По ту сторону веры 🔮

***

Тэхён долго не двигался. Слышал, как за дверью стихли шаги. Как где-то скрипнула половица. Как ветер ударился в стекло. Но внутри было слишком шумно. Он лежал, подтянув одеяло почти к самому подбородку, и смотрел в потолок невидящим взглядом. Кожа всё ещё помнила прикосновения. Тепло. Поцелуи. Чужие пальцы. И то странное, почти болезненное напряжение, которое вспыхнуло внутри в тот момент, когда Чонгук оказался слишком близко. Но дело было не только в этом. Что-то было неправильно. Тэхён медленно закрыл глаза. Сейчас внутри оставалось странное послевкусие. Не возбуждение. Не стыд. Не страх. Что-то другое. Будто из него что-то вытягивали. Незаметно. Медленно. Он нахмурился, прижимая ладонь к груди. Сердце билось тяжело. Слишком тяжело. Слабость растекалась по телу вязкой усталостью. Такой, будто он не просто пережил сильные эмоции. Будто долго бежал. Или болел. Тэхён сглотнул. Перед глазами на секунду снова вспыхнуло то ощущение. Момент, когда воздух между ними словно задрожал. Когда по коже пошли мурашки. Когда внутри резко стало пусто. Чонгук тогда будто стал… сильнее. Это чувствовалось почти физически. А Тэхён — наоборот. Как будто проваливался. Он медленно перевернулся на бок, поджимая ноги. В груди неприятно ныло. И почему-то стало холодно. Очень холодно. Он закрыл глаза сильнее. Но сон не приходил. В голове продолжала звучать одна мысль. Почему рядом с ним стало так тяжело дышать?

***

Чонгук закрыл дверь осторожно. Слишком осторожно. Будто боялся, что звук способен разрушить что-то хрупкое. Он остановился в коридоре. Провёл ладонью по лицу. Внутри всё ещё бушевало. Слишком много. Слишком резко. Он чувствовал прилив. Настоящий. Будто кровь стала горячее. Будто тело наполнилось силой. Даже дыхание было другим. Глубже. Тяжелее. И это раздражало. Потому что такого не должно было быть. Не после обычной близости. Не после нескольких прикосновений. Он поднял взгляд. У стены стояли Юнги и Хосок. Ждали. Юнги первым заметил выражение его лица. — Ты выглядишь так, будто кого-то убил. Чонгук усмехнулся без веселья. — Почти. Хосок скрестил руки. — Он в порядке? Чонгук задержался с ответом. Слишком долго. — Вроде бы... Юнги прищурился. Он слишком хорошо его знал. — Что случилось? Чонгук медленно выдохнул. Опёрся плечом о стену. — Не знаю. Хосок нахмурился. — Это очень плохой ответ. — Я знаю. Повисла пауза. Юнги посмотрел на него внимательнее. — У тебя глаза сейчас почти чёрные. Тишина. Хосок медленно опустил руки. — Что произошло в комнате? Чонгук отвернулся. — Потом... Он сменил тему... резко. — Есть предложения кто стрелял? Юнги сразу стал серьёзнее. — Не знаю кто они, но они точно знали зачем стрелять. Хосок достал из кармана пулю с порохом. — Духов хотели спугнуть? Чонгук покачал головой. — Нет. Он сделал паузу. — Их хотели выгнать. Хосок удивлённо поднял взгляд. — Разница? Юнги перевёл взгляд на друга. — Спугнуть — значит защититься. — А выгнать? — Значит знать, где они находятся. Тишина. Хосок нахмурился. — Кто-то ждал их появления. Чонгук медленно сжал кулаки. В голове вспыхнула одна мысль. Слишком неприятная. Слишком логичная. Он посмотрел в сторону комнаты. Туда, где остался Тэхён. И впервые за долгое время почувствовал не злость. А тревогу. Настоящую. Почти животную. Чонгук всё ещё стоял в коридоре, прислонившись плечом к стене, когда тишина вокруг начала казаться слишком плотной. Разговор давно затих. Юнги задумчиво крутил в пальцах найденную пулю, Хосок молча смотрел в окно, а сам Чонгук неосознанно возвращался мыслями к комнате в преподавательском корпусе. К Тэхёну. Тот остался там. В его кровати. И почему-то это не приносило спокойствия. Наоборот. Внутри медленно нарастало ощущение неправильности. Словно что-то уже происходило. Прямо сейчас. Чонгук резко выпрямился. — Я хочу ещё раз проверить библиотеку. Юнги поднял взгляд. — Сейчас? — Да. Хосок нахмурился. — Ты думаешь, мы что-то пропустили? Чонгук коротко качнул головой. — Не знаю. Но мне не нравится это чувство. Он первым направился к выходу. Парни переглянулись и молча пошли следом. Ночной кампус встретил их влажным воздухом и глухой тишиной. Вдалеке, почти у границы территории, возвышалась старая библиотека. Пустая. Тёмная. Заброшенная. Её окна казались слепыми. Они остановились у ступеней. Хосок огляделся. — Если стреляли рядом, значит причина была здесь. Юнги медленно провёл лучом фонаря вдоль стен. — Или нас специально привели к этой мысли. Чонгук почти не слушал. Его взгляд скользил дальше. За библиотеку. К лесу. К чёрной полосе деревьев, скрывающей дальнюю часть кампуса. И вдруг он замер. Между стволами что-то двигалось. Медленно. Почти бесшумно. Светлая ткань мелькнула среди темноты. Белая рубашка. Сердце болезненно ударилось о рёбра. Он узнал сразу. Тэхён. Фигура двигалась ровно. Слишком спокойно. Слишком медленно. Будто шла не по земле, а сквозь сон. Юнги тоже заметил движение. Тихо выдохнул. — Это он? Чонгук уже шагнул вперёд. — Тэхён! Голос прорезал тишину. Но силуэт даже не дрогнул. Не остановился. Не обернулся. Только продолжил идти. Размеренно. Плавно. Словно не слышал. Или не хотел слышать. Юнги резко достал прибор. Небольшой экран вспыхнул тусклым светом. Стрелка дёрнулась. Сначала едва заметно. Потом резко. Почти безумно. Юнги нахмурился. — В лесу что-то есть. Но Чонгук уже не слушал. Он сорвался с места. Под ногами хрустела сухая трава. Расстояние между ними быстро сокращалось. Тэхён всё так же шёл вперёд. Не ускоряясь. Не останавливаясь. Словно кто-то вёл его. — Тэхён! Никакой реакции. Чонгук догнал его. Резко схватил за локоть. Развернул к себе. И замер. Мир словно оборвался. Глаза Тэхёна были открыты. Но зрачки исчезли. Белые. Почти прозрачные. Пустые. Неузнаваемые. По спине Чонгука медленно прошёл холод. Тэхён смотрел прямо на него. И одновременно — будто сквозь. Губы едва шевельнулись. — Должен вспомнить. Чонгук почувствовал, как внутри что-то сжалось. Голос звучал иначе. Тише. Глубже. Чужеродно. Не совсем его. Тэхён медленно отвернулся. Снова сделал шаг в сторону леса. Но Чонгук резко потянул его назад. — Тэхён. Никакого ответа. Он встряхнул его сильнее. — Посмотри на меня. Пустота. Ни узнавания. Ни эмоций. Будто перед ним стояло тело, из которого кто-то временно забрал душу. Паника впервые за долгое время коснулась Чонгука по-настоящему. Остро. Непривычно. Он не знал, как вернуть его. Не понимал, что делать. Мысли рассыпались. Оставалось только одно. Инстинкт. Он резко притянул Тэхёна к себе. Поцелуй вышел жёстким. Почти отчаянным. Слишком настоящим. Чонгук прикусил собственную губу. Во рту мгновенно появился вкус крови. Тёплый. Металлический. Кровь стала рычагом реальности. Он почувствовал, как тело Тэхёна едва заметно дрогнуло. Секунда. Ещё одна. И вдруг пальцы Тэхёна слабо сжались на его куртке. Ресницы дрогнули. Белизна начала исчезать. Медленно. Словно растворяясь. Зрачки возвращались. Тёмные. Живые. Настоящие. Тэхён резко вдохнул. Отстранился. Взгляд был растерянным. Не понимающим. Он посмотрел на Чонгука так, будто впервые увидел. — Что… Слово оборвалось. Тело внезапно потеряло силу. Колени подогнулись. Чонгук успел подхватить его раньше, чем он упал. — Тэхён. Ответа не было. Только ровное, тяжёлое дыхание. Чонгук крепче прижал его к себе, поднял на руки и молча направился в сторону здания. Всё это не случайность, женщина в белом, выстрел, состояние Тэхёна. Нужно во всём разобраться, и как можно скорее.