锦瑟/Парчовая Цитра/Джин се

Ши Удуань когда был маленьким, выпил случайно эликсир(liú fēng lù, буквально «капли оставшегося ветра», алкогольный напиток), и чуть не лишился жизни, потом примерно из-за проклятия, оставленного на тысячу лет, случайно выжил, и остался со склонностью к мерзлявости, с тех пор очень боялся холода, зимой легко простужался и кашлял. Позже он вырос, делал плохие вещи и был поражён молнией, чуть не лишился жизни снова, потом примерно из-за того же проклятия, оставленного на тысячу лет, случайно снова выжил, использовал большое дерево Бодхи и главу секты как основу, сделал себе новое тело, с тех пор боялся и холода, и жары, действительно считал себя как растение, в жару и холод не выходил из дома. Бай Ли раньше очень переживал, специально съездил на священную гору и внимательно осмотрел священное дерево Бодхи, заметил, что тот человек не боится ни холода, ни жары, летом растёт вместе с растениями, листья ароматны, зимой, на снежных вершинах, всё равно остаётся зелёным и живым. Он сильно удивился и спросил : «Почему он зимой чувствует холод?» Глава ответил: «Зимой ты тоже будешь чувствовать холод.» Бай Ли снова спросил: «А почему летом, в жару у него нет сил?» Глава Чжи Е сказал: «Все люди в жару теряют силы.» Бай подумал, что это логично, но всё равно не успокоился и сказал: «Но раньше он не был таким нежным.» Чжи Е кратко ответил: «Если не наказывать человека три дня, он начнет лазить по крыше и срывать черепицу.(sān tiān bù dǎ, shàng fáng jiē wǎ, букв. «три дня без наказания — поднимешь крышу и сорвёшь черепицу», идиома о том, что без дисциплины человек распускается).» Бай Ли посмотрел на него, вспомнил, как в прошлый раз старик заставлял его плести соломенное чучело, подумал, что тот кроме обмана и пустых слов ничего не умеет, и ушёл. Ши Удуань раньше говорил, что не может быть свободным, но теперь он наконец свободен, однако не носится куда попало, а ведёт жизнь «не выходя за ворота», холодно — не выходит, жарко — не выходит, ветер и дождь — тоже не выходит, только когда солнечно и приятно, он, как черепаха без панциря, лениво выходит из маленького дворика на полпути горы и прогуливается по задней части горы. Свобода для него, похоже, была лишь ощущением. По его словам: «Это как если бы меня заперли в комнате, я бы каждый день думал только о том, чтобы вырваться, даже рискнув всем, чтобы выбраться. А если я могу идти куда хочу, как сейчас, я максимум подумаю, посмотрю, солнце так ярко, и мне лень двигаться.» Он говорил это, лёжа рядом с Баем на крыше, над головой — круглое лунное светило, посередине — чайник с алкоголем, скорее всего Бай Ли держал его,Удуань не спорил, алкоголь был слабый, и не опьянял. Бай Ли услышал его слова и сказал: «Тогда подойди сюда.» Ши Удуань повернул голову, Бай Ли вытянул руку, схватил его, прижал, ласково потерся, потом нахмурился и задумался: «Ммм…» Ши спросил: «Что?» Бай с досадой сказал: «То, что ты говоришь, логично, но на самом деле не так.» Удуань недоуменно спросил: «Почему не так?» Бай Ли: «Например, я могу обнять тебя, куда хочу дотронуться — дотронусь, и всё равно не удовлетворён, хочу что-то ещё.» Он уже просунул руку в воротник мужчины, провёл пальцами по рубашке, нежно потер, но не углубляясь, тихо сказал: «Удуань…» Ши схватил его за руку: «У тебя начался период гона?» Бай Ли честно сказал: «Каждую ночь, когда сплю рядом, думаю об этом, но ты рано спишь, боялся разбудить, поэтому терпел.» Если бы были другие люди, Бай Ли немного сдерживался бы, но в маленьком дворике на полпути горы были только они, Ши Удуань обычно не обижался на слова, поэтому говорил всё как есть. Он уверенно сказал: «Мы вдвоём, хорошо, вместе, неужели никогда не будем делать это?» Удуань подумал, что это логично, прижимался к нему, сам чувствовал дискомфорт, опёрся локтем о крышу, перевернулся, прижал Бай Ли, двигая его руку, зацепил ладонь, прищурил глаза, улыбнулся: «Хорошо, тогда я буду служить тебе.» Кадык Бая едва двинулся, Удуань наклонился, спокойно лизнул уголок его рта, как мастер любовных дел, Повелитель Демонов смотрел на его лицо, закрывал глаза, потом открывал снова, не желая упускать его из виду. Потом… Бай Ли резко перевернулся, прижал Удуаня руки и спросил: «Почему ты такой неловкий?» Ши Удуань терпеливо: «Молодой господин, я не неловкий, а двигаюсь руками и ногами.» Бай Ли прямо парировал: «Ты притворяешься, что двигаешься, на самом деле не знаешь куда.» Ши Удуань оттолкнул его и коленом заблокировал ноги: «Я знаю!» Бай Ли снова прыгнул: «Ты ничего не знаешь.» Ши Удуань: «А ты знаешь, кто заставил меня в прошлый раз заболеть на несколько дней?» Бай Ли вспомнил и почувствовал вину, снова оказался под давлением Ши Удуаня. Бай Ли тихо сказал: «Я знаю… в прошлый раз ранил тебя, потом купил книгу и изучал.» Ши Удуань испугался: «Что ты купил?» «Небольшую брошюру,» — сказал Бай Ли без стыда, прямо: «Она учит, как двоим быть вместе, шаг за шагом, с картинками, я всё записал.» …Будто это не «эротическая книжка (lóng yáng shíbā shì, досл. «18 техник Драконьего Ян», эротический трактат)», а боевое руководство! Бай Ли был в шоке… он такого точно не видел. Глаза его округлились, зрачки завертелись, ресницы подрагивали, дыхание было синхронным, Бай Ли почувствовал тепло в груди, руки скользнули вниз по спине Ши Удуаня до бёдер… Ши Удуань вдруг сказал: «Нет, ты лишь на словах учил, это теория.» Они снова начали бороться, катались по крыше, в итоге свалились с неё. Бай Ли обнял Ши Удуаня, легко вращаясь в воздухе, приземлился на ноги, одна нога наступила на овощной участок возле дворика, прозвучал лёгкий звук, и из земли поднялся белый дым. Бай Ли почувствовал предчувствие беды — Овощной участок их дворика не для овощей,Ши Удуань использовал его для расстановки ловушек. Ши Удуань почувствовал, что руки стали свободны, если бы не быстрая реакция, он бы упал. Потом он оглянулся… Бай Ли стоял одной ногой на камне превратившись в ребёнка лет десяти, с причёской взрослого, с лисьими ушами торчащими на голове, без выражения лица смотрел на него. Ши Удуань долго сдерживался, наконец не выдержал, отступил на два шага и громко засмеялся. Бай Ли сердито сказал: «Смеёшься…» Он закрыл рот, голос стал мягким, детским, словно кокетничает. Вдохнул глубоко, принизил голос: «Что за чёрт, скорее освободи меня.» Ши Удуань присел, осмотрел его: «Это… «узел связывания бессмертных», сколько бы сил у тебя не было, находясь внутри один час — все силы теряются, малые демоны возвращаются к исходной форме, поэтому ты не можешь стать маленькой лисой, только ребёнком с лисьими ушами.» Он сжал уши Бай Ли в ладони, мял и играл. Ли покраснел: «Чего трогаешь!» «А нельзя потрогать?» — чем больше Бай Ли уворачивался, тем больше увлекался Удуань. Овощная грядка была полна таких ловушек Удуаня, даже Бай Лине осмеливался случайно наступить, сжимался и терпел его шалости. Наконец Ши устал, наклонился, вынул Сяо Ли из-под грядки, заметил, что тот внимательно запоминал путь под ногами, лениво сказал: «Не смотри, это каждый день меняется, твой ум для подсчёта денег не справится.» Бай Ли прижал шею к нему, укусил. Ши Удуань похлопал по спине: «Не торопись, хоть с детства красив, я не буду делать зверские вещи.» Бай Ли помолчал, почувствовал силу, подавляющую его, и полностью сопротивлялся. Ши Удуань без опаски, нёс его в дом, положил на кровать, смотрел на его короткие ноги, это казалось забавным, потом тихо улыбался, носил воду и мыльницу, весело сказал: «Милый, после умывания сниму одежду.» Одежда была длинная и широкая, волочилась по полу. Ши Удуань повернулся, белые рукава подёргивались, постепенно стали по размеру, потом снова вернулись к прежнему. Он серьёзно сидел, как маленький взрослый. Ши Удуань закончил умывать его, собирался снять одежду, Бай Ли поднял руку: «Сначала ты сними.» Ши Удуань улыбнулся: «Ты уже так, чего же ещё хочешь?» Бай Ли не отвечал, пытался расстегнуть пояс,Ши Удуань играл, позволял, видя, что Бай Ли собирается обнажить его, медленно сказал: «Хватит, оставь одну вещь, вечером холодно.» Слова не успели закончиться, перед глазами мелькнуло, вес на коленях увеличился, Ши Удуань не успел среагировать, был прижат к кровати, восстановившийся Бай Ли холодно засмеялся: «Твои маленькие трюки могут сдержать кого-то на час, но не меня.» Ши Удуань: «Ах!» мгновенно подстроился мужчина и сказал: «Я ошибся, не трогай, холодно… эй, эй!» Потом… Бай Ли ни за что не даст ему замёрзнуть, все читающие понимают, непристойное не стоит смотреть.