Якорь для Звезды

Солнечный луч, пробравшийся сквозь неплотно задёрнутые шторы наколдованного Выручай-комнатой окна, скользнул по золотистому шёлку простыней. Северус проснулся от непривычного чувства полной безопасности. Его голова покоилась на плече Люциуса, чьё мерное, спокойное дыхание было самым умиротворяющим звуком, который он слышал в жизни. Люциус открыл глаза и, заметив, что Северус уже не спит, притянул его к себе для ленивого, сонного поцелуя. – Который час? – хрипло спросил Снейп, не желая шевелиться. – Достаточно поздно, чтобы мы безнадежно опоздали на Травологию, – усмехнулся Люциус, перебирая пальцами спутанные чёрные пряди. – Но как староста я имею право задержать тебя для... особо важного поручения. Северус слабо улыбнулся. Мысль о прогуле с Малфоем казалась чем-то запредельно дерзким, но сегодня он мог себе это позволить. Однако привычка взяла верх. – Нам нужно идти, Люциус. Не стоит давать повод для сплетен так рано. – Ты прав, – вздохнул Малфой, поднимаясь. – Но обещай, что это повторится. *** Спустя месяц отношение к Снейпу в школе разительно изменилось. Люциус, зная болезненную гордость Северуса, действовал тонко и не стал просто дарить ему вещи. Вместо этого он «случайно» упомянул, что в его роду принято, чтобы лучшие ученики факультета, помогающие старосте, носили гербовые мантии из особого состава ткани, который лучше держит защитные чары. Это была привилегия, а не милостыня. Теперь мантия Северуса была сшита из добротного сукна, которое не висело мешком, а подчёркивало его худощавую фигуру. Волосы больше не казались сальными, поскольку Люциус как бы невзначай подарил ему редкий состав для нейтрализации паров зелий, который Снейп принял как «профессиональную помощь». Но разительнее всего изменились его глаза – в них больше не было затравленности. Когда Мародёры пытались привычно язвить и подначивать, Северус лишь смотрел на них холодно и высокомерно, точь-в-точь как Малфой, и те осекались. Связываться с ним теперь означало бросить вызов Люциусу, что грозило колоссальными проблемами. Они больше не скрывались, хотя излишне и не афишировали свои чувства на публике. Достаточно было того, что Люциус в Большом зале занимал место для Северуса или что Снейп уверенно стоял по правую руку от Малфоя на собраниях факультета. Школа видела их единство. Один – ослепительно-безупречный, расчётливый и властный. Второй – мрачный, гениальный и несгибаемый. Они составили крепкий и сильный тандем, в котором каждый нашёл то, чего ему не хватало. И несмотря на все перипетии, которые ожидали их в будущем и о которых они пока, конечно, не знали, их пара была неразлучна. Звезда нашла свой якорь, а изгой – своё личное божество, оказавшееся самым преданным союзником, любимым и любящим человеком.