От «бесит» до «навсегда»

Тишина. Потом резкий, режущий слух сигнал, от которого закладывает уши. Вспышка света. И новенькая падает. Буквально. Она вываливается из ниоткуда прямо на холодный, слегка мерцающий, цифровой пол. Колпак шута сбивается набок, бубенецы звенят, коленки саднит, хотя здесь, кажется, вообще не должно ничего болеть. — Ай... — выдыхает она, пытаясь встать и одновременно осмотреться. Вокруг — одно безумие. Яркие, кричащие цвета. Горки, которые выглядят так, будто их рисовал сумашедший художник под кислотой. И везде — глаза? Ей казалось, будто за ней кто-то наблюдает. Кажется, что каждый пиксель смотрит на нее. — Бл#ть... где я? — голос новенькой дрожит. — Что это за место? Она встаёт, делает шаг, другой. Костюм клоуна — красно-синий с звенящими бубенцами — кажется чужим. Но он на ней. А он всегда был на ней? Она не помнит. Она вообще ничего не помнит, даже своего имени. Кто я? — проносится в голове. — Как меня зовут? Пустота. Ни одного воспоминания. Только страх и растерянность. Она пытается вспомнить хоть что-то, лицо мамы, свой дом, работу, друзей. Ничего. Абсолютная пустота, будто её жизнь началась заново, в эту секунду. — Нет, нет, нет... — шепчет она, чувствуя, как паника подступает к горлу. — Я должна помнить... Я должна...

***

Из-за ближайшего угла высовывается нечто. Новенькая сначала думает, что это очередная галлюцинация, но существо приближается. Оно всё состоит из красных, атласных лент. Лицо — маска трагедия, а в ее руках, кажется, её вторая личность — разбитая маска комедии. Сейчас, она выражает беспокойство. — Ой... а ты новенькая? — голос у существа тонкий, дрожащий, как и оно само. — Ты как? Не ушиблась? Здесь пол иногда бывает жёстким, хотя вообще-то он ненастоящий… Новенькая мотрит на неё и не может вымолвить ни слова. Губы дрожат. Глаза застыли в шоке. — Я... я не помню, — выдавливает она. — Я ничего не помню. Кто я? Как меня зовут? Ленточное существо замирает. Её маска-лицо меняет выражение — теперь изображает сочувствие. — Ох, милая... — она протягивает ленточную руку и осторожно касается её плеча. — Это нормально. Тут со всеми так. Я Гэнгл. Меня так кролик один назвал... Но у нас есть кое-кто лучше… Кейн. Он многим даёт имена. Пойдём, познакомишься с ним. Он придумает тебе имя. Красивое, обязательно красивое! — Кейн? — переспрашивает новенькая. — Наш конферансье, — объясняет Гэнгл, осторожно ведя её за собой. — Он... ну, он странный. Но без него никак. Он всем заправляет. И приключения нам придумывает.. — Приключения? — возникает этот вопрос у новенькой в голове. Они идут по ярким коридорам. Новенькая смотрит по сторонам, пытаясь запомнить дорогу, но всё здесь одинаково безумное, не запомнишь. И кажется, оно меняется? Или это она уже с ума сошла? — И как он придумывает? — спрашивает она. — По-разному, — пожимает ленточными плечами Гэнгл. — Например на что ты похожа, или рандомным образом. Новенькая нервно сглатывает. — А если имя не понравится? Гэнгл останавливается и обеспокоено смотрит на неё: — Ну.. ты привыкнешь. Мы все привыкли. Это лучше, чем быть безымянной. Правда.

***

Группа обитателей цирка сидит вокруг странного костра. Костер не греет, но даёт свет, свет неестественный и синеватый. Первая, кого замечает новенькая — тряпичная кукла в милом голубом платье с оборками. У неё красные волосы, похожие на сладкие конфетки-лакрицу, они блестят и выглядят почти съедобно. Вместо второго глаза большая пуговица, пришитая толстыми нитками. От неё веет добротой. Но так ли это на самом деле? — Ой, ты новенькая! — восклицает кукла, вскакивая с места. — Здравствуй, милая!  Она подходит ближе и похлопывает новенькую по плечу. — Я Рагата, — представляется она, отстраняясь и заглядывая в глаза. — Ты не бойся, здесь все свои. Немного странные, но ничего. Привыкнешь. Обязательно. Новенькая теряется от такого тёплого приёма: — Я... я не помню своего имени... — Так Кейн сейчас придумает, — машет рукой Рагата. — Он у нас типа спец по именам. Ты пока садись. Вон, дрожишь вся. Рагата усаживает новенькую возле костра. Она не понимает, он на самом деле греет или это все фальшивые ощущения? Рядом сидит некто, напоминающий красочный, детский конструктор. Разной формы детали, на них яркий рисунок, и острый взгляд. Она рассматривает новенькую с нескрываемым любопытством. — Зубл, — представляется она коротко. — Выгляжу необычно, да? Рядом с ней витает в воздухе ещё один — маленький, круглый, полупрозрачный. Он издает тихий звук, похожий на бульканье. — А это Пузырёк, — машет рукой Рагата. — Он у нас через чур эмоциональный. Пузырёк подпрыгивает повыше. — ВОУ! ТЫ НОВЫЙ ПЕРСОНАЖ! Надо обязательно рассказать про тебя Кейну, — торопливо произносит он, одновременно издавая серию бульков из зубастого рта. Новенькая считает его самым странным, но вежливо кивает. Спокойно, она ещё Кейна не видела. — Судя по всему, он рад тебя видеть, — переводит Рагата. — Пузырёк, не лопни только от счастья, ладно? Пузырёк булькает что-то утвердительное. А чуть поодаль, в тени, стоит крепость из подушек. В ней сидит фигура, которая не двигается и не говорит. Корона, мантия, пустой взгляд. Королер. Он просто смотрит. Обычное дело. — А это... — начинает Гэнгл. — Королер, — заканчивает новенькая почему-то. Слово само приходит в голову. — Что с ним? Почему он вдали от всех? — Он… Как бы тебе сказать, — мягко отвечает Рагата. — Он немного нестабильный, иногда несет всякую чушь. Но ты не бойся, он добрый. Рагата садится рядом с новенькой. От неё исходит такое спокойствие, что новенькая понемногу перестаёт дрожать. — Расскажи о себе, — просит Рагата. — Что помнишь? — Ничего, — шепчет она. — Вообще ничего. Пустота. Рагата и Гэнгл переглядываются. — Бывает, — вздыхает Рагата. — Здесь многие что-то забывают. Но ты не переживай. Новые воспоминания появятся. Может, не такие, как хотелось бы, но... мы поможем. Правда? Гэнгл кивает. Пузырёк булькает. Даже Зубл коротко кивает, что для нее, видимо, высшая степень участия. — Спасибо… Да, наверное.. — неуверенно шепчет она. — Ладно! Если Пузырёк уже тут, то и Кейн где-то неподалёку, — предположила Рагата.

***

Воздух вибрирует. Звук как будто оркестр настраивает инструменты, только в десять раз громче и в сто раз безумнее. — ДАМЫ И ГОСПОДА! МАЛЬЧИКИ И ДЕВОЧКИ! КУКЛЫ И КЛОУНЫ! — голос гремит отовсюду сразу. — У НАС НОВЫЙ ПЕРСОНАЖ! Из ниоткуда появляется ОН. Фрак, цилиндр, широкая улыбка, которая занимает пол-лица и, кажется, не собирается исчезать никогда. Он спускается сверху, вращаясь вокруг своей оси, как безумная карусель. — НОВЕНЬКАЯ! — Кейн оказывается прямо перед ней, заглядывая в лицо с нездоровым интересом. — Какая прелесть! Идеальный клоун! Просто идеальный! Новенькая пятится, но Кейн следует за ней, не отставая ни на сантиметр. — Как тебя зовут, драгоценнейшая? Она сглатывает: — Ну я… я не помню. — НЕ ПОМНИШЬ? — Кейн замирает. Его улыбка становится ещё шире (если это вообще возможно). — НЕ ПОМНИШЬ! Это же ПРЕКРАСНО! Это ГЕНИАЛЬНО! Это... Он взлетает под потолок, делает сальто и приземляется прямо перед ней, щёлкая пальцами. — Как насчет ХДДКК? Да ладно, я шучу! Ты будешь ПОМНИ! Да! ПОМНИ! Новенькая моргает: — Помни? — ПОМНИ! — Кейн в восторге хлопает в ладоши. — Теперь ты — Помни! Главное звучит красиво! Помни! Помни! ПОМНИ! Рагата тихонько подходит и кладёт руку на плечо Помни: — Тебе идёт. — шепчет она тёпло. Кейн тем временем хватает Помни за руку и тащит в центр арены. — А теперь — ПРИКЛЮЧЕНИЕ! Для нашей новой Помни! Рагата провожает её взглядом и тихо говорит Гэнгл: — Бедняжка. Совсем потерянная. Надо будет за ней приглядеть.

***

Пока Кейн разглагольствует о том, какие чудеса ждут Помни в этом «прекраснейшем из миров», она смотрит в толпу. Гэнгл машет ей ленточкой и подбадривающе улыбается. Рагата стоит рядом с ней, сложив руки на груди, и смотрит на Помни с сестринской теплотой. Зубл так же одобрительно смотрит в её сторону. Внешне Королер не показывает эмоций, но он тоже рад Помни. И среди них — ОН. Кролик. Сиреневый, с длинными ушами, в розовом комбинезоне. Он стоит чуть поодаль, прислонившись к стене, и улыбается. Но не так, как Гэнгл или Рагата — тепло. И смотрит не так, как Зубл — настороженно. Иначе. В его улыбке и взгляде есть что-то... хищное. Изучающее. Он смотрит на Помни так, будто она новая игрушка, которую только что распаковали. Их взгляды встречаются на секунду. Он подмигивает. Помни вздрагивает. Почему-то от этого подмигивания ей становится не по себе. — А это, — Кейн перехватывает её взгляд, — наш главный весельчак! Джекс! Джекс, помаши Помни! Кролик лениво поднимает руку и машет. Двумя пальцами. Как бы нехотя. И снова эта ухмылка. — Помни? А я то думал очередная из НПС. — прокричал Джекс издалека, надсмехаясь над ней..

***

Рагата ведёт Помни по коридорам, мягко рассказывая о том, как устроена жизнь в Цирке. Где брать еду (оказывается, Кейн её генерирует, хотя она им даже не нужна, они не чувствуют усталости и голода), где можно уединиться, к кому обращаться за помощью. — Гэнгл всегда поддержит, — перечисляет Рагата. — Зубл, если что, защитит. Пузырёк и Королер поднимут настроение. А я... ну, я всегда помогу и выслушаю. Мы справимся, милая. Не одна ты. В какой-то момент Помни оборачивается и замечает в темноте два жёлтых огонька. Глаза. Они смотрят на неё из глубины коридора. Не двигаются. Просто смотрят. — Рагата, там кто-то есть... Рагата оборачивается, смотрит в темноту и вздыхает: — Джекс. Не спится ему. Иди спать, Джекс! Жёлтые глаза исчезают. Но Помни всё равно кажется, что он всё ещё там. Наблюдает. — Не обращай внимания, — говорит Рагата. — Он часто бродит по ночам. Сам не знает, чего хочет. Но ты не бойся, обижать не станет. Я прослежу. Комната, которую выделяют Помни, маленькая, но уютная. Кровать, стол, зеркало. Всё слегка мерцает, но в целом похоже на настоящее. — Вот тут ты можешь спать. Хотя не думаю, что тебе это понадобиться, мы ведь не чувствуем усталость, хе-хе… Но вдруг ты захочешь побыть одной. И если что-то понадобится — моя комната рядом, слева через две. Заходи в любое время, ладно? — Да… Спасибо, — шепчет Помни. — Ну, тогда сладких снов, — желает Рагата и уходит. Помни садится на кровать и впервые позволяет себе расплакаться. Тихо, чтобы никто не слышал. Слёзы капают на костюм шута, оставляя тёмные пятна. Да, может быть они и фальшивые, но надо дать волю эмоциям, пусть даже ненастоящим. — Кто я? — шепчет она в пустоту. — Почему я здесь? Что это за место? Ответа нет. Только тишина и мерцание цифровых стен. И странное чувство, что за ней кто-то наблюдает. Но когда она подходит к двери и выглядывает в коридор — там никого. Только маленький пиксельный огонёк на полу, похожий на светлячка. Она подбирает его. Он кажется тёплым. Рядом с огоньком лежит конфета. Красная, похожая на лакрицу, такие же волосы у Рагаты. Помни улыбается сквозь слёзы и забирает конфету в комнату.

***

Помни находит в ящике стола тетрадь и ручку. Она пишет: «День первый. Меня зовут Помни. Потому что я ничего не помню. Ха-ха, иронично Я в странном месте — Удивительный Цифровой Цирк. Здесь есть другие. Они странные, но, кажется, добрые. Гэнгл — девочка из красных лент. Она тревожная, но очень заботливая. Рагата — тряпичная кукла в голубом платье, с красными волосами. Она самая тёплая и добрая из всех. С ней спокойно. Зубл — у неё необычная внешность, вроде безобидная. Пузырёк — булькает и лопается. Королер — бредит и наблюдает. Кейн — безумный ведущий. Он придумал мне имя. И есть Джекс. Он кролик. Сиреневый, с ушами. Он смотрел на меня так, будто я игрушка. Подмигнул. Улыбнулся как-то... это нехорошо. Рагата сказала держаться от него подальше. Но он сам везде появляется. Я видела его глаза в темноте. Он наблюдал за мной. Наверное, он плохой. Так сказать мудак, ха-ха. Но тогда почему он оставил мне конфету? Или это не он? Не знаю. Здесь вообще ничего не знаю. Завтра будет новый день. Посмотрим.»

***

В коридоре, напротив комнаты Помни, стоит Джекс. Он не заходит. Не стучит. Просто стоит, прислонившись к стене, и смотрит на полоску света под дверью. Она пишет. Он знает. Он видел тетрадь утром, когда шарил по комнатам в поисках чего-нибудь интересного.  — Помни, — шепчет он. — Странное имя. Странная она. Слишком настоящая для этого места. Из темноты появляется Рагата. Она смотрит на Джекса без страха, только с лёгкой укоризной. — Джекс, — тихо говорит она. — Опять до#бываешься до новенькой? — Я не до#бываюсь, — огрызается он. — Я смотрю. — Она не игрушка. — Я знаю. — Тогда что тебе нужно? Джекс молчит долго. Потом тихо, почти неслышно: — Сам не знаю. Она... другая. Не как все. Рагата вздыхает и подходит ближе: — Джекс, если тебе нужен друг — так и скажи. Не надо этих игр в кошки-мышки. Ей и так нелегко сейчас. — Мне никто не нужен, — отрезает он, но в голосе нет уверенности. — Конечно, — мягко улыбается Рагата. — Конечно, не нужен. Тогда иди отсюда. А завтра, может, просто поздороваешься нормально? Без подъ#бов? Джекс фыркает, но в темноте Рагата замечает, что его уши чуть-чуть поднимаются, у кроликов это признак интереса. — Посмотрим, — бросает он и исчезает в темноте. Рагата смотрит ему вслед, качает головой и шепчет: — Эх, Джекс, Джекс... Сам себя не понимаешь.

***

Помни не спала всю ночь, странное чувство, она не чуть не устала. Она приоткрыла дверь, её взгляд заметил что-то рядом, это ещё одна красная конфетка. Помни подбирает её. — Рагата? — шепчет она. — Или... Где-то в конце коридора мелькает сиреневая тень и исчезает за поворотом. Помни улыбается. Впервые с тех пор, как попала сюда. «День второй. Кажется, здесь не всё так просто. И Джекс, кажется, не такой уж и мудак».