят был, кулаками махал или что ты там делал. Пик открыл рот, чтобы выдать очередную порцию мата, но Вару его перебил: — Слушай, у меня нет времени с тобой ссориться. Я опаздываю, мастер ждет, а эпиляция, между прочим, по записи. — Он достал телефон, глянул на время и поморщился. — Опоздала из-за тебя. — Из-за меня?! — взревел Пик. — Из-за тебя, из-за тебя. Ладно, страховку потом урегулируем. Номера я твои запомнила. — Вару развернулся и направился к своей машине, но на полпути обернулся. — Кстати, Ботрящев, если хочешь продолжить этот разговор, записывайся на прием. Я теперь занятой человек. И машину почини! Он сел в БМВ, через минуту черный седан аккуратно объехал место столкновения и скрылся в снежной пелене. Пик стоял под снегом, сжимая кулаки, и смотрел ему вслед. — Ну и характер, — выдохнула Эмма, подходя ближе. — Ты как? Жив? — Я его убью, — ровным голосом сказал Пик. — Я его просто убью когда-нибудь. — Ага, конечно, — усмехнулась Эмма. — По глазам вижу, что ты хочешь его совсем не убивать. Поехали уже, а то я замерзла. Пик молча сел в машину. В зеркало заднего вида он еще раз глянул на место аварии — там уже работали пожарные и полиция. Скорая, которая чуть не стала причиной их столкновения, теперь сама нуждалась в помощи. Жизнь — странная штука. — Думаешь, с теми людьми всё в порядке? — тихо спросила Эмма. — Там профессионалы работают, — буркнул Пик. — Мы бы все равно не помогли. Далеко. Он нажал на газ, и Cadillac медленно пополз вперед, объезжая место их короткой стычки. В салоне повисла тишина. Эмма украдкой посматривала на брата. Тот молчал, но на лице его было странное выражение. Злость? Досада? Или что-то другое? — Знаешь, — осторожно начала Эмма, — а Вару сегодня был прав. Ты реально слепой. — Чего? — Пик повернулся к ней. — Ты на него смотрел, как баран на новые ворота, когда он орал. И улыбался при этом. Сам не заметил? Пик резко отвернулся к дороге. — Заткнись, Эмма. Она тихо засмеялась. А где-то впереди, в черном BMW, Вару красила губы перед зеркалом заднего вида и улыбалась своим мыслям. Этот огромный злой альфа с его вечным "бля" и тяжелым взглядом начинал ее забавлять. Очень забавлять.