О любви или зависимости

***

Он увидел ее на бульваре. Вся в белом словно невеста. Светлые волосы и ангельский лик. Она была настоящей леди — шляпка, туфельки. Настоящая принцесса . Альфред любил нетронутых принцесс. Темная тень шла за ней, а она о ней и не догадывалась. Она следовала за ней от самого утра и до самой ночи, через бульвары с запахами свежих овощей, растений и другой различной еды до отеля с запахом смрада, совершенно не подходивший принцессе. Ее голубые глаза глядели в темноту. Грудь часто часто поднималась в попытке наладить дыхание. Нет она все же слышала. Кто-то следует за ней. И долго. Мысли ее напомнились страхом. Руки сжались в кулаки. Лужи, мимо которых ее ноги до этого ступали не глядя заливали туфельки. И.. Она побежала. Туман не давал увидеть что-либо вокруг. Единственный ее ориентир стал поле, вернее горизонт где-то там на открытой ночной местности. В небе сквозь облака показалась кровавая луна. Она бежала, несмотря на неудобную обувь, короткие волосы, лезжие на глаза и прилипавшие к разгорященным щекам. Она бежала так быстро посреди этого туманного поля, стремясь к горизонту, что зацепилась за корягу и упала. Мадлен ощутила всю боль этого мира и страх в своих ранах и душе. Ее щека была обезображена и рассечена, в губах скопилась кровь. Ноги были подраты, колготки безуспешно порвались. Ей было жаль, несмотря на опасность, такие трудно было раздобыть в то время. Глаза неземного ангела напомнились слезами, при виде темного существа, гнавшегося за ней весь день. Поднялся резкий ветер, он вспотрошил ее короткие волосы, собрал тучи над ее головой и громкая дрожь сотрясла все тело. На красивом лице незнакомца появилась улыбка. — Я видел твою жизнь дитя мое. Скажи, хочешь ли ты и дальше так жить или может желаешь измениться раз и навсегда? Речи этого существа были сладки как мед, но это и пугало. — На нашей земле всегда искали вампиров и убивали. А ты хочешь пригласить меня на верную гибель? — Ты и так умрешь. Но если осмелился жить в мертвом теле веками, сможешь изменить жизнь своих любимых. В голове ангела возник образ брата – кузнец, получавший сущие крохи. Тот, кто мог сейчас жить совсем иначе, если она могла бы ему помочь. Он может и не умер бы как все мужчины рабочие в 23 года. — Что мне нужно сделать? Не отвечая, незнакомец приблизился к ней. Ангеловидная девушка увидела яркие жёлтые глаза, прежде чем внешность красивого вампира обезобразилась черными линиями по всему лицу и он ее не укусил в шею. Он совершенно не беспокоился о ее боли, наслаждаясь молодой и сладостной кровью. Целовал её, кусал ее и сжимал в своих сильных нечеловеческих мощи руках. Вот она произнесла последний вздох и глаза ее застыли, с отражением багровой луны. Волосы ее начали темнеть как и подобает демоническому созданию. Кожа приобрела мертвенно-бледный оттенок. В месте укуса остался фиолетовый след засоса с двумя дырками от клыков. Затем, она очнулась. Вампирша сдружилась со своим создателем. Они искали кого можно укусить и он ее учил кусать людей правильно, учил контролю и многому еще. Когда старичок друг создатель спустя несколько веков был по сравнению с ним немного отсталым она начала учить его обращаться с гаджетами правильно, а затем и правильно охотиться. Для наглядности Вампирша показала ему свой профиль на фейсбуке засосы и укусы. Люди приезжали к ней за этими услугами, а сами попадали в новую для себя жизнь. Так вампиры в 21 веке создавали своих потомков, а еще и зарабатывали на будущую жизнь. — совсем не просто теперь быть вампиром, — ответил ей ее создатель. — Мне было не просто тогда, в 19 веке нежели сейчас. Мадлен вспомнила как проходили ее первые убийства. Они с создателем выбирали ей в жертвы обычных бедных мужчин и парнишек, таких как ее брат. Создатель настаивал на том, чтобы это были именно они. От похожести их с ее родным человеком молодая вампирша пересиливала себя, когда грызла им глотки и она хотела их оставлять в живых уж поверьте, но не получалось. При соприкосновении ее губ с кожей она теряла себя и становилась дьяволицей с черными полосами на лице. Когда же она выразила несогласие с выбором жертв Мадлен была оскорблена создателем. — Ты больше не выглядишь как ангел! Кроме мужчин никто не тебя не клюнет, ведь им ты не нужна! Мадлен знала, что дело не в них, а в нем, в создателе. Он любил ее то время, пока следил за ней, прежде чем обратить. Он влюбился в ту ангельскую внешность, но когда человек становится вампиров внешне он меняется: становится черствее как и его душа. С каждым смертельным укусом Мадлен представляла на месте жертвы своего создателя, когда вновь вспоминала о тех его словах. И однажды она сделала так, что ей не нужно было все представлять. Если же человеку для мести требуется время, то вампиру в сто крат больше. Шли века и наконец, человечество изобрело то, что способно ослабить дьявольских существ. И этот порошок сегодня подсыпала Мадлен в кружку с кровью создателя. Он был в отключке, разложивший на кровати как морская звездочка: руки и ноги вытянуты в стороны. Чернобровая Мадлен с осиновым колом в руках подошла к нему и села рядом. Она надавила на его грудь острием. Молодое лицо его не выражало сопротивления, как и тело. Это было лицо, которое она любила несмотря на все. Все обиды, оскорбления и приносимую им боль. Мадлен хотела взять м надавить, чтобы с ее могущественной силой разломать его сердце древом, но не смогла. Она упала на его каменное тело и подняла невольную руку, чтобы та ее обняла. Девушка разрыдалась кровавыми слезами и закричала. Она не могла его убить. Она его уже слишком сильно полюбила. Тогда она осознала, что слаба. Так слаба по сравнению с ним. Поступи она также как и он с ней он бы не задумываясь прикончил ее, но она.. просто не могла. Даже несмотря на то, что он убил ее брата. Она слишком зависима от него. — Уже поздно, — прошептала она в темноту. Жизнь вампиром для него может и была легка. Он любил забавляться с жертвами оставлять засосы, укусы, подчинять девушек и с ней он сделал ровно тоже самое, но как только сделал так и потерял интерес. А она привязалась к своему создателю. Она сама вырыла себе за несколько веков яму. Она и должна там умереть. В любом случае он ее уже не достанет. Пусть она и не воссоединиться с братом. Мадлен оглядела его лицо: высокие скулы, чёрные брови, зализанные назад волосы и расслабленные, безмятежные глаза, закрытые бледными веками. Губы его все также бледно розового оттенка малины, что она любила. Она влюбилась в него, когда он был тенью, он когда она была ангелом. Он же этого ангела и исчернил. Мадлен наклонилась к нему. Ее короткие темные волосы закрыли их лица. Губы ее коснулись безмятежных его губ. — Спящий ты тоже красивый. Может даже красивее. — Надеюсь я тоже останусь тебе мила, когда усну. Коснувшись его лица в последний раз, Мадлен вонзила в свое сердце кол. Глаза ее приобрели еще более блеклый оттенок, чем были, лицо исказилось от боли. Несчастная, Нелюбимая никогда вампирша свалилась бревном на его тело. Утром он обнаружит ее как и в тот раз — ангелом с белыми, словно облако волосами и застывшим в слезах и испуге взгляде. Только с колом в груди. Он впервые заплачет. Мертвое сердце будто бы заболит от боли.