Гостьи с Востока. 2 Часть: Золотой Берег

В гроте было тихо и тепло. После долгого перелёта, после встречи в аэропорту, после всех этих бесконечных дней разлуки — наконец-то наступил момент, когда можно было просто выдохнуть. Шэнь и Ондина вошли внутрь, и первое, что бросилось в глаза — на диванах, на креслах, на полу, везде, где только можно было лежать, спали... новички. Кошка Дина, свернувшись калачиком в кресле. Пёс Леон, растянувшийся на полу у камина. Алиса и Буся, прижавшиеся друг к другу на маленьком диванчике. Мия и Викки, устроившиеся на куче подушек. Жоржик, аккуратно сложивший лапки на пуфе. И Дэн... Дэн спал на кровати Шэня. Шэнь остановился посреди комнаты, обводя взглядом это нашествие. — Это те, которые с портала? — спросил он тихо, чтобы никого не разбудить. — Ага, — кивнула Ондина, тоже понижая голос. — Выпустили сегодня. Суд постановил — под домашний арест до выяснения. Типа мы за них отвечаем. Шэнь кивнул, принимая информацию. Потом его взгляд снова упал на кровать. — А че он мою кровать занял? — спросил он, указывая на Дэна, который развалился поперёк, раскинув лапы и довольно посапывая. — Ну... мест мало, — пожала плечами Ондина. — Они устали, заснули где попало. — Это моя кровать, — повторил Шэнь. Он подошёл к Дэну. Остановился. Посмотрел на него сверху вниз. Дэн даже не шелохнулся. Шэнь наклонился, взял его за шкирку (прямо за шиворот), приподнял над кроватью, донёс до ближайшего свободного пуфика и... опустил. Без злости. Без агрессии. Просто как вещь переставил. Дэн открыл глаза, моргнул, попытался понять, что произошло, но, увидев перед собой абсолютно спокойное лицо Шэня, решил не выяснять и снова закрыл глаза. Шэнь отряхнул руки, снял куртку, бросил её на стул и лёг на свою кровать. — Спокойной ночи, — сказал он, глядя в потолок. Ондина хмыкнула, покачала головой и полезла к нему под бок. — Ты невозможный, — прошептала она. — Знаю, — ответил он. И в гроте снова стало тихо. Все спали. Все были дома. Ненадолго, но всё же. На следующее утро грот наполнился жизнью. Кто-то уже возился на кухне, кто-то выползал из спален, кто-то пытался найти свою расчёску, кто-то просто сидел и хлопал глазами, пытаясь понять, где он вообще находится. Шэнь стоял у зеркала в прихожей и сосредоточенно пытался придать своим вечно непослушным волосам хоть какой-то вид. Получалось плохо, но ему было всё равно. Форма — джинсы, футболка, лёгкая кофта — уже была надета. Рюкзак с тетрадями ждал у двери. Дина, только что проснувшаяся и ещё не до конца пришедшая в себя, вышла из комнаты, увидела Шэня и замерла. — Ой, — сказала она, протирая глаза. — А ты новенький? Я тебя вчера не заметила. Шэнь повернул к ней голову, посмотрел своим фирменным пустым взглядом и спокойно ответил: — В смысле? — Ну... — Дина растерялась. — Ты из портала? Тоже? — Я дольше вас тут живу, — ровно ответил Шэнь и снова повернулся к зеркалу. Дина моргнула: — А где ты был? Мы вчера всех вроде видели... — А тебе какая разница? — Шэнь поправил лямку рюкзака. — Я пошёл. И вышел, даже не обернувшись. Дина проводила его взглядом, полным лёгкого шока, и повернулась к Ондине, которая сидела на диване с журналом в руках и делала вид, что ничего не происходит. — А куда он? — спросила Дина, всё ещё не веря своим глазам. Ондина перевернула страницу, не поднимая головы: — В школу. А потом на работу. — НА РАБОТУ? — голос Дины взлетел на две октавы. — А ему сколько лет? — Семнадцать. — И он работает?! Ему же учиться надо! Отдыхать! Жить! Ондина наконец подняла глаза, посмотрела на неё с лёгкой усмешкой: — В Австралии с четырнадцати лет можно работать официально. Это не у вас в стране, видимо. — А он... — Дина замялась. — Он откуда? — Из Китая, — ответила Ондина. — Как и Вейлан. Они брат и сестра. Вейлан вообще искала его пятнадцать лет. Дина притихла, переваривая информацию. — Ничего себе, — прошептала она. — А он всегда такой... резкий? — Он не резкий, — поправила Ондина, и в её голосе послышались тёплые нотки. — Он просто... Шэнь. Спокойный. Ему всё равно на большинство вещей. Но если что — он за своих горой. Дина кивнула, всё ещё не до конца понимая. А где-то на улице Шэнь уже шёл в сторону школы, слушая музыку в наушниках и думая о том, что сегодня после уроков надо будет отработать смену в дельфинарии. Обычный день. Обычная жизнь. Ну, насколько она вообще может быть обычной в этом мире. Шэнь зашёл в школу ровно за пять минут до звонка. Обычное утро. Обычные коридоры. Обычные ученики, которые уже привыкли к тому, что в их школе учатся какие-то странные ребята, которые то появляются, то исчезают, то разговаривают с рыбами (ну, почти). В холле его уже ждали. — Шэнь! — окликнула Карли, махая рукой. — Ты живой! — Ага, — кивнул он, подходя ближе. Вейлан стояла чуть поодаль, скрестив руки на груди, и смотрела на брата с тем самым выражением, которое у нормальных людей называется «старшая сестра контролирует». Рядом с ней — Зак, Эви, Дэвид и Кэм. — Ну что, первый день после больницы, — хлопнул его по плечу Кэм. — Как оно? — Нормально, — ответил Шэнь. — Он всегда так отвечает, — заметил Дэвид. — «Нормально». Даже если апокалипсис. — Апокалипсис — тоже нормально, — пожал плечами Шэнь. Все засмеялись. Звонок. — Пошли, — кивнула Вейлан. — Физика. Не опаздываем. Они ввалились в класс за секунду до учителя. Кабинет физики был обычным — парты, доска, портреты учёных на стенах, старые приборы на шкафах. За одной из парт уже сидели знакомые лица — кто-то из одноклассников, кто-то из параллели. Шэнь плюхнулся за парту рядом с Заком. Вейлан села впереди, Карли и Эви — рядом, Дэвид и Кэм — позади. Вошёл учитель — пожилой мужчина с усами и вечно уставшим взглядом. Он открыл журнал, окинул класс взглядом и начал: — Итак, тема сегодняшнего урока — электрические цепи. Кто мне расскажет, что такое последовательное соединение? Класс затих. Шэнь уставился в окно. — Шэнь? — вдруг спросил учитель. Все обернулись. — А? — Шэнь медленно перевёл взгляд с окна на доску. — Последовательное соединение. Что это? Шэнь подумал секунду. Потом ответил: — Когда всё друг за другом. Одно сломалось — всё сломалось. Учитель хмыкнул: — Ну... в принципе, верно. Садись, три. Шэнь сел. Кэм сзади зашептал: — Ты вообще готовился? — Нет, — честно ответил Шэнь. — А как ответил? — Я в дельфинарии работаю. Там лампочки гирляндой висят. Если одна перегорает — все гаснут. Та же физика. Кэм открыл рот, закрыл, потом выдал: — Гениально. Учитель продолжал вещать про напряжение, сопротивление и закон Ома. Кто-то писал, кто-то рисовал в тетради, кто-то откровенно спал. Шэнь снова уставился в окно. За стеклом светило солнце, где-то кричали чайки, а вдалеке блестел океан. Обычный день. Обычный урок. Обычная жизнь. И это было... нормально. На перемене в классе стоял привычный гул. Кто-то доедал бутерброды, кто-то листал телефон, кто-то пытался доделать домашку, которую забыл сделать вчера. Но основная группа — Шэнь, Зак, Эви, Карли, Дэвид, Кэм и Вейлан — обсуждали тему, от которой у нормальных людей закипал мозг. — Я не понимаю, — ныл Кэм, держась за голову. — Зачем мне знать, как течёт ток? Я в кафе работаю, мне кофе варить надо! — Ток везде, — философски заметил Зак. — Даже в кофеварке. — Вот пусть он там и течёт, меня не касается! — А если проводка закоротит? — поддела Карли. — Вызову электрика! — А если электрика нет? — Тогда... тогда я сварю кофе на огне! Все засмеялись. — Спокойно, — подал голос Шэнь. — Я в дельфинарии работаю. Там тоже электричество. Если что — починю. — Ты? — удивилась Эви. — Ты же продавец мороженого. — Ну и что? — Шэнь пожал плечами. — Розетку включить могу. А если провод торчит — замотаю изолентой. — Это не техника безопасности, — покачала головой Эви. — Зато работает, — ответил Шэнь. Дверь класса открылась. В коридоре стояли... они. Дина, Леон (хороший) и целая толпа зверят — Алиса, Буся, Мия, Жоржик, Викки, Дэн. Все нарядные, с рюкзаками, счастливые и немного испуганные. — Привет! — пискнула Алиса, махая лапкой. — А вот и мы! — добавил Жоржик. В классе повисла тишина. — Э... — Кэм медленно повернулся к остальным. — Они чего тут делают? Дина шагнула вперёд, улыбаясь: — Мы теперь будем учиться с вами! Нам сказали, что мы можем ходить в школу. Чтобы не отставать от программы. — В нашем классе? — переспросила Эви, и голос её дрогнул. — Да! — радостно ответила Дина. — Нас зачислили. Вейлан медленно поднялась. Её лицо не изменилось, но в глазах появилось что-то опасное. — Это невозможно, — сказала она тихо. Дина удивилась: — Почему? — Потому что они, — Вейлан обвела взглядом зверят, — максимум в первом-втором классе. А мы в одиннадцатом. Это выпускной класс. Физика, химия, алгебра, подготовка к экзаменам. Они не выдержат. Дина растерянно захлопала глазами: — Но нам сказали... — Кто сказал? — Директор. Вейлан сжала зубы, резко развернулась и вышла из класса. — Вейлан, стой! — крикнула Эви, но та уже не слышала. Она быстро прошла по коридору, свернула к кабинету директора и, не постучавшись, вошла внутрь. За столом сидела Рита. Рита Сантос. Директор школы. Старейшина. Хозяйка Посейдона. Тётя для всех. Вейлан остановилась напротив и посмотрела на неё в упор. — Что происходит? — спросила она без приветствий. Рита подняла голову от бумаг, вздохнула и откинулась на спинку кресла. — Садись, — сказала она. — Разговор будет долгий. Вейлан не села. Она стояла напротив стола, скрестив руки на груди, и смотрела на Риту взглядом, который у нормальных людей вызывал желание спрятаться под стол. Но Рита была не из нормальных. — Я жду, — холодно сказала Вейлан. Рита вздохнула, отложила ручку и жестом указала на стул: — Сядь. Не выноси мне мозг стоя. Вейлан помедлила секунду, но всё же опустилась на стул. Напряжение не ушло, но хотя бы перестало давить на пространство. — Объясни, — коротко бросила она. — Что именно? — Рита приподняла бровь. — ВСЁ. Почему они в школе? Почему в нашем классе? Кто это решил? И почему я узнаю об этом только сейчас, когда они уже стоят в коридоре с рюкзаками? Рита помолчала, собираясь с мыслями, потом заговорила: — Это было решение суда. — Что? — Суда, Вейлан. Того самого, где их чуть не посадили на полгода. Адвокат предложил компромисс: домашний арест, контроль со стороны нас и... обязательное образование. — Образование? — Вейлан не верила своим ушам. — Им по 5-9 лет! Какое образование в одиннадцатом классе?! — Формально они зачислены как вольные слушатели, — спокойно ответила Рита. — Могут не сдавать экзамены, могут не писать контрольные. Но обязаны присутствовать на уроках. Для социализации. — Для социализации? — Вейлан вскочила. — Они звери из другого мира! Им не социализация нужна, им обратно домой надо! — А дома нет, — жёстко оборвала Рита. — Порталы закрылись. Мы не знаем, как их отправить обратно. Пока не знаем. Вейлан замерла. — То есть... они застряли? — Да. — Навсегда? — Не знаю. Может, навсегда. Может, до следующего портала. А он может открыться через год, через десять лет или никогда. Вейлан медленно опустилась обратно на стул. — И ты молчала? — Я ждала момента, — ответила Рита. — Хотела сказать всем сразу, но сначала надо было решить вопрос со школой. Суд постановил вчера вечером. Сегодня утром их привезли. Я не успела предупредить. — А предупредить вообще планировала? — Да, — твёрдо сказала Рита. — Сегодня на обеде. Вейлан смотрела на неё долгим взглядом. Потом отвела глаза. — Они не выдержат, — тихо сказала она. — Нагрузка. Темп. Старшеклассники. Их задразнят. — Не задразнят, — отрезала Рита. — Потому что вы за них отвечаете. Вы, русалки, звери, котята. Это условие суда. — То есть мы теперь ещё и няньки? — Вы теперь их единственная защита в этом мире. Да. Вейлан закрыла глаза и глубоко вздохнула. — Я не хотела их сюда тащить, — тихо сказала она. — Ондина была права. — Ондина была права в том, что устала, — поправила Рита. — Но не в том, что их надо было бросать. Они дети, Вейлан. Потерянные, чужие, напуганные. Мы не можем их выкинуть. — Можем. — Не можем. Вейлан открыла глаза и посмотрела на неё. — Ты правда веришь, что это сработает? — Нет, — честно ответила Рита. — Но я верю, что мы обязаны попытаться. Тишина. — Ладно, — наконец сказала Вейлан, поднимаясь. — Но если кто-то из них сорвёт нам выпускные экзамены — я лично поговорю с судьёй. — Договорились. Вейлан направилась к двери, но на пороге остановилась. — Рита? — М? — Ты правда думаешь, что они смогут вернуться домой? Рита помолчала. — Не знаю, — ответила она честно. — Но если есть хоть один шанс — мы его найдём. Вейлан кивнула и вышла. В коридоре её ждали. Все — Шэнь, Ондина, Зак, Эви, Карли, Кэм, Дэвид, Никси, Лайла, Сирена, звери, котята и новички, которые всё ещё топтались у входа в класс. — Ну что? — спросила Ондина. Вейлан обвела взглядом эту разношёрстную толпу и вздохнула. — Они с нами, — сказала она. — Надолго. Привыкайте. Алиса радостно пискнула. Дэн довольно улыбнулся. Дина выдохнула с облегчением. Шэнь, стоявший у стены, посмотрел на эту картину, потом перевёл взгляд на Вейлан и коротко сказал: — Спокойно. Мне похуй. И пошёл в класс. Все засмеялись. Даже Вейлан чуть-чуть улыбнулась. Кабинет математики встретил учеников привычной тишиной и запахом старой бумаги. Парты были расставлены ровными рядами, на доске — вчерашние формулы, которые никто не стёр, а за окном шумел ветер. Учительница математики — строгая женщина лет пятидесяти в очках и с вечной указкой в руке — вошла в класс ровно со звонком. В руках у неё была высокая стопка листов. — Итак, — сказала она, обводя взглядом класс. — Сегодня у нас контрольная по алгебре. Кто-то застонал, кто-то схватился за голову, кто-то начал лихорадочно листать учебник в последнюю секунду. Учительница прошла между рядами и начала раздавать листы. Первым — Шэню (он взял молча). Потом — Ондине (она фыркнула). Заку, Эви, Карли, Кэму, Дэвиду, Вейлан... И вдруг она остановилась у парты, где сидели Дина и Леон (хороший). — А это кто? — спросила она, глядя на них поверх очков. — Новенькие, — ответил кто-то с задней парты. — А... ну да, мне говорили, — кивнула учительница и... положила перед ними по листу. Дина побледнела. Леон (хороший) схватился за голову. — Но мы... мы же учителя! — пискнула Дина. — И что? — пожала плечами учительница. — В моём классе все пишут контрольные. И ученики, и учителя. Садитесь. — Но мы не готовились! — А кто готовился? — усмехнулась учительница, раздавая листы дальше — Алисе, Бусе, Мие, Жоржику, Викки и Дэну. Котята смотрели на листы с ужасом. Алиса попыталась что-то прочитать, но буквы расплывались перед глазами. Буся просто положила голову на парту. Дэн уставился в потолок, мысленно прощаясь с жизнью. Вейлан, сидевшая через ряд, обернулась и посмотрела на Дину и Леона. Те сидели с абсолютно потерянными лицами, глядя на задания. — А вы чего пишете? — спросила Вейлан громко, так, чтобы все слышали. Дина подняла на неё растерянный взгляд: — Нам дали... — Это для учеников, — холодно сказала Вейлан. — А не для вас. Вы учителя. Вы должны это знать. Или не знаете? Тишина. Леон (хороший) открыл рот, хотел что-то сказать, но не нашёлся. — Пишите-пишите, — усмехнулась Ондина с соседней парты. — Посмотрим, как вы справитесь. Никси громко фыркнула, пряча улыбку в ладони. Лайла отвернулась к окну, чтобы никто не видел её ухмылки. Дина и Леон (хороший) переглянулись, потом уставились в листы. Задание номер один: «Решите систему уравнений методом подстановки». — Я не знаю, что это, — прошептала Дина. — Я тоже, — так же тихо ответил Леон. Сзади раздался шёпот Алисы: — А что такое «икс»? — Это буква, — ответил Жоржик. — Кажется. — А почему она в примере? — Я не знаю. — Тихо! — рявкнула учительница. — Пишем! Класс замер. Все, кроме новичков, усиленно делали вид, что пишут, но на самом деле краем глаза следили за этой трагикомедией. Шэнь, сидевший у окна, даже не смотрел на свою контрольную. Он смотрел на Дэна, который уже положил голову на парту и, кажется, уснул. — Спокойно, — сказал он тихо. — Мне похуй. И продолжил писать. А где-то в глубине души даже он чуть-чуть улыбнулся. После уроков всех собрали в классе. Учительница математики стояла у доски с пачкой исписанных листов в руках и выражением лица, которое не предвещало ничего хорошего. Рядом с ней маячил завуч — мужчина с вечно недовольным лицом и папкой под мышкой. — Итак, — начала учительница, обводя взглядом класс. — По результатам контрольной... Класс замер. Новички вжались в парты. — ...у меня есть несколько важных объявлений. Она прокашлялась и продолжила: — Алиса, Буся, Мия, Жоржик, Викки и Дэн. Ваши работы... — она сделала паузу, — не поддаются оценке. Дэн сглотнул. — Там нарисованы цветочки, яблоки, какие-то схемы, которые не имеют отношения к алгебре, и один раз — признание в любви к учителю. Спасибо, конечно, но это не зачёт. Алиса покраснела. Буся спрятала лицо в ладошках. — Поэтому, — продолжила учительница, — вы не допущены к обучению в одиннадцатом классе. Вы переводитесь... во второй. Тишина. — Во второй класс начальной школы. Там как раз проходят таблицу умножения и учатся писать без ошибок. Думаю, вам там будет комфортнее. — ВО ВТОРОЙ?! — пискнула Мия. — Именно, — кивнула учительница. — Собирайте вещи. Завтра к восьми утра в крыло начальной школы. Котята переглянулись. Кто-то всхлипнул. Кто-то попытался что-то возразить, но под строгим взглядом завуча передумал. — А теперь вы, — учительница повернулась к Дине и Леону (хорошему). — Дина, Леон. Ваши работы... это просто катастрофа. Дина побледнела. Леон схватился за сердце. — Вы учителя. По крайней мере, так сказано в ваших документах. Но судя по тому, что вы написали... — она заглянула в листы, — вы не знаете даже основ. Ошибка в самом простом уравнении, путаница с дробями и полное отсутствие логики в решении задач. — Мы... мы не готовились, — пролепетала Дина. — А кто готовится к тому, что должен знать наизусть? — парировала учительница. — Поэтому решение педагогического совета такое: вы переводитесь в класс для умственно отсталых. — ЧТО?! — Леон вскочил. — Сядьте, — рявкнул завуч. — Решение окончательное. Там индивидуальная программа, упрощённые задания и больше внимания к каждому ученику. Вам там самое место. — НО МЫ УЧИТЕЛЯ! — заорал Леон. — Бывшие, — поправила учительница. — С сегодняшнего дня — ученики. Восьмой класс коррекционной программы. Собирайтесь. Дина закрыла лицо руками. Леон рухнул на стул с таким видом, будто его только что приговорили к казни. С задней парты послышался тихий звук. Кэм зажимал рот рукой, но плечи его тряслись. — Кхм, — кашлянул Зак, тоже пытаясь сдержаться. — Чего вы ржёте? — возмутился Леон. — Ничего-ничего, — ответила Ондина, и голос её подозрительно дрожал. — Всё нормально. Никси уже уткнулась лицом в парту, и по её спине было видно — она тоже ржёт. Лайла отвернулась к окну, но в стекле отражалась её улыбка. Эви зажимала рот обеими руками. Даже Вейлан, обычно непроницаемая, чуть прикусила губу, чтобы не улыбнуться. А Кэм уже не выдержал. Из-под его ладони вырвался откровенный смешок. — КХЕ-КХЕ-ПХА-ХА-ХА! И всё. Плотину прорвало. Класс взорвался хохотом. — В КЛАСС ДЛЯ УМСТВЕННО ОТСТАЛЫХ! — заорал Кэм, сгибаясь пополам. — УЧИТЕЛЕЙ! — ВО ВТОРОЙ КЛАСС! — вторила ему Карли. — ОНИ ЖЕ ВЗРОСЛЫЕ! — АЛИСА, ТЫ ТЕПЕРЬ С ПЕРВОКЛАШКАМИ БУДЕШЬ ПАЛОЧКИ ПИСАТЬ! — А ДЭН — ТАБЛИЦУ УМНОЖЕНИЯ УЧИТЬ! Дэн зарылся лицом в рюкзак и громко застонал. Дина плакала. Леон пытался сохранить достоинство, но у него плохо получалось. Котята сидели красные, как раки. А класс ржал. Долго. Громко. Счастливо. — СПОКОЙНО, — раздался голос Шэня. Все замерли. Шэнь сидел на своём месте, невозмутимый, с абсолютно пустым лицом. — Мне похуй, — сказал он. — Но это смешно. И класс заржал снова. Учительница и завуч переглянулись, но ничего не сказали. В конце концов, это действительно было смешно. Даже они это понимали. Шэнь зашёл в дельфинарий за пять минут до смены. Переоделся, нацепил фартук, проверил кассу — всё как обычно. Сегодня была его очередь работать в киоске с мороженым у главного входа. Людей немного, можно будет даже постоять спокойно. Он встал за прилавок, разложил рожки, проверил, есть ли шарики, и уставился в окно. Обычный день. Обычная работа. Обычное ничего. Через полчаса в стеклянные двери дельфинария ввалилась толпа. Шумная, пёстрая, знакомая до боли. — О! — заорал Дэн, тыча пальцем в сторону киоска. — Тут Шэнь работает! — Точно! — подхватил Лео. — Продавец мороженого! — Это же круто! — пискнула Мила. И вся толпа — Бао, Вася, Соня, Али, Ния, Алиса, Дэн, Викки, Жоржик (которого почему-то назвали дважды), Буся и Мия — повалила к киоску. Шэнь смотрел на них с абсолютно пустым лицом. — Здравствуйте, — вежливо начала Алиса. — Мы тут на экскурсии со школой. А можно... ну... — Мороженое, — закончил за неё Дэн, облизываясь. — Да! Шэнь помолчал секунду, потом ровно сказал: — Шесть долларов. — Чего? — переспросил Лео. — Мороженое. Один шарик — шесть долларов. — Но мы же свои! — возмутился Дэн. — Шесть долларов. — Шэнь, ну ты чего? — подключилась Викки. — Мы же вместе живём! В одном гроте! — Шесть долларов. — У нас нет денег! — пискнула Буся. Шэнь посмотрел на неё. Потом перевёл взгляд на остальных. Потом снова на неё. — Шесть долларов, — повторил он. Толпа затихла. — А если мы скажем Ондине, что ты жадный? — пригрозил Дэн. — Скажите, — равнодушно пожал плечами Шэнь. — Она знает. — А если мы скажем Вейлан? — Она тоже знает. — А если мы... — Шесть долларов, — перебил Шэнь. Котята и новички переглянулись. Дэн застонал. Алиса вздохнула. — Ладно, — сдалась она. — А дашь просто лизнуть? — Нет. — А посмотреть? — Смотри. — А... — Шесть долларов. Сзади раздался голос экскурсовода: — Экскурсия, не отстаём! Сейчас идём смотреть дельфинов! Толпа зашевелилась, но с места не сдвинулась. — Шэнь, — жалобно протянула Буся. — Ну пожалуйста. Один шарик. Самый маленький. Шэнь посмотрел на неё. Буся сделала самые честные глаза, на которые была способна. Он вздохнул. Достал из витрины один маленький рожок, набрал половинку шарика и протянул ей. — Бесплатно, — сказал он. — Но только тебе. Буся просияла. — А нам? — хором спросили остальные. — Шесть долларов. — НЕЧЕСТНО! — Жизнь нечестна, — философски заметил Шэнь и уставился в окно. Экскурсия ушла. Буся довольно облизывала мороженое. Остальные косились на неё с завистью. Шэнь стоял за прилавком и думал о том, что даже на работе от них не скрыться. — Спокойно, — сказал он себе. — Мне похуй. И продолжил работать. После работы Шэнь вернулся в грот уставший, но довольный. Смена прошла нормально, посетителей было немного, даже удалось посидеть в тишине минут десять. Он зашёл внутрь, бросил сумку у входа и направился к дивану, где уже сидели почти все обитатели грота. Вейлан листала книгу, Ондина красила ногти, Мимми что-то вязала, Зак и Эви смотрели телевизор, а новички оккупировали все оставшиеся места. — О, Шэнь пришёл! — пискнула Алиса. Шэнь кивнул и плюхнулся на свободное место рядом с Ондиной. Та сразу придвинулась поближе. — Слышь, Шэнь, — начала Алиса, надув губки. — А чего ты с нас шесть долларов за мороженое требовал? Вейлан подняла голову от книги: — И что? — Ну это же несправедливо! — возмутилась Алиса. — Мы свои люди! Надо бесплатно давать! — Бесплатно? — переспросила Вейлан, и в её голосе послышались знакомые ледяные нотки. — Да! — закивала Алиса. — Мы же в одном доме живём! Должна быть взаимовыручка! Вейлан посмотрела на неё долгим взглядом, потом перевела взгляд на Шэня: — Ты с них деньги просил? — Ага, — кивнул Шэнь. — Правильно. Алиса открыла рот, но Вейлан её перебила: — Я ему за мороженое всегда плачу. Просто вы не видели. — Но мы же... — начала Мия. — Никаких «но», — отрезала Вейлан. — Мороженое — это товар. Товар стоит денег. Хотите мороженое — платите. Алиса надулась, но спорить с Вейлан не решилась. Тут в разговор влез Дэн. Он сидел на пуфике, скрестив лапы, и смотрел на Шэня с подозрением. — А я видел, — сказал он медленно, — как ты Бусе мороженое давал. Бесплатно. Все посмотрели на Шэня. Тот даже бровью не повёл. — Буся — другое дело, — спокойно ответил он. — Почему это? — возмутился Дэн. — Потому что. — А нам? — Шесть долларов. — Ну это нечестно! Шэнь вздохнул, на секунду задумался, потом посмотрел прямо на Дэна и ровно спросил: — Кому ты пиздишь? Тишина. Дэн открыл рот, закрыл, снова открыл. — Я... я не пизжу! Я правду говорю! — Видел, — повторил Шэнь. — А доказательства? — Ну... я видел! — Глазами? — Да! — Значит, глаза тебя обманули. — НЕТ! — Да. — НЕТ! — Спокойно, — сказал Шэнь. — Мне похуй. И отвернулся к телевизору. Дэн остался сидеть с открытым ртом, не в силах ничего возразить. Алиса прыснула. Буся тихонько захихикала. Даже Вейлан чуть заметно улыбнулась. — Добро пожаловать в нашу семью, — сказала Она, хлопнув Дэна по плечу. — Здесь Шэнь всегда прав. Даже когда не прав. — А он сейчас прав? — спросил Дэн. — Не знаю, — пожала плечами Ондина. — Но спорить с ним бесполезно. Дэн вздохнул и сдался. А Шэнь сидел, смотрел телевизор и думал о том, что даже после работы от этой компании не скрыться. Но, в общем-то, это было даже приятно.