От «бесит» до «навсегда»

Помни шла по коридору, сжимая в кармане новую ромашку. Настроение было... странное. Лёгкое что ли. Впервые с тех пор, как она попала в этот Цирк. Рагата ждала её у входа в главный зал. Рядом с ней уже стояли Гэнгл (она нервно пошатывалась) и Зубл (её взгляд не был заинтересованным). — Ого, новенькая. Явилась. Долго тебя ждать? — Зубл усмехнулась. — Зубл, не груби, — мягко пожурила Рагата. — Извините, — смутилась Помни. — Я просто... — Да забей, — перебила Зубл. — Пошутила я. Ну, почти. Идём уже, чего встали? Гэнгл робко улыбнулась Зубл. Та в ответ... ну, наверное, улыбнулась бы, если бы у неё был рот. Вместо этого она просто слегка качнула своей треугольной головой. Чуть поодаль стоял Королер. Он смотрел на них, наблюдал. Слегка безумно, но вполне доброжелательно. — Доброе утро! — сказал он неожиданно. Голос у него оказался обычным, даже приятным. — Или день. Или вечер. Но вы молодцы, что собрались. Коллектив — это сила. Или иллюзия. Скорее иллюзия, но приятная. Все на секунду замерли. Королер редко заговаривал первым. — Спасибо, Королер, — осторожно ответила Рагата. — Ты с нами? — Нет-нет, — Королер покачал головой и хихикнул. — У меня дела. Очень важные. Он ещё раз улыбнулся и медленно побрёл в сторону тёмного коридора. — Он вообще... нормальный? — тихо спросила Помни. — Немного, — вздохнула Рагата. — Но мы привыкли. Днём он такой, странный, но общительный. Но мы всё равно любим его. А вот ночью... — А что ночью? — Ночью он, как бы сказать, снова приобретает рассудок, — загадочно сказала Гэнгл. — И начинает говорить многое... Помни проводила Королера взглядом. Тот уже скрылся в темноте, но оттуда донеслось: — Темнота это просто свет, который ещё не решил, зачем ему гореть! Подумайте об этом! — Странный, — констатировала Зубл. — Да, бывает, — согласилась Рагата. — Но безобидный. Пойдёмте, а то Кейн устроит скандал. Они двинулись в путь.

***

Они шли по коридорам. Помни в очередной раз удивилась, насколько огромен Цирк. Коридоры сменялись залами, залы — переходами, переходы — лестницами, ведущими то вверх, то вниз. — Мы точно не заблудимся? — нервничала Гэнгл. — Не боись, — отозвалась Зубл, ловко перебираясь через груду каких-то деталей. — Я дорогу помню.  — Помнишь? Точно? — беспокойно спросила Гэнгл. — Сто процентов, — хмыкнула Зубл. — В голове места много.  Гэнгл хихикнула. Зубл посмотрела на неё с улыбкой в глазах. Помни улыбнулась. Зубл при всей своей грубости явно была неравнодушна к Гэнгл. Из бокового коридора вышел Королер. Он шёл медленно, слегка покачиваясь, и что-то бормотал себе под нос. — А вот и снова вы, — сказал он, заметив компанию. — Идёте искать приключения? Хорошее дело. Приключения лечат от скуки. Или убивают. Но вы не бойтесь, смерть здесь не настоящая. Или настоящая? Я уже запутался. — Королер, ты опять бродишь? — ласково спросила Рагата. — Брожу, — кивнул он. Он вдруг посмотрел на Помни внимательнее: — А ты... особенная. В тебе есть свет. Не теряй его. В темноте он пригодится. — Спасибо, — растерянно сказала Помни. — Не за что. Я пойду. Пиксели ждут. Королер развернулся и побрёл дальше, напевая что-то неразборчивое. — Что он имеел ввиду про свет? — обратилась Помни в сторону ребят. — Не знаю, — пожала плечами Рагата. — Но Королер просто так ничего не говорит. Запомни его слова. Может пригодятся. — Запомню, — кивнула Помни. — Идёмте уже, философы, — буркнула Зубл. — А то пока мы тут беседы ведём, новые места сами себя не исследуют. Она пошла вперёд, жестом показывая остальным следовать за ней. — Грубиянка, — прошептала Гэнгл, но с теплотой. — Зато надёжная, — улыбнулась Рагата.

***

— А вот и карусель, — объявила Рагата, когда они вышли к огромному аттракциону. Карусель выглядела жутковато. Лошади с тремя головами застыли в странных позах, музыка не играла, только тихое шипение доносилось откуда-то изнутри. — Красивая, — неуверенно сказала Гэнгл. — Жуткая, но красивая. — Страшноватая, — поправила Зубл. — Но мне нравится. Есть в этом стиль. — Вход где-то здесь, — Рагата огляделась. — Кейн сказал, за каруселью должна быть дверь. — Там, — Зубл указала на маленькую, почти незаметную дверь, спрятанную за одной из трёхголовых лошадей. — Я вижу. Они подошли ближе. На двери висела табличка: «ЗАБЫТЫЙ ЗАЛ. ВХОД СВОБОДНЫЙ. ВЫХОД НЕ ГАРАНТИРУЕТСЯ. КЕЙН.» — Обнадеживает, — хмыкнула Рагата. — Ну что, идём? — А может… не надо? — пискнула Гэнгл. — Да ладно, идём, — отрезала Зубл. — Если что, я вас прикрою. Гэнгл посмотрела на Зубл с восхищением. Помни взглянула на дверь. За ней было темно. И тихо. Слишком тихо. — Я с вами, — твёрдо сказала она. — Молодец, Помни, — улыбнулась Рагата. — Тогда открываем? — Зубл уже протянула руку (точнее, деталь, похожую на руку) к двери. И в этот момент... — А меня подождать нельзя? Голос сзади. Насмешливый. Ленивый. До боли знакомый. Помни обернулась. Джекс стоял в паре метров, прислонившись к трёхголовой лошади. На лице играла привычная ухмылка. А в тени за ним стоял Королер. Он не прятался, просто стоял и смотрел. Странно смотрел. — Джекс! — выдохнула Помни. — Привет, ПомПом, — лениво протянул он. — Решил, что без меня вы там пропадёте. Особенно одна моя знакомая, которая вечно лезет куда не надо. — Как он меня назвал? ПомПом? — мысли ударили в голову Помни. — С чего бы так? Джекс отлепился от лошади и подошёл ближе. Остановился прямо перед Помни. — Ну что, ромашку получила? — спросил тихо, чтобы не слышали остальные. — Получила, — ответила она так же тихо. — Спасибо. Она красивая. — Знаю, — он чуть заметно улыбнулся. — Ладно, идём уже. Чего встали? Он первым толкнул дверь и шагнул в темноту. — За мной, бедолаги, — бросил он через плечо. Зубл подтолкнула Гэнгл вперёд и вошла следом. Рагата и Помни переглянулись и тоже шагнули за дверь. Королер проводил их взглядом и тихо сказал в пустоту: — Там они найдут друг друга. Или потеряются. Но это одно и то же, если подумать.  Он постоял ещё немного, глядя на закрывшуюся дверь, а потом медленно побрёл обратно в коридор, напевая: — Пиксели, пиксели, вы мои детишки, я вас сосчитаю, хоть вы и глупышки...

***

Внутри оказалось не так темно, как казалось. Стены мягко светились голубоватым, пол покрывала странная трава, пиксельная, но приятная на ощупь. — Красиво, — прошептала Гэнгл. — Совсем не страшно. — Пока не страшно, — поправила Зубл. — Впереди может быть всякое. Джекс шёл первым, Помни держалась рядом. Их руки иногда соприкасались, и оба делали вид, что ничего не замечают. — Как ты нас нашёл? — спросила Помни тихо. — Я всегда знаю где ты, — ответил Джекс, глядя вперёд. — Слежу. — Следишь? — Да я шучу. Гэнгл сказала. — А-а-а, — Помни улыбнулась. — А я уже испугалась, что ты стал сталкером. — Я? — Джекс притворно возмутился. — Я сама невинность. — Ага, — фыркнула Помни. — Как же. Они вышли в огромный зал. И замерли. Здесь было не просто красиво. Здесь было волшебно. С потолка свисали светящиеся лианы. По стенам текли реки, настоящие реки из переливающейся всеми цветами жидкости. А в центре зала... росли деревья. Самые настоящие деревья, с листьями, ветками и цветами. — Ничего себе, — выдохнула Рагата. — Это... это не цифровая графика. — А что? — спросила Гэнгл. — Не знаю. Но это походу настоящее. Помни смотрела на деревья и не верила своим глазам. Настоящие. В Цирке, где всё было цифровым, вдруг оказалось настоящее. — Джекс, — прошептала она. — Это же... — Да, — ответил он тихо. — Почти как тот цветок, что я тебе принёс. Только тут целая поляна, так ещё и настоящая. Они подошли ближе. Помни протянула руку и коснулась листа. Он был мягким, чуть влажным, пах зеленью. — Я и совсем забыла, как это пахнет, — сказала она. — Настоящее. Джекс смотрел на неё, а не на деревья. — Ты тоже настоящая, — сказал он. — Самая настоящая здесь. Помни повернулась к нему. Их взгляды встретились. — Джекс... — Чего? — Спасибо. За всё. За огоньки, за ромашки, за то, что пришёл. Он смущённо дёрнул ухом: — О боже, да ладно… не за что. — За то, что ты есть, — добавила она. — За это спасибо. Он не нашёлся, что ответить. Просто взял её за руку. Они стояли под настоящим деревом, держась за руки, и это было важнее любых слов.

***

Гэнгл, конечно же, заметила первой. Она дёрнула Рагату за руку и зашептала: — Смотри! Они держатся за руки! — Вижу, Гэнгл, вижу, — улыбнулась Рагата. — Это же... это же... — Гэнгл задыхалась от счастья. — Это романтика! — Тише ты, — шикнула Рагата. — Не спугни. Зубл, стоявшая рядом, хмыкнула: — Давно пора. Этот кролик вечно делал вид, что ему никто не нужен. А оказалось, нужен. — Ты тоже так думаешь? — обрадовалась Гэнгл. — Я вообще мало что думаю, — отозвалась Зубл. — Но если они счастливы — то пусть будет так. — Это так трогательно, — Гэнгл чуть не плакала. Из тени за деревьями вышел Королер. Он появился бесшумно и смотрел на Помни с Джексом с задумчивым выражением лица. — Красиво, — сказал он. — Настоящие чувства в ненастоящем мире. Это почти поэзия. Или просто... хорошо. — Королер? — удивилась Рагата. — Ты как здесь оказался? — Сам не знаю, — пожал плечами Королер. — Я всегда где-то хожу. А тут увидел свет. Он от них исходит. Особенно от неё. Он кивнул в сторону Помни. — Она особенная, да, — согласилась Рагата. — Все особенные, — загадочно сказал Королер. — Просто не все знают. А она точно знает. Он хихикнул и снова исчез в темноте.

***

Они бродили по залу ещё долго. Нашли озеро с прозрачной водой, в которой отражались светящиеся лианы. Нашли поляну с цветами, с настоящими, они были намного красивее, чем обычная пиксельная ромашка.  — Смотри, — Джекс сорвал два и протянул ей. — Теперь у тебя будет два цветка. — Три, — поправила Помни. — Ты мне ещё ромашку утром оставил. — Ромашка не считается, — отмахнулся он. — Ромашки простые. — А эти особенные? — Эти — как ты, — сказал он и сразу отвернулся, пряча смущение. Помни рассмеялась. Легко, счастливо. — Ты краснеешь? — Чего? Я не краснею. Показалось тебе. — У тебя уши дёргаются. — Это от ветра. — Здесь нет ветра. — Значит сквозняк. Она взяла его за руку и потянула за собой: — Пойдём, глупый кролик. Посмотрим, что там дальше. — Эй, я не глупый. Полегче. — Глупый, но мой. Он замер. Переварил. Потом улыбнулся, по-настоящему, без ухмылки. — Пф… мой, значит? — Ага, — кивнула она. — Если ты не против. — Не против, — ответил он тихо. — Совсем не против. Гэнгл, наблюдавшая за ними из-за дерева, тихонько всплакнула от счастья. Зубл стояла рядом и делала вид, что её это не трогает. — Ты рада за них? — спросила Гэнгл. — Я? — Зубл качнула головой. — Мне вообще-то по#уй. Но если им хорошо... ну, значит, норм.

***

— Нам пора, — объявила Рагата, когда они обошли почти весь зал. — Кейн, наверное, уже волнуется. — Кейн вообще-то никогда не волнуется, — хмыкнул Джекс. — Он просто лицемерит, и громкий. — Тем более, — улыбнулась Рагата. — А то устроит очередное приключение в честь нашего возвращения. Они пошли обратно. Дорога показалась короче, может, потому что все были заняты разговорами и впечатлениями. — Это была лучшая прогулка за все время в цирке! — щебетала Гэнгл. — Настоящие деревья! Настоящие цветы! И Помни с Джексом держались за руки! — Гэнгл! — возмутилась Помни, краснея. — А что? Это же правда.. — Правда, — неожиданно подтвердил Джекс. — Держались. И что? Все уставились на него. Джекс сделал вид, что рассматривает потолок. — Прогресс, — хмыкнула Зубл. — Кролик признал чувства. — Заткнись, — беззлобно огрызнулся Джекс. Они вышли в главный зал. Кейн уже носился под куполом, разбрасывая конфетти: — А-А-А! ВОТ ВЫ ГДЕ! А Я ДУМАЛ, ВЫ ЗАБЛУДИЛИСЬ И ВАС СЪЕЛИ ГЛОИНКИ! НО ВЫ ЖИВЫ! И ДАЖЕ НЕ СЪЕДЕНЫ! ЭТО ПРАЗДНИК! — Кейн, тише, — поморщилась Рагата. — Мы просто ходили смотреть новые места. — НОВЫЕ МЕСТА? — Кейн подлетел к ним. — Ну что? Там было КРАСИВО? — Очень, — улыбнулась Помни. — А что вы там ДЕЛАЛИ? — Гуляли, — пожал плечами Джекс. — Смотрели деревья. — ДЕРЕВЬЯ? — Кейн задумался. — Надо запомнить! Потом устрою ПРИКЛЮЧЕНИЕ! «НОЧЬ СРЕДИ НАСТОЯЩИХ ДЕРЕВЬЕВ»! Или «ЛЕСНАЯ ФЕЕРИЯ»! Или... Вообщем! Спасибо за идею, Джекс! — Кейн, иди планировать, — мягко сказала Рагата. — А мы отдохнём. — Как скажете, мои маленькие, пушистые друзья! — Кейн умчался, разнося конфетти по всему залу. — Ненормальный, — вздохнул Джекс. В тени у стены стоял Королер. Он смотрел на всю эту сцену и согласно кивал. Спустя какое-то мгновение он развернулся, затем медленно побрёл в темноту. — До ночи, — прошептал он. — А ночью я расскажу звёздам, что видел сегодня. Если звёзды захотят слушать.

***

Все разошлись. Гэнгл пошла «переваривать впечатления» (она так и сказала). Зубл потащилась за ней. Рагата отправилась в мастерскую, шить новые лоскутки на память о их прогулке. Джекс и Помни остались вдвоём в пустом зале. Том самом, с окном, за которым падал код. — Ты устала? — спросил Джекс. — Нет. Здесь не устаёшь. — А что чувствуешь? — Тепло, — ответила она. — Когда ты рядом — тепло. Он улыбнулся. Опять этой своей новой улыбкой. — Знаешь, я думал, что здесь уже ничего не может удивить. Столько лет... А ты появилась и всё стало другим.  — Плохим? — Хорошим, — он взял её за руку. — Настоящим. Они сидели на полу, глядя на падающий код. Помни положила голову ему на плечо. Он осторожно обнял её. — Джекс? — М? — А что будет дальше? — Не знаю, — честно ответил он. — В Цирке никто не знает. Но теперь... теперь мне всё равно. — Почему? — Потому что ты рядом. Она улыбнулась и закрыла глаза. Не спать, просто чувствовать. Его тепло. Его присутствие. Его самого. Где-то вдалеке Кейн продолжал планировать новые безумства, советуясь с Пузырьком. Гэнгл обсуждала с Рагатой «этих голубков». Зубл ворчала, но была довольна. В тени, у самого входа в зал, стоял Королер. Он смотрел на них долго-долго, а потом тихо сказал: — Свет не гаснет. Даже здесь. Особенно здесь. И тут же исчез за поворотом. А в пустом зале было тихо. И тепло.  — Помни? — М? — Я рад, что ты здесь. — Я тоже, Джекс. Я тоже.