Два берега

      Илья лежит на кровати. Тело тяжёлое, точно налилось свинцом. Веки закрыты, но сна нет. В голове пустота. Все мысли растворились, страхи ушли, вопросы замолкли.       Вот оно. Свобода.       Кривая улыбка появляется на лице. Весь мир замедлился, окутал тело, лежащее на кровати, точно облако. Дрожь в руках отступила.       Илье казалось, что он на секунду прикрыл глаза, после того как открыл – понял, что прошло пару часов. Комната та же. Стены те же. Кровать та же. Он был единственным, что точно изменилось в этой комнате. Он чувствует раздражающе-острую боль, будто стекло рассыпанное на кучу кусочков впилось в его тело.        «Опять. Опять ты это сделал» Илья смотрит на руки. Для всех вокруг они чисты, но не для него. Он ощущает себя так, будто искупался в грязи, и эта грязь проникла под кожу, к самому его основанию.       «Сколько уже? Полтора года? Восемнадцать месяцев. Каждый день – борьба. Каждый день – поражение».       Пошатывающееся тело поднимается и подходит к зеркалу. Из зеркала в ответ на него смотрит бледное лицо с тёмными кругами под глазами. Волосы всклоченные, немытые. Глаза… пустые.       «Кто ты?»       Не тот мальчик, который хотел сделать мир лучше. Не тот студент, который мечтал стать учителем. Не тот парень, в которого влюбилась Света.       «Ты – наркоман»       Ломка не заставляет себя ждать. Всегда хочется большего.       Когда эффект пропадает – остаётся только опустошение. Илья возвращается на кровать. Смотрит в потолок. В голову возвращаются мысли.       «Ты разрушаешь себя. Ты разрушаешь тех, кто рядом. Ты не достоин любви, помощи… жизни»       Глаза закрываются, будто мысли приходят через открытые глаза. Щёки ощущают горячие обжигающие слёзы. Тихий, беззвучный плачь, как мольба о помощи.       «Никто не видит. Никто не слышит». Свет пробивается сквозь шторы. Серый, унылый. Илья встаёт. Ноги подкашиваются. Хватается за стену, и доходит до ванной. Открывая кран, хлынула кристально чистая жидкость. Руки окунаются под поток теплой воды. Ладони быстро намокают, а затем подносятся к лицу. Растирая влажными ладонями физиономию, и смотрит в зеркало на красные глаза, на серое лицо, на волосы, торчащие в разные стороны. Он открывает шкафчик. Достаёт лезвие. Смотрит на него пристально.       «Как же просто можно всё закончить»       Но он трус. Никогда так не сделает.       Бреется. Медленно. Аккуратно. Смывает пену. Смотрит на себя снова. Лучше. Но не отлично.       Возвращается в свою комнату, проскальзывая мимо кухни. Он не готов смотреть в лицо своим родителям, стыд за его плохой образ жизни не дает покоя. Надо подождать, пока они уйдут на работу, а после можно и возвращаться.       Всё также беззвучно выскальзывает в прихожую, а затем и в подъезд. Илья бегом спускается по лестнице вниз. На выходе ему в лицо бьёт холодный воздух. Очищает и отрезвляет. Илья идёт быстро, неровно. Достаёт телефон и смотрит на входящие.       Если что – звони.       Это Слава.       Читает. Но не отвечает. Не может даже заставить себя написать. Пальцы дрожат над клавиатурой. Он смахивает сообщение. Видит другое. От Данила. Тут же набирает ему. -Алло, привет. Прости, был… - он не может сказать «был обдолбанным», он его прибьёт за это. Сколько раз он обещал ему бросить? Много раз.       Данил узнал о зависимости случайно. Ночью, в общаге, Илья не смог уснуть: дрожал, потел. Данил не спал, увидел состояние Ильи, и задал ему вопрос. Илья солгал. Данил не поверил. На следующий день Данил пришёл с книгой — «Игра в бисер» Германа Гессе. Внутри, на полях, была записка: «Я знаю. Я рядом». Этого было достаточно. Но точно он не будет говорить ему обо всём.       -Ты уснул с телефоном в руках? – перебивает Данил.       -Да не… Был занят. Тусил вчера? – Илья старается перевести тему.       -Да, бро. Жаль тебя не было. Светка только о тебе и спрашивала.\       -На учёбу пойдёшь?       -Никак нет, капитан.       - Зайдешь тогда ко мне сегодня? Расскажешь, что да как. Я сам сегодня дома.       -Окей, забились. А пока я спать. Буду у тебя около одиннадцати, жди.       Он отключается. Не смотря на то, что Данил сейчас спит, у него есть супер способность. Он может собраться за пять минут и быть на месте.       Илья не замечает, как во время разговора доходит до набережной. Он видит скамейку, на которой ночью разговаривал с Славой. Садиться туда же. В голове только один вопрос: «Как долго ты ещё сможешь притворяться?»

ΩΩΩ

Илья возвращается домой, по его расчетам к этому времени родителей быть уже не должно. Скоро раздаётся звонок домофона. Никто, кроме Данила это быть не мог, тем более подошло время к которому они договаривались встретиться. Илья открывает дверь, и в неё заходит Данил. -Чувак, выглядишь не оч, честно скажу. -И тебе привет, проходи. Оба проходят в комнату Ильи. Илья раскидывается на кровати, прикрывая глаза. Данил проходит и садится за компьютерный стол. Поворачивается к Илье.       -Слыхал последние новости? Говорят Света в академ уходит.       -Да ну? С чего бы это?       - Да сплетни ходят, что залетела она. Вот если бы тусил со мной, то знал бы о чём люди разговаривают.       -Вот вообще не до этого. И скорее всего просто сплетни. Не могла она залететь.       -Ну как знаешь, - Данил не настаивает, но пристально смотрит на Илью, замечая странности. – Илья, мы договаривались, что ты больше не будешь ходить к Марку. Ну конечно Данил понял это по одному взгляду на Илью.       -Я не могу… Ты знаешь, это сложно.       -Илья, бля, ты либо прекращаешь, либо я тебя в рехаб положу. И ведь реально запихнет туда. Илью не особо обрадовала подобная перспектива, лицо само по себе кривится, в знак протеста. От дальнейшего обсуждения этой темы Илью спасает звук уведомления. Он смотрит: снова Слава написал. Теперь, когда Илью немного отпустило, он почувствовал стыд, что не отвечает, ведь Слава то ничего плохого ему не сделал, а он игнорирует.       Данила привлек звук телефона, пытаясь разглядеть кто ему написал, задает бестактный вопрос.       -Новая девушка? – спрашивает с озорным огоньком, ведь если это девушка, значит у неё должны быть подруги, с которыми он может познакомиться. -Нет, - Илья выдыхает, - Это Слава. Парень, с которым я познакомился вчера в троллейбусе. Забавно? Но ещё более забавное: вечером на набережной мы опять встретились. -Слава значит… - Данил задумывается. – И кто он? Что из себя представляет? Почему пишет тебе? -Я не уверен. Просто он видел моё состояние… Может слишком добрый, как знать. Надо ему ответить, извини.

Привет.

Прости, что игнорил

Я в норме. Сам как?

      -Пиздец, - говорит Данил, глядя уже в свой телефон, - Лена пишет, что скоро будет, мне пора. Завтра пары не проёбывай, ок?       -Ок, - успевает сказать Илья и слышит, как дверь захлопывается.       Лена – девушка Дани. А какая по счёту – Илья не знает. Учитывая то, как часто Данил меняет девушек, может быть такое, что он не успел расстаться, а уже влез в новые отношения. Илья говорил ему, что это так-то не очень морально, на что тот ответил «На себя посмотри, моралист». Поэтому Илья больше не встревает в это. Время расставит всё по местам.       На телефон приходит новое сообщение: Я тоже в норме. Рад, что ты ответил.       Илья сохраняет номер Славы, на всякий случай. Решает выполнить домашнюю работу, чтобы не идти завтра неподготовленным. После чего решает выйти на прогулку, надо не забывать как выглядит трава.       Пройдя уже пару километров, Илья понимает, что зашёл в другой район. И уж очень сильно захотелось заморить червячка. Он открывает карты и смотрит, где ближайшее кафе. И находит, «Два берега». Смотрит в маршрут и отправляется туда.

ΩΩΩ

      После очередной пробежки по набережной Слава понимает, что время перевалило за обед, и желудок требует еды. Осматриваясь, он видит кафе «Два берега». Кирпичные стены выкрашены в тёплый бежевый цвет, окна – большие, с чугунными решётками. Над входной дверью – вывеска из темного дерева с выгравированным названием заведения. Дверь массивная, дубовая, с латунной ручкой в форме якоря. Рядом фонарь, который вечером даёт тёплый жёлтый цвет. Вид на Волгу – главная «фишка» кафе. Большие окна выходят прямо на реку. В хорошую погоду видно противоположный берег: заросли ив, старые дома и церковные купола.       Недолго думая, заходит. Дверь открывается с тихим скрипом. Внутри небольшой холл. НА стенах висят фотографии Твери: Волга в начале века, набережная в 60-х, первый троллейбус. Слава проходит в зал, и его встречает тёплый, приглушённый свет. Светильники старинны с абажурами из ткани. Музыка тихая, почти незаметная. Джаз, блюз. Громкость такая, что можно разговаривать, не повышая голоса.       Заказывает воду и пельмени. Воду он выпивает во время ожидания пельменей. Пока его заказ готовиться, он наблюдает за набережной через большое окно. Вдруг через окно он видит своего нового знакомого – Илью.       Илья заходит в кафе, делает заказ, оборачивается в поисках свободного столика, и замечает одно единственное свободное место рядом со своим новым знакомым. Это кафе очень популярно у жителей, в обеденное время тут настоящий час-пик. Илья недолго борясь с собой подходит к Славе.       -Привет. Свободно?       -Привет, - Слава не верит очередному совпадению, - да, конечно, садись.       -Неожиданная встреча, я не ожидал, что свободных мест не будет. Также не ожидал, что встречу тебя здесь.       -Честно сказать, я тоже. Рассказывай, как у тебя дела? Ты вечером какой-то нервный был.       Воспоминания с вечера нахлынули на Илью. Он прикрыл глаза, глубоко вздыхая.       -Да, всё норм.       Их беседу прерывает официант Сергей.       -Ваши заказы: пельмени, паста «Карбонара», лимонад. На будущее, лучше приходить сразу вместе или бронировать столик на двоих, - отчеканив это без каких-либо эмоций, он развернулся и ушёл.       Илья не успел ничего ответить. А ведь так и хотелось сказать «Мы не вместе!». Но говорит:       -С таким сервисом чаевых он долго не увидит.       -Ты чего? Вроде всё по делу, - Слава, для которого общение фактами – норма, не понимает претензий Ильи.       -Ну хотя бы, потому что он делает слишком поспешные выводы.       -Да ладно тебе, успокойся. Наслаждайся атмосферой и едой.       Говоря это, Слава не мог не отметить заказ Ильи и сравнить со своим. Для него очевидно, что парень сидящий напротив, в целом не испытывает проблем с деньгами.       -Так чем ты занимаешься? Мне казалось, что сейчас ещё учебное время, - как бы невзначай спрашивает Слава.       -Я не пошёл. А ты чего здесь?       Слава удивляется такому ответу. Ведь, если бы у него была такая возможность: обучаться в университете – он бы точно никогда не пропускал занятия. А перед ним пример того, что человек способен пропустить занятия и не испытывать никаких угрызений совести. Для него это не то, что странно. Для него это стрёмно.       -Я бегал, - хмурится Слава. Ведь ему кажется, что Илья сейчас подумает, что он ничем другим не занимается в жизни, поэтому поспешно добавляет, - после чего на тренировку.       Попытка исправить – усугубила положение.       -Понятно. Не устаёшь так много бегать и тренироваться?       Но произошло то, чего Слава не ожидал. Над ним не только не посмеялись, но и по всей видимости искренне заинтересовались его состоянием.       -Да в целом-то бывает временами, что кажется, что щас точно кони двину. Но встаю и ебашу.       -Не забывай думать о себе.       Слава улыбается. Внимательно смотрит на Илью. Он выглядит намного лучше, чем вчера. Лицо не такое бледное, глаза чуть живее. Волосы приглажены, хоть и не особо удачно. Но руки у него всё также дрожат. Слава замечает, но не решает комментировать.       Илья смотрит в окно.       -Красиво тут. Ты часто сюда ходишь?       -Красиво… я впервые здесь.       -Серьёзно? Я тоже. Оказывается, у нас всё-такие есть что-то общее.       Это кафе ощущается как нейтральная территория для них обоих. Это не дом, здесь нет никаких воспоминаний. Только те, которые они сами здесь создадут.       -А ты чем кроме тренировок занимаешься? – спрашивает вдруг Илья.       -Работаю. На рынке.       -Тяжело?       -Нормально.       -А чем занимался раньше? До бокса?       -Дрался во дворе. Обычное дело. Обычное детство.       -Не скажу, что обычное. Мне не приходилось. А чего дрался?       -За сестру.       Илью прошибает. У него нет брата или сестры. Но есть Лиза. Лиза, которая стала для него как сестра. Если подумать, то если бы её обижали, он бы тоже дрался за неё.       -Понимаю. Побеждал?       -А то. Сомневаешься во мне?       Илья тихонько смеётся. Впервые за долгое время.       -Нет, вообще нет. Итак, сестра? Что в целом с смеьёй?       -Мать, да сестра. Всё.       -Отец?       Слава молчит, демонстрируя, что даже не вспоминает о нём. Илья молча кивает.       -У меня родители, бабушка… Да и всё. Но есть Лиза. Соседская девчонка, она давно мне как сестра.       -Близок с ними?       -С Лизой в какой-то степени. А с родителями… Были. Теперь не знаю.       -Чего так?       -Просто я вырос и изменился, а они… - Илья отводит взгляд, - они не заметили.       Слава обращает внимание на руки Ильи. Всё ещё дрожат.       -Ты всегда… такой нервный?       -Нет… просто не выспался.       -Второй раз подряд?       Илья молчит, не знает, что ответить.       -Ты можешь не говорить. Я не буду спрашивать, - говорит Слава тихо, но слышимо для Ильи.       Илья перевёл на него удивленный взгляд. Никто и никогда ему не говорил таких слов. Все всегда спрашивали. Всегда лезли.       «Что с тобой?»       «Почему ты такой?»       «Расскажи мне»       А Слава… не спрашивает.       -Спасибо… Слава.       Слава молчит. Они заканчивают обед в тишине. Но эта тишина не нагнетающая, а расслабляющая, позволяющая обдумать всё то, что было сказано. Обед заканчивается и они выходят из кафе. Они идут по набережной. Молча. Рядом. Плечи почти касаются друг друга.       -Ты.. куда?, - первым нарушает тишину Слава.       -Домой. А ты?       -В зал.       -Тренировка.       -Ага.       -Слава, пускай этот обед и был спонтанным, мне понравилсоь. Может как-нибудь… повторим?       -Я не имею ничего против.       Илья улыбается. Впервые легко.       Они останавливаются у развилки. Слава долго смотрит на Илью.       -Ты это… осторожней будь. Если че, звони. Подскочу.       -Ты тоже.       Они расходятся. Слава идёт в одну сторону. Илья в другу. Но оба оглядываются. Оба улыбаются. Оба понимают, насколько они разные, как два берега реки. Или всё-таки различий между ними меньше, чем казалось на первый взгляд?