Мой император

Приём посла — событие. Безусловно, во дворце накрыты столы, приглашены кисен и шуты. Со всеми приличиями циньской делегации вручены дорогие дары: от нефритовых статуэток до тигровых шкур. И к разгару вечера тучный посол и его свита весело гогочут, подзывая к себе самых красивых женщин. Они пьяны. А вот император сидит прямо, словно проглотив меч, не притрагивается к вину, и на висках у него то и дело, словно роса, вспухает испарина. Дон Сик тоже напряжён до предела. Он стоит неподалёку от столов, и хотя стражи полон двор, при таком количестве людей легко пропустить убийцу. Будь то мечник, лучник или служанка, подсыпающая яд. Так что Дон Сик сосредоточен, его чёрные глаза внимательно обводят советников, кисен, чужаков… Пир заканчивается далеко за полночь. Дон Сик, как и положено, вместе с евнухами и другими стражами провожает императора к покоям. Высоко светит луна, небо чисто, морозно. Но Джу Вон, едущий в открытом паланкине, отирает шёлковым рукавом лицо. Ему плохо — Дон Сик понимает это, стоит им остаться в покоях одним. Обычно яркие губы — бледные, как и кожа. — Ты свободен на сегодня, — говорит Джу Вон, нервно взмахнув рукой, тяжело опускаясь на топчан. — Я не устал. — Скорее луна поменяется с солнцем, чем ты начнёшь выполнять приказы, — чуть ухмыляется мальчишка, но не сердится. Лишь вдыхает, снова утирает испарину. — Я устал — от тебя, от всех вас. Уходи. Дон Сик совершает лёгкий поклон, собираясь послушаться, но тут же из-за тонких стен доносятся тяжёлые, вальяжные шаги. — Ваше величество, посол хочет вас видеть, — объявляет стражник за дверью. Император смотрит на вход в покои встревоженно, подскакивает с топчана, мечется в одну сторону, затем в другую. Дон Сик наблюдает за этим непонимающе, удивлённо. Он явно что-то не знает, не понимает, и Нам Сан Бэ сейчас далеко — не спросить… — Дон Сик. — Да, ваше величество? — Я передумал. Что бы ни случилось… не уходи.