Douluo Dalu 3 Сумерки Серафима

Империя прошла мимо. Буквально. Разведчики Ань Ина вернулись через три недели с новостью: огромная армия Империи Солнца и Луны совершила манёвр на юго-восток, обходя основные силы Республики. Умный ход. Неожиданный. И абсолютно игнорирующий существование Города Тени. Мы не стоили их внимания. Слишком маленькие. Слишком незначительные. Оскорбительно, заметил голос с иронией. Они даже не посчитали тебя угрозой. "Хорошо," ответила я. "Пусть недооценивают." Но облегчение было огромным. Месяц напряжённой подготовки — укрепление стен, обучение ополчения, накопление запасов — оказался не напрасным, но и не протестированным в бою. Город выдохнул. Люди начали возвращаться к обычной жизни. А потом начались проблемы. Настоящие проблемы. Первый признак появился две недели спустя. Я проводила обычный утренний обход, когда Лю Янь перехватил меня у кузницы. — Госпожа, — его лицо было мрачным. — У нас ситуация. О нет, я подумала. Не снова. — Какая? — Торговцы. Точнее, их лидер. Человек по имени Чжан Бо. Он... он собрал группу. Около тридцати человек. Говорят, что хотят создать "совет представителей". Я остановилась. — Совет представителей? Что за бред? — Они говорят, что город вырос. Что одна правительница не может принимать все решения. Что нужна... демократия. Я рассмеялась. Коротко, без юмора. — Демократия. В городе изгоев. Управляемом тьмой. Конечно. — Они серьёзны, госпожа, — предупредил Лю Янь. — Чжан Бо — харизматичный оратор. Он убедил многих новоприбывших, что имеют право голоса в управлении городом. Я сжала кулаки. За последние полгода население выросло до шестисот человек. Новоприбывшие составляли почти половину. Торговцы, ремесленники, беглецы из разных королевств. Многие не знали, как строился город. Не видели первых дней. Не понимали, что Город Тени существует только потому, что я создала его из ничего. Они видели стены и думали, что заслуживают права решать, что с ними делать. Типичная проблема роста, сухо констатировал голос. Старожилы помнят. Новички требуют. "И что мне с этим делать?" Подави. Быстро. Пока это не переросло в настоящий бунт. — Где они сейчас? — спросила я. — В таверне. Проводят какое-то собрание. Около пятидесяти человек собралось послушать. — Пятьдесят, — я повторила. — Из шестисот. Не такая уж большая проблема. — Пока, — мрачно сказал Лю Янь. — Но если вы ничего не сделаете, число будет расти. Он был прав. — Хорошо. Идём. Таверна была переполнена. Не просто пятьдесят — ближе к семидесяти человек втиснулись в помещение, рассчитанное на сорок. Жарко. Душно. Напряжённо. В центре, стоя на импровизированной платформе из ящиков, был Чжан Бо. Крупный мужчина лет сорока, с громким голосом и уверенной манерой держаться. Торговец, привыкший убеждать людей купить товар. Сейчас он продавал другое. Идею. — ...и я спрашиваю вас, друзья! — гремел он. — Справедливо ли, что одна девочка решает всё? Где строить дома? Сколько платить ремесленникам? Кого принимать в город? Гул одобрения от толпы. — Мы все работаем! Все вносим вклад! Почему же только она имеет право голоса?! Я вошла через заднюю дверь, Хэйя следовал за мной. Огромный зверь едва протиснулся в дверной проём. Разговоры оборвались. Толпа расступилась. Чжан Бо увидел меня и осёкся на полуслове. — Госпожа, — выдавил он. — Мы не ожидали... — Очевидно, — холодно сказала я, продвигаясь вперёд. Толпа расступалась передо мной как море. Некоторые смотрели со страхом. Другие — с любопытством. Немногие — с вызовом. Я остановилась перед платформой, глядя на Чжан Бо снизу вверх. — Продолжай, — сказала я. — Ты говорил о справедливости. О праве голоса. Интересно послушать. Он сглотнул, но выпрямился. Набрался смелости. — Я... я просто говорю правду, госпожа. Город вырос. Шестьсот человек — это не маленькое поселение. Нам нужна система. Правила. Представительство. — У нас есть правила, — возразила я. — Три простых правила. Никакого насилия. Каждый работает. Моё слово — закон. Ты их нарушил? — Нет, но... — Тогда какая проблема? Он колебался, потом произнёс: — Проблема в том, что эти правила... они слишком простые. Город сложнее. Нужны законы о торговле, о правах собственности, о наследовании, о... — О том, как ограничить мою власть? — закончила я. Тишина. Чжан Бо покраснел. — Я не говорил... — Но думал, — я обвела взглядом толпу. — Вы все думали. Новоприбывшие. Те, кто пришёл, когда стены уже стояли. Когда запасы были полны. Когда город работал. Я шагнула на платформу рядом с Чжан Бо. Он отступил. — Позвольте рассказать вам историю, — громко сказала я. — Год назад здесь были руины. Мёртвая земля. Никого. Ничего. И пришла девочка с горсткой изгоев и решила построить что-то. Я указала на стены. — Эти стены? Я заставила своих зверей таскать камни. Эти здания? Я украла материалы из военных карьеров. Эти запасы? Я охотилась, торговала, выпрашивала каждую крошку. Толпа молчала. — А вы, — я посмотрела на Чжан Бо, — вы пришли два месяца назад. С караваном. Вас изгнали из Республики за незаконную торговлю. Я приняла вас. Дала кров. Защиту. Разрешила торговать здесь. — И мы благодарны... — Тогда почему пытаешься отобрать то, что построила я? — резко спросила я. Он вздрогнул. — Я не пытаюсь отобрать! Просто... просто хочу, чтобы у людей был голос! — У людей есть голос, — сказала я. — Они могут говорить со мной. С Лю Янем. С советниками. Каждый день я обхожу город. Слушаю жалобы. Решаю проблемы. Где здесь отсутствие голоса? — Но это не то же самое, что право голосовать... — Голосовать? — я усмехнулась. — За что? За то, строить ли седьмой барак или расширять огороды? За то, принимать ли новых беженцев? За то, как распределять запасы? Я наклонилась ближе к нему. — Ты хочешь голосования, Чжан Бо? Хорошо. Давай проголосуем прямо сейчас. Все в этой таверне. Толпа зашумела, удивлённая. — Вопрос простой, — продолжила я громко. — Кто должен управлять Городом Тени? Я — та, кто создала его. Или Чжан Бо — тот, кто пришёл два месяца назад и решил, что заслуживает власти? Чжан Бо побледнел. — Это... это не честно... — Почему? Ты хотел демократии. Вот она. Народ выбирает. Так кто за меня? Руки поднялись. Много рук. Не все — процентов шестьдесят. Но явное большинство. — А кто за Чжан Бо? Несколько рук. Может, десять. Его ближайшие сторонники. Остальные просто молчали, не поднимая рук. — Вот твоя демократия, — холодно сказала я. — Народ выбрал. Я остаюсь. Ты проиграл. Чжан Бо стоял, багровый от стыда. — Это не... это манипуляция! Вы использовали страх! — Я использовала факты, — возразила я. — Факт: я построила этот город. Факт: я защищаю его. Факт: большинство людей доверяет мне больше, чем тебе. Я повернулась к толпе. — Но знаете что? Чжан Бо прав в одном. Город вырос. Нужна система. Поэтому я объявляю следующее. Все слушали, затаив дыхание. — Раз в месяц будет собрание. Открытое. Где любой может выступить с предложением, жалобой, идеей. Я буду слушать. Советники будут слушать. И мы будем решать, что принять, а что отклонить. Гул одобрения. — Но, — я повысила голос, — окончательное решение всегда за мной. Потому что я несу ответственность. Если город падёт — это моя вина. Если процветает — моя заслуга. Вы хотите этой ответственности? Я посмотрела на Чжан Бо. — Ты хочешь? Готов ли ты умереть, защищая эти стены? Готов ли принимать решения, которые спасут сотни, но убьют десятки? Готов ли красть, лгать, подчинять, если это необходимо для выживания города? Он молчал. — Вот и я так думаю, — я спрыгнула с платформы. — Город нуждается в правителе, который готов делать трудные вещи. Жестокие вещи. Я — этот правитель. Если кто-то не согласен — ворота открыты. Можете уйти в любой момент. Я направилась к выходу. — Но если остаётесь — живёте по моим правилам. И первое правило — никаких тайных собраний. Никаких "советов представителей". Никаких попыток создать партию. Я обернулась у двери. — Чжан Бо. Ты и твои сторонники. У вас один шанс. Забудьте эту глупость. Вернитесь к работе. Или я найду причину считать вас угрозой городу. И угрозы я устраняю. Понятно? Он кивнул, дрожа. — Отлично. Я вышла из таверны в холодный день. Элегантно, одобрил голос. Ты дала им иллюзию выбора, публично унизила зачинщика и установила новую систему, которая выглядит как компромисс, но на самом деле не меняет ничего. "Я училась у лучших." У Биби Дон? "У власти." Но проблема не исчезла. Через неделю Лю Янь снова пришёл с докладом. — Чжан Бо тихо агитирует. Не открыто. Через личные разговоры. Убеждает людей, что вы тиран. Что город нуждается в освобождении. Я сидела за столом, просматривая финансовые отчёты. Подняла глаза. — Сколько он убедил? — Трудно сказать. Может, пятьдесят. Может, сто. Они не собираются открыто. Просто... шепчут. Рак, метко подытожил голос. Растёт медленно, скрыто, пока не становится неоперабельным. "Тогда нужно вырезать, пока рано." — У тебя есть доказательства? — спросила я Лю Яня. — Несколько человек из первых культистов слышали разговоры. Но ничего конкретного. Никаких планов восстания. Просто... недовольство. Недовольство. Самая опасная вещь в городе. Потому что недовольные люди делают глупости. Саботаж. Предательство. Бунт. — Приведи его ко мне, — сказала я. — Тихо. Ночью. Чтобы никто не видел. Лю Янь кивнул и ушёл. Я вернулась к бумагам, но не могла сосредоточиться. Ты собираешься убить его, заметил голос. Не вопрос. Утверждение. "Возможно." Это сделает его мучеником. Его сторонники только укрепятся. "Только если узнают, что это я. Если он просто... исчезнет... кто докажет?" Ах. Тёмный путь. Мне нравится. Я не ответила. Потому что часть меня ненавидела этот план. Часть меня всё ещё помнила ту девочку из Небесных Чертогов, которая верила в справедливость. В право людей на голос. Но та девочка была наивной. Та девочка не несла ответственность за шестьсот жизней. Я несла. И если для защиты этих жизней нужно убрать одного смутьяна... Я сделаю это. Ночью Лю Янь привёл Чжан Бо в мой дом. Торговец выглядел напуганным. Он знал, что это не социальный визит. — Госпожа, — начал он дрожащим голосом, — я не сделал ничего плохого... — Сядь, — приказала я, указывая на стул. Он сел. Лю Янь остался у двери. Хэйя лежал в углу, его красные глаза следили за каждым движением торговца. Я села напротив, изучая его. — Ты продолжаешь агитировать против меня, — сказала я прямо. — Нет! Я просто... просто разговариваю с людьми... — О том, что я тиран. Что город нуждается в освобождении. Не отрицай. У меня есть свидетели. Он побледнел. — Это... свобода слова... — В Городе Тени нет свободы слова, — холодно сказала я. — Есть три правила. И одно из них — моё слово закон. Подрыв этого закона — нарушение. — Но я не призывал к восстанию! Не планировал саботаж! Просто говорил... — Слова имеют силу, — оборвала я. — Особенно твои. Ты харизматичен. Люди слушают. И когда ты говоришь, что я тиран, они начинают верить. Сомневаться. А сомнения приводят к действиям. Я наклонилась вперёд. — Так вот что я предлагаю, Чжан Бо. У тебя два варианта. Он дрожал. — Какие? — Вариант первый: ты покидаешь город. Завтра. С караваном. Навсегда. Я не трону тебя. Не накажу. Просто уйдёшь и забудешь о Городе Тени. — А второй вариант? Я улыбнулась, и Чжан Бо отшатнулся — видимо, что-то в моих глазах его напугало. — Второй вариант: ты остаёшься. Но становишься моим. Полностью. Его глаза расширились. — Вы... вы хотите подчинить меня? Как культистов? — Именно, — подтвердила я. — Ты будешь работать. Торговать. Жить обычной жизнью. Но внутри... внутри ты будешь моим инструментом. Никаких собственных мыслей о власти. Никаких амбиций. Только служение городу через меня. Чжан Бо задрожал сильнее. — Это... это чудовищно... — Это реальность, — сказала я. — Я не могу позволить тебе продолжать. Ты угроза стабильности. Либо ты уходишь, либо становишься безопасным. Выбирай. Он молчал долго. Я видела борьбу на его лице. Гордость против страха. Амбиции против инстинкта самосохранения. Наконец он прошептал: — Я... я уйду. Завтра. С караваном. Я кивнула. — Мудрое решение. Я встала. — Лю Янь проводит тебя. Собирай вещи. Утром я хочу видеть тебя у ворот. Чжан Бо быстро поднялся и побежал к двери. У выхода он обернулся. — Вы правда стали бы... подчинили бы меня? Украли волю? Я посмотрела ему в глаза. — Без колебаний. Если бы это было необходимо для защиты города. Он вздрогнул и исчез в ночи. Лю Янь остался. — Вы действительно отпустили его? — удивлённо спросил он. — Я думал... — Что я убью его? — я усмехнулась. — Подумала об этом. Но его смерть создаст больше проблем, чем решит. Лучше изгнание. — А если он вернётся? С войском? С обвинениями? — Тогда он умрёт, — просто сказала я. — Но сейчас... сейчас он просто испуганный торговец, который узнал, что власть — это не игра. Лю Янь кивнул и ушёл. Я осталась одна с Хэйей. Мягкая, оценил голос. "Прагматичная," поправила я. "Мёртвый мученик опаснее живого труса." Интересный баланс ты ищешь. "Баланс между тираном и правителем." И как идут поиски? Я посмотрела в окно на спящий город. "Пока не знаю. Спроси меня через год." Утром Чжан Бо ушёл. Тихо. Без фанфар. Просто собрал вещи, взял свой караван и исчез за воротами. Некоторые его сторонники тоже ушли. Человек десять. Те, кто действительно верил в его идеи. Остальные остались. Поняли урок. В городе не нужна демократия. Нужна сила, которая защищает. И эта сила — я. Хорошо это или плохо — время покажет.