Ниншу: Взгляд из Бездны

«Слайс оф лайф»

      Когда мы ступили на священную землю храмового комплекса, воздух вокруг нас задрожал от избытка маны. Мой Бьякуган фиксировал тысячи мелких источников энергии ёкаев, которые замерли в ожидании. Но стоило нам выйти на главную площадь, как шум Киото оборвался, сменившись звенящей тишиной.       Впереди, в окружении своей элитной гвардии, стояла Ясака. Но едва её взгляд упал на женщину, идущую по правую руку от меня, на ту, чьи девять золотых хвостов сияли первозданным, очищенным светом, — её лицо побледнело. — Это... невозможно... — прошептала предводительница Киото.       В следующую секунду Ясака, верховная правительница ёкаев западного региона Японии, медленно опустилась на колени. За ней, словно колосья под ветром, склонилась вся её свита с остальными зеваками. Сотни существ прижали лбы к земле в знак величайшего почтения перед своей легендарной прародительницей. — Благодарим тебя, Алый Дракон! — голос Ясаки дрожал от благоговения. — Ты не просто вернул святыню, ты исцелил саму суть нашего народа. Киото отныне в безопасности под сенью твоей милости.       Мидзукумэ лишь лениво повела плечом, и её хвосты игриво мазнули по моей броне. Она окинула Ясаку снисходительным взглядом, в котором не было и тени прежней ярости Камня Смерти. — Встань, дитя, — бросила Мидзукумэ в своей вольной, почти кошачьей манере. — Ты неплохо справляешься со своей работой, и мне не с руки забирать её у тебя. Власть над ёкаями и духами это слишком скучно для той, кто только что обрёл свободу и новое стремление в новой жизни.       Она внезапно прильнула к моему плечу, обхватив мою руку своими пышными формами и бесстыдно ластясь ко мне прямо на глазах у потрясённой толпы. — Я отправляюсь с Шином, — заявила она, бросив вызывающий взгляд на Медузу, Сфено и Эвриалу. — В его владениях бужет мне куда интереснее, да и мои новые... «соперницы» не дадут мне заскучать. Правда, мой драгоценный спаситель?       Медуза вспыхнула, её взор непроизвольно застыл на мне, а Эвриала хищно прищурилась, оценивая наглую «золотую» гостью. Я же чувствовал, как остатки адреналина после боя с Вали сменяются новым видом напряжения. — Хех кажется мне, что в Динас-Эмрисе скоро станет очень тесно. — Партнёр, поздравляю, — ехидно пробасил Драйг. — Теперь у тебя в семье не только Триада Горгон, но и Девятихвостая Богиня. Мой «Крушитель Баланса» даёт тебе силу, но боюсь, против четырёх разгневанных женщин, даже он бессилен.       Спустя некоторое время.       Это утро в Динас-Эмрисе обещало войти в историю замка как самое «напряжённое» со времен его основания. Когда первые лучи валлийского солнца пробились сквозь узкие окна спальни, Шин медленно открыл глаза, чувствуя на себе непривычную, дурманящую тяжесть.       Мир в его взоре, даже в пассивном состоянии, мгновенно зафиксировал избыток «мягкой» тепловой энергии в радиусе двух метров.       Слева, уютно устроившись на его плече, спала Медуза, чьи рыжие локоны щекотали ему шею. Чуть дальше, закинув ногу на одеяло с истинно спартанской бесцеремонностью, сопела Сфено, а Эвриала умудрилась занять второе плечо, тихонько причмокивая во сне. Их формы, напоминающие налитые спелые яблоки, мерно вздымались в такт дыханию, создавая уютный ритм.       Но настоящим «потрясением» стала Мидзукумэ. Она не просто спала рядом, она буквально окутала Шина своими золотыми хвостами, словно живым коконом. Её роскошная, пышная грудь бесстыдно прижималась к его атлетичному телу, а лицо с россыпью веснушек на переносице находилось в опасной близости от его губ. — Партнёр... — ехидно прошептал Драйг, чей голос в утренней тишине прозвучал как гром. — Я насчитал пятьдесят процентов покрытия твоей площади женскими телами. Твой «артефакт» сейчас сработает сам по себе, и боюсь, не на кулаки.       Шин почувствовал, как кровь прилила к лицу (а и не только к нему), а стальное самообладание дало трещину. Его взор глаз видел всё: от шёлка кожи до малейших изгибов, которые не скрывали даже тонкие ночные сорочки.       Сделав глубокий вдох и применив технику «самообладания телом и помыслами», чтобы унять сердцебиение, Шин аккуратно, миллиметр за миллиметром, выпутался из золотых хвостов и переплетения девичьих рук.       Встав с кровати и быстро одевшись, он обернулся. Четыре красавицы продолжали спать, представляя собой картину, достойную кисти лучшего художника Олимпа. — Кажется, сегодня будет очень весёлый день... — прошептал Шин сам себе, чувствуя, как на лбу выступает испарина.       Не оборачиваясь, он почти бегом ретировался из комнаты, пока «золотая кицунэ» не проснулась и не решила закрепить успех утренними объятиями.       Шин, стараясь не дышать, мягким шагом словно ниндзя, вышел из спальни. В коридоре он прислонился спиной к прохладному камню стены и выдохнул, так словно тихо ушёл из логова зверя. — Партнёр, твоё сердцебиение зашкаливает, — ехидно заметил Драйг. — Даже битва с Вали не заставляла твой пульс так прыгать. Что, испугался мягкого «окружения»? — Очень смешно, — прошептал Шин, направляясь к лестнице.       Спустя полчаса, когда Шин уже успел умыться ледяной водой и вскипятить воду для утреннего чая, на кухню, словно в свою "мастерскую" ворвался вихрь ароматов и женских голосов. Девушки проснулись почти одновременно, почуяв отсутствие запаха и ауры Шина.       Первой на кухню элегантно вплыла Мидзукумэ. Скрыв свои девять хвостов, она выглядела как благородно, высокая и опасная красивая женщина, одета она была в лёгком кимоно, которое едва держалось на её пышных формах и покрывая её бёдра. Золотые волосы были небрежно собраны, а на переносице забавно сморщились веснушки, когда она почуяла запах травяного чая, который приготовил Шин. — О, мой Драгоценный уже на посту? — она хитро прищурилась, её желтые глаза сверкнули солнечным светом. — Но этот чай... он слишком пустой. Позволь мне показать тебе, что такое настоящий завтрак в дворцах Киото.       Она мгновенно заняла место у плиты, начав выкладывать на стол баночки с пряностями и свежую рыбу. Но не успела она зажечь огонь, как дверь распахнулась, и вошло трио рыжих красоток.       Медуза, всё ещё в ночной сорочке, на которую она наспех накинула шаль, выглядела решительной как никогда. Сфено и Эвриала шли за ней, словно почётный караул. — В этом доме готовка еды на мне, — тихо, но твёрдо произнесла Медуза, подходя к столу. — Шин привык к моим рецептам. Они... проверены временем. — Ой, сестренка, — Эвриала опёрлась на косяк, оглядывая Мидзукумэ с головы до ног. — Кажется, у нас тут новая хозяйка решила, что она главная на кухне. — Время идёт вперёд, милые дамы, — Мидзукумэ обернулась, ловко подбросив в руке кухонный нож. — Иногда старые рецепты приедаются. Шин теперь Небесный Дракон высшего порядка, ему нужна еда, достойная его новой силы. Изысканная. Тонкая... Японская. — На последнем слове кицунэ сделал акцент, почти явно вызывая на кулинарный поединок хозяек (леса :) кухни.       Начался великий кулинарный поединок. Горгоны оккупировали левое крыло кухни, достав подготовленную для запекания дичь и амброзийные настои, а кицунэ заняла правое крыло, нарезая прозрачные ломтики сашими и варя рис в бамбуковых корзинках.       Шин сидел на табурете в центре этого идеологического кулинарного шторма, приправленного нотками магии. — А... может, просто яичницу? — возникая спросил он, но четыре пары глаз (трое изумрудных и одна янтарная) посмотрели на него так, что он тут же замолчал и оставил своё мнение при себе.       Мидзукумэ первой закончила с «закуской». Она подошла к Шину вплотную, так, что он снова почувствовал аромат жасмина и тепла её тела. Хоть хвостов и не было видно, но он ощущал их призрачное присутствие. — Попробуй это, — она поднесла палочки к его губам, бесстыдно прижимаясь грудью к его плечу. — А-а-ам... Это не просто рыба. Это энергия моря согреваемого восходящим солнцем. — Не смей! — Медуза тут же подставила ложку с ароматным рагу. — Сначала мясо! Тебе нужны силы, Шин! — Просто ешь и улыбайся, партнёр, — пророкотал Драйг. — Удвоение на пищеварение 1... 2... 3! Погнали!       Шин вытер губы салфеткой, чувствуя, как внутри него идёт настоящая термоядерная реакция от смеси амброзии, унаги и специй. — Я же дракон, то есть всеядный! — рассмеялся он, поднимаясь из-за стола. — Всё было потрясающе вкусно, наелся на весь день вперёд. Но... — его взгляд стал серьёзным, — калории нужно сжигать. Наступила пора совместной тренировки.       Вся процессия спустилась в глубокие подземелья Динас-Эмриса, где располагался обширный тренировочный зал, защищенный древними рунами. Воздух здесь был прохладным, пахло сталью и озоном.       Трио сестёр и кицунэ переглянулись между собою. Для них кулинарный поединок был лишь разминкой, а вот здесь, на арене, они собирались выяснить, кто в этом доме действительно имеет вес. — Ну что, «ластящаяся кошка»? — Эвриала игриво проявила на указательном пальце магическую печать, и её неоновые глаза опасно сузились. — Шин сказал тренироваться, а значит настала пора посмотреть, на что ты способна в бою. А то пока мы видели только твои таланты на кухне. — Ой, милые "бабушки", — Мидзукумэ лениво потянулась, и её кимоно опасно натянулось на пышных формах. — Вы такие древние, что Я боюсь, как бы ваши косточки не рассыпались от одного моего чиха. — Бабушки?! — Сфено сжала медные кулаки, и по залу разнесся тяжёлый гул. — Мы — Горгоны! Мы видели падение богов, когда ты ещё была просто рыжим пятном в лесах Востока! — Именно, — парировала Мидзукумэ, хитро улыбаясь. — Вы это история, Я же легендарная прародительница кицунэ. Почувствуйте разницу в статусе.              Все, Горгоны и Мудзукумэ, стали на свои позиции, ожидая команды от Шина и его наблюдения. — В БОЙ! — скомандовал Шин, активируя Бьякуган, чтобы не пропустить ни одной детали.       Сфено рванула вперёд как таран, а Эвриала обрушила на Лису каскад звуковых ударов. Мидзукумэ, мгновенно став серьёзной, уходила от атак с невероятной грацией, её движения были текучими, как расплавленное золото. Но стоило Медузе подключиться с её копьём, как ситуация изменилась. — НИНШУ: ОБЪЕДИНЕНИЕ! — выкрикнул Шин через ментальный канал.       И тут произошло нечто невероятное. Вместо того чтобы мешать друг другу, их ауры вошли в резонанс. Магия звука Эвриалы начала вибрировать на частоте божественного света Мидзукумэ, усиливая её в десятки раз. Сфено, нанося удар, почувствовала, как лисье пламя окутывает её медные кулаки, добавляя им взрывную мощь. — Ого... — Эвриала замерла, глядя на свои руки, которые теперь светились золотисто-неоновым светом. — Ты чувствуешь это, Сфено? — Наши силы... они как будто ждали друг друга, — прошептала Медуза, чьё копьё теперь извергало не просто магию, а чистый солнечный порыв.       Мидзукумэ приземлилась рядом с ними, тяжело дыша, но с восторгом в глазах. — Кажется, наш Дракон собрал не просто гарем, а небольшую, но уверенно сильную армию, — она подмигнула Шину. — Вместе мы сотрём наших недоброжелателей в порошок. — Партнёр, ты это видел? — пробасил Драйг. — Если они перестанут спорить из-за твоих обьятий и начнут так работать на поле боя... то можно даже, посочувствовать твоим врагам. Такое сочетание концепций, это уже уровень за ограничениями системы Бога.       После дальнейшей, изнурительной тренировки, когда пыль в подземельях улеглась, а тяжёлое дыхание девушек стало ровным, Шин вытер пот со лба и хищно улыбнулся. Его Бьякуган всё ещё видел остаточные эманации их объединенной силы, это было очень красиво и пугающе одновременно. — Раз уж мы теперь одна команда и уже все всё уяснили, пора смыть этот пот и усталость накопившуюся за всё это время, — произнёс Шин. — Устроим «Банный день», — он вышел из тренировочного зала и пройдя дальше по коридору посмотрел на стену. Прижав свою ладонь в алой перчатке к холодной каменной стене. — НИНШУ: ТРАНСФОРМАЦИЯ ЛАНДШАФТА! — прошептал он.       Воздух в подземелье вздрогнул, затем проявился дверной проём, который вёл в целое новое помещение. Шин направил поток природной энергии Сендзюцу, смешав её с жаром Драйга. Каменные плиты в дальнем конце зала начали плавиться и раздвигаться, формируя глубокую чашу. Шин использовал совместные с Мидзукумэ, знания о японских онсэнах, которые она видела и он сам множество раз в книжках, будучи в приюте: он выложил края бассейна гладким речным камнем и темным вулканическим обсидианом, чтобы удерживать тепло.       Затем он активировал руны водоснабжения замка. Холодная вода из подземных источников Уэльса хлынула в чашу, но проходя через «пламенные фильтры» системы замка, она нагреваясь испарялась в густой, обволакивающий пар. Воздух мгновенно наполнился влажным теплом и легким ароматом хвои и диких трав, которые Эвриала услужливо добавила в воду своей магией. — О-о-о... — выдохнула Мидзукумэ, её глаза сверкнули янтарным восторгом. — Настоящий онсэн прямо в сердце валлийских земель. Драгоценный, Ты превзошел сам себя.       Шин создал не просто ванну, а целую экосистему: с небольшим водопадом, стекающим по камням, и деревянными помостами из ароматного кедра. Пар был настолько плотным, что скрывал очертания зала, создавая иллюзию уединения под открытым небом, хотя над ними были десятки тонн скальной породы. — Разделяемся, — скомандовал Шин, пытаясь сохранить остатки командирского голоса, хотя при виде того, как девушки начали развязывать пояса своих тренировочных костюмов, его «стальное тело» снова начало давать сбои. — Я пойду на свою сторону, а вы... располагайтесь в своей.       Медуза хитро улыбнулась, распуская свои рыжие локоны, которые каскадом упали на её плечи. — Конечно, Шин. Но помни... в этом замке барьеры работают очень странно, — пропела она, подготавливаясь к баньке.       Шин поспешно ретировался в свою часть источника, надеясь, что горячая вода поможет ему привести мысли в порядок. Но он забыл одну деталь: пар в онсэне не является преградой для Бьякугана, а Мидзукумэ явно не собиралась соблюдать границы «мужской» и «женской» зон.       Горячий пар окутал подземелье плотным белым саваном, создавая иллюзию бесконечного пространства, где время замедлило свой ход. Шин откинул голову на гладкий каменный край бассейна, вдыхая аромат кедра и других запахов трав. Он надеялся, хотя бы на десять минут тишины, но в мире, где он объединил свою судьбу с четырьмя мифическими созданиями, слово «личное» давно стало архаизмом.       Тихий плеск воды выдал их раньше, чем Бьякуган зафиксировал движение. Сквозь туманную завесу, плавно разрезая водную гладь, к нему приближались четыре нагие грациозные фигуры.       Первой шла Мидзукумэ. Без своих хвостов, окутанная лишь паром и сиянием собственных золотых волос, она выглядела как ожившее солнце. Следом, не отставая, за ней двигалась Медуза, чьи мокрые рыжие локоны змеились по алебастровым плечам, и её старшие сёстры, в чьих глазах азарт борьбы сменился томным любопытством. Они решили, что барьер «мужской зоны», лишь формальность, которую нужно стереть.       Шин не шелохнулся. Он не стал прикрываться или отводить взгляд. Напротив, он медленно выпрямился, позволяя воде стекать по рельефным мышцам груди, и встретил их наступление с такой уверенной харизмой, что девушки невольно замедлили шаг. — Я смотрю, концепция «личного пространства» в нашем Ниншу, окончательно потерпела крах? — его голос, низкий и вибрирующий от скрытой силы Драйга, заполнил пространство купальни.       Он обвел их взглядом своих молочно-белых глаз, задерживаясь на каждой чуть дольше приличия, отчего по коже Медузы пробежала видимая дрожь. — Что ж, раз вы так стремитесь к «единству», — Шин усмехнулся, и в этой усмешке было больше власти, чем в его боевом доспехе, — то помните: Ниншу — это не только обмен энергией в пылу битвы. Это резонанс, который не признает границ. Если вы собрались синхронизировать наши ауры не только в бою, но и здесь... более приватной обстановке, то Я не буду сомневаться и буду требовать от вас такой же самоотдачи.       Мидзукумэ, собиравшаяся съязвить, внезапно замолчала, чувствуя, как её собственные щеки начинают пылать. — В постели, как и на поле боя, — продолжал Шин, сокращая дистанцию с Медузой и мягко касаясь её подбородка, — «деление» сил здесь не сработает. Только полное слияние. Вы ведь к этому стремились, врываясь ко мне?       Он посмотрел на Эвриалу и Сфено, которые, вопреки своей обычной дерзости, вжались плечами в воображаемую стену за ними, завороженные его напором. — Мой Бустер Гир работает на всё, — прошептал он, и в его глазах вспыхнул опасный алый огонек возбуждения. — И если... Вы не боитесь перегрузки системы, то добро пожаловать в мою зону.       В онсэне воцарилась оглушительная тишина, нарушаемая лишь стуком сердец четырёх красавиц, которые внезапно поняли: они не зажали Дракона в угол. Это он только что расставил на них ловушку, из которой ни одна не захочет выбираться.