Раны на твоём сердце

POV: Вики

Выходные закончились. Они были прекрасны — эти два дня, которые перевернули мою жизнь. Я просыпалась и засыпала с мыслями о нём, с ощущением его рук на своей коже, с запахом его духов, который, казалось, въелся в мои простыни навсегда. Я почувствовала себя легко. Впервые за долгие годы тяжесть, которая давила на грудь, куда-то исчезла. Все проблемы — расследование, тайны прошлого, страх перед будущим — ушли на задний план. Душа будто расцвела, расправила крылья, задышала полной грудью. Сегодняшний понедельник был каким-то особенным. То ли из-за прекрасных выходных, то ли из-за того, что мы с Люцифером сблизились так, как не были близки никогда. Хотя, если честно, это было одно и то же. Он стал частью меня. Неотъемлемой. Работа началась отлично. Я разобрала гору документов, ответила на десятки писем, подготовила отчёты — и всё это на каком-то автоматизме, словно тело работало само, а мысли витали где-то далеко. Уже к полудню я выполнила значительную часть дневного плана и решила немного отдохнуть. Подошла к окну, обхватив себя руками, и уставилась на город. Чикаго жил своей жизнью — шумной, суетливой, равнодушной. Машины неслись по улицам, люди спешили по делам, где-то вдалеке гудел пароход на озере. Городу не было дела до моих переживаний. И это почему-то успокаивало. Я посмотрела на своё отражение в стекле. На мне сегодня было чёрное платье — чуть выше колена, облегающее, с открытыми плечами. Оно приятно обтягивало тело, подчёркивая каждый изгиб. На ногах — чёрные босоножки на высоком каблуке, от которых к концу дня обычно гудели ноги, но сегодня я не чувствовала усталости. Только лёгкость. Только предвкушение. В мыслях снова и снова крутилась наша ночь. Его губы на моей коже. Его шёпот. Его руки. Его глаза, которые смотрели на меня так, будто я была единственным светом в этой жизни. Я улыбнулась своему отражению и тут же нахмурилась. А что дальше? Как сложатся наши отношения? Что мы будем делать? Как отреагируют Ева и Самаэль, если узнают? Одобрят ли они этот союз — союз родного сына и приёмной дочери? Как отнесутся окружающие? Коллеги, партнёры, друзья семьи? Я не знала ответов. Но мне предстояло это обсудить с Люцифером. Сегодня. Сейчас. Возможно, пока всё должно оставаться тайной. Возможно, это единственный способ сохранить то, что между нами есть — не разрушить его под весом чужих мнений и общественных норм. Я глубоко вздохнула, собрала документы, которые нужно было отнести на подпись, и направилась к лифту.

***

Двадцатый этаж встретил меня привычной прохладой и тишиной. Кристи сидела на своём месте, как всегда, идеальная до последнего волоска. — Мисс Вайт, добрый день! — сказала я максимально приветливо, решив, что сегодня хороший день, чтобы быть доброй ко всем. Даже к ней. — Добрый, — ответила она сухо, даже не поднимая глаз от монитора. Настроение было таким приподнятым, что мне вдруг захотелось поговорить с ней. Просто так. Поболтать о пустяках, как с обычным человеком. — Как вам мероприятие в субботу? — спросила я, останавливаясь у её стойки. — Понравилось? Кристи подняла на меня удивлённый взгляд — кажется, она не ожидала, что я вообще способна на вежливый разговор. — Да, — ответила она, и в её голосе появилось что-то похожее на человечность. — Было очень даже хорошо. Я давно не была на таких красивых праздниках. Ваша мама — замечательная хозяйка. — Ева? — я улыбнулась. — Да, она умеет создавать атмосферу. — Я надеюсь, — Кристи чуть помялась, но всё же продолжила, — что у меня ещё будет возможность познакомиться поближе с вашей семьёй. Вы все такие... настоящие. — Конечно будет, — ответила я, и, к своему удивлению, поняла, что говорю искренне. — Не сомневайтесь в этом. — Спасибо, — она улыбнулась — впервые, кажется, за всё время нашего знакомства. — Вы к мистеру Брауну? — Да. — Проходите, — она махнула рукой в сторону кабинета. — Он у себя. Я постучала один раз и вошла. Медленно. Не торопясь. Давая себе время собраться с мыслями. При виде меня Люцифер встал из-за стола. Но не двинулся с места. Просто смотрел. Несколько секунд мы просто стояли и смотрели друг на друга. Время словно остановилось. — Привет, — сказала я тихо, и это слово прозвучало как-то по-особенному — интимно, тепло, по-нашему. — Привет, Вики, — ответил он, и его взгляд скользнул по моему платью, задержался на открытых плечах, на каблуках. — Ты прекрасно выглядишь. — Спасибо, Люцифер. Я подошла к его столу, положила документы на гладкую поверхность. Мои пальцы дрожали, и я надеялась, что он этого не заметит. — Нам нужно кое-что обсудить, — сказала я, глядя ему в глаза. — Ты права, — он кивнул, и в его взгляде мелькнуло что-то — тревога? Ожидание? — Я тоже хотел с тобой поговорить. Внутри всё сжалось. Хоть бы он не сказал, что жалеет. Это будет слишком больно. Сердце разобьётся снова. А на нём и так уже столько шрамов, столько ран, которые только начали заживать. Ещё один удар — и оно просто перестанет биться. — Давай я первая? — предложила я, боясь услышать его слова. — Хорошо. Мы стояли возле окна. Солнечный свет падал на его лицо, делая глаза почти прозрачными. Я смотрела на него и пыталась угадать, о чём он думает. Что чувствует? О чём хочет сказать? — В общем... — я замялась, чувствуя, как слова путаются в голове. — Люцифер, я не жалею ни о чём, что было в ту ночь. Я тебе это говорила уже, и могу сказать ещё миллион раз. Это было лучшее, что случалось со мной в жизни. Ты — лучшее. Он молчал, слушая. В его глазах плескалась такая глубина, что я тонула. — Но сейчас... — я замолчала, подбирая слова. Как объяснить? Как сказать так, чтобы он понял, чтобы не обиделся, чтобы не подумал, что я отказываюсь от него? — Сейчас мы не можем показать, что между нами что-то есть. Родители... они могут не принять. Вернее, им нужно время, чтобы привыкнуть к этой мысли. А между нами нет чёткого понятия, кто мы друг другу. Мы не определили это. Я просто хотела... чтобы мы не показывали пока никому, что происходит между нами. Я замолчала, чувствуя, как сбивчивые слова повисли в воздухе. Получился какой-то несвязный бред. Наверное, он ничего не понял. — Вики, — Люцифер сделал шаг ко мне, но не коснулся. — Я понимаю, что ты хочешь сказать. — Правда? — Правда. — Он вздохнул, и я увидела, как напряглись его плечи. — Нам и правда нельзя пока ничего афишировать. Мы должны разобраться с твоим делом, найти убийцу твоих родителей, понять, что происходит. А потом... потом будем пробовать что-то другое. — Ты не жалеешь? — спросила я, боясь ответа. — Нет, — ответил он твёрдо. — Я тоже ни о чём не жалею. Та ночь запомнится мне на всю жизнь. Она была прекрасна, и чувства, которые я испытал, ни с чем не сравнить. Он сделал ещё шаг. Теперь между нами было не больше полуметра. Я чувствовала его дыхание. — Но нам и правда нужно пока держать дистанцию при всех, — продолжил он. — Как будет получаться наедине — это уже другое дело. Я не собираюсь отказываться от тебя, Вики. Запомни это. — Я запомню, — прошептала я. — Документы на столе, — я кивнула в сторону его стола, пытаясь вернуть разговор в рабочее русло. — Я тебе ещё нужна? Он посмотрел на меня долгим взглядом. В его глазах было столько всего, что слова были не нужны. — Нет, — ответил он наконец. — Если что, я наберу. Я развернулась и пошла к выходу. Тело сопротивлялось. Каждый шаг давался с трудом. Мышцы кричали: вернись! Остановись! Обними его! Сердце рвалось назад, к нему, чтобы снова почувствовать тепло его тела, чтобы вдохнуть его запах, чтобы прижаться к его груди и слушать, как бьётся его сердце. Но я шла. Потому что так было правильно. Потому что мы должны были это сделать. У самой двери я остановилась на секунду, но не обернулась. Не могла. Если я увижу его сейчас — не уйду. Дверь закрылась за мной с тихим щелчком. И только тогда, в пустом коридоре, я почувствовала, как по щеке скатилась одинокая слеза. Горячая. Солёная. Обидная. Мы не поставили точку. Мы просто отложили это. Но разве можно отложить любовь? Я не знала ответа. Вытерев слезу тыльной стороной ладони, я глубоко вздохнула и направилась к лифту. Дальше будет видно. А пока... пока я посвящу всю себя подготовке дня рождения Мими. Я же ей обещала. Может, работа и забота о других помогут заглушить эту боль. Может быть.

***

POV: Люцифер

Дверь закрылась, и я остался один. Стоял посреди кабинета и смотрел на эту чёртову дверь, за которой только что исчезла она. Моя Вики. Моя девочка. Моя женщина. Я видел, как ей тяжело. Видел эту слезу, которую она пыталась скрыть, когда выходила. Видел, как дрожали её плечи. И ничего не мог сделать. Ничего не мог сказать. Потому что она была права. Мы не можем сейчас. Слишком много всего. Расследование, родители, репутация компании, чёртово общественное мнение. Если это выплывет раньше времени — её раздавят. Её будут называть охотницей за деньгами, соблазнительницей, бог знает кем ещё. А я не смогу её защитить. Я сел в своё кресло, откинулся на спинку и закрыл глаза. Мысли были не здесь. Они были там, в том разговоре, в той секунде, когда она сказала: «Нам нужно пока не показывать». Они были с ней, в её кабинете, на её коже, в её дыхании. Для нас действительно это было лучшим вариантом на данный момент. Я не собирался от неё отказываться. Нет. Ни за что. Мы подождём. Совсем немного. Разберёмся с делами, найдём убийцу, переживём этот период. А потом... Потом я никуда её не отпущу. Я открыл глаза и посмотрел на документы, которые она принесла. На столе лежала папка. Я протянул руку, чтобы взять её, и вдруг заметил — на листе, прикреплённом сверху, остался едва заметный след. От её слезы. Я провёл пальцем по этому месту, чувствуя, как внутри всё переворачивается. — Мы справимся, Вики, — прошептал я в пустоту кабинета. — Я обещаю. За окном шумел Чикаго, а я сидел и ждал вечера. Когда смогу снова быть с ней. Пусть тайно. Пусть скрываясь. Но быть.

***

POV: Дамиан

Я шёл по коридору двадцатого этажа, насвистывая какую-то дурацкую мелодию, и думал о Мими. О том, как она улыбалась сегодня утром, когда я принёс ей кофе. О том, как её зелёные глаза загорелись, когда она меня увидела. О том, как трудно было не поцеловать её прямо там, в офисе, при всех. Настроение было отличное. Лучше некуда. Я толкнул дверь в приёмную Люцифера и сразу почувствовал что-то неладное. Кристи сидела за своим столом с таким видом, будто только что проглотила лимон. Обычно она хотя бы делала вид, что рада меня видеть — всё-таки брат начальника. Но сегодня даже не поздоровалась. — Привет, Крис, — я помахал ей рукой. — Брат у себя? — У себя, — буркнула она, даже не подняв глаз. Я хмыкнул и, не дожидаясь доклада, направился к кабинету Люцифера. Постучал для приличия и вошёл. И замер на пороге. Люцифер сидел в своём кресле, откинувшись на спинку, и смотрел в одну точку на стене. Перед ним на столе лежала раскрытая папка с документами, но он явно не читал её. Взгляд был отсутствующим, плечи напряжены, челюсти сжаты. Таким я его видел редко — только в самые тяжёлые моменты. — Брат? — позвал я осторожно, закрывая за собой дверь. — Ты как? Люцифер моргнул, словно выныривая из глубокого омута, и повернул голову в мою сторону. — Дамиан, — его голос звучал ровно, но я слышал эту проклятую пустоту. — Что ты тут делаешь? — Зашёл проведать, — я подошёл ближе, уселся на стул напротив его стола. — Думал, может, вместе пообедаем. Но, судя по твоему лицу, обед отменяется. — Всё нормально, — автоматически ответил он. — Люцифер, — я посмотрел на него в упор. — Я твой брат. Я вижу, когда ты врёшь. Что случилось? Он молчал несколько долгих секунд. Потом провёл рукой по лицу, словно пытаясь стереть с него усталость. — Вики была у меня, — сказал он наконец. Я подался вперёд. — И? — И мы поговорили. О нас. О том, что делать дальше. — И что вы решили? — Решили, что пока не будем ничего показывать, — Люцифер усмехнулся, но в этой усмешке не было веселья. — Спрятаться. Залечь на дно. Дождаться, пока всё уляжется. Чтобы никого не травмировать, чтобы родители привыкли, чтобы... — Чтобы что? — перебил я. — Чтобы ты потерял её? Люцифер дёрнулся, будто я ударил его. — Что ты несёшь? — Я не несу, — я подался вперёд, глядя ему в глаза. — Я спрашиваю тебя прямо: ты уверен, что это правильное решение? Что, пока вы будете «ждать подходящего момента», она не разлюбит тебя? Не устанет ждать? Не решит, что ты просто ищешь способ от неё избавиться? — Она знает, что я не... — Она знает, — перебил я снова. — Но знаешь, что бывает с женщинами, Люцифер? Они начинают сомневаться. Особенно когда им говорят: «Давай подождём». Особенно когда после такой ночи, как у вас была, им говорят: «Давай сохраним дистанцию». Он сжал челюсти, но промолчал. — Ты рискуешь потерять её, брат, — сказал я тихо, но весомо. — Не из-за родителей. Не из-за работы. Не из-за расследования. А из-за этого твоего решения — держаться подальше. Женщинам нужно чувствовать, что их любят. Здесь и сейчас. А не когда-нибудь потом, когда всё наладится. Люцифер встал и подошёл к окну, поворачиваясь ко мне спиной. Я видел, как напряглись его плечи. — Ты думаешь, я не хочу быть с ней? — спросил он глухо. — Ты думаешь, мне легко смотреть, как она уходит, и знать, что я не могу даже обнять её? — Я думаю, что ты боишься, — ответил я прямо. Он резко обернулся. — Чего? — Всего. Родителей. Общественного мнения. Последствий. Что она пострадает из-за тебя. — Я встал и подошёл к нему. — Но знаешь что, брат? Она уже страдает. Сейчас. Когда уходит от тебя с заплаканными глазами. Люцифер смотрел на меня, и в его глазах металось что-то дикое. — Ты не понимаешь... — Я всё понимаю, — перебил я. — Я с Мими в такой же ситуации. Только у нас нет кровных уз, формально мы можем быть вместе. Но я тоже боюсь. Боюсь, что родители не поймут, что коллеги будут сплетничать, что она пожалеет. Но знаешь, что я понял? — Что? — Что лучше рискнуть и быть с ней, чем не рискнуть и потерять. Потому что если я её потеряю — мне никто не нужен будет. Ни родители, ни работа, ни весь этот грёбаный мир. Люцифер молчал. Долго. Очень долго. — Она плакала, когда уходила, — сказал он наконец. Голос его звучал глухо, будто слова давались с трудом. — Всего одна слеза. Но она будто мне в сердце попала. — И ты ничего не сделал? — А что я мог сделать? Мы договорились. — Дурак ты, брат, — я покачал головой. — Иногда договорённости надо нарушать. Особенно когда речь идёт о любви. — Ты у нас теперь эксперт по любви? — усмехнулся он, но в этой усмешке не было злости. — Я у нас единственный, кто пока не облажался в этой ситуации, — фыркнул я. — Ладно, пошли обедать. Голодный, как волк. А ты пока подумай над моими словами. Люцифер посмотрел на меня — и в его глазах появилось что-то, похожее на благодарность, смешанную с сомнением. — Спасибо, братишка, — сказал он тихо. — Не за что, — я хлопнул его по плечу. — Просто не дай ей уйти. Не дай этой трещине стать пропастью. Я направился к двери, но у самого выхода обернулся. — И, Люцифер? — Что? — Если ты её потеряешь из-за этой своей «дистанции» — я тебе этого не прощу. Потому что такие женщины, как Вики, не ждут вечно. Я вышел из кабинета, оставляя брата наедине с его мыслями. В приёмной Кристи по-прежнему сидела с кислым лицом. Я подмигнул ей на прощание и направился к лифту. Внутри было тепло от мысли, что скоро я увижу Мими. И плевать на все правила. Но в груди неприятно саднило — за брата. За Вики. За то, что они оба такие упрямые и такие напуганные. Кажется, им двоим нужен кто-то, кто будет пинать их к счастью. И, похоже, этим кем-то буду я.

***

POV: Вики

Я вернулась в свой кабинет, закрыла дверь и нажала кнопку, делая стёкла матовыми. Только тогда я позволила себе выдохнуть. Прислонилась спиной к двери, закрыла глаза и дала волю слезам. Всего на минуту. Всего одну минуту слабости. Одна слеза. Потом вторая. Потом ещё. Глупо. Так глупо — плакать из-за того, что всё правильно. Из-за того, что мы приняли единственно верное решение. Из-за того, что любим и хотим защитить друг друга. Но почему тогда так больно? Я вытерла слёзы тыльной стороной ладони, глубоко вздохнула и заставила себя успокоиться. Хватит. У меня есть дело. Важное дело, которое не может ждать. День рождения Мими. Я же обещала ей. Обещала, что в этом году всё будет особенным. И я сдержу это обещание. Я подошла к столу, открыла ноутбук и принялась за работу. Но не за ту, что связана с документами и отчётами. За настоящую, творческую, вдохновляющую. Что любит Мими? Я взяла блокнот и ручку — старомодно, но так мысли лучше укладывались в голове — и начала записывать. Изумрудный цвет — её любимый. Значит, в оформлении должен быть изумруд. Обожает пионы. Значит, будут пионы. Танцует как богиня — нужна хорошая музыка, диджей. Любит сюрпризы. Настоящие, от души. Я задумалась, покусывая колпачок ручки. Где провести? В каком-нибудь классном месте? Или устроить дома? Нет, дома слишком обычно. Мими заслуживает чего-то особенного. Телефон зазвонил, отвлекая от мыслей. — Вики, привет! Это Майк, я от Линды, визажистки. Она сказала, тебе нужна помощь с организацией праздника? — О, Майк, да! — я обрадовалась. Линда вчера предлагала своих знакомых, профессионалов в организации мероприятий. — Ты как раз вовремя. У меня куча идей, но нужен человек, который умеет воплощать их в жизнь. — Это по моей части, — усмехнулся он. — Я могу подъехать сегодня, обсудить детали. У тебя есть время? — Да, конечно! Через час? — Договорились. Скинь адрес. Я сбросила звонок и с новыми силами продолжила записывать идеи. Через полчаса в дверь постучали. — Входите! На пороге появились двое — Майк, высокий парень с добрыми глазами и блокнотом в руках, и девушка, которую я не знала. — Вики, это Стейси, мой партнёр. Она занимается декором и цветами. — Очень приятно, — я пожала им руки. — Проходите, присаживайтесь. У меня тут целый ворох идей. Мы устроились на диванчике в углу кабинета. Майк достал планшет, Стейси — блокнот, ещё более потрёпанный, чем мой. — Рассказывай, — сказал Майк. — Что за праздник? — День рождения моей лучшей подруги, — начала я, и на лице сама собой появилась улыбка. — Мими. Она для меня как сестра. Я хочу, чтобы этот день она запомнила навсегда. — Какая у неё любимая цветовая гамма? — спросила Стейси, сразу переходя к делу. — Изумрудный, — ответила я. — Обязательно изумрудный. И белый. И немного золота. — Отлично, — она быстро записывала. — Цветы? — Пионы. Она их обожает. Даже если придётся везти их из другого полушария. — Достанем, — уверенно кивнула Стейси. — Ещё что-то? Я задумалась, вспоминая все мелочи, которые любила Мими. — Свечи. Она любит, когда много свечей. И воздушные шары — но не обычные, а такие, знаете, с гелием, прозрачные, с блёстками внутри. — Запишем, — Майк стучал по планшету. — Место проведения? — Вот это я как раз хотела обсудить. Нужно что-то особенное. Не ресторан, не клуб. Что-то... душевное, что ли. — Есть одно место, — сказала Стейси, переглянувшись с Майком. — Старый особняк на окраине города. Там сейчас открывают площадку для мероприятий. Ещё не разрекламировали, но мы уже работали там. Очень атмосферно. Старинная лепнина, камины, большие окна. И сад есть. — Изумрудный сад, — мечтательно произнесла я. — Это идеально. — Я позвоню, забронирую, — Майк уже тыкал в телефон. — На какую дату? Я назвала дату. В конце недели. — Успеем, — уверенно сказала Стейси. — Что с музыкой? — Хороший диджей. И живая музыка на часть вечера. Скрипка, может быть. Мими любит скрипку. — Сделаем, — Майк записывал. — Еда? — Фуршет. Но чтобы было красиво. Мини-десерты, канапе, шампанское. И обязательно торт — многоярусный, с изумрудным декором. — Будет торт, — улыбнулась Стейси. — Я знаю одного гения кондитерского дела. Мы обсуждали детали ещё часа два. К концу встречи у меня была полная уверенность, что всё получится. Майк и Стейси оказались профессионалами высшего класса — они хватали идеи на лету, предлагали свои, спорили, но в итоге находили идеальные решения. — Вики, — сказал Майк, когда мы закончили, — это будет шикарный праздник. Твоя подруга будет в восторге. — Спасибо вам огромное, — я чувствовала, как от благодарности щиплет в глазах. — Правда. Вы не представляете, как это важно для меня. — Обращайся, — Стейси пожала мне руку. — Мы всё подготовим, а ближе к дате пришлём тебе на утверждение. Они ушли, а я осталась одна в кабинете, окружённая записями, эскизами и образцами тканей, которые Стейси оставила для согласования. Я посмотрела на всё это великолепие и впервые за сегодня улыбнулась по-настоящему. Мими будет счастлива. Это главное. А всё остальное... остальное подождёт. И расследование, и Люцифер, и эта дурацкая дистанция. У меня есть время до конца недели, чтобы создать для подруги настоящую сказку. И я это сделаю. Я взяла телефон и написала Мими: Вики: «Как проходит день? Соскучилась по тебе! Встретимся?» Ответ пришёл почти сразу. Мими: «Очень! Давай после работы. Я уже скучаю по твоей болтовне» Я улыбнулась и отложила телефон. За окном догорал день. А в моём сердце загоралась новая надежда.