Девчонка?

Он сидел в кафе, водя пальцем по краю чашки с остывшим американо, и ждал, когда Ленка наконец вдоволь наболтается по телефону и вернётся к их свиданию. Но минуты тянулись, а трескотня её высокого голоска всё не прекращалась. Макс был удобным парнем. Никогда не перечил ей, во всём соглашался, во всём уступал, и если она хочет проболтать с подружкой всё свидание — пожалуйста, никаких возражений. Какой же он глупец. Выбрать лучший столик в кафе (а уж я-то знаю, сам там не раз бывал), заказать её любимые пирожные — сделать для неё всё, а в ответ получить лишь порцию свежих сплетен. Да и те адресованы не ему. Зачем так вкладываться в того, кому ты явно безразличен? Макс вздохнул и посмотрел в окно. Оно выходило на парковку, и взгляд невольно цеплялся за то самое место, где он тогда сидел на мотоцикле в ожидании. В памяти всплыли события двухнедельной давности. Сколько он ни пытался выкинуть из головы образ нелепого, наглого мальчишки, тот всё равно возвращался. Этот образ так крепко засел в мыслях, что поначалу Макс решил, будто знакомое лицо за окном ему просто померещилось. Но нет. Буквально через минуту запыхавшийся парнишка уже стоял перед их столиком. Однако выглядел он иначе, чем в ту встречу. Исчезли уродливые подтёки вокруг глаз. Сегодня веки были аккуратно подведены розовыми тенями с блёстками. Волосы тоже больше не торчали в беспорядке, а были собраны в небрежный пучок на затылке. Из-за того, что резинка держала их слабо, несколько непослушных прядей всё же спадало на лицо. В руках он крепко сжимал потрёпанную картонную коробку. — Ты здесь… — выдохнул Серёжа, всё ещё не до конца восстановив дыхание. Макс взглянул на Ленку, но та была настолько увлечена разговором, что даже не заметила подошедшего (впрочем, как продолжала игнорировать и своего парня). Макс перевёл взгляд обратно на Серёжу. — Выйдем на минутку? — спросил Серёжа, и его глаза возбуждённо блеснули. — Мне нужно сказать кое-что важное… Очень… — Коробка слегка помялась под давлением его пальцев. Макс без раздумий согласился. Они вышли на улицу и спрятались от любопытных глаз в тени растущего у кафе дерева. Макс скрестил руки на груди и привалился спиной к стволу. — Ну? Выкладывай, — попытался произнести он нейтральным тоном, не сумев, однако, скрыть нотки любопытства. — Уф… Ты не представляешь… — Серёжа был так взволнован, что с трудом выдавливал из себя слова, судорожно глотая воздух. На лбу у него выступила испарина. — Я две недели сторожил этот столик… Я всё ждал, когда ты придёшь. И вот, всё не напрасно! Ты всё-таки пришёл! Макс не смог сдержать смешка, не веря своим ушам: — Мне бы столько свободного времени… — Я просто здесь работаю… — слегка обиженно ответил Серёжа. — О как, — хмыкнул Макс. — Ну так, чё ты хотел-то? Серёжа занервничал ещё сильнее. Он кусал губы и всё крепче впивался пальцами в несчастную коробку. От Макса не ускользнуло, что парня бьёт мелкая дрожь. От дерзости, переполнявшей его в прошлый раз, не осталось и следа. Сейчас перед ним стоял словно совершенно другой человек, решивший обнажить иную, уязвимую сторону своей души. Это было странно и отчего-то волнительно. — Я хотел… — Серёжа запнулся. Казалось, раньше ему не приходилось произносить подобных слов. — Я хотел извиниться… За всё, что было в прошлый раз… — Ого… — На лице Макса отразилось искреннее удивление, и он на какое-то время задержал взгляд на смущённом лице мальчишки. — Честно, не ожидал, что у таких мелких стервецов, как ты, есть совесть. — Это ещё не всё… — продолжил Серёжа, и его щёки ещё ярче порозовели от волнения. — Вот это… Это тебе… Я сам испёк… — С этими словами он протянул Максу коробку, изрядно пострадавшую от его нервных пальцев. Почему-то, стоило Максу коснуться картона, его сердце забилось быстрее. Сглотнув, он осторожно, будто внутри лежало хрупкое ювелирное украшение, приоткрыл крышку. Внутри лежало печенье с орехами и цукатами. Руки Макса задрожали, и он едва не выронил коробку. Это было его любимое печенье. Мама часто покупала ему такое в детстве, когда забирала из школы. — Но как?.. — тихо произнёс Макс, тяжело дыша от волнения. — Как ты узнал?.. Ты сталкеришь меня? — Чего? — Серёжа вытаращил и без того огромные глаза. — Нет! Это так глупо, но… Короче, один раз я случайно заметил, как ты со своей девушкой стоял возле прилавка. И в тот день ты сказал ей, что хочешь купить это печенье, потому что очень любишь его. Но она скривила такую кислую мину, — он скривил лицо, иллюстрируя свои слова, — сказала, что терпеть не может цукаты, бла-бла-бла… Просто, не знаю отчего, но твоё опечаленное лицо в тот день, когда вы взяли пирожные с клубничным кремом вместо этого печенья, как-то засело у меня в голове. Мне было… Кхм… В общем, неважно! Серёжа смущённо улыбнулся и вцепился пальцами в подол юбки, поскольку мять коробку возможности уже не было. Макс был по-настоящему тронут. Тем, как серьёзно и трепетно парень подошёл к извинениям. И тем, что запомнил его разочарование из-за какого-то дурацкого печенья… Казалось, за маской колючей дерзости всё это время скрывалась добрая и чуткая душа. Но тут их трогательную беседу прервала Ленка, выскочившая из кафе. Как всегда, она появилась совершенно не вовремя (впрочем, иначе она и не умела), наконец-то соизволив закончить свой телефонный разговор. — Какого чёрта ты слинял, не сказав мне ни слова?! — накинулась она на него. — Какого хрена ты вообще ушёл?! Вся мужественность Макса вмиг улетучилась, и перед Серёжей предстал зашуганный подросток, пойманный за чем-то непристойным. — Просто ты говорила по телефону… — пробормотал Макс. — Я не хотел отвлекать… — Ах, не хотел отвлекать… — протянула Ленка с той самой противной интонацией. — У нас свидание или что?! Мог бы вообще меня не приглашать, если тебе наплевать на меня! — Прости, солнце, я… — промямлил Макс, взъерошив рукой волосы. Серёжа нарочно громко и нагло усмехнулся, чем привлёк внимание обоих. — Ты ещё извиняешься перед ней? — воскликнул он. — Чувак, ты серьёзно? Глаза Ленки метали молнии. Когда она воззрилась на Серёжу, казалось, одна из них сейчас испепелит его на месте. Но тот даже не шелохнулся под её убийственным взором, лишь лениво сдул с лица упавшую прядь. — Что это за шлюха?! — вскрикнула Ленка, стискивая тонкие ручки в кулаки. — Давно ты с ней шляешься?! — Это не то, что ты подумала… — Лицо Макса густо покраснело, что выглядело до глупого смешно. — Боже, чего ты оправдываешься? — фыркнул Серёжа. — Скажи ей как есть. Две недели назад мне же ты напрямую смог высказать всё, что обо мне думаешь. Ну так и ей скажи, что она дура, у которой пирожные вместо мозгов. — Заткни её! — Ленка вспылила ещё сильнее. Её грудь часто вздымалась: она нервными рывками втягивала воздух и с шипением выпускала его через ноздри. — Давай, бро, она уже на грани, — подбадривал Серёжа Макса. — Решающее слово за тобой! Макс всё так же неловко молчал, прижимая к груди многострадальную коробку. Наконец Ленка, не выдержав словесного натиска нахальной малявки и отсутствия защиты со стороны своего «благородного рыцаря», кинулась на Серёжу, выставив вперёд длинные, похожие на когти ногти. Но Макс, выйдя из оцепенения, успел перехватить её за руку и оттащить назад. — Воу, осторожнее, леди, — сказал Серёжа, слегка отступив и подняв руки в защитном жесте. — Я, конечно, тот ещё слабак, но с дамой драться не буду. Ленка оскалилась, как дикая кошка, пытаясь вырвать тонкое запястье из крепкого захвата Макса, а второй рукой норовя дотянуться до лица Серёжи. — Так она ещё и трансуха?! — вскрикнула она, краснея от злости. Серёжа удивлённо моргнул и приложил руку к груди, изобразив оскорблённый вид. — Трансом меня ещё никто не называл, — ответил он. — Отпусти меня сейчас же! — приказала Ленка Максу. — Неужели какая-то трансушка-потаскушка тебе важнее, чем я?! — Я не транс! — огрызнулся Серёжа. — И не потаскушка! На себя посмотри! Сама бегаешь от одного парня к другому! Похоже, это стало последней каплей. Невооружённым глазом было видно, как Ленку трясёт от ярости, а её левый глаз нервно задёргался. — Скажи ей, чтобы она свалила! — завопила она на всю улицу, спугнув птиц на другом конце парковки. Несколько случайных прохожих обернулись в их сторону. — Я сам уйду, — хмыкнул Серёжа и равнодушно зашагал прочь. Но напоследок всё же обернулся и с улыбкой бросил Максу: — Удачи тебе, бро, — после чего скрылся за углом. Ленка выдернула руку из ослабевшей хватки Макса. Она обиженно потёрла красный след от пальцев на запястье. — Больно, между прочим! — плаксиво возмутилась она, надув губы. — Почему ты стоял как пень?! Ты должен был вступиться за меня, как настоящий мужчина! А ты позволил этой трансушке оскорблять меня! Ленка с вызовом смотрела на Макса, ожидая, когда он ответит ей хоть что-нибудь. Она была оскорблена, унижена и едва ли не смешана с грязью, а её парень молча стоял рядом и смотрел на всё это, как на какое-то чёртово шоу! — Ну?! Чего ты теперь-то молчишь как рыба?! — закричала Ленка. Макс лишь рассеянно опустил взгляд на смятую коробку в своих руках.