Нарушитель спокойствия

От кафеля в ванной всё ещё поднимался пар, когда Шэнь Вэй вышел из душевой кабины и обернул полотенце вокруг бёдер; капли воды блестели на его спине и плечах. Он потянулся за другим полотенцем, чтобы вытереть волосы, и это движение — то, как под бледной кожей прокатываются мышцы, — заставило Чжао Юньланя застыть на пороге как вкопанного. Он собирался что-то сказать, но любые мысли моментально вылетели у него из головы. Он не хотел смотреть — это вышло не специально, — собирался только приоткрыть дверь и поделиться какой-то незначительной идеей, но уже не вспомнил бы, что это было. Шэнь Вэй оглянулся на него, слегка приподняв бровь. — Что? Чжао Юньлань прислонился к дверному косяку, снова окидывая его взглядом и удивляясь, что не может смотреть без того, чтобы у него не перехватило дыхание. — Ничего, — сказал он тихо. — Просто смотрю. Губы Шэнь Вэя дрогнули. Он повернулся к шкафчику с зеркалом, потянулся за расчёской, а Чжао Юньлань по-прежнему наблюдал за ним, отмечая, что бледная кожа порозовела от горячей воды, а волосы Шэнь Вэй так и забыл промокнуть полотенцем. — Знаешь, — продолжил он, охваченный внезапным вдохновением, — для профессора, который целыми днями читает лекции по истории, ты удивительно привлекательный. Мне кажется, что твоё прикрытие далеко не безупречно. Шэнь Вэй встретился взглядом с его отражением в зеркале и пожал плечами. — Меня гораздо чаще зовут отталкивающим и пугающим, — нашёлся он. — Это когда знают, кто ты на самом деле. Но не когда ты невинный профессор Шэнь. В этом-то и проблема, — строго возразил Чжао Юньлань. Рука Шэнь Вэя замерла, сжав рукоять расчёски; мгновением позже послышалось: — Ты невозможен. — И тебе это нравится, — усмехнулся Чжао Юньлань. В пару шагов он преодолел разделявшее их расстояние и остановился прямо за спиной Шэнь Вэя — достаточно близко, чтобы почувствовать тепло, исходящее от его кожи, и увидеть, как неистово бьётся пульс у него на шее. — Можно я тебе скажу кое-что ещё? — пробормотал он. Шэнь Вэй смотрел на него из зеркала, так и не обернувшись. Только несколько биений сердца спустя он решился: — Скажи. Чжао Юньлань проследил взглядом линию подбородка Шэнь Вэя, изгиб его плеча, посмотрел и на то, как полотенце опасно низко обнимает его бёдра. — Думал о тебе весь день, — начал он ленивым и мягким тоном. — О нас… О том, что хотел бы сделать с тобой. Кадык Шэнь Вэя непроизвольно дёрнулся. — И что же это? Чжао Юньлань лукаво улыбнулся. Всё ещё не прикасаясь, он продолжил: — Прижать тебя к стене. Прямо в управлении, быть может, едва пересечёшь порог моего кабинета. Поднять твои запястья над головой, удерживая их, целовать до тех пор, пока ты не забудешь имя, что для себя выбрал. Пальцы Шэнь Вэя крепче сжали расчёску. — Я не стал бы торопиться, — говорил Чжао Юньлань. — Раздевал бы медленно. Пуговица за пуговицей, наблюдая, как постепенно обнажается твоя кожа. И прикоснулся бы губами… — Где коснулся бы? — Вопрос прозвучал даже грубо. Чжао Юньлань усмехнулся и наклонился ближе. Его губы почти коснулись мочки уха Шэнь Вэя. — Шея, — выдохнул он. — Прямо здесь, где можно ощутить твой пульс. Прикусил бы твой кадык, провёл языком по ключицам. Оставил красные отметины у тебя на груди и в том месте прямо под рёбрами, прикосновение к которому заставляет тебя вздрагивать всякий раз. Глаза Шэнь Вэя потемнели от расширившегося зрачка. Его дыхание участилось. Он промолчал, хоть Чжао Юньлань дал ему время на ответ. — И бёдра, — прошептал он немного позднее. — Твою мать, твои бёдра. Я хотел бы укусить, оставить следы. Заставить тебя думать об этом каждый раз, когда ты будешь садиться за рабочий стол или останавливаться у кафедры... И даже когда ты в чёрной мантии решишь указать кому-то его место. У Шэнь Вэя вырвался неясный звук, слегка напоминавший гортанный стон. — Твои губы, — чуть громче сказал Чжао Юньлань. — Я хотел бы трахнуть твой рот. Увидеть тебя на коленях, почувствовать жар твоего языка на своём... Шэнь Вэй повернулся так быстро, что Чжао Юньлань едва успел заметить это движение. Только что они стояли у зеркала, а в следующее мгновение Шэнь Вэй прижимал Чжао Юньланя к стене, одной рукой обхватив его бедро, а другой прижав запястья к кафелю над его головой. Чжао Юньлань понял, что зашёл слишком далеко. — Юньлань, — проговорил Шэнь Вэй, — ты ходячее бедствие. Чжао Юньлань ухмыльнулся, совершенно не раскаиваясь. — Не обвиняй меня в том, что сам начал, — парировал он. — Я ничего такого не делал, — не слишком уверенно возразил Шэнь Вэй и облизнул губы. — Не запер дверь ванной. Вышел из душа в одном полотенце. Влажная кожа, влажные волосы... Ты это начал, — перечислил Чжао Юньлань. Шэнь Вэй посмотрел на него долгим взглядом, прежде чем впился поцелуем в губы Чжао Юньланя и думать стало необязательно. Поцелуй оказался горячим и жадным, страстным — сплошь язык и зубы. Ладонь Шэнь Вэя перестала удерживать запястья Чжао Юньланя, вместо того его руки заскользили по коже, сжали бёдра и огладили талию, притянули его ближе, пока между ним и Шэнь Вэем не осталось свободного пространства. Когда поцелуй прервался, Чжао Юньлань не стал скрывать ни своего возбуждения, ни своих намерений: — Именно то, чего я хотел, — сказал он и улыбнулся. Шэнь Вэй прижался лбом к его лбу. — Ты слишком много болтаешь. — Это ты тоже любишь во мне. Шэнь Вэй чуть сощурил глаза, но всё-таки ответил: — Да. — Мне нравится, что я могу заставить тебя потерять контроль. Что я единственный, кто видит тебя таким, — не удержался Чжао Юньлань. На это Шэнь Вэй предпочёл не отвечать. По крайней мере, словами. Когда они опять прервали поцелуй — только потому, что нуждались в воздухе, — Чжао Юньлань изобразил самый дурашливый и кокетливый тон, какой только мог: — А теперь, Господин, отведите меня в постель. Мы ещё не закончили. Шэнь Вэй сильно прикусил его шею, прежде чем поднять его, обхватив руками за бёдра, и унести в спальню. *** Уже когда они лежали на смятых простынях, которые определённо нуждались в стирке, а за окном мерцали городские огни, дыхание Шэнь Вэя выровнялось и Чжао Юньлань заговорил в темноту: — Знаешь… — М-м-м? — протянул Шэнь Вэй, не двинувшись. Он обнимал Чжао Юньланя, уткнувшись лицом в изгиб его шеи. — Если я веду себя… если смущаю тебя… — он запутался и не продолжил. Шэнь Вэй поднял голову и посмотрел ему в лицо. — Не смущаешь. — Ты ведь понимаешь, я… простой человек, нарушитель спокойствия, кое-кто даже говорил, что я совершенно не могу быть вежливым с девушками, — продолжал Чжао Юньлань, пока Шэнь Вэй гипнотизировал его взглядом. — Ты это ты, — отозвался Шэнь Вэй, когда Чжао Юньлань снова замолчал. — То есть тебе на самом деле понравилось? — Чжао Юньлань моментально растерял остатки совести. Шэнь Вэй одним движением подмял его под себя.