Рождённая ветром

Прошло несколько дней. Солнце вставало над Токио, и в его свете не было тьмы. Только тепло, только жизнь, только надежда. Сейлор воины наконец могли дышать. Не оглядываясь, не ожидая удара, не вслушиваясь в ночную тишину в поисках врага. Они могли просто жить. Усаги сидела на крыше школы Дзюбан, свесив ноги вниз, и смотрела на город. Рядом стоял Мамору, его рука лежала на её плече. — Красивый вид, — сказал он. — Красивый, — согласилась Усаги. — Особенно сейчас. — Ты о чём? — О мире, — она улыбнулась. — О том, что никому не больно. Никому не страшно. Мы это сделали, Мамору-кун. Мы. — Ты это сделала, — поправил он. — Мы просто были рядом. — А этого достаточно. — Она взяла его за руку. — Этого всегда достаточно. Внизу, во дворе школы, собрались все. Старлайты — Сейя, Тайки и Ятен — стояли рядом с принцессой Какю. Её красные волосы развевались на ветру, и она смотрела на зелёные деревья, на цветы, на небо с таким выражением, словно видела всё это впервые. — Здесь так красиво, — сказала она, и в её голосе слышалось искреннее восхищение. — На Кинмоку тоже красиво, но по-другому. Там всё посвящено музыке и гармонии. А здесь… здесь чувствуется жизнь. — Это потому, что здесь боролись за неё, — ответила Харука, стоящая неподалёку. — Каждый день. Каждый миг. — Вы сражались за свою планету, — кивнула Какю. — И победили. — Мы победили, — поправила Мичиру. — Все вместе. — Мы решили задержаться здесь, — сказал Сейя. — На некоторое время. Если вы не против. — Против? — Рей усмехнулась. — Вы теперь часть нашей команды. Куда вы денетесь? — Команды? — удивился Тайки. — Семьи, — поправила Минако, обнимая его за плечи. — Вы теперь наша семья. И точка. — Спасибо, — улыбнулся Ятен. — Мы постараемся не подвести. — Вы уже не подвели, — сказала Макото. — Вы спасли нас. Спасли принцессу. — Она и сама бы справилась, — покачал головой Сейя. — Но с вами было легче, — добавила Ами. К ним подошла Хотару. Девочка смотрела на Старлайтов с любопытством. — Вы правда остаётесь? — спросила она. — Правда, — кивнул Сейя. — Ненадолго. — Тогда я покажу вам Токио! — заявила Хотару. — Все самые лучшие места! — Обязательно, — улыбнулась Какю. Где-то в космосе, на далёких планетах, тоже начиналась новая жизнь. Галаксия, освобождённая от власти Хаоса, стояла на краю своего мира и смотрела на звёзды. Её бывшие союзницы, те, кто носил браслеты и охотился за звёздными семенами, теперь возвращались домой. Каждая на свою планету, в свою жизнь. — Мы должны поблагодарить её, — тихо сказала одна из них. — Сейлор Мун, — кивнула другая. — Она спасла нас. Даже после всего, что мы сделали. — Она дала нам второй шанс, — добавила третья. — Мы не подведём. Галаксия молчала. Она смотрела на Землю — маленькую голубую точку в бескрайнем космосе — и думала о той, кто победил тьму не силой, а любовью. — Спасибо, — прошептала она. — Спасибо тебе, Сейлор Мун. А на Земле, в парке, где всё начиналось, собрались все. Внутренние и внешние воины, Старлайты и принцесса Какю, Мамору и Усаги. Они сидели на траве, ели мороженое, смеялись и просто были вместе. — Знаешь, — сказала Харука, глядя на Мичиру, — я никогда не думала, что буду так счастлива. — Счастлива? — переспросила Мичиру. — Да. Просто сидеть здесь, смотреть на всех вас и знать, что никому не угрожает опасность. Что мы можем просто жить. — Это и есть счастье, — улыбнулась Мичиру. — Согласна, — кивнула Харука. Она взяла Мичиру за руку и посмотрела на небо. Солнце садилось, окрашивая облака в розовый и золотой. — Спасибо тебе, — прошептала она. — За что? — удивилась Мичиру. — За то, что ты есть. За то, что ждала. За то, что верила. — Всегда, — ответила Мичиру. — И всегда буду. Они поцеловались, и ветер, вечный спутник Харуки, нежно обнял их. — Смотрите! — закричала Хотару, указывая на небо. Первая звезда зажглась над Токио. За ней вторая, третья. Весь город сиял в лучах заката, и казалось, что сам космос улыбается им. — Это новая эра, — сказала Усаги, поднимаясь. — Эра мира, — добавил Мамору. — Эра любви, — закончила Хотару. Они стояли вместе, десять воинов и их принцесса, глядя в небо, которое они спасли. И знали — что бы ни случилось, они всегда будут вместе. Всегда. Навсегда. *** Утро начиналось с шума. Телефон Харуки разрывался от сообщений, и она, не открывая глаз, тянулась к нему, чтобы отключить звук. — Сегодня идём в парк! — гласило первое сообщение от Минако. — Харука-тян, ты спишь? — второе от Усаги. — Поднимайся, соня! — третье от Рей. — Буди Мичиру и приезжайте, — четвёртое от Макото. Харука вздохнула и отбросила одеяло. Рядом Мичиру уже сидела, поправляя волосы, и улыбалась. — Опять? — Опять. — Харука потянулась. — Куда на этот раз? — В парк. Потом, кажется, в бассейн. — С ума сойти. — Харука встала, подошла к окну. — Там же будет толпа народу. — Тебе же нравится, когда за тобой наблюдают, — усмехнулась Мичиру. — Это когда я на трассе, — возразила Харука. — А не когда я в плавках. — Скромница. — Я всегда была скромницей. Они рассмеялись, и этот смех разбудил Сецуну в соседней комнате. — Что там за шум? — спросила она, появляясь в дверях. — В парк зовут, — ответила Мичиру. — А. — Сецуна улыбнулась. — Тогда я за Хотару. Она ещё спит. — Разбуди её поцелуем, — посоветовала Харука. — Она это любит. — Она это любит, когда ты её будишь, — поправила Сэцуна. — А я для неё слишком строгая. Через час они уже были в парке. Усаги махала им с верхушки колеса обозрения, Минако кричала что-то про мороженое, а Рей делала вид, что всё это её не касается, хотя сама же предложила прокатиться на каруселях. — Ами-тян, не читай! — возмущалась Макото, выхватывая у неё книгу. — Мы отдыхаем! — Но это очень интересно! — пыталась возражать Ами. — Исследования планеты Кинмоку… — Потом! — хором закричали все. Харука смотрела на них, стоя чуть в стороне, и улыбалась. Мичиру подошла и взяла её за руку. — О чём задумалась? — О том, как всё изменилось, — ответила Харука. — Раньше я не могла и представить, что буду вот так, просто гулять, ни о чём не беспокоясь. — А теперь? — А теперь это самое главное. Они прошлись по аллеям, съели мороженое, прокатились на лодочках. Потом был бассейн, где Харука, конечно, устроила соревнования по плаванию, и все сдались после первого же заплыва. — Нечестно! — кричала Минако, вылезая из воды. — Ты же ветер! Ты и в воде быстрая! — Это талант, — усмехнулась Харука. — Талант, — фыркнула Рей. — Сказала бы, что тренировки. — И тренировки тоже, — согласилась Харука. *** Вечером они сидели в особняке. Все вместе. Луна и Артемис свернулись на подоконнике, наблюдая за воинами из-под полуприкрытых век. — Знаешь, — сказал Артемис, — я никогда не думал, что доживу до такого. — До чего? — спросила Луна. — До мира, — ответил он. — До того, что все они будут просто счастливы. — Мы тоже часть этого мира, — напомнила Луна. — И мы тоже счастливы. В гостиной было шумно. Минако рассказывала какую-то историю, Ами спорила с Макото о том, какой чай лучше, Рей пыталась утихомирить всех, но сама смеялась громче всех. — Я рада, что всё так вышло, — тихо сказала Усаги, сидя рядом с Мамору. — Что именно? — спросил он. — Что мы все здесь. Что мы живы. Что мы вместе. — Это не случайность, — ответил Мамору. — Мы сами выбрали этот путь. — Выбрали, — кивнула Усаги. — И я не жалею. Хотару сидела на ковре, положив голову на колени Сецуне, и слушала, как старшие сестры говорят о прошлом. О битвах, о победах, о потерях. — Скучаешь по Чибиусе? — спросила Сэцуна. — Немного, — призналась Хотару. — Но она вернётся. Она обещала. — Вернётся, — кивнула Сецуна. — И вы снова будете играть. Смеяться. Расти. — Вместе, — добавила Хотару. — Всегда вместе, — закончила Сецуна. Диана и Чибиуса вернулись в тридцатый век, но их присутствие всё ещё чувствовалось. Маленькая розовая брошь на столе, книга, которую они читали вместе, следы от мороженого на диване — всё это напоминало о том, что они здесь. И что они вернутся. — Когда-нибудь, — сказала Усаги, глядя на звёзды, — мы все будем там. В тридцатом веке. Все вместе. — Это будет долгое путешествие, — заметила Харука. — Но мы пройдём его, — ответила Мичиру. — Вместе, — эхом отозвались все. Луна и Артемис переглянулись. В их глазах светилась мудрость тысяч лет, но была и радость. Радость от того, что всё это не прошло зря. Что свет победил. Что жизнь продолжается. — Как думаешь, — спросил Артемис, — они будут помнить? — Они будут жить, — ответила Луна. — А жизнь — это и есть память. В гостиной затихли. Кто-то уснул на диване, кто-то смотрел в окно, кто-то просто сидел и думал о своём. Харука вышла на балкон. Ветер, её вечный друг, коснулся лица. — Спокойной ночи, — прошептала она. — Спокойной ночи, — ответил ветер. И город спал. Мирный, спокойный, живой. И звёзды над ним горели ярко, освещая путь тем, кто верил в свет. Тем, кто боролся за него. Тем, кто победил. *** Особняк Харуки был залит мягким светом. Гостиная, где собрались все воины, казалась маленьким уютным миром, отделённым от остальной Вселенной. Шторы были задёрнуты, камин тихо потрескивал, и в воздухе витал аромат чая, который заварила Мичиру. — Сегодня вечер откровений, — объявила Минако, устраиваясь на диване. — И мы делимся самым страшным секретом. — Зачем? — удивилась Ами. — Чтобы стать ещё ближе, — ответила Рей. — Мы и так близки, но иногда полезно знать друг о друге всё. — Даже то, что мы хотим забыть, — тихо добавила Макото. Они говорили долго. О страхах, о сомнениях, о том, что держали в себе годами. Ами рассказала, как боялась одиночества. Рей — как сомневалась в своей силе. Макото — как ей было тяжело после смерти родителей. Минако — как она корила себя за ошибки прошлого. Усаги, Мамору, Сэцуна, Хотару — каждый открывал часть своей души. — А ты, Харука? — спросила Минако, когда очередь дошла до неё. — У тебя есть что рассказать? Харука молчала. Она сидела в кресле у камина, сжимая в руках чашку с остывшим чаем, и смотрела в огонь. — Не хочешь — не говори, — мягко сказала Мичиру, кладя руку ей на плечо. — Нет. — Харука покачала головой. — Скажу. Вы заслужили знать. Она отставила чашку и глубоко вздохнула. — Моя семья… они никогда не любили меня. По-настоящему. Не так, как любят родители. — Что? — Усаги выпрямилась. — До рождения Кэтрин я была для них просто наследницей. Проектом. Они заботились обо мне, давали всё, что нужно, но… это не было любовью. А когда родилась сестра, я стала невидимкой. — Харука-тян… — прошептала Минако. — Они не замечали меня. Не слышали. Я пыталась быть хорошей, послушной, старательной. Но им было всё равно. Единственным человеком, который любил меня, была бабушка. Хельга. — Та самая, о которой ты рассказывала? — спросила Хотару. — Да. Она растила меня, учила, защищала. Она верила в меня, даже когда я сама в себя не верила. А потом она умерла. — Это случилось, когда ты была в гонках? — тихо спросила Ами. — Нет. Раньше. Я тогда была ещё подростком. Её сбила машина, и я осталась одна. Совсем одна. В комнате повисла тишина. — И всё это время… — начала Рей. — Я разговаривала с ветром, — усмехнулась Харука. — С тем самым ветром, который всегда был со мной. Он был моим единственным другом. Бабушка говорила, что он особенный. Что он связан с моей прошлой жизнью. Я не верила, пока не вспомнила всё. — Это невыносимо, — выдохнула Усаги, и слёзы блеснули на её глазах. — Твои родители… как они могли? — Они просто не умели любить, — пожала плечами Харука. — Может, когда-нибудь я их прощу. Но не сейчас. — Не прощай, — неожиданно жёстко сказала Рей. — Они не заслуживают прощения. — Рей-тян… — попыталась остановить её Минако. — Нет. — Рей покачала головой. — Я понимаю, что это не моё дело, но… бросить своего ребёнка? Не замечать его? Это низко. Это подло. — Она права, — добавила Макото. — Ты заслуживала любви, Харука. Заслуживала. — Вы не должны жалеть меня, — Харука попыталась улыбнуться. — Я справилась. У меня есть вы. Есть Мичиру. Есть Сецуна, Хотару. Есть все вы. И это важнее, чем любая семья по крови. — Сёстры по силе, — кивнула Сецна. — Семья по духу, — добавила Хотару. — Мы рады, что ты рассказала, — Мичиру обняла Харуку. — Ты не должна была носить это в себе одна. — Теперь я не одна, — ответила Харука, прижимаясь к ней. Старлайты молчали. Сейя смотрел на Харуку, и в его глазах горело что-то, похожее на ярость. — Такие люди не заслуживают жизни, — наконец сказал он. — Согласен, — кивнул Тайки. — Но они живут, — добавил Ятен. — И это несправедливо. — Это жизнь, — пожала плечами Харука. — Я не хочу тратить на них свои мысли. Они не стоят этого. — Ты изменилась, — тихо сказала Какю. — Я чувствую это. Та девочка, которую бросили, стала сильной воительницей. Принцессой. Той, кто спасает миры. Твоя сила огромна, Харука. И она рождена не из боли, а из любви. К бабушке, к сёстрам, к Мичиру. Это самое ценное. Харука посмотрела на неё и улыбнулась. — Спасибо, Какю-тян. — Ты достойна уважения, — добавила принцесса Кинмоку. — И любви. И у тебя есть всё это. — Да. — Харука обвела взглядом комнату. — У меня есть вы. — И мы никуда не денемся, — пообещала Усаги. — Никогда, — эхом отозвались остальные. Луна и Артемис, свернувшиеся на подоконнике, переглянулись. — Она сильная, — прошептал Артемис. — Она всегда была сильной, — ответила Луна. — Просто раньше это никто не замечал. В гостиной затихли. Кто-то обнимался, кто-то пил чай, кто-то просто сидел и думал о своём. Но все чувствовали, как эта ночь сблизила их ещё больше. Харука вышла на балкон. Ветер, её вечный друг, коснулся лица. — Спасибо, — прошептала она. — За всё. За бабушку. За ветер. За жизнь. — Ты заслужила её, — ответил ветер. — Живи. Люби. Будь счастлива. Харука улыбнулась и вернулась в комнату, где её ждали. Её семья. Её дом. Её жизнь. Продолжение следует…