Девчонка?

Часто ли странные незнакомцы втягивали вас в свои нелепые передряги, в которых сами разобраться не в силах? Ну, Макс тоже ответил бы, что вообще никогда, если бы не тот самый тёплый весенний вечерок. Макс сидел на мотоцикле и ждал Ленку, которая скрылась за дверями кафе десять минут назад. Точнее, уже все одиннадцать, судя по наручным часам, на которые он только что взглянул. А ведь она обещала, что быстро. Всего-то ей нужно три минутки на стаканчик капучино. Но вообще, если человек использует слова «всего-то» или «только», говоря о походе за покупками, эти самые «только» стоит расценивать как покупку «ещё кучи всего в придачу / вставьте свой вариант». Да и после фразы «я быстро» становится ясно, что ничего быстрого точно не предвидится. Макс прекрасно это знал, но всё же не стал перечить своей девушке. К тому же они всё равно никуда не торопились. Весь вечер был в их распоряжении, так что, в принципе, Ленка могла проторчать в этом кафе хоть всё это время. Вопрос лишь в моральных принципах: а правильно ли заставлять своего парня торчать на стоянке одного? Хотя Ленка никогда особо и не отличалась уступчивостью или элементарной вежливостью. Она чаще думала о собственных прихотях. Даже не понимаю, что в ней такого нашёл Макс? Макс повертел ключи от мотоцикла на пальце. Ожидание становилось утомительным, как и моё душнильство по поводу похода Ленки в кафе. Всё могло бы и дальше продолжаться так душно, под стать погоде на улице, если бы не внезапный визг, огласивший всю округу. Макс хотел было зажать уши от этого режущего слух ужасного звука, но в этом не было никакого смысла — он ведь был в шлеме, — так что его руки просто неловко замерли в воздухе. Визг оборвался так же резко, как и начался. И, вероятно, Макс забил бы на него, подумав, что это визжит какой-нибудь вредный ребёнок, которому не купили конфету, но внезапно какая-то сила позади заставила его мотоцикл пошатнуться. Прежде чем Макс успел не то что осознать ситуацию, но даже смачно сматериться, чьи-то маленькие, но очень цепкие ручки, словно кошачьи когти на любимой маминой шторе, сомкнулись на его футболке с принтом группы Motionless in White. Мотоцикл раскачивался из стороны в сторону, словно детские качели, пока Макс пытался удержать равновесие вместе с существом, которое яростно, хотя, скорее, испуганно, цеплялось за него, царапаясь ногтями сквозь ткань. — Газуй, придурок! — снова завизжало существо, причём ещё громче, чем в первый раз. — Газуй! Газуй! — Ай! Чёрт! Больно же! — зарычал Макс в попытке оторвать от себя руки визгуньи. — Отлепись от меня, ненормальная! — Нет! — снова взвизгнула она. Мне кажется, невольно могло появиться ощущение, что на пониженных тонах она вообще не способна разговаривать. Как будто это её обычная интонация. — Они идут за мной! Спасите меня! — Отвали, дура! — огрызнулся Макс. Он, насколько смог, развернулся к визгунье. Как оказалось, это была мелкая девчонка с растрёпанными длинными чёрными волосами и большими голубыми глазами. Вокруг них некрасиво растеклась чёрная тушь. Одета она была в короткую чёрную юбку и розовую футболку с котёнком. На одной ноге отсутствовала босоножка. Оно и неудивительно, если она неслась как ураган. Девчонка испуганно обернулась, после чего снова посмотрела на Макса полными ужаса глазами и опять включила свою сирену: — Они уже здесь! Газуй, идиот! — и, чтобы подкрепить свои слова, зарядила несчастному парню ногой в босоножке по коленке. И, как это всегда бывает, не вовремя из кафе вышла Ленка в сопровождении своей подруги. Я был прав: в руках она держала несколько коробочек с пирожными, а вот стаканчика с кофе там не наблюдалось. Макс стал придумывать, как объяснить сложившуюся ситуацию девушке, пока та не смотрела в его сторону и что-то активно обсуждала с подругой (не удивлюсь, если очередные сплетни), но его мысли прервал злобный окрик: — Вон он! Когда Макс обернулся, он увидел крупного парня и ещё двоих позади него. Выражения их лиц не предвещали ничего хорошего. — Думаешь, твой дружок спасёт тебя? — ухмыльнулся другой враждебно настроенный молодой человек. Макс перевёл взгляд с парней на свою девушку с подругой и обратно. Он отчаянно матюкнулся, вставил ключ, завёл мотоцикл и резко сорвался с места. Промчавшись мимо ошарашенных девушек, он успел заметить, как Ленка из-за него уронила коробки с пирожными на землю. Её лицо выражало ярость, взбитую в одной миске с недоумением. Сам же Макс испытывал стыд перед Ленкой за этот совершенно необдуманный поступок. Ведь те парни, вероятно, даже не тронули бы его. Они же пришли за этим визжащим нечто. Но, возможно, как бы ни была невыносима эта проклятая девчонка, Макс на мгновение испытал к ней некоторое… сочувствие? Конечно, Макс тут же отогнал эту идиотскую мысль прочь, злобно хмуря густые брови. Но сколь бы идиотской ни была эта мысль — это была правда. Ребёнок всё-таки, да ещё и девочка к тому же. Не мог же он бросить её совсем одну на растерзание каких-то здоровых парней? Интересно, что такого она им сделала? Мотоцикл катил по городу, казалось, сам, без помощи Макса, который всё глубже погружался в свои мысли и даже не понимал, куда они едут. Его странная спутница молчала, что было даже как-то непривычно для такой любительницы повизжать как поросёнок. Да и хватка на футболке немного ослабла. Отъехав на значительное расстояние от кафе, Макс стал обдумывать, где им лучше остановиться, чтобы всё обсудить. В уме сразу всплыл горбатый мост, на котором они с Ленкой любили проводить время. Там было мало людей, тихий район, и можно было поболтать о всяком личном. Хотя чаще Макс там выслушивал всякие гадости о подружке Ленки, с которой, к слову, она и была возле того самого злосчастного кафе. Макс направил свою «Ямаху» в сторону моста, и уже через пять минут они были на месте. Он заглушил мотор и глубоко вздохнул. Девочка всё ещё прижималась к его спине и вообще не шевелилась, как будто превратилась в большую плюшевую игрушку. — Слезай, мелкая бестия! — резко рявкнул Макс. Девчонка пискнула и поспешно разжала руки, после чего неуклюже слезла с мотоцикла, оставив после себя пятна на глянцевой поверхности с принтом рыжего пламени. Макс крепко стиснул зубы от злости и грозно слез следом за ней. Он возвысился над ней как скала. — И чего так орать? — капризно заметила девочка. Макс просто опешил от такого наглого ответа после всего того, что натворила эта негодница. — Ты ещё смеешь так со мной говорить, после того как чуть не порвала мне барабанные перепонки своими визгами, мелкая сопливая девчонка?! — прорычал он в ответ, едва сдерживая себя, чтобы не врезать ей по нахальной мордашке. Перчатки зловеще заскрипели, когда он сильнее сжал кулаки. — Ты испортила мне свидание! Испачкала мой мотоцикл своими грязными лапами! Ещё и орала как резаная! Отлупить бы тебя по твоей наглой заднице! И тут Макс уже не сдержался и с силой шлёпнул несносного ребёнка по пятой точке. Девчонка снова взвизгнула и прикрыла руками пострадавшую часть тела. Её пухлые щёки тут же приобрели яркий оттенок красного, отчего её глупое лицо стало похоже на спелый помидор. — Рукоприкладство! — закричала она. — С детьми так не обращаются! Да и вообще я не мелкая! И я не девчонка! Макс удивлённо замер, а затем медленно снял шлем, чтобы лучше разглядеть виновницу его ужасного дня. Но это не помогло. Ничего не изменилось. Перед ним всё так же стояла маленькая потрёпанная девочка. Для того чтобы убедиться, что глаза его не обманывают, он обошёл её по кругу и даже задержал взгляд на месте, которого недавно так бесцеремонно коснулась его рука. Самозванка, недовольно пыхтя, поправила короткую юбочку и отвернула своё мягкое место от Макса, как будто это могло защитить её от новых атак тяжёлой руки. — Да не ври! — фыркнул наконец Макс и скрестил руки на груди. — Ты вообще не похожа на мужчину, тем более на взрослого! — Мне двадцать три! — ответило обиженно теперь уже не то девочка, не то мальчик. — И зовут меня Серёжа! Макс резко схватил Серёжу под мышки и оторвал от земли, словно тряпичную куклу. Он недовольно тряхнул свою ношу, а самопровозглашённый парень беспомощно замахал руками и ногами. — Да быть такого не может! — удивлённо воскликнул Макс. — В тебе ни грамма мужественности! — А в тебе тактичности! Идиот! — фыркнул Серёжа. — Ты первый на меня кинулся! — ответил Макс. — Я спасался! Макс глубоко вздохнул, явно подавляя сильное желание сбросить это недоразумение с моста в ледяную воду (признаюсь, на его месте я хотел бы сделать то же самое). Он посадил Серёжу на ограждение, а сам направился к мотоциклу. — Довольно с меня, — бросил он через плечо. — Неважно, кто ты, главное, надеюсь, мы больше не увидимся, ходячая катастрофа. Макс надел шлем и сел в седло. В глазах Серёжи блеснула искра испуга и даже какой-то тоски, что за всё время их короткого знакомства Максу приходилось видеть впервые. Казалось, что Серёжа не способен на подобные эмоции, но сейчас, глядя в зеркало заднего вида, Макс убедился в обратном. — Ты… Ты бросишь меня здесь одного?! — плаксиво протянул Серёжа, неловко пытаясь спуститься с высокого ограждения, но никак не мог достать до асфальта своими короткими ножками. — А я, между прочим, спасался от своих братьев! Я испытал такое унижение… — Заслуженно, — хмыкнул Макс. — Нечего было одеваться… — он неопределённо взмахнул рукой в его сторону. — Вот так… — Это они меня так нарядили! — обиженно закричал Серёжа, и внезапно на его глазах выступили слёзы от обиды. — Ох, серьёзно? Ты ещё и на жалость решил надавить? — Макс закатил глаза и слез с мотоцикла. Он вернулся обратно к Серёже, но каждое его резкое движение говорило о том, что утешать он никого не собирается. — Наверное, ты ожидал услышать что-то вроде «не плачь, бедненький», — сказал Макс, — или другую сопливую чушь, но я скажу как есть. Ты ведёшь себя как мелкая, избалованная девочка-истеричка, которая ждёт, что все окружающие кинутся её утешать, стоит ей выдавить из себя слезинку. Но, боюсь, со мной это не сработает. Радуйся тому, что я вообще не врезал тебе, а ты ведь очень нарывался! Перчатки Макса заскрипели, когда он вновь сжал кулаки. Серёжа виновато опустил голову и тихо всхлипнул. — Я… Я не хотел… Просто… — пролепетал он. — Просто… Мои братья, мои родители — они не такие, как я… И я… Я не соответствую их ожиданиям, и их это бесит… Они всё время давят мне на мозг, будто я родился неправильным, потому что я слишком мягкий, слишком добрый для них… Они считают, что я ничего не добьюсь в жизни, если буду такой тряпкой… — Тряпкой? — Макс усмехнулся, а Серёжа поднял на него не то удивлённый, не то недовольный взгляд. — Кем угодно, но тряпкой я бы тебя не назвал. Потому что у тряпки не хватило бы смелости назвать такого крепкого парня, как я, идиотом. Да и тем более прыгать на его мотоцикл и орать на него. Макс навалился поясницей на ограждение и скрестил руки на груди. — Признаюсь честно, — продолжил он, — я ещё не встречал прежде настолько смелого и дерзкого… — он окинул Серёжу взглядом, словно до сих пор до конца не смирившись с его полом, — …парня, как ты. Серёжа провёл тыльной стороной ладони по лицу, ещё больше размазав макияж. — Меня напрягают твои внезапные комплименты, — ответил он, поёжившись от вечерней прохлады. — Как бы отреагировала твоя девушка, если бы увидела всю эту картину? Макс при упоминании Ленки сразу как-то помрачнел и отвёл взгляд в сторону. — Но сейчас её здесь нет, — сказал он. — Да и это не комплименты. Я ж не педик какой-нибудь. Просто говорю как есть. Но это никак не отменяет твоего ужасного поведения, так что не льсти себе, мелкий засранец. — Как скажешь, — Серёжа шмыгнул носом. Они оба погрузились в молчание. Макс задумчиво смотрел на птиц, пролетающих высоко в небе. — Она злится, наверное, на меня, — прервал он тишину спустя несколько минут. — Что я ей скажу? — Я бы сказал как есть, — ответил Серёжа. — А если бы она мне не поверила, то послал бы её нахер. — Именно поэтому у тебя никого и нет, грубиян, — сказал Макс. — Лучше быть одному, чем с человеком, который тебе не доверяет, — Серёжа посмотрел на воду, текущую под мостом. — Ну, ситуация же такая нелепая… — возразил Макс. — И звучать будет, будто я всё это выдумал. — А разве отношения не строятся на доверии? — сказал Серёжа, всё так же не отрывая глаз от воды. — Если партнёр тебе не доверяет, то, скорее всего, не так уж и важны для него эти отношения и ты сам. И, наверное, ему самому есть что скрывать, поэтому он ожидает подставы и с твоей стороны. Я бы всё-таки послал её на три буквы. Макс почувствовал вновь вскипающую внутри злость из-за слов Серёжи. Только теперь он не совсем понимал, на кого злится больше: на раздражающего пацана или на правду. Ведь, вероятно, в словах парня была своя доля истины, на которую Макс долгое время пытался закрывать глаза. — Бред! — рассеянно бросил он, наотрез отказываясь соглашаться с этими словами. — Ты просто в отношениях никогда не был, поэтому не знаешь, о чём говоришь. Серёжа наконец оторвал равнодушный взгляд от воды и поднял его на Макса. Макс почувствовал себя идиотом под этим пустым взглядом и махнул рукой. — Бывай, в общем, — ответил он и снова поспешил к мотоциклу в попытке избежать позора за свои слова. — Пока, придурок, — бросил Серёжа вслед. Макс проигнорировал оскорбление, завёл мотоцикл и помчался прочь, прорезав тишину улицы рёвом мотора. Серёжа остался сидеть на ограждении, задумчиво глядя на заходящее солнце и окрасившееся в рыжий цвет небо.