Эффект Амортенции

В раздевалке наперебой шумел десяток голосов. Арсений, уже одетый в изумрудную спортивную форму, тяжело вздохнул и прислонился лбом к прохладной стене. Олеся коснулась его плеча. — Ты как? — спросила она взволнованно. — Всё хорошо, волнуюсь немного, — Арсений тепло улыбнулся ей. До матча против Когтеврана оставались считанные минуты. Время выходить на поле неумолимо приближалось. Арсений похлопал себя по щекам, пытаясь вернуться в реальность, и заговорил командным голосом. — Итак, сегодня важный матч, от него многое зависит. Мы проиграли Гриффиндору, а Когтевран выиграл Пуффендуй. Если они выиграют, мы упадём вниз в турнирной таблице. Так что выходим на поле и играем так, как никогда в жизни не играли! Выгрызаем победу любой ценой! Мы готовы на сто процентов, осталось только выйти и выебать их! Все члены сборной одобрительно закричали и захлопали. Со всех сторон слышались возгласы готовых сражаться людей. — Так держать! — Арсений сжал руку в кулак и эмоционально потряс ей в воздухе. — Вперёд! Они вышли на поле под оглушающие крики трибун. На огромных полотнах Слизерина мерцали буквы: «Слизерин вперёд!», «Флинт наш герой!», «Арсения в президенты!», «Когтевранцы лохи!» Последний плакат, правда, просуществовал недолго и удивительным образом вдруг изменился прямо на глазах у игроков. Вместо прежней надписи буквы встали в другую: «Увижу ещё раз — вычту очки», — и подпись: «Мадам Трюк». Слизеринцы, скромно отводя глаза, спрятали плакат под трибуну. Арсений хихикнул. Капитаны команд пожали друг другу руки, игроки оседлали мётлы и по свистку взмыли в воздух. Ударивший в лицо ветер успокоил тревогу и отрезвил. Арсений моментально включился в игру. Он был готов сделать всё, что угодно, ради этой победы. — Итак, друзья, до начала матча остаются считанные секунды. Игроки уже в воздухе. Капитан команды Когтеврана Роджер Девис хищно смотрит на Арсения Попова. Чувствую, эта битва будет легендарной для обоих команд, — как из пулемёта тараторил Ли Джордан, бессменный комментатор. — Мадам Трюк открывает ящик, и снитч мгновенно улетает в неизвестном направлении. Этой проблемой чуть позже займутся Олеся Иванченко и Джоу Чанг. Я слышу свисток, мы начинаем! Арсений сразу же рванул к квоффлу, едва не сталкиваясь носом с Джереми Стреттоном, охотником Когтеврана. Он успел схватить мяч и резко уйти вниз от столкновения в последнюю секунду, мысленно ругая себя за такой риск в самом начале игры. «Пронесло и ладно», — выдохнул он наконец, устремляясь к кольцам. — Какая агрессия с первых секунд! Арсений не намерен давать и шанса когтевранцам! — восхищался Джордан. — Арсений атакует кольца соперника, передача Эдриану Пьюси, прекрасный обман! Слизерин открывает счёт! Арсений показал Пьюси большой палец вверх, и тот кивнул. Тренировки не прошли даром. Эдриан, метнувшись в противоположную сторону, сделал резкую передачу Арсению, успевшему приблизиться к кольцам, пока вратарь был отвлечён. «Первый есть», — с удовольствием подумал Арс, направляясь к Рэндольфу Барроу, захватившему мяч. Едва он решился на манёвр, как возле ноги в опасной близости пролетел запущенный загонщиками бладжер. Арсений метнулся в сторону и упустил момент. — Дункан Инглби, человек с непроизносимой фамилией, блестяще спасает своего охотника от атаки и когтевранцы атакуют кольца! — Джордан задумчиво почесал подбородок. — Хотя Инглби это вам не Хорнтон, или как там его? — Джордан! Не отвлекайся, — буркнула Макгонагалл, сосредоточенно следя за игрой. — Да, конечно, профессор, извините, — Ли усмехнулся. — А тем временем у нас очередной накал страстей! Деррек запустил бладжер прямо в нос бедолаге Джереми! Это было больно! Когтевран теряет одного охотника, а мяч переходит в руки Маркуса Флинта. Слизеринцы атакуют! Арсений бросился к Флинту. Того зажимали в кольцо двое оставшихся охотников. Перевернувшись в воздухе вниз головой, Арсений пронёсся прямо над ними и взял у Флинта квоффл. Трибуны хором ахнули. Джордан подавился. — Простите, друзья, я такого ещё не видел, — откашлявшись, сдавленно проговорил Ли. — Удивительную технику показывает Арсений на этом матче! Приблизившись к кольцам, Арсений сделал идеальную передачу Эдриану, и тот забил второй гол. Трибуны Слизерина взорвались грохотом аплодисментов. Арсений позволил себе сделать победный круг над полем, собирая овации, и тут же вернулся в игру. — Кажется, когтевранцы разозлились не на шутку! Роджер Девис захватил квоффл и настроен решительно! Промахнувшись лишь на пару метров, Пьюси не сумел выбить у него мяч, и Роджер забил первый гол для Когтеврана. — Невероятно! Браво! — ликовал Ли. — Какая дерзкая атака! Матч набирал обороты. Слизеринцам удалось увеличить отрыв до тридцати очков, но каждый гол становился тяжелее предыдущего. Игра стала агрессивной, когтевранцы пытались таранить, били по рукам, бладжеры то и дело попадали по плечам и ногам, чудом не ломая их и не сбивая игроков с мётел. Арсений махнул Олесе, подавая знак о готовности. Им нужно было набить пятьдесят очков отрыва, чтобы улучшить свои позиции в турнире. — Маркус Флинт грубо толкает Рэндольфа, видимо, мстит за сломанный бладжером палец и всё-таки выбивает у того квоффл! Сломанный палец не позволил Флинту схватить мяч, и тот полетел вниз. Арсений ринулся за ним, мёртвой петлёй ушёл от бладжера, запущенного прямо ему в лицо, и успел схватить мяч в паре метров от земли. Сыграв отработанную связку с Пьюси, прикрываемые загонщиками, они добрались до колец, и Эдриан забил гол. — Ещё один! — крикнул ему Арс, уходя в вираж. «Последний», — подумал он, крепче сжимая древко метлы и разгоняя Нимбус до максимальной скорости. Словно пуля, он прорезал воздух возле Рэндольфа, схватившего мяч, и закрутил его потоком ветра, но фокус не удался, и тот смог выровняться, не потеряв мяча. Арсений ругнулся, круто разворачиваясь, и бросаясь в догонку. Эдриан и Маркус поджимали его с другой стороны. — Какая впечатляющая атака! Арсений, после игры я пожму тебе руку за тактические разработки! — воскликнул Джордан. — Все три охотника Слизерина зажимают Рэндольфа, не оставляя ему шанса! Пьюси и Флинт немного отстали, а Арсений шестым чувством ощутил, что что-то не так. Повернув голову вправо, он увидел несущийся на него бладжер и вдруг нырнул под Рэндольфа, оказываясь по другую сторону от него. Бладжер на полной скорости врезался в Рэндольфа и выбил у него из рук квоффл. Арсению показалось, что что-то хрустнуло. — Инглби попал бладжером по своему игроку! — Ли едва не подскочил с места. — Эта ошибка может стать фатальной для Когтеврана! Арсений схватил квоффл. Его уже ничего не волновало. Было только кольцо и цель. Забить гол и всё, практически победа. Он краем глаза заметил, что Олеся, до этого кружащая где-то над полем, рванула вниз в крутом пике. Она тоже всё прекрасно поняла. Оказавшись перед кольцами Когтеврана в одиночестве, Арсений решил атаковать самостоятельно. Глупо, безрассудно, рискованно, но времени было слишком мало, секунда промедления и момент будет упущен. Устремившись к кольцам, он думал бросать с самой ближней дистанции, чтобы точно не промахнуться. Вдруг резкий удар пронзил всё тело острой, жгучей, ослепляющей болью. Сотни голосов на трибунах испуганно воскликнули. В глазах заплясали искры, и всё вокруг поплыло. «Держаться, последний б…» — Арсений не успел закончить мысль, он даже не понял, сумел ли бросить мяч. Чёрная пелена окутала его. — Бладжер отрубил Арсения! Крик Джордана сквозь темноту и звон в ушах — последнее, что услышал Арс, перед тем, как сознание окончательно покинуло его.

***

Яркий свет больничного крыла больно бил по глазам. Арсений поморщился и хотел было закрыться рукой, но не смог поднять её. Острая боль пронзила каждую клетку тела. Знакомое чувство: перелом. Он попытался шевельнуть ногами: левая, судя по всему, тоже была сломана. «Спасибо, что не шея», — подумал Арс флегматично, пытаясь проморгаться. Картинка мира постепенно восстанавливалась. Арсений увидел перед собой мадам Помфри. — Как ты себя чувствуешь? — спросила она участливо. — Как будто меня поезд переехал, — ответил Арс, с трудом связывая слова. Во рту было ужасно сухо. — Не далеко от истины, — мадам Помфри сочувственно погладила его относительно целую руку и протянула ему кубок с костеростом. Этот вкус и запах Арсений никогда в жизни не забудет. Такую редкостную дрянь ещё надо поискать. — Выпей и отдыхай. Тебе нужен покой. Арсений с трудом осушил кубок, несмотря на то, что зелье упорно просилось обратно, и рухнул на подушки. Он снова пришёл в себя спустя некоторое время от мучительной боли срастающихся костей. — Нет, к нему нельзя, я знаю, что ты хочешь, но нельзя! Антон, пойми… — ругалась на кого-то мадам Помфри. «Антон? Антон… Какое знакомое имя… Вот только чьё? Ан-тон. Странное слово…» Мысли были вязкими и скользкими, Арсений пытался их ухватить, но они ускользали от него, как мерзкие водоросли. Он вновь отключился. Кто-то потрепал его за плечо, и он проснулся. Стало гораздо легче, сломанные конечности уже не болели, а, значит, зелье подействовало. После отдыха мысли прояснились, тошнить перестало, а звон в ушах пропал. Хотя жуткая слабость всё равно не позволяла встать с кровати. Арсений устал, даже подумав об этом. — Милый, к тебе посетитель. Он меня чуть с ума не свёл, пришлось пустить, — мадам Помфри недовольно зыркнула на кого-то и отошла. Арсений увидел перед собой Антона, садящегося на край скрипучей кровати. Тот выглядел взволнованным, но довольным. — Ты как? — спросил он ласково. — Уже лучше, — Арсений слабо улыбнулся. — Что произошло? — Ты потерял сознание от бладжера, каким-то чудом успел бросить мяч и забить гол, а потом со всей дури врезался в рамку кольца и свалился в снег. Вратарь когтевранцев так ахерел, что даже не попытался тебя остановить. Думал, что ты не долетишь или промахнёшься. Макгонагалл подстраховала тебя заклинанием, чтобы ты не разбился, но без переломов не удалось. — Кто победил? — спросил Арсений то, что больше всего его волновало. Антон раздражал своими рассказами. Как он не понимает… — Я так и думал, — тихо рассмеялся Антон. — Это для тебя самое важное. Вы победили, вы. — Ура, — слабо протянул Арсений. — Значит, оно того стоило. — Дурак, — Антон покачал головой. — Поздравляю, хотя играл ты отвратительно. — Ты пользуешься тем, что я не могу тебя ударить, — хмыкнул Арс. Ему даже пошевелиться было трудно. — Если честно, да, — Антон усмехнулся. — Хотя знаешь, ты уже ближе к профессионализму, потому что повторил мою травму. — И превзошёл, — Арсений застонал, чувствуя, как ноют кости. — Ещё пару раз так уебёшься и можно в сборную Англии подаваться. Будешь на одном уровне со мной. — Почему я не удивлён, что ты профессионализм измеряешь количеством травм? — Арсений хитро улыбнулся. — Специалиста издалека видно. — Я скучал, — Антон тепло улыбнулся, поглаживая его руку. — Кажется, у меня зависимость от твоего яда. — Я тоже, — Арсений немного помолчал, а затем весело добавил. — Ты настолько скучал, что задолбал мадам Помфри? Ты просто влюбился в меня, вот и всё, признай. — Ну конечно, — Антон закатил глаза. — Никакой любви, просто хотел попинать лежачего и рассказать всем, что ты тут валяешься, как мешок картошки. — Очень лестно, спасибо, — Арсений улыбнулся. — Кстати, сколько я уже тут? — Третий день. — Блин, пропустил весь праздник, — Арсений недовольно поджал губы. — Ради капитана-калеки его повторят, я уверен. Мадам Помфри окликнула его и попросила поторопиться, потому что больному нужен покой. — Всё, меня уже гонят, — Антон зыркнул в её сторону и наклонился ближе к Арсению. — Поправляйся скорее. Он коротко поцеловал его в щёку и встал. — Спасибо, — тихо ответил Арсений, провожая взглядом уже уходящего Антона. На щеке приятным теплом держался след его губ.

***

Антон был прав. Стоило окончательно выздоровевшему Арсению переступить порог гостиной, как на него налетели радостные однокурсники. — Наш чемпион вернулся! — Празднуем! — Слизерин чемпионы! Нахлынувшая толпа, звучавшая десятками возбуждённых голосов, едва не сбила его с ног. — Полегче, не кантовать нашего капитана! — крикнул Серёжа, выдёргивая Арсения из кучи в сторону. Олеся пригрозила всем кулаком, закрывая его собой. Арсений охнул и коснулся рукой головы: та снова начала болеть. Все молниеносно затихли. — Гуляем! — шёпотом сказал Пьюси, негромко чокаясь с Элоди. Все поддержали и следующие несколько часов говорили исключительно тихо. Это была самая странная вечеринка в жизни Арсения (а у него их было не мало), хотя не менее весёлая. На следующий день слизеринцы, прогулявшие всю ночь, еле выползли из гостиной. Только Арсений был бодр и весел, потому что не пил и лёг спать пораньше, сославшись на плохое самочувствие. Выходя из кабинета, выспавшиеся на Истории магии студенты немного повеселели. Слизеринцы эмоционально махали руками, скакали вокруг Арсения и перебивали друг друга, пересказывая ему последние минуты матча. — Олеся вообще красотка! Как она поймала снитч! Это было невероятно! Пересказ матча, конечно, был не очень содержательным, но Арсения и такой вариант более чем устраивал. В одном из коридоров третьего этажа, в перерыв между занятиями, Арсений случайно встретился с Антоном. Тот сосредоточенно перечитывал что-то с пергамента, влепился в стену и выругался. — Ослеп от моей красоты? — подходя к нему, спросил Арс и хихикнул. — Мгм, — буркнул Антон, даже не замечая его, и снова углубляясь в чтение. — Ой, как приятно, — неожидав, что он согласится, искренне удивился Арс. — Знаешь, ты тоже ничего. — Что? — Антон поднял голову. — Ой, привет. Я что-то выпал совсем. Что ты говорил? — Что читаешь? — Арсений с любопытством заглянул в пергамент. — Формулы невербальных заклинаний. Мне их Флитвик дал, но тут хрен разберёшься, половина ещё века с шестнадцатого. Ни слова не понимаю, — Антон вздохнул, глядя на этот адский текст на древнем языке. Арсений задумчиво пожевал губу, вчитываясь в текст. — Может, я тебе помогу? — предложил он неожиданно даже для себя. — Я изучал трактаты по зельеварению Гердакока Зелёного. Думаю, стиль похожий. — Серьёзно? — Антон удивлённо уставился на него, а потом усмехнулся. — Не ожидал от тебя такого. — Помощи? — Арс скопировал его улыбку. — Не бесплатно, конечно. — Ну ладно, ставь своё условие, — Антон ухмыльнулся и придвинулся чуть ближе. — Ты будешь обучать меня невербальным заклинаниям. Они же идут только с шестого курса, да? — Да, вам ещё три года ждать, — Шастун кивнул. — Флитвик сказал, что я способный, и взял меня на индивидуальные занятия, ну ты в курсе, вроде как. Ты всегда в курсе всего. Я согласен. Они пожали друг другу руки, и Антон пошёл дальше по коридору к своему кабинету, а у Арсения почему-то появилось очень хорошее предчувствие, и улыбка сама возникла на губах.

***

Первое занятие было назначено на утро субботы, потому что это было единственное время, когда вероятность встретить людей в коридоре сводилась к нулю. Проклиная эту затею, Антон поднялся на восьмой этаж и, три раза пройдясь по коридору взад-вперёд, открыл проход в Выручай-комнату. К нему уже спешил запыхавшийся Арсений. — Ты вовремя, — хмыкнул Шастун, поворачивая дверную ручку. Они вошли в комнату. Большое и довольно мрачное помещение освещалось камином и летающими под потолком свечами, как в Большом зале. На полу из тёмного дерева хаотично валялись подушки красного и золотого цветов. Возле камина лежал большой ковёр в тех же цветах и два пуфика. — Фу, отвратительный дизайн, — фыркнул Арс, оглядываясь. — Да, сухо и тепло, не то, что в подземельях. Отвратительно, — Антон усмехнулся. — Змейка. — Не называй меня так, — Арс закатил глаза. — Давай займёмся делом. — Как скажешь, змеюка подколодная, — Антон увернулся от запущенной в него подушки и рассмеялся. — А что? Ты просил не называть тебя змейкой… — И производными! Они приступили к занятию. Антон заставил Арсения встать посреди комнаты, взять палочку в руку и закрыть глаза. Придирчиво оглядев его со всех сторон, он встал за его спиной и заговорил. — Итак, сделай глубокий медленный вдох и выдох, — негромкий голос Шастуна зазвучал совсем близко. — Для невербальных заклинаний очень важна концентрация. Поэтому поработаем над ней. Арсений кивнул, чувствуя дыхание Антона на своей шее. По коже побежали мурашки. — Открой глаза и подними подушку в воздух. — Вингардиум левиоса, — шепнул Арс, и подушка легко поднялась почти на полтора метра. — Молодец. Теперь удерживай её, — Антон встал совсем близко. Его дыхание обжигало кожу возле уха. Его руки неожиданно оказались на талии Арсения и стали медленно двигаться по ткани рубашки, оглаживая его пресс и бока. — Что ты делаешь? — спросил Арс удивлённо и раздражённо одновременно. «Что он себе позволяет? Я не разрешал себя лапать,» — подумал он, отвлёкшись от подушки, и она слегка опустилась вниз. — Держи, — вдруг грубо и резко сказал Антон, и у Арсения чуть не подкосились коленки. Подушка шлёпнулась на пол. — Плохо, — Шастун отстранился. — Это сложно, — Арсений, слегка покрасневший от смущения, ослабил галстук и расстегнул несколько пуговиц на рубашке. — Я не говорил, что будет легко. Переведи дух и попробуем ещё раз. Спустя пару минут, когда Арсений сказал, что готов, всё повторилось. — Молодец, умница, вот так, — голос Антона звучал чересчур томно. Если б только он знал, что его похвала совсем не помогает делу, а даже наоборот… — Флитвик тебя так же учил? — с усмешкой спросил Арс, чувствуя как руки Антона медленно обнимают его. Шастун фыркнул от смеха где-то возле его левого уха. — Нет, он кидал мне под ноги искры, так что я там плясал чечётку. Арсений негромко рассмеялся, но подушка осталась неподвижна. — Это моя авторская методика, согласись, так гораздо приятнее и не менее эффективно, — Антон опустил руки чуть ниже, спускаясь к бёдрам Арсения, и вдруг слегка шлёпнул его ладонями. Арс вздрогнул от неожиданности, но подушку удержал. — Молодец, хороший мой мальчик, — не сдержавшись, вдруг ляпнул Антон и на эмоциях слегка сжал его бёдра. Арсу этого оказалось более чем достаточно, чтобы подушка снова упала на пол…

***

В следующий раз, через неделю, получалось уже лучше. — Когда я привыкну, ты перейдёшь к более активным действиям? — спросил Арс, слегка подаваясь бёдрами назад к стоящему у него за спиной Антону. Они были одни, а у Арсения было удивительно игривое настроение. Хотелось пофлиртовать с Антоном и подразнить его. Какой смысл делать вид, что между ними ничего не было, когда они наедине, если на самом деле было всё. — Да, — Шастун вдруг выпустил под ноги Арсению искру, тот, выругавшись, подпрыгнул и в полёте развернулся к Антону лицом. Подушка отлетела в стену. — Ты одурел? — спросил он возмущённо, глядя на его довольное лицо. — Нужно сохранять концентрацию в любых условиях, — улыбнувшись, пояснил Шастун. — Иди в пень, — буркнул Арс и вернулся к нему. — Не ворчи, — Антон усмехнулся. — Вместо того, чтобы заигрывать со мной, лучше бы о заклинаниях думал. — Ой, больно ты мне нужен. И вообще, кто бы говорил, — Арсений цокнул языком. — Мистер «Я тебя облапаю без разрешения» — Как будто ты против, — не поверив его возмущениям, со смешком ответил Антон. Арсений в ответ протянул что-то несвязное и задумчивое. — И что? Это не значит, что можно меня лапать, — с напускным равнодушием бросил он наконец, не желая больше разговаривать с Шастуном. — Бука, — Антон несильно стукнул его по плечу. Арсений взмахнул палочкой, и одна из подушек, лежавших на полу, взлетела в воздух и свалилась на голову Антона. — Умничка! — воскликнул Шастун радостно, несмотря на то, что только что получил по макушке. Арсений удивлённо обернулся. Он даже не задумался о том, что сделал. — У тебя получилось! Первое невербальное заклинание! Арсений задумчиво посмотрел на палочку и вновь взмахнул ей. На Антона посыпались подушки одна за другой. Тот ойкнул и закрыл голову руками. — Правда получилось! — воскликнул Арс радостно, кинулся к Шастуну и крепко обнял его. — Молодец, — Антон шутливо потрепал его по волосам, и на долю секунды его взгляд остановился на губах Арсения. Спустя мгновение, по ощущениям тянувшееся вечность, оба отошли друг от друга, слегка смущаясь.

***

В целом, Арсений был не против постоянных домогательств Антона, а когда в методике Шастуна появилось ещё и лёгкое насилие в виде шлепков, щипков и прочих попыток вывести его из равновесия, Арс начал чувствовать себя извращенцем. Ему ужасно нравилось всё происходящее, и это даже начало бы его беспокоить, если бы он не видел, что Антону это нравится ни чуть не меньше. Хотелось большего. За месяц занятий Арсений с трудом, но смирился с мыслью, что ему нравится Антон. Дальше отрицать очевидное было просто невозможно. Его тянуло к нему, хотелось продлить физический контакт, прижаться ближе, почувствовать его прикосновения, увеличить занятие ещё хотя бы на полчаса, чтобы успеть насладиться его присутствием рядом, его голосом и дурацкими шутками, с которых Арсений звонко смеялся. Он знал, что Антон чувствует то же самое, но сделать первый шаг никто не решался. С завалом по учёбе и приближающимся матчем Гриффиндор — Пуффендуй заниматься дополнительно получалось очень редко, и Арсений начал скучать. Во время совместных занятий Антон был загружен учёбой и сосредоточенно конспектировал, не обращая на Арса никакого внимания, а в остальное время часами пропадал на тренировках. — Слушай, я написал ещё один перевод… — Арсений подошёл к Шастуну после Зельеварения. — Да, хорошо. Мы можем увидеться во вторник? Я постараюсь вырваться с тренировки, — ответил Антон, параллельно убирая остатки ингредиентов со стола в сумку. Он даже не взглянул на Арса. — Можем, — Арсений, недовольный этим фактом, закатил глаза. — Договорились, — Антон протянул руку за банкой с какой-то сушёной травкой, как она вдруг сама прыгнула к нему в руку. Он удивлённо уставился сначала на неё, а потом перевёл взгляд на Арсения. Тот спрятал палочку в карман мантии и невинно улыбнулся. — Наконец-то ты смотришь на меня, — Арсений немного помолчал, а потом добавил, — Ты хороший учитель. — Спасибо, — смутился Антон. — Ты делаешь большие успехи. «Мог бы сказать, что я хороший ученик. Козёл», — подумал Арс. — Я очень благодарен тебе, что ты согласился, — Арсений тепло улыбнулся. — Не за что, — Антон тоже улыбнулся, но тут же покосился на дверь. — Прости, мне нужно торопиться. Он схватил сумку, коротко попрощался и вышел из кабинета. Арсений вздохнул и с оскорблённым видом сел на край стола.

***

— Вот щекотать меня не надо, даже не думай, — Арсений взмахнул палочкой, парируя заклинание Антона. В конце занятия они устроили медленную дуэль. Все заклинания произносились невербально, с небольшой скоростью, чтобы соперник успел заблокироваться. Параллельно они вели совершенно бестолковый и местами корявый диалог, чтобы улучшить концентрацию. — Ты боишься щекотки? — спросил Шастун, выставляя щит. — Боюсь, — Арс послал в него серебристую молнию, по которой Антон сразу разгадал заклинание Риктусемпра. — Аккуратнее, — предупредил он. — Смотри, мысль в заклинание превратилась. — Хорошо, — Арсений напрягся, как мог, и послал в Антона «остолбеней». Тот едва успел отскочить, но ему всё равно порализовало средний палец. Антон удивлённо уставился на свою руку и попробовал сжать её в кулак. — Ох, как не культурно, — Арсений театрально погрозил ему пальцем. — Ай-яй-яй. Приличному волшебнику нельзя показывать маггловские жесты, грязнокровка. Антон снова показал ему средний палец, но на этот раз осознанно и с огромным удовольствием. — У тебя язык не раздвоенный случайно? — Антон хищно улыбнулся. — Змеюка. — Хочешь проверить? — ответил Арсений игриво и плотно сжал губы. — Высунь, — Антон сделал пару шагов ему на встречу. Арсений отрицательно помотал головой. — Только на ощупь, — он подался чуть вперёд и сократил расстояние между ними. Антон тоже наклонился ближе, наматывая на кулак его галстук. — Какой наглый флирт, — прошептал Шастун почти в самые губы Арсения. — Тебе кажется, — Арс хитро ухмыльнулся и, уперевшись ладонями в его плечи, отстранился. Антон отпустил его и недовольно сложил руки на груди. — Арс, я так не могу, — вдруг с серьёзным видом заговорил он. — Как долго мы будем игнорировать слона в комнате? — Ты о чём? — нахмурился Арсений. — Нас тянет друг к другу, ты же тоже это чувствуешь. Не можешь не чувствовать, — голос Антона дрогнул. — И что ты предлагаешь? — спросил Арс спустя чересчур долгую паузу. — Попробовать, — Антон сделал шаг к нему и осторожно приобнял. — Мы ничего не теряем. — Ну… — Арсений обнял Шастуна в ответ, всё ещё не решаясь согласиться, — если мы будем держать это в тайне… — Конечно, мы никому не скажем, — Антон улыбнулся. — У нас же ничего не было на Рождество. — Дурак, — Арсений усмехнулся, ласково коснулся его щеки и накрыл его губы своими. Как же давно он этого хотел. Антон шумно выдохнул в поцелуй и ответил, мягко обхватывая его губы своими. — Язык всё-таки не раздвоенный, — Антон отстранился и дерзко взглянул Арсению в глаза. — Козёл, — Арс фыркнул, схватив его за воротник рубашки, с силой дёрнул на себя и снова поцеловал, сразу скользя языком глубже, как будто хотел поцелуем сказать о том, что мучило его всё это время после Рождества. От ощущения соприкосновения двух языков сносило крышу, а в животе пархали бабочки. Шастун притянул Арсения ближе к себе, крепко обнимая за талию. У обоих перехватило дыхание, сердце бешено колотилось, пытаясь вырваться из груди, а внутри приятно покалывало от волнения. Арсений почувствовал, как мысли покидают его голову, а сознание мутится. Всё было совсем не так, как в прошлые разы. Было гораздо лучше. Взгляд Антона не был жадным и возбужденным, он был ласковым, нежным. Арсений ощутил, как уходит волнение и он растворяется в его объятиях. Шастун оставил щекотный поцелуйчик на его шее, провёл носом выше к виску и прикрыл глаза, наслаждаясь моментом. Оба расплылись в глупой счастливой улыбке. Кажется, они простояли так вечность, пытаясь надышаться друг другом. Наконец, Арсений чуть отстранился, закинул руки на шею Антона и поцеловал его самым сладким и нежным поцелуем. — Я тебя не ненавижу, — улыбнулся он и чмокнул Шастуна в кончик носа. — Я тебя тоже не ненавижу, — Антон скопировал его улыбку. — Дурила. — Сам такой. Три года я тебя терпеть не мог, с ума сойти, — Арсений разглядывал такое знакомое и одновременно как будто другое лицо Антона. Он вдруг стал гораздо красивее, чем был прежде. — Признай, что в глубине души я всегда тебе нравился, — Антон по-лисьи улыбнулся, сжимая Арсения крепче. Тот откинулся назад, удерживаемый его руками. — Ну уж нет, — протянул Арс, закатывая глаза. — Грязнокровка. — Козёл, — Антон, фыркнув, осторожно повалил его на подушки, придерживая за бедро. — Я любя. Мы же никуда не торопимся? — спросил Арс ласково, игриво шагая пальцами по груди Антона. — Ну в целом… — протянул Шастун. — Хочу полежать с тобой. Антон плюхнулся рядом и обнял Арсения, прижимая его ближе к себе. Арс уткнулся носом ему в шею, вдыхая безумно вкусный запах. Ему хотелось чувствовать Антона каждой клеточкой своего тела, прикасаться к нему, ощущать тепло его рук, слышать его мерное дыхание. Кажется, Арсений был безнадёжно влюблён.

***

— Куда ты постоянно пропадаешь? — Олеся нахмурилась и сложила руки на груди. Они стояли в коридоре возле кабинета Защиты от тёмных искусств. — Сначала мы думали, что ты занят своими зельями, но сейчас ты пропадаешь каждый день на несколько часов. — Да, Арсений Попов не сделал домашную работу, это же просто невозможно! — воскликнул Серёжа. — Не кричите, — Арсений миролюбиво улыбнулся. Он вообще всю последнюю неделю постоянно улыбался и ловил себя на мысли, что выглядит, как придурок. — Я вам всё расскажу, но чуть позже. Когда будет возможность. — Ну ладно, — Олеся с подозрением прищурилась. — С чем это хотя бы связано? — спросил Серёжа. — Ну, скажем так, с учёбой, — с загадочным видом ответил Арс. — Пиздишь, как дышишь, — буркнул Серёжа и отмахнулся. — Ладно, хрен с тобой. — Мы обещаем не давить на тебя, — нехотя добавила Олеся. Ей явно хотелось выпытать из Арсения всю информацию здесь и сейчас, но она держалась. Прозвенел колокол, и они поспешили в кабинет. Гриффиндорцы уже были там в полном составе. Локонс, сверкая белозубой улыбкой, осмотрел учеников. На доске позади него висело около двух десятков иллюстраций с разными драконами. — Итак, поскольку я лучший специалист по драконам во всей Англии, я считаю необходимым передать эти знания вам, — Локонс взмахнул палочкой, и иллюстрации сорвались с доски, зависая в воздухе. Каждая скрутилась в свёрток. — У вас будет творческая работа, — продолжал Локонс, водя палочкой и перемешивая левитирующие свитки. — Вы разделитесь на пары и подготовите доклад о том драконе, который вам достанется. Услышав о делёжке, все тут же бросились к своим парам. Олеся схватилась за Серёжу, Лиза за Диму, Джордан за Дина, а Элоди уже хотела было ухватить за руку Арсения, но тот успел улизнуть и быстренько перебежал на другую сторону класса к гриффиндорцам. — Мы будем вместе, — поставил он перед фактом Антона, демонстративно не прикасаясь к нему. — Зачем? — удивился он. — Потом объясню, — Арсений покосился на Элоди, та удивлённо смотрела на них. Как, впрочем, и все остальные ученики обоих факультетов. — Ты роешь нам могилу, — буркнул Антон и пихнул его в плечо. Локонс тем временем записывал пары учеников на пергамент, и те брали случайный висящий в воздухе свёрток. — А всё уже, поздно, — Арсений подтолкнул Антона к столу Локонса. Тот смерил их странным взглядом непонимания, но комментировать не стал и записал их имена в список. — Можете начать на занятии. Работа объёмная, поэтому останется вам в качестве домашнего задания, — Локонс вновь ослепительно улыбнулся и поднялся по лестнице в свою комнату наверху. — Как будете уходить — захлопните двери. — Препод года, — Антон презрительно скривился. — Так и я преподавать могу: откройте учебник и перепишите. Специалист по драконам хренов. — Согласен. Он даже не пытается вести — взял и просто ушёл. Арсений пожевал губу, прикидывая, есть ли смысл тут сидеть, если занятия всё равно не будет. Остальные приняли решение гораздо быстрее, поэтому вскоре оба факультета покидали тетради и учебники в сумки и вышли из кабинета, хлопнув дверью. Арсений шепнул Антону, чтобы тот шёл в библиотеку, и ушёл куда-то с Олесей и Серёжей. — Что происходит? — Лиза ухмыльнулась, наблюдая за Антоном, смотрящим в спину Арсения. — Ничего, ты о чём? — Антон вскинул бровь. — Делаешь проект с Арсением, пропадаешь куда-то постоянно, особенно по выходным, а потом приходишь и сверкаешь, как медный таз, — Лиза сложила руки на груди и начала наступление. Антон попятился назад. Дима сочувствующе поджал губы. Он знал, что пытаться остановить Лизу — это как прыгать под гусеницы танка. — У тебя кто-то появился? — спросила она, прищуриваясь, — и не Арсений ли этот кто-то? — Нет и нет, — Антон сделал оскорблённый вид, — за кого ты меня принимаешь? С ним? Да никогда в жизни! Да, у меня кое-кто появился, но пока я не могу вам рассказать, — он расплылся в глупой улыбке, вспоминая Арсения, но тут же собрался. — Просто подождите, я вам всё расскажу, но позже. И мне нужно бежать, простите. Антон виновато взглянул на Лизу, махнул Димке и побежал в сторону библиотеки. В ней было как всегда немноголюдно и ужасно пыльно. Взяв справочник о драконах, Антон плюхнулся в самый дальний угол, подальше от чужих глаз, и принялся читать про валлийского зелёного дракона. Не успел он вникнуть как следует в среду обитания сей дивной твари, как рядом уселся Арсений. — Я тебя еле нашёл, — буркнул он, пододвигаясь поближе. — Что это за приколы? — спросил Антон, тыкая пальцем в дракона. — Я подумал, что это отличный способ провести время вместе, не вызывая лишних вопросов. И заодно ты избавил меня от участи делать этот доклад с Элоди, — Арсений поморщился, вспоминая эти бесконечные часы в библиотеке. Когда к нему приставал Антон, это было гораздо приятнее. Шастун хихикнул. — С любимой девушкой, вообще-то. — Ага, если она моя любимая девушка, то это комнатный чихуахуа, — Арсений мотнул головой в сторону дракона. Антон негромко зафырчал, смеясь. У них было почти полтора часа до обеда, и всё это время они отчаянно пытались победить параграф. «До селе неведомо было, что зубы дракона сего не менее чем на две трети в жертву вонзаются, когда оный изволит пропитание себе добывать в виде скота всякого разнообразного, но особливо овец», — дочитал Антон и стукнулся лбом о столешницу. — Сука, нельзя было написать, что он овец жрёт? Арсений чихнул от вылетевшей из книги пыли и посмотрел год издания. — Это восемнадцатый век, скажи спасибо, что хоть что-то понятно, — Арсений тяжело вздохнул и снова попытался вникнуть в бубнёж Антона, записывая самые важные моменты. Наконец, где-то спустя полглавы, ему это совсем надоело, тем более, что тихий голос Антона достаточно эффективно его убаюкивал. Он опустил левую руку на бедро Шастуна, ещё пытаясь что-то записывать, и начал медленно гладить его, слегка сжимая и поднимаясь выше. Антон вздрогнул и остановил его руку. — Что ты делаешь? — спросил он с улыбкой. — Мне скучно, — Арсений положил голову ему на плечо. К счастью, стол, за которым они сидели, был отделён от всего остального зала стеллажами. — Читай дальше. Антон продолжал, а Арс тем временем осторожно провёл кончиком носа по его шее и оставил лёгкий поцелуй за ушком, пуская целую волну мурашек. — На тебя плохо влияют библиотеки, — смутился Антон. — На меня плохо влияешь ты, — Арсений ухмыльнулся и, скользнув кончиком языка по шее, слегка прикусил мочку его уха. — Ну перестань. Так нельзя. — Зануда, — усмехнулся Арс, устраиваясь поудобнее на его плече и обнимая его руку. — Если я усну, это будет на твоей совести. — Хватит баловаться, — Антон миролюбиво чмокнул его в лоб. — Давай сделаем перерыв. — Перерыв на что? — томно протянул Арс с явным намёком. — Если б я знал, что тебе так понравится секс, я б с тобой не связывался, — заворчал Антон, и Арсений мелодично рассмеялся. — У меня гормоны, а ты как хотел? — спросил он весело. — Я молодой и горячий, не то, что ты, вешалка старая. — Я тебя младше! — возмутился Антон. — А я про состояние души. Тебе, по ощущениям, девяносто, — Арсений дурашливо пихнул его локтём, а Шастун уже хотел начать его щекотать, как в одном из рядов послышались шаги. Среди полок сначала мелькнула изумрудная мантия, а потом и её обладательница. — Здравствуйте, профессор Макгонагалл, — хором поздоровались парни. Та поприветствовала их наклоном головы. — Профессор Локонс сказал мне, что вы взяли совместную работу. Рада видеть, что вы поладили. — Да, оказывается он может быть не таким противным, — Антон ухмыльнулся. — Но только иногда, — добавил Арс. — Продолжайте в том же духе, вы подадите отличный пример всем гриффиндорцам и слизеринцам, — Макгонагалл ласково потрепала их по волосам и направилась в другой ряд за книгой, которую искала. — Я надеюсь, она ничего не слышала, — прошептал Антон со страдальческим видом. — Надейся, — хихикнул Арс.

***

Доклад про валлийского дракона произвёл фурор. Антон и Арсений, убив на это несколько дней, сумели наколдовать маленькую проекцию дракончика и отпустили его летать по классу во время их рассказа. В нужные моменты дракончик останавливался, зависая в воздухе, и вытягивал лапки, хвостик, шею, крутил мордочкой и дышал огнём, демонстрируя все свои особенности и умения. Огонь, к слову, был совсем не горячий, по температуре больше похожий на дыхание. Дракончик ловко пикировал на скомканные листы бумаги и хватал их задними лапами, как настоящую добычу, пытался жечь их огнём, но лишь сдувал комочки в сторону, тут же пытался напрыгнуть на них, снова хватал и носился по всему кабинету. Антон и Арсений чертили в воздухе карты и даже изобразили скелет. Локонс, а с ним и все остальные, восторженно аплодировал. — Вот что бывает, когда два талантливых ученика объединяют свои силы, — он элегантно проскользнул мимо столов и, подойдя к мальчикам со спины, обнял их за плечи. — Я рад, что стал для вас примером для подражания. Продолжайте в том же духе, и когда-нибудь вы займёте моё место. Антон с трудом, но сумел сдержаться, и на его лице не отобразилось рвущееся наружу пренебрежение. Арсений справился хуже, и его губы сжались. К счастью, Локонс этого не заметил. Он продолжал свою тираду о том, какой он крутой. Наконец, когда он сделал паузу, чтобы перевести дыхание, парни, улучив момент, попросили разрешения сесть, и он позволил им вернуться на места. Парни сели рядом за первую парту, а порядком уставший за занятие дракончик разместился у Арсения на голове, уютно устроившись на его макушке. Его зелёная чешуя слегка поблёскивала в свете магических ламп.

***

— Я хочу его оставить, мне его жалко, — заявил Антон после занятия, прижимая к себе дракончика. Локонс задержал их после урока, выпытывая всё о заклинании, которым они рисовали в воздухе. Оно было создано Антоном, и делиться им он не хотел, но выбора ему не оставили. Пока Локонс их пытал, все остальные уже ушли, и парни шли на обед вдвоём. — Он же ненастоящий, — Арсений, останавливаясь, сложил руки на груди, — это просто уплотнённая проекция. — И что? Я назову его Башмак, и он будет со мной жить, — Антон любовно почесал Башмаку шейку, а тот в ответ довольно заурчал и защёлкал. — У нас с ним взаимная любовь. — Я начинаю ревновать, — улыбнулся Арсений, подходя ближе, и тоже погладил дракончика. Тот толкнулся мордочкой ему в ладонь и потёрся щёчкой, слегка царапая кожу жёсткой чешуёй. — Ладно, ты прав, он очень милый. Давай его оставим. — Я знал, что у тебя есть сердце, — усмехнулся Антон, уворачиваясь от замахнувшегося на него Арсения. — Тише, у меня наш сын. — Не говори так, — Арсений всё-таки шлёпнул его по плечу. — Почему? — хихикнул Антон. — Звучит отвратительно, — Арс закатил глаза. — Это наш питомец. — Мы его вместе сделали, так что я бы поспорил. — Дурак, — Арсений цокнул языком, — пойдём скорее, на обед опоздаем. Они быстрее зашагали по коридору. Недовольный Башмак, которого широкие шаги Антона укачивали, взмахнул крыльями и, вырвавшись из рук Шастуна, полетел за ними следом.

***

На нейтральной территории школьной библиотеки собрался консилиум из четырёх человек. Олеся, Серёжа, Лиза и Дима сидели друг напротив друга и о чём-то размышляли. Олеся задумчиво постукивала ногтями по столу. Дима чесал нос. Лиза крутила в пальцах кольцо, а Серёжа смотрел в потолок. — Ну что? — наконец заговорил он. — Ваши версии? — Они два мудака, принимается? — буркнул Дима. — Принимается, — тут же согласился Серёжа. — Ну это мы и так знали, — протянула Лиза. — А новая информация есть? — Нет, — Олеся пожевала губу. — Давайте восстановим хронологию событий. — Да, получается, что до каникул всё было как обычно… — начала размышлять Лиза. — Мы уехали и оставили их вдвоём, — закончил Серёжа с недовольным видом. — И что-то произошло, — Дима стукнул ладонью по столу. — Я вам говорю, они сто пудово вместе. — Да не гони, — отмахнулся Серёжа. — Ты думаешь, они подрались и тут же начали встречаться? — За Антона я говорить не могу, но Арсений точно не такой, — Олеся тяжело вздохнула. — А есть свидетели их драки? — с вызовом спросил Дима. — Нихрена. — Только Джордан, — озарило вдруг Лизу. — А он Шастуна легко прикрыл бы. Олеся и Серёжа многозначительно переглянулись. — А у нас уже давно ходит слух, что кто-то на Рождество занимался сексом в нашей гостиной. Хор из четырёх голосов слился в протяжный стон осознания: «Ёб твою мать».

***

Жизнь шла своим чередом. Будние дни сменялись выходными, а те снова будними и так по кругу. Учёба отбирала всё свободное время. Бесконечные длинющие доклады по Зельеварению, Защите от тёмных искусств, Истории магии со всеми гоблинскими восстаниями и войнами и ещё целый ворох всяких заданий, практик и конспектов по теории. Снегг, и без того всегда жутко вредный, перед пасхальными каникулами как с цепи сорвался и заваливал студентов домашними работами по самую макушку. Даже Хагрид и профессор Стебль не удержались от письменных работ. Антон скрипел пером по пергаменту, бездумно переписывая из учебника целый абзац о вампирах и прочих кровососущих тварях. Все его мысли были заняты Арсением. Он ужасно соскучился. Рядом, положив мордочку на учебник по Травологии, спал Башмак. Антон ни капли не осуждал его: он бы тоже с удовольствием поспал вместо этой ерунды. Желательно с Арсением. Антон недовольно фыркнул, ругая самого себя за эти мысли, и попытался снова вникнуть в учебник. Получалось уж совсем плохо. Наконец, он сдался. — Сегодня выходной, чё я себя насилую? — спросил он вслух, ни к кому не обращаясь. Башмак продолжал спать, разве что стал сопеть чуть громче. Антон встал, сгрёб все свитки и книги в ящик стола, сбегал в спальню за коробкой шоколадных конфет с разной начинкой и вышел из гостиной. Он догадывался, где искать Арсения, и оказался прав. Он вошёл в Выручай-комнату как раз в тот момент, когда Арсений писал на листочке пергамента название своего изобретения. Услышав звук, он вздрогнул, едва не подпрыгивая на месте, и резко обернулся. — Дурак, ты чего пугаешь? — буркнул он недовольно, но всё же не смог сдержать радостной улыбки при виде Шастуна. — И тебе привет, любимый, — усмехнулся Антон, проходя по лаборатории ближе к столу. Для Арсения Выручай-комната стала местом для опытов. Большое кресло стояло в углу возле стеллажей с книгами, по середине комнаты находился заколдованный огонь, над которым стоял огромный старый грязный котёл, наполненный розово-оранжевой жидкостью с золотым переливом. Несмотря на симпатичный внешний вид, пахло это варево просто отвратительно. А за котлом располагался старый деревянный стол, над которым висели полки, заставленные ингредиентами. Такими же забитыми всякими колбочками и баночками были и два шкафа по бокам от стола. — Как успехи? — спросил Антон, обнимая Арсения со спины и коротко целуя его в шею. По спине Арса побежали мурашки. — Я почти закончил, скоро начну испытания, — Арсений откинулся назад, нежась в руках Шастуна. — Это тебе в качестве презента, — Антон положил на стол коробку конфет. — Очаровательно, спасибо, — Арсений усмехнулся и открыл её. — Подай мне «Травы и растения», пожалуйста. Это синяя книга, там, на полке. Антон отошёл к стеллажу и, пробежавшись глазами по корешкам, вытянул огромный старый фолиант с верхней полки. На него посыпалась пыль. — Фу, блин! — чихая и отряхиваясь, воскликнул он. Арсений рассмеялся. — Спасибо, — он положил книгу на стол, взял одну конфетку и протянул её Антону. — Угощайся. Антон обхватил конфету губами, слегка задевая пальцы Арсения, и, прикусив её, съел. — Вкусно, кстати, — жуя, довольно заметил он. — Отлично, — Арс тоже взял одну конфетку и скрыл странную ухмылку. — Что ты вообще делаешь? — Антон уселся на край стола и взглянул на разные колбочки и гору пергаментных свитков. — Создаю новое зелье, я же тебе уже рассказывал, — Арсений взял ещё одну конфету и принялся запечатывать один из бутыльков. — Ну я помню, ты говорил что-то про зелье истинных желаний, но зачем? — Любви к зельеварению не достаточно? — Нет, — Антон усмехнулся. — Я люблю заклинания, но не трачу всё своё свободное время на выдумывание новых, хотя мог бы провести время со своим парнем. — А знаешь почему ты этого не делаешь? — М? — Потому что ты балбес. У тебя извилин не хватит для таких сложных вещей. — Спасибо, солнышко, — саркастично ответил Антон. — На здоровье, любимый. Не ревнуй меня к зельям, — Арсений чмокнул его в недовольно поджатые губы. — Кушай конфетку. Антон взял ещё одну конфету из рук Арса и стал выглядеть гораздо более довольным. — Я это делаю не просто так, мне кажется, интересно узнать, чего человек хочет на самом деле. Иногда и сам не знаешь, чего ты действительно хочешь, — Арсений дождался, когда сургуч на пробке затвердеет и повязал на горлышко ниточку с биркой. — Начинаешь думать, пытаться анализировать свои чувства, а надо просто им довериться и раствориться в них. — А какие именно желания оно показывает? — Антон спрыгнул со стола и встал рядом с Арсением. — Самое сильное на данный момент. Вот, например, ты. Ты знаешь, чего ты хочешь прямо сейчас? Антон задумчиво пожевал губу, а потом пожал плечами. — Вот именно об этом я и говорю. Ты сам не знаешь. А вдруг у нас разные желания, просто мы этого пока не понимаем? Разные цели на жизнь, планы… А вдруг в будущем мы поймём, что хотим разного? — Не грузись, Арс, — Шастун ласково убрал прядь его волос ему за ухо. — Никогда не думай о будущем так, как будто ты можешь на него повлиять. Мы с тобой слишком маленькие для этого мира, а жизнь слишком непредсказуемая, чтобы планировать вперёд. Я даже не хочу думать о себе через десять или пятнадцать лет. Да даже через год. Всё точно изменится и будет не так, как я себе представляю. Сейчас я счастлив. И я с тобой. А это самое главное. — Наверное, ты прав, — Арсений крепко обнял его, прячась в его объятиях от непредсказуемого мира. — Мне кажется, я просто боюсь неопределённости. — Это нормально, — Антон поцеловал его в макушку. — Что с этим делать, я не знаю, но ты точно в этом не одинок. — А знаешь, давай побудем вместе. Я действительно многовато времени провожу возле котла, — Арсений поднял голову, заглядывая в изумрудные глаза Шастуна. — С удовольствием.