«Хазбин» — значит «неудачник»

Аластор отвёл взгляд от двери уже в седьмой раз за последние полчаса. Тишина в коридорах отеля казалась странной: слишком тихо было для того времени, когда Чарли врывалась в его кабинет с новой безумной идеей или просто для того, чтобы побыть рядом. Но сегодня стрелка часов перевалила за два часа дня, а её весёлый стук так и не оторвал его от дел — безусловно, менее важных, чем она. Аластора не покидало чувство, отдалённо напоминающее беспокойство. «Люцифер», — с неприязнью подумал он, сжимая пальцы в кулак. Король Ада не скрывал неодобрения их связи, и, скорее всего, он запретил Чарли приближаться к Радиодемону после недавней стычки в кабинете. Аластор уже приготовил ему язвительную речь, которую намеревался произнести при следующей встрече, однако сейчас ноги сами понесли его в крыло отеля, где располагалась спальня принцессы. — Душа моя... — начал Аластор, войдя без предупреждения, и слова застыли у него на языке. Чарли сидела на краю кровати, поджав ноги к груди. Её волосы, обычно собранные в тугую косу, падали на лицо спутанными прядями. Она равнодушно подняла на управляющего опухшие красные глаза. — Чарли? — Аластор пересёк комнату в несколько широких шагов и опустился на одно колено, пытаясь заглянуть в ей лицо. Против воли в его голосе прорезалась искренняя тревога. — Что случилось? Твой отец... он запретил тебе видеться со мной? Чарли покачала головой. — Дай мне свою трость, — прошептала она дрожащими губами. Почти не раздумывая, Радиодемон протянул ей бесценный микрофон. — Тебе неинтересно, что я хочу с ней сделать? — Ничего, чему я не мог бы довериться. Бледные, с аккуратным маникюром пальцы обхватили резную поверхность трости. Чарли медленно провела по ней ладонью, от рукояти до самого микрофона, и в тот же миг комнату залил пульсирующий изумрудный свет. Аластор дëрнулся, будто его ударило током. Его глаза расширились, уши прижались к голове, а радиодинамики издали искажённый протяжный сигнал. Ему вдруг стало легко и свободно, словно с него сняли кандалы, которые он носил так давно, что уже позабыл об их существовании. Он схватился за край кровати, чтобы не упасть, и потрясённо уставился на принцессу. — Что это значит?! — Я расторгла сделку. — Я не заключал с тобой сделок! — Рози передала мне письмо, написанное моей матерью незадолго до её смерти. В нём она рассказала, как ты обрёл свою силу. Не волнуйся, — сухо добавила Чарли, прочтя замешательство в его глазах, — условия не нарушены: я узнала об этом не от тебя и не по твоему желанию. Артефакт по-прежнему принадлежит тебе. Ты сильнейший грешник в Аду. Аластор сидел, не двигаясь. В его мыслях, способных просчитывать всё на десять ходов вперёд, сейчас была только пустота. — К письму мама приложила инструкцию по расторжению сделки на случай, если я решу тебя отпустить. Она извинилась передо мной за принятое ею решение и объяснила, что я всегда могу положиться на тебя, когда над моей жизнью нависнет угроза. «Просто прикажи — и он сделает всё, что тебе надо», — её слова. Ты сделал всё, что надо, Аластор, теперь можешь уходить. — Чарли, не говори со мной так. Я заключил сделку ещё до того, как ты родилась, и даже предположить не мог, чем обернётся знакомство с тобой. — Когда ты сказал, что я имею для тебя большее значение, чем мне кажется, ты имел в виду, что желаешь сохранить свою силу? — Я не пытался тебя обмануть! Ты же сама... — Аластор прикусил язык, но было уже слишком поздно: Чарли приняла облик полудемона. — Что?! Ну же, договаривай! Я полезла к тебе целоваться, да?! — Пойми, я не сразу осознал, что именно ты для меня значишь. Мне столько лет приходилось тайно приглядывать за тобой, в конце концов это стало рутиной... Внезапно Чарли озарила догадка. Шокированная собственными выводами, она в ужасе прикрыла рот рукой. — В клубе, на мой день рождения... В комнате для парочек... Тем, кто уничтожил Севиана, был ты?! — Ты всё ещё помнишь его имя. — Я думала, какой-то грешник спас меня из чувства справедливости, но и тут ты пришёл на помощь по расчёту... — Не смей, Чарли. — Радиодемон смерил её ледяным взглядом. — Я никогда не позволил бы свершиться подобному в моём присутствии. Таких, как он, я всегда убирал без сожалений. Принцесса всхлипнула, зарывшись лицом в ладони. — Прости. Я благодарна тебе за то, что ты оказался рядом, какими бы ни были твои мотивы. И в целом за то, что ты меня оберегал... хоть и не мог иначе. Однако сделка разорвана — тебе больше не нужно притворяться, что я тебя интересую. — Я не... — Ты даже ни разу не говорил, что любишь меня. Аластор резко поднялся на ноги и выхватил у неё трость. Его злоба превратилась в шумные помехи, разлившись по комнате неприятными звуками. — Значит, моих действий уже недостаточно, чтобы понять такую очевидную вещь! — А ты слишком горд, чтобы озвучить её вслух? Ну, конечно, как Радиодемон может кого-то любить... Его ещё засмеют. Не оборачиваясь назад, Аластор покинул спальню. — Мог бы просто раствориться в воздухе, как всегда! — Чарли швырнула в стену подушку. — Тебе не привыкать!

***

«Срочные новости: РАЙ ОБЪЯВИЛ О НАЧАЛЕ ВОЕННЫХ ДЕЙСТВИЙ В ЦЕНТРАЛЬНОМ РАЙОНЕ! Сообщение поступило сегодняшним утром напрямую из Небесного Отдела дипломатических связей. Причиной конфликта стал отказ принцессы Ада, Шарлотты Морнингстар, прекратить деятельность печально известного отеля «Хазбин» — места так называемого «искупления грехов». Рай посчитал её позицию провокационной и подрывающей традиционные устои, в связи с чем ангельские войска вторгнутся в Преисподнюю сразу после вечерней мессы. Не пропустите прямой эфир на нашем канале! Мы будем следить за развитием событий». В холле отеля царила напряжённая атмосфера. Чарли нервно ходила взад-вперёд, хмурясь так, что между её бровей пролегла глубокая морщина. — Внимание, прошу тишины! — Она хлопнула в ладоши, заставив замолчать всех, кто создавал своей болтовнёй непрерывающийся гул. — Знаю, мы уже обсудили наш план несколько раз, но я хочу напомнить главное: мы отбиваемся — не нападаем. Никакой жестокости ради жестокости, только необходимая самооборона! Не забывайте, зачем вы здесь. «Да, ваше высочество!» — хором ответили каннибалы, чей девиз гласил: «Один за всех, и все за одного». Они постоянно ходили группами, и если кто-то из них отказывался от сеанса психотерапии, в тот день на нём не появлялось ни единого каннибала. Таковы были порядки их изолированного Города, где трудно было выжить в одиночку, и именно они вызвались защищать отель самыми первыми. «Неспроста», — подсказывало Чарли шестое чувство, но её армия была слишком скудна, чтобы разбрасываться воинами. — Ради всего греховного, — закатил глаза Энджел, — самооборона против ангельской армии? Ты вообще себя слышишь? Это как просить кота не царапаться, когда его дёргают за хвост. Правда, киса? — Ещё раз дëрнешь — шкуру спущу, — пригрозил ему Хаск, а Ниффти возбуждённо погладила выданный ей в качестве оружия нож. Вэгги, стоявшая у окна в своей идеальной боевой стойке, не сводила глаз с неба. Вероятно, она интуитивно чувствовала приближение бывших собратьев. — Твой управляющий не придёт? — осторожно поинтересовался у дочери Люцифер. Мягкие черты лица Чарли исказила гримаса боли. — Мне плевать, где его носит, — отрезала она голосом, который даже Люцифера вынудил умолкнуть. Остальные воровато переглянулись. Никто точно не знал, из-за чего повздорили Чарли и Аластор, однако один из них демонстративно ушёл из отеля на прошлой неделе, а вторая, пребывая в скверном настроении, не желала делиться подробностями случившегося. И хотя об этом не говорили вслух, многие уже заподозрили наличие любовной истории. Внезапно дверь с грохотом распахнулась. В холл ворвалась Черри Бомб, с дьявольской улыбкой и огромным мешком за спиной. — Ну что, черти, — она небрежно кинула мешок на пол, и из него выкатились десятки взрывных устройств, — слышала, у вас тут намечается вечеринка! Как насчёт халявных фейерверков? — Черри, ты пришла! — обрадовался Энджел. — Неужели мы снова будем надирать задницы вместе, как в старые-добрые? — А то, хрен ты моржовый! Ты же знаешь, я за любой кипиш, кроме искупления. Пентиус скромно наблюдал за ними из угла, переминаясь с ноги на ногу. — Д-давно не виделись, Ч-Черри... — пролепетал он, решившись подать голос. — Т-так замечательно, что ты тоже здесь! И твои бомбочки... Я имею в виду, отличные бомбы, очень... взрывоопасные! В хорошем смысле... Мне они всегда нравились. Черри бросила на него изумлённый взгляд. — Твою мать, змей? Не подох ещё, что ли? — Да... То есть, да, жив, здоров, спасибо! Пентиус попытался принять героическую позу, но она вышла довольно комичной. Энджел отвернулся в сторону, чтобы не прыснуть со смеху, а Чарли лишь устало вздохнула: любовные драмы теперь стоило отложить до окончания битвы. В назначенный час золотой свет разорвал багровые тучи, и из разверзнувшейся выси хлынул поток ангелов в сияющих доспехах — несколько сотен солдат, вооружённых пылающими огненными копьями... Приняв демоническую форму, Чарли встала во главе собственного войска. Вэгги и Люцифер расправили крылья, Энджел и Хаск зарядили пистолеты. Ниффти взмахнула ножом, Черри подожгла первую бомбу, а Пентиус велел яичным приспешникам приготовиться к бою. Что касается каннибалов, им требовался только сигнал. — Вперёд! — громко приказал ангелам Адам. — Ни шагу назад! — воскликнула Чарли. И территория отеля обратилась полем боя. Высоко в небе, как стервятники над падалью, кружили квадрокоптеры, передавая картинку на главный экран телестудии Вокса. Их владелец стоял перед огромной панелью, и его пальцы бешено бегали по сенсорным кнопкам, переключая камеры. — Ебать вас за ногу! — восторженно орал он. — Рейтинги поднялись выше уровня Небес! Мы побили все рекорды! — Ещё бы, милый, — промурлыкал Валентино, затягиваясь сигарой, — это тебе не райское телевидение пиратить. — Мы сорвали джекпот, — подхватила Вельвет. Но Вокс их уже не слушал: его взгляд приклеился к одному из изображений. — Да ну нахер... На экране появился Аластор. Он шёл по залитой кровью территории неспешно, будто прогуливался по парку. Наглая улыбка сияла шире обычного, а нападавшие на него ангелы падали замертво, сражённые тенями, выползавшими из-под его ног. — Вот он, — выдохнул Вокс, — вот мой контент! Вельвет, живо дай команду операторам: все камеры на Радиодемона! Валентино обиженно ткнул его в плечо: — Эй, а как же другие? Там какой-то котяра бросается игральными картами... — Насрать! Аластор — это рейтинг, Адам — это ебать какой рейтинг; сейчас они сойдутся в поединке — и это будет момент года, века, ВСЕЙ, НАХУЙ, ИСТОРИИ АДА! Хаск метал карты, которые резали ангельские доспехи, как бумагу. Энджел стрелял из шести рук сразу, его движения были изящны и смертоносны. Черри взрывала всё, что попадалось ей на пути, и Пентиус отчаянно пытался быть полезным рядом с нею. Ниффти же вертелась волчком, оставляя на телах ангелов раны, не совместимые с жизнью. Одна Чарли старалась не умерщвлять врагов, а лишь оглушать и отбрасывать. — Чарли! — вдруг закричала Вэгги, отбивая яростную атаку Лют. — Сзади! Обернувшись, принцесса увидела Адама, летящего с направленным на неё копьём. Однако прежде, чем остриё коснулось девушки, откуда ни возьмись, выросла знакомая чёрная тень, сопровождающаяся шипением старого радио. — Боюсь, вам здесь не место. Мы принимаем только тех, кто ищет искупления. — Ты чë, оверлорд? Что ты тут забыл? — Адам проворно увернулся от тени. — Разве оверлорды беспокоятся о чëм-либо, кроме собственных задниц? — Конечно, мы ведь не ангелы, — парировал Аластор, нанося новый удар. Чарли была вынуждена отступить, но на душе у неё мгновенно полегчало: он вернулся! Вернулся, несмотря на их ссору, а значит, ему не всё равно... И она обязательно извинится за сомнение в его чувствах, едва появится возможность. Вэгги и Лют боролись не на жизнь, а на смерть, то и дело скрещивая копья. — Подлая предательница! — выругалась Лют. — И на кого ты променяла нашу армию? По-твоему, оно того стоило?! — Лучше уж предать Рай, чем предать себя. Они обменялись дюжиной ударов за секунду, но в какой-то момент Вэгги сделала ложный выпад, заставив Лют совершить ошибочное движение. Мгновение — и копьё ангела отлетело в сторону, а его обладательница оказалась крепко прижата к земле. Обездвиженная Лют подняла на Вэгги полный ненависти взгляд. — Ты счастлива видеть меня такой, не правда ли? Что ж, ничего не поделаешь... Ну же, добей меня, насладись победой сполна! — Не дождёшься, — твёрдо сказала Вэгги, смотря на неё свысока, — живи. Живи, зная, что я позволила. И помни мою милость до конца своих дней. Тем временем камеры Вокса были прикованы к Аластору и Адаму. — Да, да, чёрт возьми! Адам атакует! Аластор уклоняется! Удар! Ещё удар! О-о-о, я сейчас кончу от этих рейтингов! — Он потерял рассудок, — фыркнул Валентино. — У него никогда его не было, — с отвращением отозвалась Вельвет. Адам был поистине силён, будучи первым человеком и любимым творением Бога; по крайней мере, так считал он сам. Его сила питалась тысячелетиями существования религии. Аластор же, как ни крути, был всего лишь грешником, пусть и самым могущественным из ныне обитающих в Аду. Атаки сыпались градом, а тени Радиодемона рвали на куски ангелов, которые подходили слишком близко. Потеряв терпение, Аластор обрушил на соперника шквал звуковых волн, искажённых статикой. Адам пошатнулся, закрывая уши, но когда Радиодемон ослабил хватку, неожиданно ударил по его трости. С характерным хрустом микрофон переломился пополам. Казалось, вместе с ним треснула и улыбка на лице Аластора. — Что, палка перестала работать? — съязвил Адам. Радиодемон сплюнул тёмную кровь, не удостоив противника даже взглядом. Его тело начало утопать в собственных тенях, словно попавший в чёрную дыру космический объект. — Аластор! — отчаянно позвала Чарли и рванула к нему, но было слишком поздно. — Не скучай, душа моя, — прошептал Радиодемон и улыбнулся ей в последний раз, прежде чем окончательно исчезнуть. Чарли упала на колени, ощущая щемящую боль внутри. Она не находила в себе сил ни плакать, ни кричать, ни сопротивляться. Адам хмыкнул и стряхнул с копья остатки теней. Заметив жалкое состояние принцессы, он замахнулся вновь, однако и теперь удар не достиг цели: чья-то ловкая рука перехватила оружие за секунду до того, как оно должно было войти в грудь Чарли. — САМАЭЛЬ! — взорвался гневом Адам и безуспешно попытался вырвать копьё. — Не смей мешать мне, гнусный прародитель греха!!! Люцифер опасно сверкнул глазами. — А твоя первая жена согласилась предаться со мной греху. Как и вторая. Правда, есть нюанс... — Я тебя урою!!! Но король Ада среагировал раньше — он ударил Адама кулаком по лицу, разбив на осколки защищавшую того маску. Адам отлетел назад на несколько метров, прочертив своим телом борозду в земле; спустя долгие часы битвы его возможности были наконец исчерпаны. Люцифер повернулся к нему спиной. — Убирайся. Война окончена — вы проиграли. Он сделал шаг навстречу дочери. И Адам, находящийся на последнем издыхании, всё же поднял обломок своего копья, намереваясь метнуть его в Люцифера. — Папа!.. Внезапно Адам остановился на полпути, издав слабый хрип. Он ошарашенно посмотрел на нож, торчащий между его рёбер, выплюнул сгусток крови и замертво рухнул наземь. Его смерть сопроводилась пугающим смехом, принадлежащим Ниффти. Той самой горничной, которая без сожалений воткнула острое лезвие в первого человека. Солдаты не сразу поняли, что их войска лишились главнокомандующего, но вскоре им пришлось в этом убедиться. Белая, как полотно, Лют резко вскочила на ноги. — Отступаем! — скомандовала она осипшим голосом. — ВСЕМ ОТСТУПИТЬ! Беспрекословное повиновение текло в жилах ангелов вместе с золотой кровью — они тут же начали подниматься в воздух, унося тела павших. А озлобленная Лют, вынув из-за пояса маленькое взрывное устройство — незаконное в Раю оружие, решительно активировала его и швырнула наугад. — Получите, твари! — бросила она напоследок через плечо. Устройство взорвалось смертоносным светом, в эпицентре которого по случайности оказалась Черри Бомб. — ЧЕРРИ! — одновременно завопили Энджел и Пентиус. Но именно Пентиус рванул вперёд быстрее, чем кто-либо мог ожидать. Прыгнув на Черри, он бесстрашно закрыл её собственным телом, и яркие лучи едва не ослепили всех присутствующих на поле боя. Когда свет рассеялся, Черри уже лежала в сторонке, целая и невредимая. Посмотрев выше, она испуганно вскрикнула: — Пентиус! Ты... ты горишь! Никто не мог найти адекватное объяснение происходящему: Пентиус взлетал ввысь, объятый невесомой золотистой сферой. Это не было похоже ни на что, так или иначе случавшееся на землях Ада, но одного из каннибалов посетила догадка: — Он искупился! Он возносится к Небесам! — Нет! Нет! — запротестовал Пентиус, но свет против воли тянул его к разверзшемуся небу. — Я не хочу, слышите?! Не хочу! Я остаюсь! ЧЕРРИ! — Он набрал в лёгкие побольше воздуха: — Я ЛЮБЛЮ ТЕБЯ! Черри сложила губы буквой «О» и вопросительно уставилась вверх. — Ты... что?! Правда, отвечать было уже некому. Все остальные молчали с раскрытыми ртами, глядя туда, где только что захлопнулся путь в Рай, и с трудом верили глазам. Пентиус действительно искупился, однако Чарли — по жуткой иронии судьбы — никакой радости от этого не испытывала. Она по-прежнему стояла на коленях, до боли сжимая кулаки, и не видела никого вокруг. — Принцесса, — неуверенно обратился к ней Хаск, чуть ли не впервые за всё время своего существования подбирая слова. — Насчёт Аластора... — Адам убил его. Я знаю. — Нет, наша с ним сделка не расторгнута. У него моя душа, помнишь? Если бы он умер, я бы почувствовал это, как... отсутствие цепи на шее. Непроизвольно ахнув, Чарли ощутила прилив надежды к израненному сердцу. — Правда? — Я понятия не имею, куда он пропал, но он точно не мёртв. Чарли вспомнила события того дня, когда расторгла собственную сделку, и с облегчением признала правоту Хаска: уничтожение невидимых оков чувствуется по-особенному. Но тогда ей было не до них, ведь она думала, что потеряла нечто более ценное, чем какой-то там древний контракт. Люцифер подошёл ближе и нежно опустил ладонь на макушку дочери, будто она до сих пор оставалась маленькой наивной девочкой, которая восхищалась его простецкими магическими фокусами. — Чарли, — сказал он со странным смирением в голосе, — ты на самом деле его любишь? — Безумно, — всхлипнула принцесса. — Если бы ты знал, какой он, пап... и сколько он для меня сделал... — Что же он сделал, детка?