Ловушка для хладнокровного

В «Завесе» царил арктический холод. Закнафейн превзошел сам себя: по углам бара начал скапливаться иней, а немногочисленные посетители кутались в куртки, проклиная «сломанные» кондиционеры. Тёмный эльф за стойкой лишь невозмутимо протирал бокал, его темная кожа в истинном свете Ричарда поблескивала, как полированный обсидиан. Ричард вошел, демонстративно скидывая пальто. На нем была тонкая серая майка. От его кожи буквально исходил пар — Марк был прав, для змеиных чувств Сильвера Ричард сейчас светился, как раскаленная кочерга во тьме. Сильвер был в отчаянии. В истинном облике его чешуя из изумрудной превратилась в тускло-серую, кольца хвоста двигались вяло, с трудом преодолевая оцепенение. Он стоял у стены, пытаясь впитать тепло от лампы, но когда дверь открылась и вошел Ричард, наг замер. Его ноздри расширились, улавливая волну жара. Ричард сел за самый дальний столик в полумраке. Он не звал Сильвера, просто ждал. Через минуту наг, ведомый чистым инстинктом выживания, оказался рядом. Его зубы выбивали чечетку, а зрачки были расширены до такой степени, что почти не осталось золотой радужки. — Ты... — голос Сильвера сорвался на шипение. — От тебя... так жарко... Он не выдержал. Бросив поднос прямо на стойку под невозмутимым взглядом Закнафейна, Сильвер схватил Ричарда за предплечье. Его пальцы были ледяными, как у мертвеца. — Сюда... — прошипел он, увлекая Ричарда за собой в служебный коридор, подальше от глаз любопытных хипстеров и эльфийского бармена. Они оказались в забитой ящиками и вещами работников вподсобке. Едва тяжелая дверь захлопнулась, отрезая их от шума бара, Сильвер прижал Ричарда к стене. Здесь не было кондиционеров, но холод уже пробрался и сюда. — Ты... пахнешь как солнце, — выдохнул Сильвер. Его маскировка окончательно поплыла: зрачки вытянулись в узкие вертикальные иглы, а под кожей лица отчетливо проступили золотистые чешуйки. Он не стал спрашивать разрешения. Наг буквально рухнул в кресло и потянул за собой Ричарда. Человек почувствовал, как ледяные пальцы нага впились в его плечо, а тяжелые, мощные кольца хвоста начали обвивать его ноги, жадно впитывая тепло сквозь ткань. — Посмотри на меня, Сильвер, — мягко прошептал Ричард, накрывая его ладонь своей. Наг поднял голову. В его взгляде смешались страх, благодарность и пробуждающийся, первобытный голод. Внезапно Сильвер издал тихий, гортанный звук. Его маскировка начала трещать по швам. Он подался вперед, и Ричард почувствовал на своих губах его ледяное, пахнущее мускусом и миндалем дыхание. Сильвер впился в его губы — это не был нежный поцелуй, это было нападение хищника, ищущего спасения от холода. Его язык, острый и раздвоенный на самом кончике, стремительно скользнул в рот Ричарда, пробуя его на вкус, сплетаясь с его собственным языком. Ричард почувствовал на губах легкое покалывание — парализующий яд, который в малых дозах действовал как мощнейший наркотик. Руки нага действовали лихорадочно. Он рванул майку Ричарда вверх, оголяя торс, и прижался своей ледяной грудью к его горячей коже. Ричард вскрикнул от температурного шока, но тут же почувствовал, как кольца хвоста сжались сильнее, фиксируя его, лишая возможности пошевелиться. Раздвоенный язык Сильвера спустился к шее Ричарда, оставляя за собой дорожку влажного холода, которая мгновенно вспыхивала жаром. Сильвер лизал его ключицы, его грудь, жадно впитывая пульсацию крови в жилах. Ричи чувствовал, как его сознание начинает плыть от яда и близости этого мощного, нечеловеческого тела. — Ричард... ты такой... — прошипел Сильвер прямо ему в ухо, и в этот момент его хвост с такой силой сжал бедра Ричарда, что послышался хруст дерева — наг случайно раздавил ножку кресла. Звук ломающейся мебели подействовал на Сильвера как удар током. Он замер. Его глаза расширились, золотая радужка вернулась, вытесняя черноту. Он посмотрел на Ричарда — полуобнаженного, тяжело дышащего, со следами укусов на шее и синяками от хвоста на бедрах. Сильвер осознал, что он едва не сделал — он едва не раздавил единственного человека, который видел его настоящим. — О боги... нет! — вскрикнул Сильвер. Он отпрянул так резко, что Ричард едва не упал. Кольца хвоста мгновенно расплелись, сбивая рядом стоящие ящики. Дверь захлопнулась, оставив Ричарда сидеть в ледяном баре с разорванной майкой и горящими губами. Сильвер, не глядя на Закнафейна, который наблюдал за ним с поднятой бровью, рванул к черному выходу. Его движения были неестественно быстрыми, чешуя под мешковатой одеждой гремела, как сталь. Закнафейн медленно подошел к двери подсобки , неся новую порцию виски. — Ну что, охотник? — эльф поставил стакан перед Ричардом. — Кажется, твой наг испугался собственного аппетита. Ты еще жив, а это уже неплохое начало для свидания с хищником. Ричард сидел на уцелевшем краю кресла в подсобке, пытаясь дрожащими пальцами привести в порядок остатки своей майки. Яд Сильвера всё еще действовал: кончики пальцев покалывало, а в голове стоял приятный туман. Закнафейн прислонился к дверному косяку, скрестив руки на груди. Его татуировки медленно извивались на предплечьях, отражая его скепсис. — Пей, — коротко приказал эльф, кивнув на стакан. — Это нейтрализует паралитический эффект, иначе ты до дома на карачках ползти будешь. Ричард сделал глоток обжигающего напитка и поднял на бармена лихорадочно блестящие глаза. — Зак... он сбежал, потому что боится. Боится меня сломать. Если я просто буду приходить сюда как клиент, он никогда не выйдет ко мне снова. Он решит, что он монстр, и закроется. — Умная мысль для человека с отравленными мозгами, — усмехнулся Зак. — Найми меня, — выпалил Ричард. — Я же архитектор, Зак! Посмотри на свою подсобку — это же склад забытых вещей из ада. Я могу спроектировать тебе террариум... то есть зону отдыха. Или перестроить зал. Да я могу даже официантом подрабатывать по вечерам! Мне нужно быть рядом. Мне нужно, чтобы он привык ко мне, чтобы понял — я не ломаюсь от первого объятия. Закнафейн медленно прошелся по подсобке, отодвинув ногой обломок ножки кресла. Он посмотрел на Ричарда так, словно оценивал товар на аукционе. — Архитектор, значит? — эльф хищно улыбнулся, обнажая безупречно белые зубы. — Знаешь, Ричи, я как раз думал расширяться вниз. У меня там есть пара залов, которые не видели ремонта со времен падения Атлантиды. Но у меня есть условия. Я не плачу деньги «своим». — А чем ты платишь? — Ричард напрягся. — Возможностями, — Зак подошел ближе, и Ричард почувствовал запах древней магии и дорогого табака. — Ты будешь работать здесь «дизайнером интерьера» и помогать в зале, когда Сильверу будет совсем невмоготу. Но взамен... ты позволишь мне иногда «заимствовать» твое зрение. Твоя бабка была ведьмой, и твой дар — это чистый канал. Мне нужно видеть потоки магии в этом здании, которые замылились моему эльфийскому глазу. Эльф протянул руку, и его ладонь на мгновение окутало фиолетовое пламя. — И еще одно. Если ты все-таки решишь переспать с этим нагом, ты сделаешь это не в моем баре. Я не хочу завтра выносить твой труп в мусорном мешке только потому, что он не рассчитал силу хвоста во время оргазма. Ты подписываешься на это? Ричард посмотрел на протянутую руку, вспомнил вкус миндаля на губах и изумрудную чешую, скользившую по его коже. — По рукам, — сказал он и сжал ладонь эльфа. Магия Закнафейна обожгла кожу, закрепляя сделку.