Глава 23: Грабёж и предательство
20 февраля 2026 г., 12:13
Рита стояла посреди грота с телефоном в руке, уже готовая набрать заветные три цифры, когда Сирена вдруг схватила её за руку.
— Подожди! — выдохнула Сирена. — Я кое-кого вызвала.
— Кого?
— Рикки.
Рита замерла, потом медленно убрала телефон.
— Это... даже лучше.
Через семь минут дверь грота распахнулась.
Рикки Чедвик вошла так, будто заходила к себе домой. В одной руке — ключи от машины, в другой — стакан кофе, который она допивала на ходу. На лице — выражение полного спокойствия, которое у нормальных людей вызывало желание спрятаться.
— Где клиентка? — спросила она, обводя взглядом комнату.
Все молча указали в угол.
Дина сидела за столом, вцепившись в кружку с чаем так, что побелели костяшки. Увидев Рикки, она дёрнулась, но встать не решилась.
Рикки подошла. Медленно. Не спеша. Поставила пустой стакан на стол рядом с Диной. Потом придвинула стул, села напротив и положила ногу на ногу.
Тишина.
Дина смотрела на неё, и в её глазах разрастался ужас.
Рикки молчала. Просто смотрела.
Секунда. Две. Десять.
— Ну что, — наконец сказала Рикки, и голос её звучал почти ласково. — Колись.
Дина сглотнула.
— Я... я не понимаю, о чём ты...
— Деньги, — перебила Рикки. — Где деньги?
— Какие деньги?
Рикки вздохнула. Так вздыхают, когда ребёнок в сотый раз не хочет есть кашу.
— Дина, я приехала сюда не для того, чтобы играть в угадайку. Я приехала, потому что мне позвонила Сирена и сказала, что у вас тут пропал почти миллион долларов. А ты — единственная, кто шастал по гроту, пока все были в магазине.
— Я не брала!
— Дина.
Голос Рикки изменился. Стал тише. Спокойнее. И от этого страшнее.
— Я задала простой вопрос. Где. Деньги.
Дина затряслась.
— Я... я не...
— Посмотри на меня.
Дина подняла глаза.
Рикки смотрела на неё в упор. Без злости. Без угроз. Просто смотрела.
— Ты знаешь, кто я? — спросила Рикки.
— Р-рикки...
— Я та, кто может решить твою судьбу прямо сейчас. Либо ты говоришь правду, и мы решаем это по-хорошему. Либо ты продолжаешь врать, и тогда...
Она не закончила. Просто улыбнулась.
Дина сломалась.
— Я... я спрятала их! — выкрикнула она. — В лесу! За гротом! В старой норе!
— Все?
— Да! Все! Я ничего не потратила!
Рикки кивнула и повернулась к остальным.
— Кто-нибудь, сходите проверьте.
Зак и Лайла молча вышли.
Дина сидела, уткнувшись лицом в ладони, и рыдала.
— Зачем? — спросила Сирена тихо. — Зачем ты это сделала?
— Я не знаю, — всхлипнула Дина. — Я просто... я испугалась. Подумала, что нас выгонят, что мы останемся ни с чем... Я хотела подстраховаться...
— Подстраховаться, украв у тех, кто тебя приютил? — холодно спросила Вейлан.
Дина не ответила.
Через десять минут вернулись Зак и Лайла. В руках у Зака был большой рюкзак, доверху набитый пачками денег.
— Всё тут, — сказал он, бросая рюкзак на пол. — До цента.
Рита открыла сейф, пересчитала, кивнула:
— Всё цело.
— Ну что, — Рикки поднялась, поправила куртку. — Дина, у тебя есть два варианта.
Дина подняла заплаканное лицо.
— Первый: я вызываю полицию, и ты едешь в тюрьму за покушение на кражу в особо крупном размере. Там тебя никто не пожалеет.
Дина всхлипнула.
— Второй: ты сейчас собираешь вещи и уходишь из этого грота. Навсегда. Ищешь себе другое место. Ночуешь под мостом, в парке, где хочешь. Но здесь тебя больше нет.
— Но... но я же вернула!
— Вернула, потому что попалась. А не потому что пожалела.
Дина открыла рот, закрыла, потом посмотрела на остальных. На Мимми, на Вейлан, на Ондину, на Шэня, который всё это время сидел в углу с абсолютно пустым лицом.
Никто не заступился.
— Я... я уйду, — прошептала Дина.
— Правильный выбор, — кивнула Рикки. — Вали, пока я добрая.
Дина встала, шатаясь, побрела в свою комнату, собрала вещи и через пять минут вышла из грота, даже не обернувшись.
Дверь закрылась.
Тишина.
— Ну что, — Рикки хлопнула в ладоши. — Я поехала. Кофе стынет.
И ушла.
Все переглянулись.
— Жёстко, — выдохнула Никси.
— Справедливо, — поправила Вейлан.
— Ага, — кивнул Шэнь, поправляя кулон на шее. — Спокойно. Мне похуй.
И все почему-то улыбнулись.
Дина брела по ночному городу, сама не зная куда.
В одной руке — маленькая сумка с вещами, которые она успела схватить. В другой — пустота. В голове — тоже пустота.
Она шла минут двадцать, а может, час. Время потеряло смысл. Просто ноги несли её вперёд, подальше от грота, от этих осуждающих взглядов, от Рикки, от всего.
Город кончился. Началась окраина. Потом пустырь. Потом — река.
А над рекой — мост.
Старый, бетонный, с облупившейся краской. Под ним — темнота, сырость и запах тины. Идеальное место для тех, кому некуда идти.
Дина спустилась по скользкому откосу, пробралась под пролёт и села на какой-то ящик, брошенный здесь неизвестно кем.
Холодно.
Она обхватила себя руками, вжалась в бетонную стену и уставилась в темноту.
— За что? — прошептала она.
Никто не ответил.
Где-то наверху проехала машина, осветив фарами воду. Потом снова стало темно.
Дина сидела и смотрела на реку.
В голове крутились мысли. Беспорядочные, злые, горькие.
— Я не хотела... Я просто испугалась... Почему они меня выгнали? Я же вернула деньги... Я же...
Она замолчала.
Потому что в глубине души знала ответ.
Она не вернула. Её поймали. Если бы не нашли — ни за что бы не призналась.
— Ну и ладно, — сказала она вслух, чтобы хоть как-то заглушить тишину. — Обойдусь без них.
Но голос дрожал.
Ночь тянулась бесконечно. Где-то лаяли собаки. Где-то гудел поезд. Где-то смеялись пьяные компания.
А Дина сидела под мостом, сжимая в руках сумку, и ждала утра.
Она не знала, что будет завтра. Где спать. Что есть. Как жить дальше.
Знала только одно: назад дороги нет.
---
УТРО
Солнце поднялось над городом, но под мост оно не заглядывало. Здесь всё ещё было сыро и холодно.
Дина продрогла до костей. Она попыталась встать, но ноги затекли, и она чуть не упала.
— Твою ж... — выдохнула она, хватаясь за стену.
Из-под моста она выбиралась долго, цепляясь за выступы, скользя по грязи.
Когда она наконец вылезла наверх, солнце ударило в глаза. Она зажмурилась, постояла так пару секунд, потом открыла глаза.
Вокруг — обычный город. Люди спешат на работу. Машины сигналят. Жизнь идёт.
Никому нет дела до мокрой, грязной кошки с пустыми глазами.
Дина побрела вдоль дороги, не зная, куда идти.
В кармане — пара монет. В сумке — смена белья и зубная щётка.
И всё.
А впереди — неизвестность.
Дина сидела на холодном бетоне, поджав под себя ноги, и смотрела на воду. В голове было пусто. Только иногда всплывали обрывки мыслей: «За что?», «Почему я?», «Что теперь делать?».
Она уже не плакала. Слёзы кончились час назад. Осталась только тупая боль в груди и дрожь во всём теле.
Шаги.
Кто-то шёл по набережной сверху. Не один — трое. Голоса, смешки, звяканье каких-то банок.
Дина замерла, вжалась в стену, пытаясь стать незаметной.
— ...и говорю ему: «Ты вообще охренел?» — донёсся знакомый голос.
Слишком знакомый.
Она выглянула из-под моста.
По набережной, прямо над ней, шли трое.
Леон. Грейс. Арнольд.
Те самые. Которых посадили за изнасилование. Которые ограбили банк. Которые должны сидеть в тюрьме.
Они были здесь. Живые. Свободные.
Дина зажала рот рукой, чтобы не вскрикнуть.
Леон остановился прямо над ней, посмотрел вниз и усмехнулся:
— О, смотрите. Какая-то кошка под мостом сидит.
Грейс наклонилась, вглядываясь:
— Это же... Дина? Из того грота?
— Точно она, — хмыкнул Арнольд, потирая лапы. — А че это ты тут делаешь, киска?
Дина молчала, вжавшись в бетон.
Леон спрыгнул вниз, приземлился легко, как кошка (кем он, собственно, и был). Подошёл ближе, наклонился, заглянул в глаза.
— Выгнали? — спросил он с какой-то странной интонацией. — Я смотрю, наши друзья не очень-то жалуют новеньких.
— Уходите, — прошептала Дина. — Пожалуйста.
— А мы только пришли, — Грейс спустилась следом, за ней — Арнольд. — И, кажется, у нас есть общие темы для разговора.
— Какие темы? — Дина попыталась встать, но ноги не слушались.
— Ну как же, — Леон присел рядом на корточки. — Тебя тоже выгнали. Тоже унизили. Тоже растоптали. Прямо как нас.
— Вы... вы преступники, — выдохнула Дина.
— А ты — воровка, — усмехнулся Арнольд. — Мы в курсе. Про миллион долларов все знают.
Дина побледнела.
— Так что мы одной крови, — Леон протянул лапу. — Идём с нами. У нас есть планы. Большие планы. На тех, кто нас обидел.
Дина смотрела на его лапу. Потом на его глаза. Потом на Грейс и Арнольда, стоящих за спиной.
— У меня нет выбора, — прошептала она.
— Выбор есть всегда, — ответил Леон. — Но правильный — только один.
Тишина.
Река текла внизу. Где-то вдалеке завыла сирена.
Дина медленно подняла руку и вложила её в лапу Леона.
— Я согласна, — сказала она.
Леон улыбнулся. Страшно. Хищно. Довольно.
— Ну вот и славно. Добро пожаловать в команду.
И они ушли вчетвером, растворившись в темноте.
А под мостом осталась только пустота и запах тины.
Рикки шла по набережной, допивая уже третью чашку кофе за вечер. День выдался дерьмовый, и она хотела просто дойти до дома, рухнуть на диван и забыть обо всём.
Но судьба, как всегда, решила иначе.
Она остановилась, услышав голоса внизу, под мостом. Знакомые. Очень знакомые. Такие, от которых у нормальных людей поджимались хвосты.
Рикки подошла к краю, посмотрела вниз и усмехнулась.
— Ну ни хера себе, — сказала она громко, чтобы слышали все. — Какая встреча!
Внизу замерли четверо.
Леон, Грейс, Арнольд и Дина. Все как на подбор — грязные, помятые, но с наглыми мордами.
Рикки спрыгнула вниз, приземлилась легко, даже кофе не расплескала. Подошла ближе, остановилась в паре метров.
— Че, не ждали меня, да? — спросила она с издёвкой. — А я тут как тут.
Дина побелела. Леон дёрнулся, но остался на месте.
— Я знала, что ты сучка, — Рикки ткнула пальцем в Дину. — Знала, что пойдёшь к ним. Вопрос времени.
— Мы ничего не делаем! — пискнул Арнольд, прячась за спину Леона.
— Заткнись, ушастый. — Рикки даже не посмотрела в его сторону. — А вы, — она перевела взгляд на Леона и Грейс, — вообще должны быть в тюрьме. Сидеть и не высовываться. А вы тут шастаете, мразей всяких подбираете.
Леон шагнул вперёд, пытаясь сохранить лицо:
— Тебе никто не поверит. Доказательств нет.
— Ой, правда? — Рикки усмехнулась. — А я заметила вас. А это значит...
Она сделала паузу, смакуя момент.
— ...Что я пойду и расскажу остальным. И знаешь, почему мне поверят, а вам — нет?
Леон молчал.
— Потому что я, блядь, Рикки Чедвик, — она ткнула себя в грудь. — У меня репутация. Я никогда не вру. Я никогда не ошибаюсь. А вы — кучка мокриц, которые изнасиловали ребёнка, ограбили банк и теперь шастают под мостами.
— Но у тебя нет доказательств! — выкрикнула Грейс.
— Доказательств? — Рикки рассмеялась. — Милая, я и есть доказательство. Моё слово весит больше, чем вся ваша кодла вместе взятая.
— Им плевать на твоё слово! — заорал Леон.
— А им плевать на твоё? — парировала Рикки. — Ты кто? Преступник, насильник, вор. Я кто? Человек, который вытащил ваши шкуры из кучи дерьма не раз. Кому поверят?
Тишина.
Рикки допила кофе, смяла стаканчик и бросила его под ноги Леону.
— Сидите тут. Бегайте. Прячьтесь. Но знайте: я уже набираю номер.
Она достала телефон.
— Валим! — заорал Арнольд и рванул в темноту.
Леон и Грейс метнулись за ним. Дина застыла на месте, не зная, что делать.
— А ты, — Рикки посмотрела на неё. — Твой единственный шанс — валить с ними. Потому что если я тебя ещё раз увижу...
Она не договорила. Просто провела пальцем по горлу.
Дина побежала.
Рикки смотрела им вслед, потом набрала номер.
— Алло, Вейлан? Готовь всех. У нас проблемы. Леон, Грейс и Арнольд на свободе. И Дина с ними.
Она убрала телефон и улыбнулась.
— Ну, пиздец вам, ребята. Теперь точно.
— Бегайте, бегайте, — пробормотала она. — Недолго вам осталось.
Она достала телефон, пролистала контакты и нажала на имя, которое не набирала уже несколько лет.
Гудок. Ещё один. Третий.
— Алло? — раздался на том конце мягкий, но уверенный голос.
— Белла, привет, — сказала Рикки, и в её голосе впервые за вечер появились тёплые нотки. — Это Рикки.
— Рикки?! — голос Беллы оживился. — Сколько лет, сколько зим! Ты как? Где ты? Я слышала, ты своё кафе открыла?
— Открыла, всё путём, — Рикки улыбнулась. — Слушай, Белл, я к тебе с просьбой. Вернее, с делом. Серьёзным.
— Что случилось? — голос Беллы сразу стал собранным, профессиональным.
— Ты же сейчас адвокатом работаешь? По международным делам?
— Да. И неплохо, между прочим.
— Знаю, потому и звоню, — Рикки вздохнула. — Тут такое дело... У нас проблема. Три мрази, которые изнасиловали ребёнка, ограбили банк и вообще моральные уроды, каким-то образом вышли на свободу. И, кажется, хотят нанять адвоката.
— Изнасилование ребёнка? — голос Беллы стал жёстче. — Серьёзно?
— Серьёзнее некуда. Им грозит пожизненное, но если они наймут хорошего адвоката — могут выкрутиться.
— Не выкрутятся, — отрезала Белла. — Не с такими статьями.
— В том-то и дело, что могут, — Рикки понизила голос. — Слушай, Белл, у тебя же связи во всём городе? Ты всех адвокатов знаешь?
— Ну... допустим.
— Сделай так, чтобы никто в этом городе не взялся защищать этих тварей. Ни один. Вообще.
Пауза.
— Рикки, — медленно сказала Белла. — Ты понимаешь, о чём просишь? Это... это серьёзное давление на систему.
— Белла, — так же медленно ответила Рикки. — Эти твари изнасиловали шестилетнего мальчика. Шести. Лет. Я не прошу тебя нарушать закон. Я прошу тебя сделать так, чтобы закон был на стороне жертвы, а не на стороне денег.
Тишина.
Потом Белла выдохнула:
— Я позвоню паре людей. И если кто-то из адвокатов рискнёт — я лично сделаю так, чтобы его карьера закончилась раньше, чем суд.
— Спасибо, — искренне сказала Рикки.
— Не за что. Держи меня в курсе. И... Рикки?
— М?
— Будь осторожна. Такие твари опасны, даже когда без адвокатов.
— Я знаю, — усмехнулась Рикки. — Но у меня нож.
— И это, блин, твой главный аргумент, — рассмеялась Белла.
— Всегда работало.
Они попрощались, и Рикки убрала телефон.
Посмотрела на воду, где скрылись коты.
— Ну что, твари, — прошептала она. — Посмотрим, кто кого.
И пошла обратно в грот — рассказывать новости.
Рикки вошла в грот с такой ухмылкой, что у всех присутствующих внутри похолодело.
Не потому что ухмылка была злой. А потому что она была слишком довольной.
— Что такое? — Ондина отложила журнал и подобралась. — Ты чего лыбишься?
Рикки прошла в центр комнаты, развернулась и обвела всех взглядом.
— Ну, хорошие новости, — сказала она. — Во-первых, ваши любимые коты — Леон, Грейс и Арнольд — на свободе.
— ЧТО?! — вскочила Никси.
— Сидеть, — Рикки махнула рукой. — Я не договорила.
— И ты называешь это хорошими новостями?! — возмутилась Лайла.
— Во-вторых, — продолжила Рикки, игнорируя её, — они теперь не одни. Дина с ними.
Мимми схватилась за сердце.
— Вот сучка... — выдохнула Она.
— Но самое главное, — Рикки сделала паузу, наслаждаясь моментом, — они думают, что смогут нанять адвоката и выкрутиться.
Вейлан прищурилась:
— И что в этом хорошего?
Рикки улыбнулась. Широко. Хищно.
— А то, что я только что позвонила своей старой подруге. Белле Хартли. Слышали про такую?
— Адвокат? — подал голос Зак.
— Не просто адвокат. Международный адвокат. Которая знает всех юристов в этом городе. И которая только что пообещала, что ни один адвокат не возьмётся защищать этих тварей.
Тишина.
— То есть... — начала Эви.
— То есть, — перебила Рикки, — они могут бегать сколько угодно. Могут искать защитников. Могут даже деньги предлагать. Но если Белла скажет своё слово — никто не рискнёт.
— Почему? — спросила Сирена.
— Потому что Белла уничтожит их карьеру быстрее, чем я — мороженое в жару.
Ондина медленно расплылась в улыбке.
— То есть... им пиздец?
— Им пиздец, — кивнула Рикки. — Полный, тотальный, бесповоротный пиздец.
— А если найдут адвоката из другого города? — спросила Лайла.
— Белла и до других городов дотянется. У неё связи по всей стране. А если надо — и за границей.
Вейлан откинулась на спинку кресла и впервые за долгое время позволила себе улыбнуться.
— Я начинаю верить в справедливость.
— В справедливость не надо верить, — поправила Рикки. — Её надо организовывать.
Шэнь, сидевший в углу, поправил кулон на шее и коротко сказал:
— Спокойно. Им пиздец.
Все засмеялись.
Впервые за долгое время — легко и свободно.
Утро в кафе у пристани было тёплым и солнечным. Лёгкий ветерок с моря задувал в открытые окна, где-то кричали чайки, а в динамиках играла ненавязчивая музыка.
За столиками сидели почти все: Вейлан, Мимми, Зак, Эви, Никси, Лайла, Сирена, Ондина, Шэнь. Рита заняла место у окна с чашкой чая. Карли и Кэм возились за стойкой, Дэвид нарезал лимоны для сока.
Обычное утро. Почти.
Звякнул колокольчик над дверью.
Вошли четверо.
Леон, Грейс, Арнольд и Дина.
Наглые, уверенные, с ухмылками на мордах. Они прошли к стойке, демонстративно громко заказали кофе и расселись за свободный столик в центре зала, прямо под взглядами всей компании.
— А у Рикки хорошее чувство юмора, — громко сказал Леон, растягивая слова. — Позабавила нас вчера.
Грейс поддакнула, ухмыляясь:
— Ага, мы даже поверили на пару секунд. Что у неё реально есть связи, что Белла эта... ну вы поняли.
— А по факту — пустышка, — добавил Арнольд, набравшись наглости. — Просто понты.
Дина молчала, но в глазах её читалось что-то похожее на сомнение.
В кафе повисла тишина.
Тяжёлая. Липкая. Опасная.
Ондина медленно поднялась из-за стола. За ней — Вейлан. Никси сжала кулаки. Лайла положила руку на стол, готовая вскочить в любой момент.
— Вы серьёзно? — голос Ондины звенел от сдерживаемой ярости. — Вы реально думаете, что она шутила?
— А что, нет? — Леон попытался изобразить презрение, но голос дрогнул.
— Нет, — спокойно ответила Вейлан, делая шаг вперёд. — Рикки не шутит. Никогда. Она делает всё, чтобы вас посадить. И у неё это получится.
— С чего вы взяли? — пискнула Грейс.
— С того, — Мимми поднялась, — что Белла Хартли — реальный человек. Реальный адвокат. И она уже сделала пару звонков. Так что бегайте, ищите защитников. Только их для вас больше нет.
Леон побледнел.
— Вы врёте.
— Мы не врём, — отрезала Никси. — А ты сейчас проверишь. Позвони любому адвокату в городе. Любому. И спроси, возьмётся ли он за ваше дело.
Тишина.
Леон достал телефон. Пальцы дрожали. Он набрал номер, поднёс к уху.
— Алло? Это Леон... Да, я по поводу... — он замолчал, слушая. — Но... Почему? Я заплачу! Сколько скажете! — пауза. — Алло? Алло?!
Телефон запищал короткими гудками.
Грейс выхватила у него трубку, набрала другой номер. Та же история.
Арнольд попытался сам — бесполезно.
Дина сидела белая как мел.
— Не может быть, — прошептала она.
— Может, — Зак встал рядом с остальными. — И это только начало.
Ондина подошла к их столику. Встала напротив, глядя сверху вниз.
— Пиздец вам, — сказала она тихо, но так, что слышали все. — Точно. Полный. Бесповоротный.
— Всё! — Никси хлопнула в ладоши. — Поезд «ту-ту»! Отправление в тюрьму! Билеты в один конец!
— Наслаждайтесь последними днями на свободе, — добавила Лайла. — Или вообще готовьтесь к казни. Там как суд решит.
Леон вскочил, опрокинув стул.
— Вы не имеете права! Мы найдём! Мы...
— Ищите, — перебила Вейлан. — Времени у вас до суда. А суд, кстати, через две недели. Бегайте.
— Валите отсюда, — махнула рукой Ондина. — Пока мы добрые.
Коты и Дина вылетели из кафе быстрее, чем вошли.
Дверь хлопнула.
В кафе повисла тишина, а потом...
— Ну, — Кэм выглянул из-за стойки, — кофе им всё-таки не налили?
— Нет, — улыбнулась Рикки, появляясь из подсобки. — Я специально ждала, пока они уйдут. Не люблю, когда в моём кафе воняет страхом.
Все засмеялись.
— Рикки, — Ондина подошла и обняла её. — Ты гений.
— Я знаю, — усмехнулась Рикки. — А теперь давайте завтракать. У нас ещё куча дел.
— Каких? — спросила Эви.
— Ну, например, подготовиться к суду. Написать показания. Собрать доказательства. И просто — быть готовыми.
— К чему? — спросила Сирена.
Рикки посмотрела в окно, туда, где скрылись четверо.
— К тому, что они попытаются сделать что-то отчаянное. В такие моменты люди (и не только) становятся опасными. Так что — готовимся.
Все переглянулись, но никто не испугался.
Потому что они были вместе. А это — главное.
