Эффект Амортенции

      Антон сидел на красивом тёмном диване в гостиной незнакомого ему дома. Перед ним была небольшая кухонька в ореховых оттенках, а возле неё лестница на второй этаж. Сквозь деревянное окно над мойкой пробивались солнечные лучи. Слева, в дверях, ведущих судя по всему в одну из спален, показался Арсений. Он был одет очень необычно, но безумно красиво: шёлковая блестящая чёрная рубашка была расстёгнута почти на все пуговицы, создавая экстремальной глубины вырез, и заправлена в прямые брюки, красиво подчёркивающие ноги. Правда выглядел Арс значительно старше, чем сейчас. Лет на десять точно. — Ну что? Как тебе мой образ? — весело спросил Арсений и, дурачась, модельно прошёлся по гостиной туда-сюда. — Ну шикарно, Арс, — улыбнулся Антон. — Тебе идёт. — А мне как-то мантия привычнее, — Арс покрутился, разглядывая себя, и начал баловаться, забавно позируя и томно вздыхая. Антон рассмеялся, наблюдая за ним. — Чего ты хихикаешь? — Арсений театрально сложил руки на груди. — Я тут позирую для тебя, между прочим. — Знаешь, я так подумал, тебе совершенно не идёт эта рубашка, — вдруг заговорил Антон наиграно серьёзно, — тебе без неё было бы гораздо лучше. — Дурак, — расслабленно фыркнул Арс, успевший на секунду напрячься. — Ну ладно, тебе виднее.       Он начал медленно расстёгивать пуговицы, устраивая самый нелепый и забавный стриптиз в жизни Антона и напевая какую-то мелодию. Шастун тут же подхватил её мотив. Оба едва сдерживали смех. Арс поставил ногу на бедро Антона, скользнул чуть дальше и изящно откинулся назад, снимая рубашку до локтей. Антон тяжело сглотнул, обхватывая его тонкую щиколотку ладонью. Арсений скинул рубашку и сел на колени Шастуна, закидывая руки ему на плечи. — Очень горячо, — Антон улыбнулся и поцеловал его шею. — Спасибо, — Арсений поплыл от щекотных и приятных прикосновений. — Дурак мой, — Шастун целовал его плечи, ключицы, грудь, поглаживая обнажённую спину. Арсений перехватил его губы, целуя нежно и страстно одновременно. У Антона что-то сладко защемило в груди от всепоглощающей нежности. Он повалил Арса на диван… И проснулся. Щёки горели огнём, волосы и спина были мокрыми от пота. Простыня под ним сбилась и теперь лежала комком в ногах. Пытаясь отдышаться, он тупо смотрел в потолок. По ощущениям прошло около получаса, сон не хотел возвращаться. Антон поднялся с кровати, взял пачку сигарет из ящика тумбочки, надел кроссовки и вышел из спальни, кутаясь в одеяло. Он подошёл к самому неприметному углу гостиной и трижды стукнул палочкой по кирпичу за гобеленом. Кладка начала шевелиться и открыла проход на лестницу, ведущую в совятник, на крышу башни. Об этом ходе Антон узнал от почти безголового Ника, приведения башни Гриффиндор, когда очередной бессонной ночью в попытках покурить вылез на каменный выступ за окном гостиной и сидел там. Ник, увидев его, жутко перепугался и заставил вернуться обратно, причитая, что должность факультетского призрака уже занята им и нечего на неё покушаться. После этого Ник показал ему этот проход, чтобы он больше не пытался убиться, свалившись с башни. Все остальные ученики ходили в совятник через главную лестницу за пределами гостиной. Ночью это было совсем неудобно. Выйти через портрет с полной дамой было легко, а вот вернуться назад — проблематично. Дама спала и сквозь сон пароли, увы, не принимала. Размышляя обо всём этом, Антон наконец поднялся на последнюю ступеньку и отдышался. Сон прошёл совсем. — Ну и ладно, оно того стоило, — буркнул Антон, усаживаясь на подоконник. Он поджёг палочкой кончик сигареты и сделал затяжку, пуская колкий дым в лёгкие. Ноги и руки приятно потяжелели, а голова опустела от навязчивых мыслей. Стряхнув с одеяла упавший пепел, Антон вдохнул свежий весенний воздух, сладко пахнущий молодыми листочками. «Говорить ли Арсению об этом?» — подумал он, делая очередную затяжку. «А что я вообще должен ему сказать?» — он нахмурился: «Что я хочу прожить с ним всю жизнь?..» — А я хочу? — спросил себя Шастун, глядя на ночное небо, и выпустил облачко сизого дыма. Сигарета неспеша тлела в его пальцах, оставаясь единственным маленьким ярко-оранжевым светящимся пятнышком среди полной темноты ночи.

***

      Антон думал о своём сне ещё несколько дней, пока окончательно не извёл себя придумыванием возможных сценариев их с Арсением будущего. Он чувствовал себя идиотом. Какое у них может быть будущее? Они вместе всего ничего. Антон, жутко уставший от этих мыслей, надел форму для квиддича. До матча с Пуффендуем оставалось примерно полчаса. Выйдя из замка на свежий воздух, Антон с удовольствием вздохнул и прикрыл глаза. Не успел он толком расслабиться, как на него со спины кто-то напрыгнул, обнимая за шею. — Это покушение! — воскликнул Антон, догадываясь, кто на него напал. — Не кричи, — Арсений озорно поцеловал его в щёку и выпустил из объятий. — Я искал тебя, чтобы пожелать удачи. — Как мило. Они пошли вдоль стены замка и завернули за угол, чтобы скрыться от чужих глаз. — Ты будешь болеть за меня? — спросил Антон томно, наклоняясь к Арсению. — А если я скажу нет? — нагло ухмыльнулся Арс, плавясь в его руках. — Я тебя укушу, — Антон слегка царапнул зубами линию его челюсти. — Тогда буду, конечно, — Арсений расплылся в нежной улыбке и склонил голову на бок, любуясь Антоном. — Удачи. — Спасибо. Урвав короткий, но очень вдохновляющий поцелуй, Антон поспешил к полю. Арсений, немного подождав, пошёл за ним. Вбежав в раздевалку, Антон сразу же получил втык от Лизы. Вся команда уже разминалась на поле и ждала только его. — Ты где ходишь? — возмущённо воскликнула Гончарова, замахиваясь на него метлой. — А я знаю, — Дима пристально уставился на друга. — С Арсением обжимался. — Неправда, — от чего-то басисто ответил Антон. — А что у нас с голосом? — передразнил его Дима. — Хорош отнекиваться, мы уже всё знаем. — Давайте потом об этом поговорим, — умоляющим тоном попросил Антон, делая страдающий вид. — Согласна, бегом на поле, оп-оп-оп! — Лиза захлопала в ладоши, выгоняя парней из раздевалки, как кур.       Арсений занял своё место на деревянной лавке на трибунах Слизерина возле Олеси и Серёжи. Олеся, придерживая рукой огромную мягкую шапку в цветах Пуффендуя, чтобы её не сдуло ветром, сунула ему в рот дуделку. Трибуны жужжали словно огромный улей. Серёжа намотал другу на шею чёрно-жёлтый шарф. Арсений скуксился, вспоминая про турнирную таблицу. Все факультеты, кроме собственно Гриффиндора, болели в этом матче за Пуффендуй. Победа барсуков позволяла выровнять счёт, а вот победа львов удвоила бы их в общем зачёте. — Чё такой кислый? — спросил Серёжа, пытаясь перекричать шум беснующегося народа, пускающего из палочек фейерверки. — Ничего, садись, уже начинается! — отмахнулся Арс, вглядываясь в расположившихся кругом игроков. Джордан проверил микрофон и начал свой репортаж. — Добрый день, дорогие друзья, мы официально перевалили за экватор школьного турнира по квиддичу. Сегодня уже четвёртый матч, Гриффиндор — Пуффендуй. Команды уже в полной боевой готовности. Отыграется ли Пуффендуй? Укрепит ли своё положение Гриффиндор? Буквально несколько минут остаётся до начала, я уже вижу мадам Трюк! Раздался первый свисток, и игроки взмыли в воздух. Арсений нервно сжал доску скамейки. Антон бегло скользнул глазами по трибунам и зацепился за единственный плакат со своей фамилией. На нём схематично нарисованный, но узнаваемый Антон летел с квоффлом к кольцам, а сверху красовалась надпись «Шастун лучший охотник». Антон, подлетев чуть ближе к трибунам своего факультета, помахал Коллину Криви, который и держал этот плакат. «Ничего удивительного», — подумал про себя Антон, вновь возвращаясь в центральную часть поля. Наконец мячи оказались в воздухе. Резкий звук свистка ударил по ушам, и Антон ринулся за своим мячом. — Шастун, кажется, успел поучиться у Попова некоторым приёмчикам. В первые секунды он завладевает квоффлом и обводит Макэвоя. Передача Позову, какая красота! Дима блестяще уходит в штопор от бладжера, пущенного в него Энтони Рикеттом, и делает пасс Кэтти. События развивались молниеносно, и Джордан боялся даже моргать, чтобы не пропустить ничего важного. Арсений выцепил в куче разноцветных пятен Антона и внимательно следил за ним. Кэтти ушла в крутой вираж и точно перебросила мяч пролетающему мимо Антону. Тот кинулся к чужим кольцам и в последний момент успел завернуть в сторону, чтобы не влететь в кольцо вместе с мячом. Счёт был открыт. — Гриффиндор получает 10 очков! — радостно воскликнул Ли, отплясывая в комментаторской. Арсений восторженно задудел в дудку, вскакивая на ноги. — Есть! — воскликнул он на радостях, забывая, что вообще-то должен болеть за Пуффендуй. Серёжа дёрнул его за край мантии и усадил обратно. — Ты с ума сошёл? — он покрутил пальцем у виска. — Ты за кого болеешь? — За любимого, — с ужасно довольным видом заявила Олеся. К счастью отвечать Арсению не пришлось. Пуффендуй начал контратаку, и все замерли в ожидании, прикованные взглядами к игрокам на поле. Дима и Кэтти бросились наперерез Эпплби и рассекли воздух крест-накрест прямо перед ним. Охотнику Пуффендуя пришлось скинуть скорость, а тут уже подсуетился Антон и выхватил у него квоффл, сразу же устремляясь к кольцам. Фред и Джордж, послав бладжеры, сбили у него с хвоста Макэвоя и Флаэрти и позволили ему прорваться к кольцам противника. Антон сделал передачу Диме, ныряя вниз от бладжера, и тот завершил атаку, бросив мяч в кольцо. Гриффиндорцы уже планировали праздновать гол, но вратарь успел схватить мяч. Арсений раздосадованно топнул ногой, пытаясь при этом скрыть своё недовольство от окружающих. За следующие полчаса игры он весь извёлся, ёрзая на месте и вглядываясь в происходящее на поле. — А я говорил, что Шастун подсмотрел у Попова пару идей, — усмехнулся Ли, — мы снова видим блестящее исполнение кольца. Охотники Гриффиндора зажимают Макэвоя. Тот крепко держит квоффл и отдавать его явно не собирается. Ох! Это было жестоко! Флит и Рикетт послали в них сразу два бладжера! Антон, Дима и Кэтти бросились врассыпную, спасаясь от бешеных мячей. Шастун всё-таки получил бладжером в плечо и ойкнул, но на метле удержался. Диме повезло чуть меньше: мяч угодил ему по ноге, сбивая равновесие. Макэвой прорвался к кольцам, обманным манёвром обвёл Лизу и забросил мяч. Трибуны ликовали. Серёжа, Олеся, а с ними и все остальные, вскочили на ноги, крича и хлопая в ладоши. Загудели дудки и свистки, засияли искры фейерверков. Арсений встал со всеми, чтобы видеть происходящее на поле. — Пуффендуйцы не сдаются без боя! — воскликнул Ли. — Я, конечно, беспристрастен, но Гриффиндор вперёд! Подбадриваемые криками Джордана, игроки устремились в очередную атаку. К середине матча счёт стал 50:50. Гарри, не выдержав этого безобразия, принялся гоняться за Седриком по всему полю, чтобы отрезать его от снитча. Несмотря на то, что Диггори был старше и крупнее Гарри, летал он так же быстро и ловко. — Какой ужасный матч! — простонал Арсений, закрывая лицо руками. У него больше не было сил волноваться. Разочарованный стон прокатился по трибуне Гриффиндора: очередная атака Димы и Антона провалилась. Упустив мяч, они круто развернулись и устремились в оборону. — Да что ж такое! Очередная неудача для сборной Гриффиндора! Как будто кто-то сглазил наших игроков! У пуффендуйцев ситуация не лучше: несмотря на неудачные атаки гриффиндорцы хорошо стоят в обороне. Есть! Да! Лиза перехватывает мяч, не позволяя Эпплби закинуть квоффл в кольцо. Точный пас Кэтти, что я вижу! Джордж успел отбить бладжер от Бэлл. Кэтти не теряет скорости и прорывается к кольцам! Шастун и Позов мчатся к ней на помощь! — Джордан вскочил на ноги, вглядываясь в происходящее на поле, и вдруг от досады со всей силы топнул ногой о деревянный пол комментаторской, размахивая руками и выкрикивая ругательства. Антон не успел ничего сделать. Бладжер ударил Кэтти в спину, а Макэвой схватил выбитый у неё из рук квоффл. В этот же момент раздался свисток. Мадам Трюк остановила игру. Гарри сделал победный круг над полем с высоко поднятой рукой, сжимая в ладони золотой крылатый мячик. — Гарри Поттер поймал снитч! — торжественно объявила Макгонагалл, отобравшая у сопротивляющегося Ли волшебный микрофон. — Гриффиндор победил! — крикнул Джордан, на мгновение возвращая его себе. — Выстрадали, суки!.. Ух… Последний возглас и вздох Джордана, получившего подзатыльник от Макгонагалл, потонули в аплодисментах. Трибуны Гриффиндора разразились громом сотен ликующих голосов. В небо вылетели десятки снопов красно-золотых искр, а кто-то даже создал льва, глотающего барсука. — С минимальным отрывом в 150 очков Гриффиндор всё-таки вырвал свою победу из лап барсуков и поднялся на первую строчку рейтинга! Претенденты на кубок школы, скажете вы. Слизерин не дремлет, скажу я вам в ответ! Тяжело будет львам устоять в этой битве… — тараторил Джордан, с трудом уговоривший профессора отдать микрофон обратно. Слизеринцы согласно загудели, обещая, что надерут их львиную жопу. А Арсений тем временем тихонько исчез с трибун и, сбежав по лестнице вниз, кинулся к раздевалкам. Олеся и Серёжа заметили его исчезновение и осторожно пошли следом, чтобы не привлечь к себе случайно лишнего внимания. Арсений почти сразу столкнулся с выходящим с поля Антоном. Тот шёл последним. Остальные уже скрылись в дверях раздевалки. Не дав Шастуну сказать ни слова, он схватил его за рукав спортивной мантии и потащил за угол. — Ну как те… — не успел Антон и рта открыть, как Арсений кинулся на него с поцелуем. — Ты сука, — шепнул он в его губы, сразу целуя глубже. Шастун предпочёл пока не узнавать, почему именно он сука, и отдался ощущениям. Его как будто током прошибло. Было удивительно приятно после напряжённой и сложной игры украдкой целоваться с любимым человеком. Арсений чувствовал солёный привкус на губах, гладил влажный от пота затылок Шастуна, и почему-то даже это было ни капли не противно, а совсем наоборот. Привлекательно. — Да где он потерялся? — на кураже весело сказала Лиза, обращаясь к Диме. Они вдвоём вывалились из дверей, уже сжимая в руках по бутылке шампанского. Плотная пена переливалась через горлышко, текла по пальцам и тёмному стеклу, хлопьями падая на землю. Они чокнулись бутылками и, поднося их к губам, уже завернули за угол, как вдруг замерли, уставившись перед собой круглыми глазами. «А-ху-еть», — хором сказали Лиза и Дима. Им эхом ответили Олеся и Серёжа, оказавшиеся по другую сторону от них. Антон и Арсений мгновенно отскочили друг от друга, принимая максимально невозмутимый вид. — Могли бы и просто так сказать, — первым отмер Серёжа. — Сосаться было не обязательно, мы бы и так поверили. — Я нет, — Олеся неверяще помотала головой. Арсений и Антон залились смущённым румянцем. — Мы всё объясним! — начали они одновременно, но тут же осеклись. — Мы?! — ещё сильнее удивились Дима и Серёжа. — Уж потрудитесь, — Лиза тяжело вздохнула и залпом осушила сразу полбутылки шампанского. — Надо выпить, — ответил Антон, проследив за ней задумчивым взглядом.

***

      Они сидели вшестером за столиком в самом углу паба «Три метлы» с крайне загруженными выражениями лиц. Только что Антон и Арсений рассказали им всё, как есть. Друзьям требовалось время, чтобы осмыслить произошедшее. Желательно года полтора. — И у вас всё серьёзно? — спросил Дима, постукивая пальцами по столу. — Да, — ляпнул Антон. — Нет, — одновременно с ним сказал Арсений. — То есть нет. — То есть да. Тут же синхронно исправились оба и потупили глаза. — Мы это ещё не обсуждали, — объяснил Антон, ковыряя ногтем столешницу. — Самое время, — Олеся пристально смотрела на них. — А я знала, что мои гадания не ошибаются. Две врушки. — Два пиздобола, я бы так сказал, — Дима сделал большой глоток медовухи в надежде, что после этого Шастун и Попов исчезнут с его глаз, но это не помогло. — Мы не знали, как вы отреагируете. Да и, честно говоря, не о чем особо было рассказывать, — Арсений поджал губы. — Ты начал встречаться с Шастуном, и тебе не о чем рассказывать? — воскликнул Серёжа, едва не подскакивая на ноги. — Ты хотел сначала замуж за него выйти? — Не дави на них, — одёрнула его Олеся. — А я согласна с Серёжей, какого чёрта? — Лиза взмахнула руками. — По вашему это неважная информация? — Мы только пробуем, поэтому ничего не говорили. Мы сами не знаем, выйдет из этого что-то или нет, — Антон начинал раздражаться. — Так вы любите друг друга или нет? — спросила Лиза, непонимающе вздёрнув бровь. — Пока рано об этом говорить, — перебил Арсений. Антон захлопнул рот, уже готовый ответить то же самое. — В любом случае, мы рады за вас. Правда, — Олеся ласково коснулась руки Арсения. Парни и Лиза согласно кивнули. — Нам нужно время, чтобы к этому привыкнуть и отойти от шока, но да, — Дима слегка улыбнулся. — Мы поздравляем вас. — Давайте соберёмся как-нибудь вечером, поиграем в игры все вместе, раз мы теперь друзья, — Серёжа усмехнулся своим собственным словам. Он не верил, что это правда. Все поддержали. Арсений нащупал под столом руку Антона и ободряюще сжал её. Шастун тепло улыбнулся ему и погладил большим пальцем его кисть.

***

— Привет, — Антон, помятый и уставший, как пёс, вошёл в Выручай-комнату и рухнул в кресло. — Привет, ты как? — Арсений подошёл ближе и присел возле него на корточки. — Херово, — Шастун потёр лицо ладонями и жалобно простонал. — Почему? — Лиза как с цепи сорвалась. Недели не прошло с последнего матча, а она нас гоняет так, как будто нам завтра играть с Когтевраном. Не может простить нам ту игру. Я до сих пор не понимаю, как это произошло. — Пуффендуйцы тренируются гораздо больше чем вы, вот и всё. Ты не представляешь, как они вкалывают, — Арсений погладил его колени. — Больше, чем мы? — с сомнением спросил Антон. — Даже больше, чем мы, — Арсений поднялся и поцеловал Антона в макушку. — Так что вы ещё хорошо держались. Не знаю, что будет на нашей игре. А ты помнишь, как я своих гоняю. — Да не может этого быть, — Антон развалился в кресле, лениво наблюдая за Арсением. — Они не выигрывали кубок уже лет шесть. Дай им ещё год, и они порвут нас всех, мы даже моргнуть не успеем. Арсений вдруг хитро улыбнулся и, положив справочник по зельям на место, вернулся к Антону. — Кстати, я так и не поздравил тебя с победой, — Арс взял его за руку и заставил подняться. — Давай воспользуемся этой комнатой по назначению. — От такого невозможно отказаться, — томно ответил Антон прямо ему в губы. Они вышли в коридор и дверь в Выручай-комнату тут же исчезла. Они, явно думая об одном и том же, прошли туда-сюда вдоль стены, и дверь появилась вновь. Арсений взялся за ручку двери, уже ощущая приятное волнение. Они вошли внутрь, и Шастун удивлённо присвистнул. В центре комнаты стояла огромная, высокая и невероятно мягкая на вид двуспальная кровать. С перекладин над ней свисал сливового цвета балдахин. Возле кровати стоял столик с двумя бокалами и пачкой презервативов. Чьи они и откуда тут взялись, Антон знать не желал. По периметру комнаты стояли волшебные свечи и заполняли помещение приятным, слегка подрагивающим светом. Романтичный полумрак задавал нужное настроение, и Шастун слегка приобнял Арсения за талию. — У меня есть шампанское, — шепнул он ему на ушко, опаляя кожу горячим дыханием. — Откуда? — Арсений легко провёл ладонью по его груди и, по-кошачьи выскользнув из его рук, направился к кровати и уселся на край. — Я планировал устроить тебе романтический вечер, — улыбнулся Антон, разливая шампанское по бокалам. — Оно как раз осталось с празднования. — Какой ты милый, — Арсений, усмехнувшись, взял бокал из его рук и сделал глоток. Шампанское было приятно сладким и совсем лёгким, освежающим. Они чокнулись бокалами и осушили их сразу до половины. — Иди ко мне, — Арсений слегка потянул Антона за галстук, и Шастун подполз к нему. — Я почему-то волнуюсь, — сказал он негромко, почти невесомо целуя шею Арса. — Я тоже. Антон увлёк его в нежный, распаляющий поцелуй. Волнение постепенно отступало, оставляя только ощущение момента. Горячие губы, блуждающие по телу, зацеловывающие лицо, шею и грудь, лёгкие укусы в ключицу, мочку уха. Антон подтянул Арсения чуть выше, ближе к подушкам, и сел на колени, расстёгивая ремень на его брюках. Он осторожно стянул мешающую одежду и вновь вернулся к губам Арсения. Арс обхватил руками его плечи, прижал ближе, запуская пальцы в мягкие кудряшки. Сердце вдруг застучало где-то в ушах, а от нереальности происходящего тело прошибло неведомо откуда взявшимися электрическими разрядами. Арсений вздрогнул, ощутив руку Антона на своём паху, и толкнулся бёдрами. Шастун едва не скулил от вида такого Арса. Нежного, беззащитного, доверяющего ему всего себя. Арсений вцепился пальцами в одеяло, а Антон продолжил медленно массировать его член, наслаждаясь тихими, смущёнными полустонами и вздохами. — Пожалуйста, Антон… — Арс дёрнулся от внезапной волны удовольствия, резко сгибая ногу в колене, сильнее толкнулся в руку, и она тут же исчезла. — Не спеши, — Антон оставил поцелуй на уголке его губ. — Я так хочу тебя, — Арсений закинул ногу на талию Антона, не позволяя ему отстраниться. — Если б мне кто-то два года назад сказал, что Арсений Попов, главная слизеринская змеюка, будет лежать подо мной и умолять его трахнуть, я бы не поверил, — Антон усмехнулся и встал с кровати, чтобы раздеться. — Иди в жопу, — Арсений закатил глаза, но состроить недовольство не получилось. Предательская улыбка всё равно не сходила с губ. Он бы и сам не поверил. — С удовольствием, — Антон вдруг остановился. Его взгляд скользил по телу Арсения, его раскрасневшимся щекам, очаровательно взлохмаченным волосам, вздымающейся от частого и глубокого дыхания груди… — Чего ты там замер? Вспоминаешь, что такое секс? — спросил Арс, приподнимаясь на локтях. — Ты красивый, — Антон мягко улыбнулся, — любуюсь. — Любуйся потом, — фыркнул Арс, — и палочку мою захвати, раз уж встал. — Бука, — Антон усмехнулся, но просьбу выполнил. Палочка и презервативы полетели на кровать, а следом плюхнулся Шастун. Поглаживая живот Арсения, он спустился рукой ниже к внутренней стороне бедра. Арс коротко поцеловал его и шепнул заклинание, взмахнув палочкой. В эту же секунду с его губ сорвался стон, и он схватился за руку Антона. Каждая мышца в его теле напряглась от непривычных ощущений. — К этому сложно привыкнуть, — с трудом выговорил Арсений, чувствуя на себе жадный взгляд Шастуна. Он был готов его съесть прямо сейчас. — Боже, — Антон тут же припал к его губам, целуя грубее, слегка отвёл его ногу в сторону и скользнул между его ягодиц. Пальцы с лёгкостью вошли в растянутую и влажную от смазки промежность. Арсений едва не задохнулся от распирающих его ощущений. Антон в мгновение ока оказался между его ног, раскатал презерватив по члену и медленно вошёл до середины. Арсений сильнее сжал бёдрами его талию и кивнул, давая понять, что всё хорошо. Антон начал двигаться, сначала медленно, поддерживая его за бёдра, а затем всё быстрее. Каждый толчок отзывался сладким протяжным стоном. Арс чувствовал, как его распирает изнутри, как каждое движение Антона вызывает сноп искр перед глазами и дарит невероятное наслаждение. Это было в сто раз приятнее чем всё, что он испытывал до этого. В прошлый раз он был слишком пьян, чтобы запомнить хоть что-то более содержательное, чем ощущение удовольствия, но сейчас… Он был в экстазе. Большие, тёплые и чуть влажные от волнения руки Антона сжимали его бёдра, оставляя на нежной коже белые следы от пальцев. Шастун припал к его шее, укусил, оставляя небольшой яркий засос и тут же широко провёл по коже языком, ощущая солоноватый привкус. Глаза застилала пелена возбуждения, сквозь которую Антон видел только его. Самого любимого человека. Хотелось доставить ему как можно больше удовольствия. Касаться, целовать, делать всё, лишь бы ему было хорошо. Всеобъемлющая нежность разрывала сердце, теплом разливалась по телу и отдавалась покалыванием на кончиках пальцев. Арсений чуть прогнулся в спине, запрокинул голову назад, цепляясь за плечи Антона, желая стать с ним одним целым. Ещё ближе. Меньше пространства. Тяжёлое дыхание Шастуна прямо у уха, то и дело срывающееся на стон. Приятный, вжимающий в кровать вес чужого тела. Пьянящее касание тёплой кожи, оживляющее целый рой бабочек в животе. Ещё несколько рваных, сбившихся с темпа толчков, рука, обхватывающая его член, и накрывающее с головой удовольствие… Антон рухнул на кровать возле Арсения. Сердце, кажется, билось где-то в голове, отдаваясь звоном в ушах. Арс с трудом подвинулся ближе и положил голову на грудь Шастуна. Лицо горело, а тело слегка потряхивало, как от озноба. — Это… — начал Арс, пытаясь восстановить дыхание, — было просто ахуенно. — Лучший комплимент для меня, — Антон улыбался, как дурак. Самый счастливый в мире дурак. Арсений поцеловал его в линию челюсти и уткнулся носом в шею, вдыхая родной, любимый запах. — У меня ноги дрожат, — Арс усмехнулся, и по коже Антона побежали мурашки. — Это был лучший секс в твоей жизни? — ухмыльнулся Антон. — Да, — Арсений немного помолчал, а затем добавил чуть тише, — лучший. Они пролежали так ещё около часа, изредка перебрасываясь короткими фразами, и бесконечно долго обнимаясь. — Мы опоздали на обед. — Плевать. Мне так хорошо с тобой, — Антон обнял Арсения за талию, повалил его на подушки и оказался сверху, мягко целуя. — Я съем тебя. Он шутливо укусил Арса за плечо и почти сразу куснул шею. Арсений мелодично рассмеялся, и это был один из самых приятных звуков в жизни Антона. — Или я тебя? — Арс обнял его и перевернулся, оказываясь сверху. — Ты слаще, — Антон опустил руки на его ягодицы и слегка сжал их. — Фу, — Арсений расплылся в улыбке, — пошляк. — Я ничего не говорил, всё в твоей голове. — Сегодня выходной, давай останемся здесь? — ластясь, как кот, предложил Арс. — Не получится, завтра Снегг выебет меня так, что мало не покажется, — Антон скривился. — Надо дописывать эссе. Провалявшись ещё полчаса, они наконец нашли в себе силы встать с кровати и одеться. — Ну ты капец, Шастун, — Арсений, стоя перед зеркалом, коснулся шеи. На ней большим пятном красовался засос. — Как я завтра на учёбу пойду? — Олеся тоналкой замажет, — Антон обнял его со спины, положив голову на плечо. Его руки тут же оказались под рубашкой Арса, поглаживая его торс. Арс подался бёдрами назад, позволяя ему лапать себя. — Мне неудобно, — законючил он. — Она только что узнала, что мы вместе, а теперь ей придётся исправлять последствия твоей неуёмности. — Скажи, что переспал с кем-то другим, — Антон прошёлся по его шее дорожкой влажных поцелуев, заставляя Арсения снова поплыть и наклонить голову в сторону, открывая больше доступа. — Что я разбил тебе сердце, и ты пошёл утешаться в объятия кого-то другого. — Ты добалуешься, и я опять… — Арс смутился. — Что? Возбудишься? — Антон хищно улыбнулся, опуская руку ниже, под его брюки. — Смотри на себя. Как ты выглядишь в зеркале. Арсений поднял глаза на своё отражение, и член предательски дёрнулся. Антон почувствовал это. — Очень красиво, да? — он томно шептал ему на ухо, опаляя кожу горячим дыханием. — Смотри, какой ты. Возбуждённый, напряжённый от предвкушения. У тебя уже стоит, я чувствую это. Моя рука в твоих брюках, видишь, как натянулась ткань? Хочешь, чтобы я продолжал? — Антон слегка сжал его, и Арс задавленно пискнул. Второй рукой Антон быстро расстегнул пуговицу и молнию. Ремень, который Арс так и не успел застегнуть, болтался в шлёвках. — Ты просто ходячий кошмар, — Арсений неотрывно смотрел в зеркало: на свои заливающиеся стыдливым румянцем щёки и на руки Антона, освобождающие его член. — Люблю, когда ты смущаешься. Ты такой милый, безобидный, беспомощный. Оближи. Антон поднёс ладонь к губам Арсения, и тот широко провёл по ней языком, хотя во рту всё равно пересохло. — Смотри, как моя рука обхватывает твой член. Я дрочу тебе прямо сейчас, перед зеркалом, а всего пару часов назад я был в тебе. Я возбуждаю тебя за пару невинных касаний. — Невинных? — попытался возмутиться Арс, но ситуация не оставляла ему и шанса сохранить самообладание. Он жалобно заскулил, запрокидывая голову, но Антон тут же взял его за подбородок. — Я хочу, чтобы ты видел всё, — тихий голос набатом звучал в голове. — Чувствуешь, как у меня стоит? Арсений чувствовал. Прекрасно чувствовал упирающийся в ягодицы член Антона. И от этого подкашивались коленки и напрочь сносило крышу. Антон дрочил медленно, с чувством, дразнился. Арсению хотелось быстрее, жёсче. Не выдержав, он толкнулся в его кулак. — Какой ты нетерпеливый, — Антон усмехнулся, вылизывая его шею и чуть ускоряя темп. Но этого всё равно было недостаточно. — Быстрее, пожалуйста, — Арсений, чувствуя, что ещё чуть-чуть и он рухнет в обморок, прикрыл глаза. — Смотри, какой ты горячий, — рыкнул на ухо Антон. — Что «быстрее»? — Трогай меня, — Арс готов был самовоспламениться от смущения. Он чувствовал себя таким слабым в руках Антона, и, неожиданно, ему это безумно нравилось. — Это не так называется, — Антон снова замедлился, выбивая из Арса скулёж. — Дрочи мне быстрее, Антон, пожалуйста, — взмолился Арсений, потираясь бёдрами о пах Шастуна. Не ему же одному мучаться. Антон выполнил просьбу незамедлительно и в два счёта довёл Арсения до второго оргазма. Кончив с протяжным стоном, Арс точно упал бы на пол, если бы Антон не подхватил его вовремя. — Ты просто чудо, Арс, — Антон чмокнул его во влажный от пота висок. — Садист, — Арсений бессильно повис на нём, но ворчать ему это не мешало, — и извращенец. — Ты такой же. Тебе понравилось. — Это неважно, ты просто пиздец. — Точно понравилось, — Антон ухмыльнулся. — Честно, не знаю, что на меня нашло. Ты пробуждаешь во мне демонов. — Иди нахер, — Арс обнял его за плечи, — я таких грязных слов в жизни не слышал. — Знаешь почему? Потому что ты никогда не занимался сексом с грязнокровкой. — Придурок, — Арсений осуждающе взглянул на хихикающего Антона. — Твой придурок, — Шастун чмокнул его в лоб, — собирайся, нам пора уходить.

***

— Лавелас, — хихикнула Олеся, замазывая засос Арсения третьим слоем тоналки. — Всё, почти не видно. Арсений поблагодарил её, встал с кровати и потянулся. Было ранее утро, а на учёбу идти жуть как не хотелось. — У тебя был секс, и ты не хочешь поделиться этим с любимой подружкой? — хитро спросила она, наблюдая за Арсом. — Нечего рассказывать, — стушевался Арсений, — было и было. — Ну конечно. Ты весь светишься, как начищенный медный котёл, — Олеся призывно похлопала по кровати рядом с собой, и Арсений сел. — Я не знаю, что говорить. — Ну и как Шастун в постели? — спросила Олеся, растягивая слова. Арсений чуть не вспыхнул от смущения, закрыл лицо руками и упал спиной на кровать, мыча что-то бессвязное. Олеся расхохоталась. — Да я шучу, расслабься, — она ласково похлопала его по плечу. — Не могла упустить такую возможность поиздеваться. — Какая ты добрая, — Арсений убрал руки и косо посмотрел на неё. — Ты любишь его? — спросила она гораздо мягче. В голосе сквозила нежность. — Да, — Арсений почувствовал, как сердце пропустило удар. — А ему ты это говорил? — Олеся с сомнением подняла брови. — Ему это знать не обязательно, — Арсений отвёл глаза в сторону, не выдерживая на себе осуждающий взгляд подруги. — Тем более, что от него таких признаний я не слышал…

***

— Я хочу прожить с ним всю жизнь, — Антон с обречённым вздохом рухнул в кресло. На лице у него была такая гримаса отчаяния и безысходности, что даже висельник на эшафоте на его фоне показался бы самым счастливым человеком на земле. Лиза и Дима переглянулись, пытаясь понять, что случилось. — Я люблю его, — Антон уткнулся лицом в подлокотник и начал биться об него лбом. — Что случилось? — осторожно спросила Лиза, подставляя свою ладонь между лбом Антона и деревяшкой. — Мне опять снился сон. Уже второй раз я вижу нас через несколько лет, вместе. И мы любим друг друга, — Антон посмотрел на Лизу. Лоб у него немного покраснел, придавая лицу ещё более болезненный вид. — А в чём, собственно, проблема? — Дима отвлёкся от своей книги и с непониманием уставился на друга. — Вы вместе, у вас всё хорошо. Флаг вам в руки. — Мы до сих пор не сказали этого друг другу… — Антон тяжело вздохнул. Дима подумал, что Шастун своим видом легко составил бы конкуренцию всем призракам Хогвартса. — Так вперёд. Скоро пасхальные каникулы, вы опять останетесь вдвоём, — Лиза ободряюще потёрла его плечи. — Действуй. Антон вздохнул ещё тяжелее, чем в прошлый раз, но Дима знал, что это вздох полный решимости.

***

      Каникулы действительно подкрались незаметно. В череде бесконечных занятий и домашних заданий не было времени даже выйти погулять и насладиться прекрасной весенней погодой. А погода действительно была чудесная: тёплая, солнечная. В воздухе пахло молодыми листочками, а в траве то и дело проглядывали яркие бутоны первоцветов. Правда, периодами ветер пытался задуть учеников на шпили башен, по поверхности Чёрного озера бежала рябь, а сов сдувало в неизвестном направлении, но в целом, всё равно было хорошо. Первый день каникул выдался тёплым и спокойным. Пушистые облачка неспешно плыли по ярко-голубому небу. Антон и Арсений натаскали с кухни еды и решили затеять пикник на берегу озера. Песок ещё не до конца прогрелся и контрастировал своей приятной прохладой с пригревающим солнышком. Шумели волны, где-то вдалеке кричали чайки, уже прикидывая, как бы им стащить что-нибудь из корзины парней. Антон и Арсений лежали на пледе и смотрели в небо. — Это похоже на единорога, — Антон указал пальцем на пушистое облако. — А если повернуть голову, то на кота, летящего на ковре-самолёте, — Арсений повернул голову, утыкаясь макушкой в плечо Антона. Тот негромко рассмеялся. — А это на рыбу, у которой во рту банан. — Это тюльпан в вазе. — А это на тебя похоже, с рогами. О, и нос какой огромный! Один в один. Арсений возмущённо пихнул хихикающего Антона в бок. — Брысь с моей половины, — наиграно обижаясь, буркнул он. — А вон там, смотри, я. Арсений с любопытством взглянул на небо, но ничего подобного не увидел. — Где? — Вот же, целую тебя. — Я не вижу. Антон вдруг поднялся на локте и поцеловал Арсения. — Теперь видишь? — спросил он, хитро прищуривая изумрудные глаза. — Вижу, — Арс улыбнулся и чмокнул Шастуна в кончик носа. — Хочешь перекусить? — спросил Антон, отстраняясь и протягивая руку к корзине. — Пока нас чайки не объели. Арсений согласно закивал, пододвигаясь ближе к нему. Сендвичи, жареные сосиски и мороженое, заколдованное замораживающими чарами, чтобы не растаяло, оказались на пледе. Антон вытащил две бутылки сливочного пива и протянул одну из них Арсению. Тот сразу же сделал большой глоток, блаженно прикрывая глаза, и принялся за сосиску. — Давай начнём с двух сторон и встретимся на середине, — шутливо предложил Антон, наблюдая за тем, как Арс с аппетитом откусывает кусочек и заедает жареным хлебом. Тот отрицательно помотал головой. — Я слишком голодный, — бробубнел он с набитым ртом. — Да фто ты гововишь, — передразнил его Антон, улыбаясь, и взял сендвич. Арсений запил всё сливочным пивом и взял следующую сосиску. Вдруг он на мгновение задумался, зажал самый её кончик зубами и приблизился к Антону. — Ты передумал? — усмехнулся Антон, и Арс забавно покивал в знак согласия. Подхватив губами другой конец, Шастун откусил почти треть. — Держи, — возмутился Арсений и взял его за плечо, чтобы не двигался. Они дошли до середины, Антон стащил последний кусочек и тут же чмокнул Арса в губы. — Дурачина, — улыбнулся в поцелуй Арсений и отстранился, чтобы прожевать. — А ты соглашаешься, — Шастун самодовольно ухмыльнулся и вытер губы тыльной стороной ладони. — Потому что люблю тебя, — как само собой разумеющееся ляпнул Арс, и тут же замолчал, понимая, что сказал. Антон замер, и улыбка тут же сошла с его губ. — Ты сказал… — он смотрел на Арсения щенячьими глазами, не веря в то, что услышал. — Да, я люблю тебя, — от чего-то севшим голосом повторил Арс. — Я тоже тебя люблю, — Антон подался вперёд и крепко обнял его, целуя везде, куда мог дотянуться. — Арс, ты не представляешь, как сильно. Они повалились на плед, едва не раздавив еду. — Мне снился сон, Арс, я хочу быть с тобой… Всегда, — шептал Антон как в бреду, прижимаясь к Арсению лбом. — Мне тоже, — Арс откинул голову назад, глядя в голубое небо и перебирая пальцами волосы Шастуна. — Я видел наш дом. Это всё моё зелье, оно показало нам обоим наши истинные желания. — Но я его не пил, — Антон поднял голову и с удивлением взглянул на Арсения. — Вообще-то… — протянул Арс, стыдливо отводя глаза. — Помнишь, мы ели конфеты? — Ах ты негодяй, ты моими же конфетами меня отравил? — возмутился Антон, щипая его за бок. — Я тебе сейчас нос откушу. Я их ещё недавно нашёл и доел. Теперь-то понятно, откуда эти сны взялись, а я и не срастил. — Прости, мне надо было знать, как ты ко мне относишься, — протянул Арсений виновато. — Люблю я тебя, козла, — Антон поцеловал его в поджатые губы. — Люблю, чтобы ты не сомневался. А мог бы и спросить. — Как ты себе это представляешь? Антон, ты меня любишь или тебе просто скучно и спать не с кем? — Арсений закатил глаза. — Ты бы ответил? — Да, — неуверенно протянул Антон. — В любом случае, не надо больше меня травить, пожалуйста. А то ты как-нибудь крысиного яда мне подсыпешь ради эксперимента. — Я больше не буду, обещаю, — Арсений кивнул и притянул Шастуна ближе, утягивая в поцелуй. Вдруг откуда-то неподалёку послышался раздражающий пищащий звук. Арсений испуганно вздрогнул и поморщился: сработали оповещающие чары. Чтобы никто не стал случайным свидетелем пикника, Арс наложил в нескольких метрах от места, где они сидели, особое заклинание, звук срабатывания которого слышал только он сам. — Кто-то идёт, — шепнул он, спихивая с себя Антона, и принялся скидывать всю еду в корзинку. Шастун схватил плед с остатками того, что не успел забрать Арс, и оба бросились к раскинувшемуся вдоль берега сосновому лесу, увязая в песке. Они успели скрыться в поросли и скатиться в небольшой овражек как раз незадолго до того, как на пляже возникли две фигуры. — Ты видишь, кто это? — спросил Арс шёпотом, прижимаясь к Антону. — Не особо, — Шастун, как мог, напряг зрение, пытаясь понять, кто прогуливался вдоль кромки воды. Вдруг Арсений издал удивлённый возглас, и Антон тут же зажал ему рот ладонью. — Тише! — зашипел он, прижимая Арсения к земле. — Ты что? С ума сошёл? Две фигуры обернулись на звук, несколько минут вглядывались в полосу леса, но ничего больше не происходило, и они потеряли интерес. Ни звука, ни шороха, ни движения в тени деревьев — всё было тихо. — Это Кассиус и Гэри Шеппард, — возбуждённо зашептал Арс. — Помнишь, я говорил тебе о них? Гэри нас тогда сфотографировал. Ну я ему устрою… — Тьфу блять, нет больше мест для свиданий, — буркнул Антон. — Что им тут надо? Арсений тем временем искал камень побольше и поувесистей. Шастун отобрал у него булыжник и выкинул в сторону. Тогда Арсений потянулся в карман за фотографирующим зеркалом, но Антон снова не позволил ему сделать гадость. — Зануда, — фыркнул Арсений и пихнул его в бок. — Где твоё чувство справедливости? Из-за него нас травили полгода, сплетничали, что мы пара. — А мы уж точно не пара, — язвительно заметил Антон. — Не умничай. Тогда не были. Антон хотел было ответить, но Арсений шикнул на него, и оба притихли. Кассиус и Гэри, судя по всему, о чём-то разговаривали, стоя неприлично близко друг к другу. Арсений, заметив, что Антон отвлёкся на упирающуюся ему под рёбра палку, вытащил палочку и заколдовал своё ухо. То вдруг увеличилось почти в пять раз. Арс скривился, привыкая к громкости, и наконец смог расслышать разговор. — Он уже давно меня бесит, — Гэри пнул ногой камешек, и тот утонул в озере. — На дух его не переношу. — Я тоже. Арсений, Арсений, Арсений… — Кассиус начал кривляться, — затычка в каждой жопе. Кругом всегда один Арсений. Все о нём сплетничают, он же главная звезда, посмотрите на него. — Ещё эта история с Элоди… — протянул Гэри. — Мне так её жаль, она не заслужила такого отношения. Кассиус согласно кивнул. Какое-то время оба молчали. Антон наконец обратил внимание на то, что Арс как-то подозрительно притих, и осуждающе посмотрел на его огромное ухо. — Подслушивать подло, — заявил он, тыкая Арсения в бок. Тот лишь отмахнулся. — Они про меня говорят, подожди. — Мне кажется, он гей, — сказал Кассиус, нарушая тишину. — Я тоже так думаю, — Гэри как будто смутился. — И как ты к этому относишься? — Нормально, — интонация была такой идиотской, что Арс живо нарисовал в голове тупое выражение лица Кассиуса и прыснул от смеха. — И я нормально, — ещё тупее ответил Гэри. Антон с любопытством следил за эмоциями на лице Арсения и пытался угадать, что же он слышит. — Ну что там? — не выдержав, он подёргал его за рукав, но Арс снова лишь отмахнулся. — Слушай, — спустя очередную невероятно долгую паузу заговорил Кассиус. — Те слухи, что ходят про тебя… — Это правда, — севшим голосом ответил Гэри. Они ушли уже достаточно далеко от места, где прятались Антон и Арсений, и последние слова Арс едва разобрал. Пришлось осторожно ползти по оврагу вслед за парнями. Антон цокнул языком, но последовал за ним. К счастью, вскоре они остановились. — Я тебе нравлюсь? — спросил Кассиус, и Арсению захотелось застрелиться от увлекательности этого разговора. — Я люблю тебя, — ответил Гэри. Арс начал передразнивать его и шептать «Да она не может любить меня…» Он не знал толком, что это и откуда, но Антона сильно веселила эта фраза, и он её запомнил. Антон снова дёрнул его за рукав, вырывая из мыслей. — Смотри, — шепнул он таинственно. Арсений тут же вытащил зеркало и направил его на парней. Те приблизились друг к другу ещё сильнее и слились в поцелуе. Зеркало негромко щёлкнуло и на стекле проявилась живая фотография. — Что ты услышал? — возбуждённо спросил Антон, пододвигаясь ближе к нему. — Подслушивать подло, — передразнил его Арс. — Ничего теперь тебе не расскажу. — Да ладно тебе, мне же интересно. Что они про тебя говорили? Арсений тяжело вздохнул с видом святого мученика, но всё-таки пересказал разговор. — Ничего нового, — усмехнулся Антон. — Что ты затычка и козёл я и так знал. — Иди в жопу. Арсений поднялся на ноги и пошёл в сторону пляжа. Кассиус и Гэри ушли настолько далеко, что даже их очертания разглядеть было почти невозможно. — Но мстить им мы будем всё-равно? — то ли утверждая, то ли спрашивая, сказал Шастун, догнав Арсения. — Мы? — удивился он. — А кто говорил мне, что нужно быть добрее? — Говорить что ты козёл могу только я, — с серьёзным видом, глядя прямо в глаза Арса, заявил Антон. — Остальные не имеют на это права. — Потому что ты любишь меня? — кокетливо спросил Арсений, расплываясь в дурацкой влюблённой улыбке. — Да, потому что я люблю тебя, — мягко ответил Антон, приобнимая его за талию.