От «бесит» до «навсегда»

Помни не спала. Она просто лежала с закрытыми глазами, думая о вчерашнем дне. Тело не чувствовало усталости — здесь вообще ничего не чувствовалось по-настоящему. Но мозг требовал передышки от этого безумного места. Она открыла глаза и несколько минут просто смотрела в мерцающий потолок. Вчерашний день казался сном. Суматошным, страшным, но при этом почему-то тёплым. На тумбочке рядом с кроватью лежали четыре вещи: вчерашний пиксельный огонек (он всё ещё слегка светился), и две красных конфеты (Помни так и не съела их, просто берегла) и записка. Она взяла записку. Почерк аккуратный: «Доброе утро, Помни! Завтрак в главном зале. Пузырёк испек пиксельные булочки (почти как настоящие!). Приходи, не стесняйся. Если заблудишься, просто иди на голос Кейна. Его слышно отовсюду. P.S. Если встретишь Джекса, не волнуйся. Он громкий, но безобидный. Почти. С любовью, Рагата ❤️» Помни улыбнулась и прижала записку к груди. Рагата... она как тёплое одеяло в этом холодном цифровом мире. Она встала, поправила колпак шута (это почему-то успокаивало) и вышла в коридор.

***

Помни пошла на звук. Кейн действительно был слышен отовсюду, он вещал что-то про «великое утро в цирке» и «обязательную программу развлечений». Главный зал оказался огромным. Вчера, в панике, Помни не рассмотрела его как следует. Сегодня она видела: высокий купол, арена, горки... и уютный уголок справа, где кто-то организовал нечто вроде гостиной. Рагата хлопотала у столика. Она раскладывала по тарелочкам что-то круглое, слегка светящееся. — О, Помни! — заметила Рагата её и тут же расплылась в тёплой улыбке. — Иди сюда, Помни! Садись! Как прошла ночь? Не страшно было? Я волновалась, честно говоря. Даже хотела зайти проведать, но подумала, вдруг помешаю? Просто… не хочу навязываться. Она говорила быстро, ласково, одновременно усаживая Помни на стул и пододвигая к ней тарелочку с булочками. — А… спасибо, — Помни почувствовала, как от этой заботы у неё защипало в носу. — Всё хорошо. Вы так... заботитесь обо мне. — А как иначе? — Рагата удивлённо посмотрела на неё своим одним глазом. — Ты теперь одна из нас. Мы должны держаться вместе. Это Цирк, милая, здесь без поддержки никак. — Я рада этому, Рагата, — перехватила Помни, её голос звучал серьезно. — Я благодарна вам за помощь и поддержку, но не удосуживайтесь сильно, я же не ребенок, чтобы за мной постоянно следили. Рагата на секунду перестала улыбаться, она посмотрела на Помни с жалостью и ничего не ответила, продолжив раскладывать булочки на тарелки. Помни замешкалась. Хотела ей что-то сказать, но не стала.  Тут прилетел Пузырёк. Он облетел вокруг стола и остановился. — Всем приятного аппетита! Эти булочки приготовленны с любовью! — пропел Пузырёк. Гэнгл сидела тут же, её ленточное тело слегка подрагивало, то ли от волнения, то ли просто так устроено. Она уже «съела» половину булочки (она просто держала её в руках, и булочка понемногу исчезала) и теперь довольно покачивалась. — Очень вкусно, Пузырёк, — сказала она. — Почти как настоящие! — Я старался, — ответил Пузырёк, разевая свой зубастый рот. — Кейн обещал обновить рецепты, дальше вас ждет П#ЗДЕЦ какая вкусная еда! — Пузырёк! Нельзя так говорить! — внезапно послышался голос Кейна из ниоткуда. — Он все слышит? Даже когда его нет рядом? Это супер странно. — пронеслось у Помни в голове.  Зубл появилась бесшумно — просто возникла за спиной Помни, и она вздрогнула, когда та сказала: — Булочки. Хорошо. — Зубл! — укоризненно воскликнула Рагата. — Не подкрадывайся так! — Я не подкрадывалась. Я пришла, — пожала плечами Зубл, усаживаясь за стол. Она взяла булочку, но у Зубл нет рта. Вспомнив об этом, она закатила глаза и положила её обратно. Помни держала булочку в руках. Она была пиксельная, слегка тёплая, с приятным сладковатым запахом. Помни понятия не имела, что будет, если её «съесть». — А где... — начала она и осеклась. — Джекс? — закончила Рагата. — Не знаю. Он редко приходит на наши посиделки. Предпочитает появляться, когда его не ждут. Ты не обращай внимания. Но Помни почему-то обратила. Она сама не понимала, почему её волнует, где этот бесячий кролик.

***

После «завтрака» Рагата взяла Помни под руку: — Пойдём, Помни, я покажу тебе Цирк. Настоящий. Не тот, что Кейн показывает на приключениях. Они пошли по коридорам. Рагата показывала: · Где можно уединиться, если станет слишком грустно («Вот эта дверь ведёт в тихую комнату. Там почти нет звуков. Я иногда прихожу сюда, когда всё слишком») · Где брать вещи («Кейн генерирует по запросу. Просто скажи, что нужно, и он создаст. Правда, иногда получается не так как надо, например внешне, но это уже мелочи») · Куда нельзя ходить («Вот этот коридор лучше обходить. Там глоинки. Они не опасные поодиночке, но стаей могут донимать. Про их королеву говорить не стану, лучше её не встречать.») Помни впитывала информацию как губка. Ей было важно знать правила этого странного места. — А ты? — спросила она. — Ты давно здесь? Рагата задумалась: — Не помню. Здесь время течёт иначе. Я... наверное, давно. Но не так давно, как Королер. Он здесь дольше всех. Ещё Джекс, он тут тоже довольно долго. — А какой он? На самом деле? Рагата остановилась и внимательно посмотрела на Помни: — Ты почему спрашиваешь? — Просто... он странный. Вчера он смотрел на меня. А потом под дверью были конфеты и огонек. Это он? Рагата улыбнулась загадочно: — А ты как думаешь? — Не знаю. Конфеты похожи на твои волосы. Может, ты? — Я положила конфеты, да, — кивнула Рагата. — А вот огонек... не я. — Значит, он? — Джекс не монстр, Помни, — мягко сказала Рагата. — Он просто... не умеет иначе. Он привык быть один. Привык, что все его боятся или не любят. И когда появляется кто-то, кто ему... интересен, он не знает, что делать. Вот и ходит вокруг, оставляет огоньки, а сам прячется. — Почему он просто не подойдёт и не поговорит? — Потому что это страшно, — просто ответила Рагата. — Подойти и сказать «привет, давай дружить» страшно для любого. А для того, кто давно один, особенно. Раньше у него были друзья, но они… сейчас не здесь, ему сложно завести ещё друзей, я думаю, он будет боятся потерять их снова. Помни задумалась.

***

Они проходили мимо какой-то извилистой горки. И тут из-за горки появился ОН. Джекс. Сегодня без своей вечной ухмылки. Скорее задумчивый. Уши слегка опущены. Он шёл, смотрел под ноги и не замечал их. — Джекс! — окликнула Рагата. Он вздрогнул. Поднял голову. Его взгляд наткнулся на Помни, и... произошло что-то странное. Он буквально на секунду потерялся. Глаза расширились, уши дёрнулись вверх. А потом, маска. Знакомая ухмылка наползла на лицо, как туча на солнце. — О, Помни! — протянул он, лениво приближаясь. — Выжила после первой ночи? А я думал, Цирк тебя переварить пытался. Иногда у него такое бывает с нежными созданиями. — Я не нежное создание, — Помни почувствовала, как внутри закипает раздражение. — И меня не переваривают. — Ой-ой-ой, какие мы колючие, — Джекс обошёл её по кругу, разглядывая. — А бубенецы то звенят. Прямо как вчера. Милота. — Перестань, — Рагата мягко, но твёрдо встала между ними. — Джекс, хватит. Она новенькая. Дай человеку освоиться. — Я и даю, — пожал плечами Джекс. — Просто общаюсь. Разве нельзя? — Можно, но по-человечески, — Рагата посмотрела на него с укором. — Без подъ#бов. Помни удивительно взглянула на Рагату. В её голове возник вопрос. — Рагата и мат? Не думала, что она умеет так общаться. Джекс замер. Его уши опустились ещё ниже. Он посмотрел на Рагату, потом на Помни, и в его глазах мелькнуло что-то... обиженное? Но длилось это долю секунды. — Ладно-ладно, не ворчи, Рагги, — он поднял руки в примирительном жесте. — Буду паинькой. Пока. И ушёл, даже не обернувшись. Помни смотрела ему вслед: — Он что всегда такой? — Всегда, — вздохнула Рагата. — Но ты не думай, он не со зла. Просто... защищается. — От чего? — От всего, — тихо сказала Рагата. — Пойдём, Помни. Я покажу тебе ещё кое-что.

***

Рагата привела Помни в небольшую комнату, заваленную тканью, нитками, лоскутками и какими-то инструментами. — Это моя мастерская, — объявила она с гордостью. — Кейн одобрил идею сгенерировать её. Я здесь шью, люблю это дело. Хочешь, тебе что-нибудь сделаю? Помни огляделась. Здесь было уютно. Совсем не так, как в остальном Цирке. Здесь пахло тканью (если у цифровых тканей мог быть запах), и всё казалось... настоящим. — Ты это всё сама? — удивилась Помни. — Ага, — кивнула Рагата. — Я это люблю. Помогает не сходить с ума. Она села за столик и взяла в руки какую-то незаконченную игрушку, маленького зайца из голубой ткани. — Вот, для Гэнгл делаю. Она просила что-то мягкое, чтобы обнимать, когда грустно. А у неё это часто. Даже очень. Помни села рядом и смотрела, как ловко тряпичные руки Рагаты управляются с иголкой. — А ты? — спросила Рагата, не отрываясь от работы. — Ты чем занималась? До того, как... ну, до Цирка? Помни задумалась. Воспоминаний не было, но были какие-то ощущения. — Не знаю, — честно ответила она. — Я ничего не помню. Может быть я любила экстрим… но работала на скучной работе. Это похоже на меня.  — Может быть, — кивнула Рагата.  Она закончила зайца и протянула его Помни: — Держи. Это тебе. — Мне? — Помни удивилась. — Но ты для Гэнгл делала... — Гэнгл подождёт, — улыбнулась Рагата. — А тебе, кажется, нужнее. Чтобы было кого обнимать, когда страшно. Помни взяла зайца. Он был мягкий, и от него пахло домом. Тем, которого у неё теперь не было. Она обняла игрушку и почувствовала, как к горлу подступают слёзы. Но не горькие. Почему-то светлые. — Спасибо, — шепнула она. — Ой, да не за что, Помни, — Рагата погладила её по голове. — Рада, что тебе понравилось.

***

— ВНИМАНИЕ! ВНИМАНИЕ! — прогремел голос Кейна отовсюду сразу. — ЧЕРЕЗ ЧАС ВЕЛИКОЛЕПНОЕ ПРИКЛЮЧЕНИЕ! ВСЕМ БЫТЬ НА АРЕНЕ! ОПОЗДАВШИХ ЖДЁТ ОСОБЫЙ СЮРПРИЗ! Рагата закатила глаза: — Ох уж эти его приключения... Ну ничего, привыкнешь. Он любит устраивать разные шоу. Просто учавствуй в них, они не сложные, иногда. Он это любит. — А что будет, если не участвовать? — спросила Помни. — Он придумает что-нибудь похуже, — вздохнула Рагата. — Так что лучше участвовать. Пойдём, пора.

***

Арена была залита светом. Кейн носился под куполом, разбрасывая конфетти (оно было пиксельным и исчезало, не долетая до пола). Обитатели Цирка стояли и смотрели на него. Помни стояла между Рагатой и Гэнгл. Гэнгл взволнованно переглядывалась то с Рагатой, то с Зубл. Королёр тоже здесь, стоял недалеко от ребят. Джекса не было. — А где... — начала Помни. — Не знаю, — пожала плечами Рагата. — Может не пришёл. Он часто стал прогуливать приключения. Кейн злится, но ему ничего сделать не может. Джексу всё равно. — ПОЧЕМУ НЕ ВСЕ В СБОРЕ? — Кейн внезапно появился прямо перед ними, вися в воздухе вниз головой. — ГДЕ ДЖЕКС? — Не знаем, — хором ответили все. — Видимо др#чит у себя в комнате, — усмехнулась Зубл. — В его духе. — ЗУБЛ! Не позволю таких сквернословий в своем цирке! — восклицает Кейн. Он надулся (буквально — его лицо, то бишь челюсть, раздулось, как шар): — НЕПОРЯДОК! БЕЗ ПОРЯДКА НЕТ ЦИРКА! А БЕЗ ЦИРКА НЕТ... ЦИРКА! Он сдулся и исчез, чтобы через секунду появиться снова — уже на сцене, во фраке и с микрофоном. Сцена появилась неожиданно, вместе с ним. — ЛАДНО! НАЧИНАЕМ БЕЗ НЕГО! СЕГОДНЯШНЕЕ ПРИКЛЮЧЕНИЕ — ПРЕДСТАВЛЕНИЕ В ЦИРКЕ, КАК В САМОМ НАСТОЯЩЕМ ЦИРКЕ! И Я БУДУ В ГЛАВНОЙ РОЛИ! И представление началось. Кейн показывал фокусы (половина не работала), пел (фальшивил), приглашал «добровольцев из зала» (выбрал Зубл, которая отказалась, и Гэнгл, которая от страха начала дрожать). Помни смотрела на всё это и чувствовала, что здесь, в этом безумии, есть какая-то своя, странная гармония. И тут она заметила его. Джекс сидел на самой верхней горке под куполом, свесив ноги, и смотрел вниз. Прямо на неё. Их взгляды встретились. Он не улыбался. Просто смотрел. Долго. Пристально. Помни не отвела взгляд. И впервые ей не было страшно. Только любопытно. Кто он? Почему он так на неё смотрит? Джекс первым отвернулся. Встал и скатился с горки вниз, а затем ушёл, в темноту. — Ты чего там смотришь? — спросила Рагата. — Ничего, — ответила Помни. — Просто... показалось.

***

Когда «представление» закончилось, Кейн упал лицом вниз. Рагата повела всех в свою мастерскую, просто посидеть вместе. Они сидели в уютной комнате: Рагата разливала по чашкам пиксельный чай (никто его не пил, но чашки приятно грели руки), Гэнгл обнимала нового зайца (Помни отдала ей, сказала, что заяц изначально для неё), Зубл дремала в углу (она говорила, что не спит, просто «отключается»), Королёр восхищался чаем и расспрашивал Рагату обо всем, что попадалось ему на глаза в её мастерской. Рагата кружилась вокруг всех, чтобы они ни в чем не нуждались. Даже вокруг Зубл, которая «спала» в углу, чтобы и ей было уютно.  Наконец-то Рагата присела, рядом с Помни. — Ты обо всех заботишься, — сказала Помни. — А как иначе? — удивилась Рагата. — Мы же теперь типа семья. Самая странная. Нас всех объединяет одно место. А в семье все друг о друге заботятся. — Даже о Джексе? Пауза. Рагата вздохнула: — Особенно о нем. Потому что Джекс о себе заботиться не умеет. И никого к себе больше не подпускает. Но я всё равно пытаюсь. Оставляю ему что-нибудь у двери. Иногда забирает. Иногда нет. Помни посмотрела на дверь мастерской. — Можно я пойду? — спросила она. — Прогуляюсь немного. — Конечно, Помни, — кивнула Рагата. — Только осторожно. И если что, зови.

***

Помни пошла по коридорам. Она не знала куда. Просто шла, куда глаза глядят. Цирк без приключений был другим, вне арены. Тихим. Спокойным. Только мерцание стен и далёкий гул где-то в глубине. Она зашла в какой-то зал. Пустой. Только огромное окно во всю стену, за которым бесконечный поток падающего кода. Это было красиво. В этом было что-то завораживающее. — Не сидится на месте? Голос за спиной. Помни вздрогнула и обернулась. Джекс стоял в дверях. Сегодня без ухмылки. Просто стоял, смотрел. — Ты чего тут делаешь? — спросил он. — Одной здесь не очень безопасно. — А ты чего тут делаешь? — парировала Помни. — Я здесь часто провожу время, — пожал плечами он. — А ты новенькая. Тебе положено бояться и сидеть в комнате. — Я не боюсь. — Зря. Он подошёл ближе. Остановился в паре шагов. — Ты странная, — сказал он. — Сам ты странный. — Знаю, — неожиданно легко согласился он. — Но я хотя бы знаю, что я странный. А ты ещё не знаешь. Только учишься. Он сел на пол, прямо под окном. Жестом пригласил её сесть рядом. — Камон, Помни.  Лицо Помни искривилось, её бесил этот тинейджерский сленг. Она не знала почему. Может быть ассоциации из жизни. Помни колебалась. Рагата говорила держаться подальше. Но Рагаты не было рядом. А здесь только он, падающий код и тишина. Она села. На расстоянии. Но села. — Зачем ты смотрел на меня сегодня? — спросила она. — На представлении. — А ты заметила? — Да. Джекс молчал долго. Потом сказал, не глядя на неё: — Потому что ты смотрела не на представление. Ты смотрела по сторонам. Искала что-то. Или кого-то. Ты первая, кто вообще заметил, что меня нет. — И что? — И ничего, — он пожал плечами. — Просто... обычно никто не замечает, когда меня нет. А ты заметила. Помни посмотрела на него. В полумраке его хитрая морда казалось другой. Не насмешливой. Не злой. Просто усталой. — Ты положил мне огонек, — сказала она. — Под дверь. В первый день. Он дёрнулся. Уши встали торчком. — Эй, с чего ты взяла? — Рагата сказала, конфеты положила она. А огонек не она. Больше некому. Джекс молчал. Отвернулся. — Дурацкий огонек, — буркнул он. — Сам не знаю зачем. — Спасибо. Он повернулся к ней. В его глазах удивление. Настоящее, не наигранное. — Чего? — Спасибо, — повторила Помни. — Он красивый.. и теплый. Я его сохранила. Джекс смотрел на неё так, будто она заговорила на иностранном языке. Потом отвернулся и спрятал лицо в колени. — Ты дура, — глухо донеслось из-под ушей. — Хах, знаю, — улыбнулась Помни. — Мне уже говорили. Они сидели в тишине. Падал код за окном. Где-то далеко булькал Пузырёк и пел Кейн. А здесь, на полу пустого зала, двое странных существ впервые за долгое время чувствовали, что они не одни.

***

Помни вернулась в свою комнату. Она не знала, сколько прошло времени, здесь его не чувствовалось. Но почему-то ей было спокойно. На тумбочке лежала ещё одна конфетка. Красная, витая. И записка от Рагаты: «Не волновалась за тебя? Кто, я? Ну ладно, волновалась. Но раз ты вернулась, отдыхай. Завтра новый день. P.S. Джекс заходил. Спрашивал, где ты. Я сказала, что не знаю. Он ушёл. Но конфету оставил. Для тебя. Кажется, у нашего кролика кто-то появился. С любовью, Рагата ❤️» Помни улыбнулась и легла на кровать. Красную конфету положила рядом с пиксельным огоньком. — День второй, — прошептала она. — Кажется, здесь не всё так страшно. И Джекс... кажется, он вовсе не мудак. Просто очень одинокий. За стеной, в коридоре, стоял Джекс. Он слышал её голос, но не разбирал слов. Просто стоял, слушал. Потом тяжело вздохнул и ушёл. Где-то в темноте мелькнул силуэт Королера. Он посмотрел на Джекса, потом на дверь Помни. Кивнул сам себе и исчез. Цирк затих.

***

Помни открыла глаза. Она опять не спала, просто лежала с закрытыми глазами, думая. Но тело будто отдохнуло. Голос Кейна разнёсся по Цирку: — ДОБРОЕ... НУ, НЕ ЗНАЮ, КАКОЕ УТРО, НО ДЕНЬ ТОЧНО НОВЫЙ! ВСТАВАЙТЕ, МОИ МАЛЕНЬКИЕ ПУШИСТЫЕ ДРУЗЬЯ ! НАС ЖДУТ ПРИКЛЮЧЕНИЯ! Рагата уже стучала в дверь: — Помни, ты как? Я тут подумала — может, вместе пойдём исследовать новые места? Говорят, там интересно! Помни встала, посмотрела на свою коллекцию: огонек, три конфетки, пару записок. — День третий, — улыбнулась она. — Посмотрим, что будет. Она вышла в коридор. На полу, прямо у двери, лежала ещё одна вещь. Маленькая пиксельная ромашка. И рядом записка корявым почерком: «Не подумай ничего такого. Просто ромашка. Они жёлтые в середине. Как я. Ну, почти. Д.» Помни рассмеялась. Тихо, счастливо. — Боже, дебил, — прошептала она, пряча ромашку в невидимый карман. И пошла к Рагате, исследовать новые места.