Девять с половиной месяцев

      В январе Гермиона все ещё ждала обещанных Малфоем чулок с поясом, но он, видимо, забыл о своих словах в тот Хэллоуин. Не то чтобы он был должен ей их купить, но Грейнджер ещё только предстояло научиться различать, когда он говорил серьезно, а когда просто красиво.       В одном Малфой оказался прав: теперь каждый раз, когда она смотрела на наручные часы, невольно вспоминала тот вечер с ролевыми играми и поцелуем в ванне.       Рон неделями был занят с Гарри на соревнованиях в Аврорате, а ее учеба пока мало отвлекала. Начало семестра всегда было ленивым, потому Грейнджер предполагала более частые встречи с Драко, но увы. Он пропустил пару дней в академии, а затем отправил ей сову о том, что заболел, и попросил пересылать домашку. Вместо этого Гермиона решила лично его проведать и подлечить. Она набрала конспектов и зелий, а также перекус для больного, но в квартире Малфоя не оказалось. Было немного грустно осознавать, что он отправился болеть в Мэнор к Астории. И связаться с ним, кроме как с помощью сов, она не могла. Как и выяснить наверняка, правдива ли вообще эта байка о его недуге.       Спустя неделю он вернулся с лёгким загаром и Гермиона почувствовала себя дурой. Она ведь искренне прикрывала его перед преподавателями, пока он, по всей видимости, летал с женой в отпуск.       Грейнджер обиделась и перестала с ним разговаривать. На парах она демонстративно отсаживалась, но хитрец подговорил эльфов в общаге таскать ей в комнату цветы. На пятый день букетов без подписи она сдалась.       — Ты меня подставил, — скрестив руки, Гермиона села нога на ногу на его диван. Тот самый, где он впервые ее трахнул.       — И ты имеешь полное право на меня злиться, — согласился Малфой с улыбкой дипломата.       — Куда вы ездили? — спросила она с легким раздражением.       — Я не обсуждаю эту тему. У меня были свои причины…       — Солгать мне? — перебила его Гермиона.       — Поступить так, как посчитал нужным. Согласен, получилось некрасиво. Но поверь, если бы я хотел, то наврал так, что ты бы сейчас ещё извинялась. Но я решил отныне быть с тобой откровенным.       — Мне тебя поблагодарить? А с каких пор ты не обсуждаешь эту тему? Что вообще за ЭТА тема? — не унималась Грейнджер.       — Мой брак. Единственное, что тебе стоит знать, что я не разведусь. Я раньше всегда это проговаривал, но с тобой решил, это лишнее.       — И что же вдруг изменилось сейчас?       — Твоя реакция, Гермиона, — сказал он серьезно. — Я не подозревал, что ты способна ревновать меня. А еще у меня срабатывает оповещение, каждый раз, как ты сюда аппарируешь, пока меня нет.       — Я приносила тебе лекарства! И я определённо не ревную тебя, Малфой, — она повысила голос и вскочила на ноги, намереваясь уйти, он он остановил ее, крепко взяв за плечи.       — Пожалуйста, успокойся и выслушай меня. Мы это изучали в прошлом году. У женщин после физической близости вырабатывается гормон привязанности.       — Окситоцин, — по своему обыкновению вставила ведьма-отличница.       — Верно. Я тогда понял, что я дофаминщик, а вот ты — окситоцинщица, Грейнджер. Не спорю, что в нашей ситуации ты головой все понимаешь, но такова женская природа. И мы должны это обсудить.       — Здесь нечего обсуждать, Малфой, — сказала она раздраженно. — Я думала, что мы друзья, но сейчас понимаю, что ошибалась. Ещё я думала, что тебе на меня не пофиг, — Гермиона попыталась вырваться, но он лишь усилил хватку и прижал ее к стене.       — Мне не пофиг на тебя, — он смотрел ей в глаза, словно пытаясь разглядеть душу сквозь карие радужки. — Мы друзья. С привилегиями. И я не хочу это терять. А ты?       — А я не знаю, Драко, — она выглядела очень рассерженной. — Ты ни черта не знаешь о дружбе! Друзья не обманывают и не подставляют! Друзья не науськивают эльфов и не дарят цветы в качестве извинений. Ты сейчас попытался поставить меня на место, якобы я посягаю на твой брак, но сам же первым перешёл черту отношений доминант-сабмиссив всеми этими подарками и букетами, разве нет? Ты сам подаёшь смешанные сигналы, а потом выкручиваешься так, как тебе это удобно! И я не понимаю, как на это реагировать.       Гермиону потряхивало на эмоциях, в то время как Малфой внешне был абсолютно спокоен. Он не отпускал её и ничего не говорил несколько минут.       — То, что я сейчас сказал, было превенцией. Если ты меня не ревнуешь, — отлично. Я просто вспомнил, что раньше всегда проговаривал это нижним. Со временем мои любовницы начинали хотеть большего, а я не могу этого дать. Никому. Лишь хотел внести ясность.       — Я никогда не захочу большего, — отчеканила Гермиона. — Я в чудесных отношениях с замечательным мужчиной. И у нас с ним всё хорошо.       Драко отпустил её, а затем резко и ощутимо, но при этом не грубо, взял за шею. Поддавшись рефлексам, Гдейнджер обмякла и расслабилась, словно признавая его власть. Её взгляд как будто затуманился. Позже Драко охарактеризовал это словом «поплыла». И эта её реакция настолько сильно и мгновенно завела его, что он просто охренел от той скорости, с какой у него встал. Ситуация была абсурдной.       — Ты меня чертовски возбуждаешь, Гермиона. При том, что ты нихрена не послушная, — он взял её руку и притянул к своим штанам. — В сексе ты самая покладистая шлюха из всех, что я когда-либо встречал, но в остальном — ты вредная фурия.       — И тебе это нравится? — томно промурлыкала она уже без злости.       — Очень, — Драко потянулся за поцелуем, не убирая при этом руки с горла девушки, но Гермиона отстранилась. — Теперь уже ты не хочешь со мной целоваться, — спросил он с улыбкой.       — Разверни меня и поцелуй ТАМ, — тихо попросила она.       Малфой жёстко опер её о стену и наткнулся на преграду в виде колготок. Он буквально сорвал их с неё вместе с бельём, а затем вынудил максимально прогнуть спину. Грейнджер с готовностью развела ноги и помогла руками раздвинуть бёдра так, чтоб у него был максимальный доступ. Уже спустя минуту она ни о чём внятно не могла думать. Стоны заполнили комнату. В такой позе ласки клитора казались чем-то невероятным. Когда она кончила под его языком и губами, Драко встал и без предупреждения ворвался в уже подготовленную мокрую киску. Он принялся входить сильно и глубоко, от чего Грейнджер буквально начала орать. При этом она не отстранялась и не вырывалась, будто бы терпела.       — Тебе больно? — спросил он, не останавливаясь.       — Слишком глубоко, — задыхаясь, пропищала девушка. — У меня овуляция.       Драко сбавил темп. По всей видимости шейка матки Грейнджер немного опустилась. Он и раньше отслеживал её положение в разные дни цикла, но под таким углом они, вестимо, ещё никогда не пробовали.       — Так нормально? — она согласно закивала, но он остановился. — Теперь подвигайся сама.       Гермиона послушалась. Она начала медленно и аккуратно, а он просунул руку к её клитору и усилил стимуляцию. Было непривычно хорошо. Она сама задавала нужный темп.       Когда Грейнджер кончила второй раз, он схватил её за волосы и притянул к члену. Гермиона с готовностью ответила на его инициативу, широко открыв рот. После пары толчков в самое горло, Драко вытащил и спустил ей на лицо.       — Ради такого примирения я не против чуток поссориться, — прорычал он.

***

      — Что самое извращённое ты когда-либо практиковал в сексе, — спросила Гермиона в надежде услышать нечто из того, что они пробовали ранее.       — Наверное фистинг, — честно ответил Малфой, лежа у неё на коленях.       — Ужас какой, — вырвалось у Грейнджер. — Кажется, мне есть что добавить в список моих табу. А анальный или вагинальный? — не удержалась от уточнения девушка.       — Оба, — усмехнулся Драко. — И поверь, все остались довольны.       — А бывало, что кто-то не был доволен в итоге? — уцепилась она за его формулировку.       — У меня было две неприятных ситуации за всё время. Я расскажу какие, если ответишь мне на два вопроса про твоих любовников.       — Но, кроме Рона, у меня ведь никого не было в этом плане, — призналась ведьма.       — А Виктор Крам?       — То был скорее петтинг, ничего серьёзного. А ещё, в озере, конечно, было холодно, но мне показалось, что у него крошечный, — призналась гриффиндорка, чем немало рассмешила Малфоя.       — Ну значит два вопроса о твоём парне, — согласился Драко. — Идёт?       — Хорошо. Начинай, — Гермионе не терпелось узнать его неприглядную сторону.       — С одной из девушек в прошлом году я решил попробовать элементы БДСМ и на словах ей понравились все мои предложения.       — Но на деле?..       — На деле она сильно испугалась в самом начале, когда я завязал ей глаза у себя в парадном и сцепил за спиной руки. Она буквально впала в истерику.       — Так-то её можно понять, — прокомментировала Грейнджер.       — Согласен. Но и я не мог идти у неё на поводу. Я и так был ограничен в применении магии. Вербально она согласилась со всем, что я буду с ней делать, но на практике её одолел какой-то животный страх.       — Скорее инстинкт самосохранения, — вставила Гермиона и Драко не стал спорить.       — Я дал ей выбор: или я развязываю её и она уходит. Или мы продолжим, но по моим правилам. И она ушла.       — А вторая ситуация?       — То было ещё в Хогвартсе, на пятом курсе. Должен предупредить, что твоё представление обо мне может сильно измениться, когда я расскажу, — пальцы Гермионы замерли в платиновых волосах.       — На пятом курсе ты был ещё большей занозой в заднице, чем обычно, — констатировала она. — Вы встречались с Паркинсон, кажется?       — Она меня как раз бросила. И всё бы ничего, но затем Пэнси начала мутить с Маркусом Флинтом. Я ошибочно полагал, что мне на зло.       — Они ведь недавно поженились? — вспомнила Грейнджер и Малфой кивнул.       — Раньше парочки таскались на Астрономическую башню, но когда Амбридж прогнала кентавра с должности преподавателя, слизеринцы начали устраивать тайные вечеринки у него в кабинете.       Гермиона помнила, как там было красиво. Особым свойством этой комнаты являлась её способность превращаться в достаточно реальное подобие лесной поляны и даже среди бела дня менять освещение на ночное, зажигая на потолке копии созвездий.       — Забини был завсегдатай. Они с Дафной где только не трахались в то время. Но когда Паркинсон позвала с собой Маркуса, я воспринял это как личное оскорбление. Я знал, что её подруга Милисента от меня без ума.       — Но она тебе не нравилась?       — Мне тогда никто не нравился, — признался он. — А Булстроуд не нравилась никому, кроме Паркинсон. Они дружили с яслей. С минимальными усилиями я привёл Милисент на одну из тусовок, где была Пэнси с новым ухажером. Все пили у костра в центре поляны, а парочки искали укромные уголки под деревьями в дебрях кабинета. Милли быстро захмелела и сама начала на меня вешаться, я не возражал. А когда моя бывшая наконец обратила на нас внимание, потащил Булстроуд в кусты.       — Ты переспал с ней? — тихо спросила Гермиона.       — Нет. Я был, ко своему стыду, ещё девственником. Немного полапал её, пока та не отрубилась. А затем и сам ушёл спать в Подземелья.       — Тогда почему моё представление о тебе должно измениться?       — Булстроуд тоже была девственницей, как оказалось. Я не разбудил её и не отвёл в комнату. И Тэо Нотт это заметил.       — О, Мерлин, — начала догадываться Грейнджер. — Я помню, что у вас на факультете все называли её шлюшкой, потому что она по пьянке потеряла с Ноттом невинность.       — Да только она не совсем понимала, что делает. Вероятно, она думала, что то был я.       — Или Нотт её попросту изнасиловал.       — Как минимум воспользовался её состоянием. И я не только допустил эту ситуацию. Я никак не пресёк её последствия в дальнейшем. Я сразу не отреагировал, спустив все на тормозах. И не вступился за неё после. Даже не переговорил с Тэо, который потом распускал о ней небылицы. А затем отца забрали в Азкабан и меня всё это уже мало волновало.       — Ты, конечно, поступил не лучшим образом, — начала Гермиона после долгой паузы. — Но тебе ведь было пятнадцать.       — И я уже тогда был монстром, Грейнджер. Ты должна чётко это осознавать, с учётом наших отношений.       — Монстром был и остается Нотт, Драко. Не ты. Мы не всегда можем нести ответственность за остальных.       — Странно, что это ты мне говоришь, Гермиона, — он потянул к губам её ладошку и поцеловал. — Свои вопросы я задам в следующий раз.