Гостьи с Востока. 2 Часть: Золотой Берег

Утро в гроте началось с тишины. Обычной, уютной, сонной тишины, которую нарушало только лёгкое посапывание котят в углу да далёкий шум океана за стенами. Ондина открыла глаза и уставилась в потолок. Потолок был знакомым. Грот, её комната, всё на месте. Но что-то было... не так. Она моргнула. Потом ещё раз. Потом резко села на кровати и уставилась на свои руки. Руки были... не её. Большие. Сильные. С длинными пальцами, на которых не хватало её колец. И цвет кожи чуть темнее, чем у неё. Ондина медленно перевела взгляд на своё тело и обмерла. Это было тело Шэня. — Я... что? — выдохнула она, и из её горла вырвался ЕГО голос. Низкий, спокойный, с лёгкой хрипотцой. — Я в теле Шэня?! Она вскочила с кровати, чуть не запутавшись в одеяле, и подбежала к зеркалу. Из зеркала на неё смотрел Шэнь. Абсолютно точно Шэнь — с его спокойными глазами, идеальной кожей и этим вечным выражением «мне всё равно». Только глаза сейчас были вытаращены от ужаса. — НЕТ! — заорала она голосом Шэня. — ЭТО НЕ Я! Я НЕ ШЭНЬ! Я ОНДИНА! Из соседней комнаты послышался шум, потом шаги, и дверь распахнулась. На пороге стояла... она. Ондина увидела себя со стороны. Свои волосы, собранные в небрежный хвост, свои зелёные шорты, серую майку. Но выражение лица было... пустым. Абсолютно шэневским. — Мда, — произнесло её собственное тело голосом Шэня. — С добрым утром. Ондина (в теле Шэня) застыла с открытым ртом. — Ты... ты кто? — прошептала она. — Я Шэнь, — ответило её тело всё тем же ровным тоном. — А ты, видимо, Ондина. В моём теле. — Стоп... — Ондина схватилась за голову рукой Шэня. — Стоп-стоп-стоп. Я — Ондина. Ты — Шэнь. Но я в твоём теле, а ты в моём? — Ага. — И как это понимать? — Никак. Ондина (в теле Шэня) сделала глубокий вдох, пытаясь успокоиться. Со стороны это выглядело жутковато — спокойное лицо Шэня, которое пыталось изображать эмоции. — Так, — сказала она. — Давай по порядку. Ты проснулся в моём теле? — Да. — И что ты почувствовал? — Ничего. Ондина зарычала — и это было особенно странно, потому что рычал Шэнь. — Ты вообще понимаешь, что это катастрофа?! Мы поменялись телами! Я — ты, ты — я! Как мы теперь будем жить?! Что скажут друзья?! Что скажет Вейлан?! Что скажу я, когда увижу себя со стороны, но это будешь ты?! Шэнь (в теле Ондины) пожал плечами. Со стороны это выглядело одновременно смешно и жутко — её собственное тело, которое абсолютно спокойно реагирует на апокалипсис. — Разберёмся, — сказал он. — ТЫ НЕ ПОНИМАЕШЬ! — Ондина заметалась по комнате. — Я не могу быть тобой! Я не умею молчать! Я не умею сидеть и медитировать! Я не умею делать это твоё лицо! — Она ткнула пальцем в зеркало. — Вот это! Которое ничего не выражает! — Научишься. — Я НЕ ХОЧУ УЧИТЬСЯ! Из коридора послышались шаги. Кто-то шёл к ним. Ондина и Шэнь переглянулись. Впервые в жизни они смотрели друг на друга с одинаковым выражением — лёгкой паники. — Кто это? — прошептала Ондина. — Понятия не имею, — так же тихо ответил Шэнь. Дверь открылась, и на пороге появилась Вейлан. Она посмотрела на Ондину (в теле Шэня). Потом на Шэня (в теле Ондины). Потом снова на Ондину. Потом снова на Шэня. Её лицо не дрогнуло. — Вы чего так рано вскочили? — спросила она. Ондина и Шэнь молчали. Вейлан прищурилась. — Что-то не так? — Она перевела взгляд с одного на другого. — Шэнь, ты чего такой дерганый? А ты, Ондина, чего застыла как статуя? Ондина открыла рот, закрыла, снова открыла. Шэнь молчал. — Мы... — начала Ондина голосом Шэня. — Мы... — Мы пойдём завтракать, — закончил Шэнь голосом Ондины. Вейлан моргнула. — Ладно, — сказала она после паузы. — Идите. А я пока книгу поищу. И вышла. Ондина и Шэнь остались вдвоём. — Она не заметила? — выдохнула Ондина. — Нет. — КАК? Мы же говорили твоим и моим голосами! Я — твоим, ты — моим! — Она не слушала. Ондина схватилась за голову. — Это конец. Это полный конец. Мы не сможем это скрывать. — Сможем. — НЕ СМОЖЕМ! — Сможем. — НЕ... — Сможем, — повторил Шэнь спокойно. — Я буду молчать. Ты будешь беситься. Все подумают, что всё нормально. Ондина замерла. Потом медленно повернулась к нему. — Ты предлагаешь мне... притворяться тобой? — Да. — А ты — мной? — Да. — ЭТО БЕЗУМИЕ! — Возможно. — Мы не продержимся и часа! — Посмотрим. И в этот момент в комнату влетела Мила с криком: — РИТА ПРИГОТОВИЛА БЛИНЧИКИ! ВСЕМ БЫСТРО! Ондина и Шэнь переглянулись. Впереди был завтрак. Впереди была катастрофа. — Держись, — сказал Шэнь голосом Ондины. — Это ты держись, — ответила Ондина голосом Шэня. И они вышли в гостиную, где их ждали друзья и блины. И, возможно, полный хаос. Они зашли в «Ocean Tides» почти синхронно — Ондина в теле Шэня, Шэнь в теле Ондины. Со стороны это выглядело дико: Шэнь с нервными, дёргаными движениями и вечно недовольным лицом, и Ондина с абсолютно пустым взглядом и каменным спокойствием. Дэвид за стойкой поперхнулся кофе, когда увидел эту парочку. Карли, сидевшая за столиком с Кэмом, уронила вилку. — Вы чего? — спросила она осторожно. — Поругались? Переоделись? Что за хэллоуин? — Не обращай внимания, — ответил Шэнь голосом Ондины, усаживаясь за столик с абсолютно невозмутимым видом. — Всё нормально. — НОРМАЛЬНО?! — взорвалась Ондина голосом Шэня, плюхаясь напротив. — ТЫ НАЗЫВАЕШЬ ЭТО НОРМАЛЬНЫМ?! — Тише, — спокойно сказал Шэнь. — На нас смотрят. — ПЛЕВАТЬ! Дэвид переглянулся с Карли и молча подвинул им две чашки кофе. Подальше, чтобы не вляпаться. В этот момент дверь кафе открылась, и внутрь вошли Леон и Грейс. Они выглядели потрёпанными — следы недавнего избиения ещё не сошли: у Леона заплыл глаз, у Грейс была перевязана лапа. Но наглости на их мордах всё ещё хватало. — Не ждали, да? — ухмыльнулся Леон, проходя к столику. Шэнь в теле Ондины даже не повернул головы. Он просто сделал глоток кофе и ровно произнёс: — Ага... опять вы... Леон моргнул. Грейс прищурилась. — Опять вы? — переспросила она. — Ты чего такая спокойная, Ондина? Обычно ты уже в драку лезешь. — Мне всё равно, — ответил Шэнь голосом Ондины. Леон и Грейс переглянулись. Но тут вскочила Ондина в теле Шэня. Она вскочила так резко, что стул отлетел назад, и зарядила кулаком по столу: — ОПЯТЬ ВЫ?! ВАМ ЧТО, МАЛО БЫЛО?! Грейс отшатнулась. Леон вытаращил глаза. — Шэнь? — неуверенно спросил он. — Ты чего орёшь? Ты же никогда не орёшь. — Я ОРУ, ПОТОМУ ЧТО ВЫ ДОСТАЛИ! — заорала Ондина голосом Шэня. — ХОДИТЕ СЮДА, ХОДИТЕ ТУДА, УГРОЖАЕТЕ, ПУГАЕТЕ, БЕСИТЕ! У МЕНЯ И ТАК ДЕНЬ ХУЖЕ НЕКУДА, А ТУТ ЕЩЁ ВЫ! Леон попятился. — Что с вами? — спросил он, глядя то на Ондину (в теле Шэня), то на Шэня (в теле Ондины). — Вы какие-то... другие. — А что с нами? — спокойно спросил Шэнь голосом Ондины. Грейс внимательно посмотрела на них, и вдруг её глаза расширились. — Как будто вы телами поменялись, — выдохнула она. В кафе повисла тишина. Леон замер. Дэвид уронил чашку. Карли открыла рот. — ЧТО? — переспросила Ондина голосом Шэня. — Вы правда... — начала Грейс, но осеклась под взглядом Леона. Шэнь в теле Ондины спокойно допил кофе, поставил чашку на стол и повернулся к котам. Его лицо (точнее, лицо Ондины) было абсолютно невозмутимым. — Так и есть, — сказал он. — Мы поменялись телами. — ЧТО?! — заорали все одновременно. — Но... — начал Леон. — Но у этого есть свои плюсы, — перебил Шэнь, и на его губах (ондиновых губах) появилась лёгкая, очень странная улыбка. Он повернулся к Ондине (в своём теле) и добавил с намёком, по-взрослому, глядя на неё сверху вниз: — Теперь я могу трогать грудь Ондины. Удар по ноге пришёлся мгновенно. Ондина в теле Шэня со всей дури зарядила ему (себе?) под столом ногой по голени. Шэнь охнул голосом Ондины и схватился за ногу. — БОЛЬНО! — воскликнул он. — А ТЫ НЕ ТРОГАЙ! — рявкнула Она. — ЭТО МОЁ ТЕЛО! ТО ЕСТЬ ТВОЁ! ТО ЕСТЬ... К ЧЁРТУ! В кафе стояла мёртвая тишина, нарушаемая только истерическим всхлипыванием Дэвида, который сполз под стойку и закрыл голову руками. Леон и Грейс смотрели на эту сцену с открытыми ртами. Они пришли позлорадствовать, а попали в какой-то сюрреалистичный цирк. — Знаете что, — сказал Леон, пятясь к выходу. — Мы, пожалуй, пойдём. — Да-да, — поддакнула Грейс, хватая его за руку. — Мы как бы... в другой раз. — Ага, бегите, — махнула рукой Ондина голосом Шэня. — А то я сейчас ещё кого-нибудь ударю. Коты вылетели из кафе быстрее, чем когда-либо. В кафе повисла тишина. — Ну и денёк, — выдохнула Карли. — Это только начало, — философски заметил Шэнь голосом Ондины, потирая ушибленную ногу. Ондина в теле Шэня плюхнулась на стул и закрыла лицо руками (руками Шэня). — Я хочу обратно, — простонала она. — Я не могу быть тобой. Это слишком сложно. — А я, думаешь, могу быть тобой? — ответил Шэнь. — У тебя слишком много эмоций. Я устаю. Дэвид высунул голову из-за стойки: — Вам кофе ещё? Или уже что покрепче? — Неси всё, — махнула рукой Ондина. — Сегодня можно. В гроте было тепло и уютно. Рита возилась на кухне, помешивая что-то в кастрюле — судя по запаху, очередной свой фирменный суп. Котята возились в углу, пытаясь соорудить какую-то башню из подушек, но башня постоянно рушилась, вызывая приступы смеха у Сони и Васи. Звери разлеглись кто где — Лео дрых на солнышке, раскинув лапы, Тиг читал какую-то книгу, Мила напевала себе под нос. Мимми сидела на диване, обхватив колени руками, и смотрела в одну точку. Её лицо выражало глубокую задумчивость, которая никак не вязалась с общей расслабленной атмосферой. — А вы не заметили, — вдруг сказала она, — что Ондина и Шэнь какие-то странные сегодня? Лайла, листавшая журнал, подняла голову: — Странные? В смысле? — Ну... — Мимми замялась, подбирая слова. — Они вели себя... не так. Шэнь был какой-то дёрганый. Он всё время жестикулировал, говорил громко, даже прикрикнул на Лео, когда тот пробегал мимо. Шэнь! Прикрикнул! Вы такое видели? Никси, лежавшая на полу с телефоном, хмыкнула: — Может, просто настроение плохое? У всех бывает. — А Ондина? — продолжала Мимми. — Она молчала. Вообще. Сидела как статуя, смотрела в одну точку и пила сок. Ондина! Которая без остановки говорит! Сирена, до этого мирно игравшая с котёнком, подняла голову и захлопала глазами: — А что с ними? Они заболели? Может, температура? — Не в температуре дело, — покачала головой Мимми. — Они как будто... поменялись. Зак, сидевший в кресле с книгой, отложил её и внимательно посмотрел на Мимми: — Поменялись? В смысле? — Ну, — Мимми развела руками, — Шэнь вёл себя как Ондина, а Ондина — как Шэнь. Я не знаю, как это объяснить. Вейлан, которая до этого медитировала в углу, открыла глаза. Её взгляд был тяжёлым. — Ты права, — сказала она тихо. — Я тоже заметила. Шэнь никогда не орёт. А он сегодня орал. А Ондина никогда не молчит. А она молчала. В гроте повисла пауза. — Может, они поссорились? — предположила Эви, отрываясь от книги. — И теперь друг друга изображают? Типа, прикалываются? — Шэнь не умеет прикалываться, — отрезала Никси. — Ондина не умеет молчать, — добавила Лайла. — Вот именно, — кивнула Мимми. — Это не игра. С ними что-то случилось. Сирена нахмурилась, пытаясь осмыслить информацию. Это было для неё сложновато. — А где они сейчас? — спросила она. — В кафе ушли, — ответил Кэм, который как раз зашёл в грот с пакетом продуктов. — Я их встретил по дороге. Они... — он замялся. — Странные были. Шэнь нёсся как угорелый, а Ондина плелась сзади с лицом «мне всё равно». Я даже переспросил, всё ли в порядке. Шэнь (то есть он, но в смысле тот, кто выглядел как Шэнь) рявкнул на меня. А Ондина (та, что выглядела как Ондина) сказала «не обращай внимания». Спокойно так сказала. Жутко. Все переглянулись. — Надо сходить в кафе, — решительно сказала Вейлан, поднимаясь. — Посмотреть, что там. — Я с тобой, — вскочила Мимми. — И я, — добавила Никси. — Я... я, наверное, тут посижу, — пискнула Сирена. — А то вдруг там страшно. — Там всегда страшно, когда рядом Леон, — хмыкнула Лайла. — Но Ондина и Шэнь страшнее. Они направились к выходу, оставляя в гроте недоумённых зверей и котят. А Сирена ещё долго сидела и пыталась понять, что же всё-таки происходит с её друзьями. В кафе повисла напряжённая тишина. Вейлан, Мимми, Никси и Лайла замерли на пороге, оглядывая открывшуюся картину. За столиком у окна сидели двое. Ондина в теле Шэня спокойно потягивала сок через трубочку, глядя на вошедших абсолютно пустыми глазами. Рядом с ней (с ним?) Шэнь в теле Ондины задумчиво ковырял вилкой салат, делая это с грацией и спокойствием, которые совершенно не вязались с его новой внешностью. — О, явились! — сказала Ондина голосом Шэня, отставляя стакан. — Наконец-то. А то мы тут уже заскучали. Вейлан медленно перевела взгляд с одного на другого. Её лицо оставалось каменным, но пальцы слегка дрожали. — Что... — начала она, но голос сорвался. Шэнь в теле Ондины поднял голову, посмотрел на сестру и ровно произнёс: — Здарова. Че сказать могу? Мимми схватилась за сердце. Никси открыла рот. Лайла зажмурилась, надеясь, что это просто кошмар. — Вы... — выдохнула Вейлан. — Вы правда поменялись? — Ага, — кивнула Ондина голосом Шэня. — С утра проснулись — и вот. — И как? — спросила Никси, не веря своим ушам. — Странно, — ответил Шэнь голосом Ондины. — У неё слишком много эмоций. Я устаю. — А у него их вообще нет! — возмутилась Ондина голосом Шэня. — Я пытаюсь злиться, а тело просто... молчит! Хоть убейся! Вейлан подошла ближе, вглядываясь в глаза брата (точнее, в глаза Ондины, но с братом внутри). — Шэнь, это правда ты? — Ага. — И ты сейчас в теле Ондины? — Ага. — И Ондина — в твоём? — Ага. Вейлан выдохнула, провела рукой по лицу и совершенно неожиданно для всех... улыбнулась. — Ну вы даёте, — сказала она. — Даже отдохнуть не даёте. Мимми подбежала к ним и схватила за руки сразу обоих: — Как это случилось?! Вы что-то делали?! Может, это магия какая-то?! Или проклятие?! Или... — Мы спали, — перебил Шэнь голосом Ондины. — Просто спали, — подтвердила Ондина голосом Шэня. — И проснулись такими. Никси захихикала. Потом засмеялась громче. А потом уже ржала в голос, упав на соседний стул. — Ой, не могу! — вытирала она слёзы. — Шэнь в теле Ондины! Ондина в теле Шэня! Это же цирк! — Рада, что тебе весело, — буркнула Ондина голосом Шэня. — А нам жить как-то надо. — А что вы уже пробовали? — спросила Лайла, присаживаясь за столик. — Ну, чтобы вернуться? — Пока ничего, — пожал плечами Шэнь голосом Ондины. — Думали, может, само пройдёт. — Не прошло, — добавила Ондина. Вейлан села напротив них, внимательно разглядывая обоих. — Ладно, — сказала она. — Будем разбираться. Но сначала... — она посмотрела на брата в теле его девушки. — Ты как себя чувствуешь? — Нормально, — ответил Шэнь. — Странно, что грудь есть. Тяжело. Ондина в его теле поперхнулась соком. — ТЫ ТРОГАЛ МОЮ ГРУДЬ?! — Пришлось. Когда одевался. — Я ТЕБЯ УБЬЮ! — В моём теле? Ондина замерла с открытым ртом. Потом медленно закрыла его и уставилась в стол. — Ненавижу этот день, — пробормотала она. Мимми осторожно погладила её по плечу (по плечу Шэня) и тихо сказала: — Всё наладится. Главное, что вы вместе. — Вместе, — эхом отозвался Шэнь. — В прямом смысле. Никси снова заржала. Дэвид из-за стойки осторожно выглянул: — Вам кофе ещё? Или уже валерьянку? — Неси всё, — махнула рукой Вейлан. — День будет долгий. Они только успели рассесться за столом и более-менее привыкнуть к абсурдности происходящего, как дверь кафе снова звякнула. На пороге стоял Арнольд. Ушастый фенек выглядел потрёпанным — видимо, после недавних событий ещё не отошёл. Его знаменитые уши были прижаты, шерсть взлохмачена, а в глазах читалась надежда, что сегодняшний визит будет спокойным. Он ошибся. Ондина в теле Шэня вскочила так резко, что стул отлетел к соседнему столику. Её глаза (точнее, глаза Шэня) налились кровью, кулаки сжались, и она заорала голосом, который обычно принадлежал самому спокойному человеку в комнате: — ТЫ ЧЁ, ЕЩЁ НЕ В ТЮРЬМЕ, СУКА?! ЛИВНИ ОТСЮДА, ПОКА Я ТЕБЕ УШИ НА УЗЕЛ НЕ ЗАВЯЗАЛ! Арнольд замер. Его глаза расширились до размеров блюдец. Он смотрел на Шэня (который кричал голосом Шэня, но интонациями Ондины) и не мог поверить своим ушам. Буквально. — Ч-что? — пролепетал он. — ТЫ ГЛУХОЙ?! — продолжила Ондина, надвигаясь на него. — Я СКАЗАЛА — ВОН! БЕГОМ! А НЕ ТО Я ТЕБЕ ЛИЧНО КИШКИ НА ВЕРЁВКУ НАМОТАЮ! Арнольд взвизгнул, развернулся и вылетел из кафе с такой скоростью, будто за ним черти гнались. На бегу он орал дурниной: — А-А-А-А! ЗА МНОЙ ДЬЯВОЛ ПРИШЁЛ! ОН ВСЕЛИЛСЯ В ШЭНЯ! А-А-А-А! Дверь хлопнула, и в кафе повисла тишина. А потом все заржали. Никси упала со стула и каталась по полу, держась за живот. Лайла схватилась за голову и тряслась в истерическом смехе. Мимми всхлипывала, пытаясь вдохнуть. Дэвид выглянул из-за стойки, увидел, что опасность миновала, и тоже захихикал. Карли уткнулась лицом в плечо Кэма, и тот похлопывал её по спине, сам еле сдерживаясь. Вейлан сидела с каменным лицом, но в уголках её губ предательски дёргалось. Ондина в теле Шэня стояла посреди кафе, тяжело дыша, но постепенно до неё начало доходить, что она только что сделала. Она посмотрела на свои руки (руки Шэня), потом на дверь, в которую убежал Арнольд, и вдруг начала хихикать. Сначала тихо, потом громче. — Видели его рожу? — выдавила она сквозь смех. — Он реально подумал, что Шэнь в дьявола превратился! — ОН ТАК И ЗАОРАЛ! — зашлась Никси. — «ДЬЯВОЛ ПРИШЁЛ»! Я НИКОГДА ЭТОГО НЕ ЗАБУДУ! Все ржали уже в голос. Даже Дэвид вышел из-за стойки и утирал слёзы фартуком. И только один человек в этом кафе не смеялся. Шэнь в теле Ондины сидел за столом, подперев щёку рукой, и смотрел на всю эту вакханалию с абсолютно пустым выражением лица. Его (её) глаза были слегка прищурены, брови чуть нахмурены. Когда хохот начал стихать, он медленно, очень медленно перевёл взгляд на Ондину в своём теле и произнёс всё тем же ровным, невозмутимым тоном: — Очень смешно. Ондина замерла на полуслове, всё ещё улыбаясь. — А что? — спросила она. — Нормально же пошутила! — Я теперь дьявол, — констатировал Шэнь. — В глазах Арнольда. — Ну и что? — Он будет бегать от меня всю жизнь. — И? — Это неудобно. Он может наткнуться на меня, когда я буду медитировать. Или когда буду пить сок. Или когда просто буду стоять и молчать. Ондина моргнула. — Ты серьёзно переживаешь из-за этого? — Да. Все снова заржали, но теперь уже над Шэнем. — Ты невыносим, — выдохнула Мимми, утирая слёзы. — Знаю, — ответил Шэнь всё тем же тоном. Ондина подошла к нему, села рядом (в его теле) и хлопнула его по плечу (плечу Ондины): — Расслабься. Если что, я тебя защищу. — Ты в моём теле, — напомнил Шэнь. — Кого ты защитишь? — Себя! То есть тебя! То есть... — Замолчи. — Сам замолчи. — Я молчу. — А, да. Ты всегда молчишь. Чёрт. Дэвид принёс им по новой порции сока и, улыбаясь, покачал головой: — Вы самые странные посетители за всю историю моего кафе. — Это только начало, — философски заметил Шэнь. — Не каркай, — ответила Ондина. Но все уже поняли: с этой парочки станется всё, что угодно. — Так, — Мимми хлопнула ладонью по столу, привлекая всеобщее внимание. — Надо вернуть всё поскорее. Я знаю один способ. Специальное зелье возвращения. Все в кафе разом повернулись к ней. Ондина в теле Шэня подалась вперёд с такой надеждой в глазах, что это выглядело одновременно трогательно и жутковато. — Говори, — коротко бросила Вейлан. Мимми начала загибать пальцы: — Нам нужно три иголки морского ежа. Немного водорослей — обязательно свежих, с утренним приливом собранных. Сила двух лун — но у Риты есть такая жемчужина, она подойдёт. И ещё... Она замялась, пытаясь вспомнить. Вейлан прищурилась: — Кусок панциря черепахи? — Да! — Мимми щёлкнула пальцами. — Точно. Кусок панциря зелёной черепахи. Он даёт стабилизацию. — У Риты есть, — кивнула Вейлан. — В её коллекции. Ондина в теле Шэня вскочила: — Тогда чего мы ждём? Погнали! Шэнь в теле Ондины молча поднялся, допил сок и направился к выходу. Все гурьбой повалили за ним. Дэвид проводил их взглядом и перекрестился: — С вами не соскучишься, это точно. --- В гроте было суетно. Рита уже знала, в чём дело — Вейлан позвонила по дороге, — и подготовила всё необходимое. На столе в центре комнаты уже лежали ингредиенты: три острые иголки морского ежа, горсть свежих водорослей, переливающаяся жемчужина и небольшой осколок черепашьего панциря с древними узорами. — Всё здесь, — сказала Рита, отступая в сторону. — Действуйте. Мимми подошла к столу, сосредоточенно разложила всё в нужном порядке и начала смешивать. Звери и котята сгрудились вокруг, наблюдая за процессом с замиранием сердца. Лео даже дышать перестал, боясь спугнуть магию. — Водоросли сначала, — бормотала Мимми себе под нос, растирая их в ступке. — Потом иголки... осторожно, они острые... теперь жемчужину растолочь... Она добавляла ингредиенты один за другим, и смесь в ступке постепенно меняла цвет. Сначала была зелёная, потом синеватая, потом вдруг резко стала... Ядовито-зелёной. — Готова, — выдохнула Мимми, поднимая ступку. — Сработает или нет — не знаю. Но должно. — А если нет? — спросила Сирена дрожащим голосом. — Тогда они останутся такими навсегда, — честно ответила Мимми. Ондина в теле Шэня побледнела (насколько это было возможно с лицом Шэня): — Навсегда?! — Шучу, — Мимми улыбнулась. — Но риск есть. — НЕНАВИЖУ ТЕБЯ! — заорала Ондина голосом Шэня. — Тише, — остановил её Шэнь голосом Ондины. — Не ори в моём теле. — Я НЕ ОРУ, Я ВЫРАЖАЮ ЭМОЦИИ! — Выражай тише. — АХ ТЫ... — В воду, — перебила Мимми, направляясь к бассейну Риты в глубине грота. — Быстро. Зелье действует только в воде. Ондина и Шэнь переглянулись (зрелище ещё то) и направились за ней. Остальные толпились у бортика, наблюдая. — Заходите, — скомандовала Мимми. Они вошли в воду — Ондина в теле Шэня, Шэнь в теле Ондины. Встали по пояс, держась за руки. Странное зрелище: он в её теле, она в его, но руки сцепили крепко. — Готовы? — спросила Мимми. — Да, — ответили они хором. Впервые за весь день — синхронно. Мимми разлила зелье прямо в воду перед ними. Жидкость растеклась ярко-зелёным пятном, засветилась, запульсировала. Мимми подняла руки, направила ладони к воде, и пятно начало вращаться. Быстрее. Ещё быстрее. Вода вокруг Ондины и Шэня закружилась в водовороте, поднимаясь выше и выше, пока не скрыла их целиком. Зелёное сияние стало ослепительным. — Работает! — крикнула Никси. — Надеюсь, — выдохнула Лайла. Водоворот кружился всё быстрее, зелье обволакивало их со всех сторон, и вдруг... БАХ! Ослепительная вспышка озарила грот. Все зажмурились. Котята завизжали. Лео упал с табуретки. А когда свет погас и глаза привыкли, в бассейне стояли двое. Ондина. Настоящая. В своём теле. С мокрыми волосами, прилипшими к лицу, и счастливой улыбкой во весь рот. И Шэнь. Тоже настоящий. С мокрыми волосами, спокойным лицом и этим своим вечным выражением «ну и что?». — Поверить не могу... — Ондина посмотрела на свои руки, ощупала лицо, дёрнула себя за волосы. — Я снова в своём теле! Шэнь молчал. Просто стоял и смотрел на неё. Потом медленно, очень медленно, уголок его губ чуть-чуть приподнялся. — Ага, — сказал он. — Круто. Ондина взвизгнула и бросилась ему на шею. Шэнь, как всегда, стоял каменным истуканом, но руки сами собой обняли её в ответ. — Больше никогда, — бормотала она ему в плечо. — Никогда больше не меняйся со мной телами! Ты слишком спокойный! Я чуть с ума не сошла! — Ты уже сошла, — заметил Шэнь. — МОЛЧИ! Все вокруг заулыбались. Мимми выдохнула с облегчением и опёрлась на плечо Вейлан. Рита довольно кивнула. Котята захлопали. Звери заулюлюкали. — Сработало! — крикнула Сирена, прыгая на месте. — Ура! — Ладно, — сказала Никси, довольно ухмыляясь. — Денёк был тот ещё. Но финал хороший. — И даже Арнольда напугали, — добавила Лайла. — Двойная польза. Ондина отлепилась от Шэня, развернулась ко всем и театрально поклонилась: — Спасибо, что вернули меня! Обещаю больше никогда не влезать в магические эксперименты! — Ты вообще не влезала, — напомнил Зак. — Вы просто спали. — Ну и что? Вдруг это я во сне что-то сделала? — Ты храпишь во сне, — сказал Шэнь. — А не магичишь. Ондина замахнулась на него, но он увернулся — с лёгкостью, которой в его теле сегодня не было. — Эй! — возмутилась она. — Ты в моём теле так не мог! — Твоё тело медленнее, — заметил Шэнь. — ЧТО?! — Правда. — УБЬЮ! — В моём теле ты уже пыталась. Не вышло. Все снова заржали. День определённо удался. А на стене грота, в тени, тихо мерцала забытая жемчужина. Та самая, что использовали для зелья. Она всё ещё светилась — едва заметно, будто хранила память о том, что сегодня случилось нечто странное и чудесное. И, может быть, не в последний раз.