Исповедь любовницы

— Хватит, Лена! — Паша мягко, но в то же время настойчиво отстранил меня от себя и руками поставил преграду. — Давай закончим это. — В целом? — мой голос дрогнул. Его фраза ошеломила настолько, словно на меня вылили ушат ледяной воды. — Я думаю, да. Вот так просто, холодно, практически без эмоций, одной фразой он убил во мне то, что позволяло дышать и радоваться жизни. В уголке серых глаз блеснула слеза, но я постаралась взять себя в руки. Второй раз! Второй раз он поступает со мной подобным образом! Паша смотрел в мои глаза и молчал. А я нервно улыбнулась, поправила волосы и все же решилась высказать ему все, что думаю. — Жаль… Жаль, что я даже себе не смогла объяснить, за что тебя люблю — ведь ты пальцем о палец ради меня не ударил. Ты не заслуживаешь любви, Паша. Ни жены, ни моей, тем более. И однажды ты останешься совсем один. И без нее. И без меня. — Ты знала, на что шла. Я тебе ничего не обещал! — Рубил он каждое слово. — Знала! И поэтому презираю себя… То, чего ты так боялся, случилось с нами фактически сразу… Только осознала я это лишь тогда, когда стала засыпать и просыпаться с мыслями о тебе. Но это еще не самое страшное. Жесть началась, когда мой муж случайно приобрел одеколон с таким же ароматом, как у тебя. И вот представь ситуацию: лежу я на боку, в одном нижнем белье, он гладит меня по бедру, а мне кажется, что сзади ты и в голове твой голос звучит. Он шепчет мне на ухо, как сильно любит меня и хочет. А у меня снова ощущение, что это ты… Знаешь, пройдет время, и я смогу забыть все то, что было между нами. А вот ты не забудешь никогда. И знаешь, почему?! — Почему? — глухо спросил он. — Потому что я клянусь, что без тебя стану счастливой. И ты это обязательно увидишь. А еще даю тебе слово: твоя жена об этом никогда не узнает. По крайней мере, от меня… Но имей в виду, это не ради тебя. Мне просто жаль эту женщину, которая всю жизнь терпит твои измены во имя любви. Думаешь, она ни о чем не догадывается?! Я уверенна, что догадывается. А может, и знает, что ты всю вашу совместную жизнь гуляешь от нее. Прощай! — и громко хлопнув дверью, я ушла. — Лена, подожди! — его голос потонул в шуме скрипучей двери. Но я больше не хотела ни видеть его глаза, в которых утонула; ни слышать его голос, без которого не могла дышать. Я любила его. Безумно любила. Но также безумно возненавидела. Ведь я уже простила его один раз, когда он попользовался мной и вышвырнул. Дала ему второй шанс. Даже поверила, что дорога. И несколько месяцев купалась в омуте запретного счастья. По пальцам можно посчитать, сколько времени мы провели с ним вместе. Но каждый раз я была безмерно счастлива. Его тембр голоса завораживал, а аромат — заставлял сжиматься мое нутро. Так хорошо и комфортно мне не было ни с кем. И хотя я знала, что у нас нет будущего; знала, что он женат, а я замужем; с каждой проведенной минутой мне казалось, что и он меня любит и однажды захочет все изменить. Захочет, чтобы я принадлежала ему навеки. Только ему одному… А он не захотел. Тем вечером я сидела в горячо натопленной бане, курила сигареты и пила коньяк. Руки тряслись, жить не хотелось. Я хотела, хотела, хотела… снова его увидеть, посмотреть в его карие глаза, кажущиеся черными, поцеловать его губы, прижаться к широкой груди. В порыве злости мне хотелось сделать ему гадость, написать его жене, испортить его налаженную жизнь, как он испортил мою. Но я понимала: его жизнь тоже уже никогда не будет прежней. Возможно, он этого сам еще не осознаёт. Слезы градом текли по моим щекам, я перечитывала наши переписки и анализировала все его слова, что он мне писал. И, несмотря на то, что была пьяна, не покидало чувство, что он меня любил, хотя и не сделал выбор в мою пользу. Чувство долга перед семьей перевесило чувство страсти и любви ко мне. У него был ребенок. Этот факт тоже сыграл немаловажную роль. Глупый… Ни один ребенок еще не смог удержать семью. Паша ловко катал меня на эмоциональных качелях. И делал это стабильно… То сам призывал в свои объятия, писал, ласкал, то отталкивал, не забыв подчеркнуть, чтобы я к нему не привязывалась. Это была сладостная пытка. И я хотела, чтобы она продолжалась. Я не могла думать ни о чем, кроме него. В голове проносились фрагменты сногсшибательной страсти. Губы в губы, переплетенные руки, слившиеся воедино тела. И его хриплый голос вновь зазвучал в голове: — Не останавливайся. А в ответ мой шепот: — Направляй меня своею рукой, заслони собою от полнолуния. Я готова быть ведомой тобой. Чем выше любовь, тем ниже поцелуи. Мы любили друг друга в постели до изнеможения. У нас не существовало запретов. Он очень любил ласкать мою грудь, любил целовать меня от головы до коленей. И я любила. Мы дарили друг другу незабываемые эмоции. Возможно, секс — это было единственное, что держало его возле меня. Но меня-то удерживала моя любовь…