Рождённая ветром

Несколько дней прошло в напряжённом ожидании. Сейлор воины собирались почти каждый вечер — то в особняке Харуки, то в храме Рей, то в кафе «Корона». Говорили о том, что произошло на концерте, о новых врагах, о таинственных воительницах, появившихся из ниоткуда и исчезнувших так же внезапно. — Я думала, после победы над Мёртвой Луной наступит мир, — вздыхала Минако, крутя в руках чашку с кофе. — Ну, хотя бы ненадолго. — Мир никогда не бывает вечным, — философски заметила Сецуна. — Свет и тьма всегда сменяют друг друга. — Но эта Стальная Сейлор Мышь назвала себя Сейлор воином, — напомнила Ами. — И она охотилась за звёздными семенами. За нашими кристаллами. — Значит, есть и другие такие, — добавила Макото. — Кто хочет забрать нашу силу. — Но что они с ней делают? — спросила Рей. — Для чего она им? На этот вопрос никто не мог ответить. Харука сидела в кресле у окна, глядя на улицу. Она заметила, что Усаги сегодня особенно задумчива. Принцесса сидела на диване, обхватив колени руками, и смотрела в одну точку. — Усаги, — позвала Харука. — Ты слышишь нас? — А? Да, прости, — встрепенулась Усаги. — Я просто… задумалась. — О чём? — спросила Мичиру. — Не знаю. — Усаги покачала голвой. — Мне кажется, что я должна что-то вспомнить. Что-то важное. Но не могу. — Может, это связано с теми воинами? — предположила Хотару. — Возможно. — Усаги вздохнула. — Когда они появились, я почувствовала что-то странное. Как будто… мы уже встречались. — Я тоже это чувствовала, — неожиданно сказала Харука. — В тот момент, когда они уничтожили Сейлор Мышь. Мне показалось, что я знаю их. Но не могу вспомнить откуда. — Возможно, вы встречались в прошлой жизни, — предположила Сецуна. — Но если ваша память молчит, значит, так нужно. — Или эти воины из другой галактики, — добавила Рей. — Как думаешь, Сецуна? Врата времени могли пропустить их? — Могли, — кивнула Сецуна. — Но они не отзываются на мои призывы. Время молчит. — А «Три звезды»? — спросила Минако. — Они тоже знают о звёздных семенах. Сейя сказал, что они их ищут. — Они связаны с теми воинами, — твёрдо сказала Харука. — Я чувствую. И возможно, они тоже враги. — Нет! — вырвалось у Минако. — Они не могут быть врагами! Они же… они такие… — Такие красивые и талантливые? — усмехнулась Харука. — Враги не всегда выглядят как монстры, Минако. Иногда они прячутся за красивыми лицами. — Я не верю, что они враги, — покачала головой Усаги. — Я тоже, — поддержала её Минако. — Возможно, вы правы. — Харука встала. — Но мы не можем быть уверены. Пока не узнаем правду. Она подошла к Усаги и положила руку ей на плечо. — Что бы ни случилось, мы защитим тебя. Все вместе. Ты не одна, Усаги. — Я знаю, — улыбнулась принцесса. — Спасибо вам. — И не переживай так, — добавила Мичиру. — Вспомнишь, когда придёт время. Нельзя форсировать память. — А ты, Харука. — Рей повернулась к ней. — Ты уверена, что эти воины — не союзники? — Не уверена, — честно ответила Харука. — Они могут быть кем угодно. Но пока мы не знаем их целей, мы должны быть осторожны. — Согласна, — кивнула Сецуна. — Наблюдать и ждать. И готовиться. — К чему? — спросила Минако. — К тому, что будет, — ответила Харука. — Что бы это ни было. Она посмотрела на всех — на Усаги, на внутренних воинов, на своих сестёр. В их глазах горела решимость. И любовь. — Мы справимся, — сказала она. — Как всегда. — Все вместе, — эхом отозвались остальные. За окном садилось солнце. Ночь опускалась на Токио, принося с собой новые тайны. Но воины были готовы. Всегда готовы. *** Вечер опустился на Токио мягкими сумерками, когда телефон Харуки зазвонил. На экране высветилось имя Усаги. — Принцесса? — Харука взяла трубку, чувствуя что-то неладное в голосе собеседницы. — Харука-тян, — голос Усаги звучал растерянно. — Вы все… вы можете приехать? Прямо сейчас? Мне кажется, у меня проблемы. — Едем, — коротко ответила Харука и нажала отбой. Через полчаса чёрный автомобиль Харуки остановился у дома Цукино. Рядом уже стояли внутренние воины — все, до единого. Усаги впустила их в дом, её лицо было бледным и растерянным. — Что случилось? — спросила Минако, заходя в гостиную. — Смотрите сами. — Усаги указала на диван. На диване, поджав ноги, сидела маленькая девочка. Она была точной копией Усаги — те же черты лица, тот же разрез глаз, та же улыбка. Но волосы были не блондинистыми, а тёмно-розовыми, собранными в два пучка в форме сердечек. Огромные голубые глаза смотрели на вошедших с любопытством и… усталостью. — Чиби-Чиби, — сказала девочка, и это было единственное слово, которое она произнесла. — Чиби-Чиби? — переспросила Минако. — Она только это и говорит, — вздохнула Усаги. — Я нашла её на улице. Она просто стояла посреди дороги и смотрела на небо. Я привела её домой, но она не говорит ничего, кроме этого. — Может, это твоя сестра? — предположила Рей. — Рей-тян, у меня нет сестёр, — напомнила Усаги. — Ну, может, двоюродная? Или дальняя родственница? — Она похожа на Чибиусу, — тихо сказала Хотару. — Только волосы другого цвета и эти хвостики… как сердечки. — Ты думаешь, это её сестра? — спросила Мичиру. — Может быть. — Хотару пожала плечами. — В будущем у Усаги-тян могло родиться ещё один ребёнок. — Девочки! — взмолилась Усаги. — Вы говорите обо мне, как будто меня здесь нет! И вообще, мне ещё рано думать о втором ребёнке! — Кто знает, как там в будущем, — усмехнулась Харука. — Может, Чибиуса попросила маму родить ей сестрёнку. — Харука-тян! — А мне нравится эта девочка, — неожиданно сказала Сецуна, подходя к дивану. — В ней чувствуется сила. Древняя. Сильная. — Чиби-Чиби, — повторила девочка, глядя на Сэцуну, и протянула к ней руку. — Какая милая, — умилилась Минако. — Но почему она только это и говорит? — Может, у неё амнезия, — предположила Ами. — Или она просто не хочет говорить. — Или не может, — добавила Макото. В этот момент в гостиную вошла Икуко Цукино, мама Усаги. — О, у нас гости, — сказала она, оглядывая воинов. — Что-то случилось? — Мама, это… — начала Усаги. — Я вижу. — Икуко подошла к девочке и взяла её на руки. — Маленькая гостья. Пора спать, малышка. А вам. — Она строго посмотрела на воинов, — завтра в школу. Идите по домам. — Но, мама… — Усаги, завтра важный день. И тебе, и твоим подругам. А эта девочка никуда не денется. Мы о ней позаботимся. Икуко вышла из комнаты, унося Чиби-Чиби на руках. Девочка, уже засыпая, прошептала ещё раз: — Чиби-Чиби… — Нам действительно пора, — сказала Харука, поднимаясь. — Но мы разберёмся, кто она. Обещаю. — Спасибо, — улыбнулась Усаги. — Я не знаю, что бы я без вас делала. — Скучала, — ответила Минако, обнимая её на прощание. Воины разошлись. На улице уже стемнело, и только редкие фонари освещали дорогу. — Что думаешь? — спросила Мичиру, когда они с Харукой сели в машину. — Не знаю, — честно ответила Харука. — Но эта девочка… в ней есть что-то странное. Не опасное, но… чужое. — Ты чувствуешь в ней силу? — Да. И не одну. Как будто несколько сил смешались в одном теле. — Как в Чибиусе, — задумчиво сказала Мичиру. — Как в Чибиусе, — кивнула Харука. — Но не совсем. Она завела мотор, и машина тронулась. — Что бы это ни значило, — добавила Харука, — мы должны быть готовы. Ко всему. *** Утро в школе Дзюбан началось с оглушительного шума. — Вы видели?! Они идут! Они идут! — Сейя-кун! Тайки-кун! Ятен-кун! — Какие же они красивые! Харука, только переступившая порог школы, поморщилась. Коридоры были заполнены визжащими девушками, которые столпились у входа, словно ожидая появления идолов. — Что здесь происходит? — спросила она у Мичиру, которая шла рядом. — Кажется, «Три звезды» перевелись в нашу школу, — ответила та, и в её голосе слышалась лёгкая усмешка. — Что?! — Харука остановилась. — Зачем? — Может, хотят получить среднее образование? — предположила Мичиру, но в её глазах плясали смешинки. — Очень смешно. Весь день превратился в сущий ад. Сейя, Тайки и Ятен не могли сделать и шагу без того, чтобы за ними не тянулась толпа поклонниц. Они раздавали автографы, улыбались, фотографировались. Казалось, им это даже нравилось. — Ненавижу, — буркнула Харука, наблюдая, как очередная группа девчонок пристаёт к Сейе на перемене. — Ты просто не любишь, когда кто-то отвлекает внимание от тебя, — усмехнулась Мичиру. — Дело не во мне. Они отвлекают всех. В том числе и принцессу. — Усаги-тян сильная, она не отвлечётся. — Но она может забыть о письме Мамору… Харука замолчала. Мысль о том, что Усаги может пропустить письмо от жениха, была невыносима. — Где она, кстати? — спросила она, оглядываясь. — Кажется, ушла на крышу, — ответила подошедшая Макото. — Сказала, что хочет побыть одна. Пишет письмо Мамору-куну. — Одна? — Харука нахмурилась. — На крыше? — Не переживай, с ней всё в порядке, — улыбнулась Макото. — Ей нужно уединение. Но Харука уже чувствовала. Что-то было не так. Тот самый холодок, который всегда предвещал опасность. — Я сейчас вернусь, — бросила она и быстро пошла к лестнице. — Харука? — Мичиру двинулась за ней. — Останься, — остановила её Харука. — Я быстро. Она взбежала по лестнице, толкнула дверь на крышу и замерла. Усаги лежала на бетонном полу, прижав руки к голове. Её лицо было бледным, глаза закрыты. А над ней, склонившись, стояли трое. Сейя, Тайки и Ятен. — Что вы с ней сделали?! — голос Харуки прозвучал резко, холодно. Она подбежала к Усаги, опустилась рядом на колени, заслоняя её своим телом. На ней сегодня была юбка — школьная форма обязывала, и Харука не стала спорить. Сейчас это было неважно. Важно было защитить. — Ничего, — ответил Сейя. Его голос был таким же холодным, как у Харуки. — Мы только подошли. Она уже лежала. — Не ври, — глаза Харуки сверкнули. — Я чувствую вашу силу. Вы что-то с ней сделали. — Твоя сила тоже чувствуется, — вдруг сказал Ятен, и его взгляд задержался на Харуке дольше, чем следовало. — Мы ничего ей не сделали, — повторил Тайки. — Она потеряла сознание сама. — С чего бы? — Харука не верила. — Не знаю. — Сейя пожал плечами. — Может, от переутомления. Они смотрели на неё. Все трое. И в их взглядах было что-то, что заставило Харуку замереть. Не угроза, нет. Что-то другое. Словно они видели её насквозь. Словно знали её. Очень давно. — Усаги-тян. — Харука наклонилась к принцессе. — Ты слышишь меня? — Харука-тян? — Усаги открыла глаза. — Что случилось? — Ты потеряла сознание. Голова болит? — Немного… — Усаги попыталась сесть. — Я просто… я хотела написать письмо Мамору-куну, а потом… потом всё поплыло. — Мы уходим, — сказал Сейя. Он ещё раз посмотрел на Харуку — долгим, странным взглядом — и они исчезли за дверью. — Они говорят, что нашли тебя уже без сознания, — ответила Харука. — Но я им не верю. — Со мной всё в порядке, правда, — Усаги слабо улыбнулась. — Ты бледная. Пойдём в медпункт. — Не нужно. Просто голова немного кружится. Харука помогла ей встать. — Я отведу тебя. И больше никуда не отпущу одну. — Харука-тян, я не ребёнок… — Знаю. Но я дала клятву. *** Дни в школе Дзюбан превратились в настоящий кошмар. — Я не понимаю, — бормотала Ами, сжимая в руках очередной тест. — Как он мог набрать больше баллов, чем я? — Кто? — спросила Харука, подходя к её парте. — Тайки Коу. — Ами выглядела так, будто её мир рухнул. — Он не просто обогнал меня. Он разгромил меня. По всем предметам. По всем! — Ну, бывает, — попыталась успокоить её Макото. — Не бывает! — Ами вскочила, и все в классе обернулись. — Я всегда была первой! Всегда! А этот… этот… Она схватила стопку тетрадей и учебников и с яростью начала рвать их на части. — Ами-тян! — Минако попыталась её остановить. — Не трогай! — Ами продолжала рвать бумагу, и клочки летели во все стороны. Харука подбежала и схватила её за руки. — Ами! Прекрати! Это же твои конспекты! — Какая разница? — в голосе Ами звучало отчаяние. — Раз он всё равно умнее меня? Раз он всё равно всё знает лучше? — Ты самая умная девочка в этой школе, — твёрдо сказала Харука. — И один тест этого не меняет. Ами посмотрела на неё, и в её глазах блеснули слёзы. — Ты правда так думаешь? — Уверена. Ами выдохнула и опустилась на стул, глядя на разорванные листы. Харука вздохнула. Ещё одна жертва «Трёх звёзд». Но хуже всего было то, что эти «звёзды» портили жизнь не только Ами. — Представляешь. — Мичиру подошла к Харуке на перемене, и её голос дрожал от едва сдерживаемой ярости. — Он сказал, что мне не идёт помада. — Кто? — нахмурилась Харука. — Ятен. Сказал, что мой цвет слишком яркий и что мне лучше вообще не краситься. — Мичиру сжала кулаки. — Этот выскочка! Этот… Она вытащила из сумки свою любимую помаду, ту самую, которую Харука подарила ей на день рождения, и одним движением сломала её пополам. — Мичиру! — Харука попыталась остановить, но было поздно. — Я больше никогда не буду краситься, — сказала Мичиру ледяным тоном. — Никогда. Если этот… этот… считает, что это вульгарно. — Мичиру, он никто, чтобы указывать тебе.— Харука взяла её за руку. — Ты красива в любом виде. С помадой и без. — Он унизил меня, — прошептала Мичиру. — Прямо перед всеми. Харука обняла её, чувствуя, как та дрожит. — Я разберусь с ним, — пообещала она. — Обязательно. — Не нужно. — Мичиру покачала головой. — Просто… просто побудь со мной. А самой Харуке досталось от Сейи. Не то чтобы он делал что-то специально. Он просто… был. Был везде, где она появлялась. И каждый раз, когда Харука выходила на тренировку, её фанатки, которые раньше вились вокруг неё, теперь окружали Сейю. — Харука-семпай, вы слышали? Сейя-кун пробежал стометровку за десять секунд! — Сейя-кун такой быстрый! — Он настоящий лидер! Настоящий айдол! Харука сжимала кулаки так, что костяшки белели. — Лидер, — прошипела она, глядя, как Сейя улыбается её бывшим фанаткам. — Айдол. У него даже нет лицензии гонщика! — Ты ревнуешь? — усмехнулась Мичиру, уже немного успокоившаяся. — Я? — Харука фыркнула. — Ни капли. Просто не выношу, когда кто-то крадёт моих фанатов. — Конечно, не выносишь, — согласилась Мичиру, и в её голосе слышалась лёгкая насмешка. Но хуже всего было то, что не все разделяли их раздражение. Макото и Минако были в полном восторге от новых звёзд. Они собирали их фотографии, ходили на все их выступления, даже организовали фан-клуб. — Сейя-кун такой милый! — мечтательно вздыхала Минако. — А Тайки-кун такой умный! — вторила ей Макото. — И Ятен-кун такой стильный! — добавляла Минако. — А Усаги-тян? — спросила Харука, надеясь, что принцесса хотя бы сохранила здравомыслие. — Усаги-тян? — Минако задумалась. — Она, кажется, тоже фанатеет. Особенно от Сейи-куна. Харука почувствовала, как внутри поднимается волна злости. — Она должна писать письма Мамору, а не фанатеть от каких-то певцов! — выпалила она. — Харука-тян ревнует, — пропела Минако. — Я не ревную! — рявкнула Харука. — Я просто… Она замолчала, понимая, что сейчас скажет лишнее. — Просто что? — спросила Макото. — Просто я не доверяю этим троим, — закончила Харука. — В них есть что-то странное. И вы это чувствуете, даже если не хотите признаваться. — Они просто музыканты, — пожала плечами Минако. — Они больше, чем музыканты, — покачала головой Харука. — И вы это знаете. *** Вечер опускался на школу Дзюбан, окрашивая стены в золотистые тона. Харука и Мичиру задержались после клубных занятий, Минако присоединилась к ним, когда они уже собирались уходить. — Слушайте, — начала Минако, но замолчала. Музыка. Тихая, едва уловимая, но она была. Она лилась откуда-то сверху, проникала в самое сердце, звала. — Ты чувствуешь? — спросила Мичиру, и её голос дрогнул. — Да. — Харука уже бежала к лестнице. — Что-то случилось. С принцессой. Они ворвались на крышу и замерли. Юпитер и Меркурий висели в воздухе, их шеи сжимали длинные нежно-голубые волосы, которые тянулись от головы девушки в странной форме. Её костюм напоминал рыбу — чешуйчатый, переливающийся, с высокими плавниками на плечах. — Я — Алюминиевая Сейлор Сирена! — провозгласила она, и её голос разнёсся над крышей. — И ваши звёздные семена станут моими! — Отпусти их! — крикнула Усаги, которая уже была в форме Сейлор Мун. — Медовый поцелуй невесты! Серебряный свет ударил в злодейку, но та лишь рассмеялась. — Слабо, принцесса! Очень слабо! Харука не стала ждать. — Космическая турбулентность! Её атака обрушилась на Сейлор Сирену, но та даже не пошатнулась. Голубые волосы сжали шеи пленниц сильнее. — Харука! — закричала Мичиру. — Я не могу, — выдохнула Харука. — Мои атаки… они не работают… — Вы слабы, — прошипела злодейка. — Все вы слабы. А теперь — получайте! Волосы дёрнулись, и из груди Ами и Макото вырвались два луча света. Голубой и зелёный. — Нет! — закричала Минако. Тела Меркурия и Юпитера обмякли. Они падали на бетонный пол, рассыпаясь в песок, в пыль, в ничто. А в руках Сейлор Сирены засияли два камня. Голубой, чистый, как вода. И зелёный, яркий, как лес. — Сейлор кристаллы, — прошептала Мичиру. — Она забрала их Сейлор кристаллы. — Ами! Макото! — Минако упала на колени, глядя на пустоту. — Да! — закричала злодейка. — Я достала их! Звёздные семена этой жалкой планеты теперь мои! — Ты… — Харука рванулась вперёд, но её остановил свет. Три вспышки. Три фигуры, которые они уже видели однажды. Сейя, Тайки, Ятен. Но не в облике музыкантов. В форме Сейлор-воинов. Тёмно-синие костюмы из двух частей, высокие сапоги, золотые тиары на лбах. Серьги-звёзды в ушах. — Мы — Сейлор Старлайты! — голос Сейи звучал твёрдо, как сталь. — Воин, — сказал он, и его фигура вспыхнула. — Творец, — добавил Тайки, и зелёный свет окутал его. — Целитель, — закончил Ятен, и сияние соединило их троих. — Звёздный свет! — крикнули они в унисон, и поток чистой энергии ударил в Сейлор Сирену. — Что?! — закричала она. — Кто вы?! Откуда вы?! Её голубые волосы рассыпались, защитный барьер рухнул, и она исчезла, оставив после себя только эхо крика. Тишина. Старлайты опустились на крышу. Сейя подошёл к тому месту, где только что были Ами и Макото. Их звёздные семена исчезли. Растворились в воздухе. Продолжение следует…